камбоджиец Ук Дара Чан

Превратности судьбы

Камбоджиец Ук Дара Чан: «И почему все говорят, что в Украине плохо живется? Вы еще в джунглях не были!»

Екатерина КОПАНЕВА, «ФАКТЫ»

05.09.2013 7:30 15901

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

Уроженец Камбоджи, четыре года проживший среди диких племен, влюбился в украинку и переехал жить в Березань Киевской области. Ук Дара Чан стал в городе всеобщим любимцем, открыл выставку своих картин и возглавил областную федерацию тхэквондо

— Это была любовь с первого взгляда, — вспоминая свою первую встречу с будущей женой, уроженец Камбоджи Ук Дара Чан не может сдержать улыбки. — Со Светой мы познакомились... в лифте. Я смотрел на нее не отрываясь — она была такой красивой! И как бы я ни смущался, понял, что обязательно должен завести с ней разговор. Иначе больше никогда ее не увижу. А что-то подсказывало: это мой человек. Я начал беседу на ломаном русском...

Приехав в Украину учиться, Дара Чан не планировал здесь оставаться. В Камбодже его ждали родные. Но после знакомства с красивой брюнеткой Светланой все изменилось. Так камбоджиец оказался в Березани Киевской области. Теперь его знают не только на Киевщине, но и в других областях Украины — в основном благодаря выставкам картин, которые он организовывает. Чаще всего Дара Чан рисует пейзажи — украинские просторы или... джунгли. Именно в диких джунглях ему пришлось провести четыре года.

«До государственного переворота мы были одной из самых богатых семей в стране»

— Помните, как на школьных уроках истории рассказывали о первобытных людях? — говорит Ук Дара Чан. — Они ходят в шкурах, охотятся на дичь и живут племенами. В диких джунглях, где я прожил четыре с половиной года, все было именно так. Когда мы там оказались, мне было 14 лет.

Это было в 1970 году, когда в Камбодже случился государственный переворот. Отца Дара Чана, королевского генерала, сразу убили. А самого Дара Чана, его сестру и мать военные отвезли в джунгли.

*Ук Дара Чан с женой Светланой, дочерью Кристиной и сыном Денисом (фото из семейного альбома)

— До этих событий мы были одной из самых богатых семей в стране, — говорит Дара Чан. — У меня с детства был личный водитель и две няни. Родители хотели, чтобы я стал дипломатом, и водили меня в специализированный лицей. В десять лет я уже в совершенстве знал английский язык. И очень хорошо рисовал — это было мое хобби. Помню, к нам пришли солдаты и сказали, что заберут нас всего на несколько дней: «Поэтому никаких вещей с собой не берите». Но мама им не поверила и взяла с собой мешок долларов и золото. Деньги у нее тут же отобрали, а золото удалось спрятать. Нас отвезли в дикие джунгли.

Честно говоря, я даже не думал, что такие места еще где-то есть. И дело даже не в густых зарослях и не в диких животных. Нет, в джунглях жили люди, но это был первобытно-общинный строй. Там обитали племена, которые ночевали в хижинах, не носили обувь и охотились на животных, которых тут же съедали. Если только животные не съедали их. Там было очень холодно — градусов 10–13. А у нас с собой ни одной теплой вещи — все отобрали солдаты. Согреться можно было лишь у костра.

Солдаты следили, чтобы мы все время работали. Маму и сестру заставляли делать тяжелую мужскую работу — они пилили деревья, таскали бревна. Мне, 14-летнему мальчишке, поручили пасти стадо из 104 буйволов. Причем сразу предупредили: если хоть один буйвол сбежит и уничтожит урожай соседнего племени, меня свяжут и отдадут ядовитым муравьям. Таким образом наказали одного моего знакомого. С тех пор я со своих буйволов глаз не спускал. Вскоре научился их отличать, каждому дал имя. Поразительно, но буйволы меня слушались. За это местные ребята прозвали меня колдуном (улыбается).

По ночам нужно было ходить на охоту. Мы брали с собой острые камни, палки, сами мастерили ножи и рогатки. Я сначала не понимал, как можно убить животное. Но это был другой мир. Там, если не убиваешь ты, убивают тебя. Люди ходили босиком. Я долго не мог привыкнуть, все время наступал на змей... Как только почувствуешь под ногами что-то скользкое, сразу нужно бежать — пока змея не успела укусить. Те, кого она кусала, падали замертво...

Как-то мама наступила на змею. Ее нога на глазах превратилась в огромный красный шар. Маму начало трясти, как при лихорадке. Помог местный знахарь. Он взял какой-то волос, начал водить им по укушенной ноге и что-то приговаривать. Уже к вечеру маме стало лучше. А еще в этих джунглях есть острая, как лезвие, трава. Наступив на нее, можно ранить ногу до самой кости.

По словам Дара Чана, вскоре он освоился и стал неплохим охотником. Почти каждую ночь приносил домой добычу.

— Самой хорошей добычей считался... слон, — продолжает камбоджиец. — Его убивали несколько человек и потом делили между своими племенами. Мяса слона могло хватить на полгода. Чтобы оно не испортилось, мы его коптили и развешивали в хижинах. В детстве я привык к изысканным блюдам, которые готовили наши повара. Но после охоты, на которой промерзал до нитки, кусок жаренного на костре мяса казался самой вкусной едой на свете! Пили мы в основном пальмовый сок. Он очень сладкий, но хорошо утолял жажду.

«Чтобы не потерять навыки, я рисовал на коре деревьев острым ножом»

Однажды Ук Дара Чан заболел малярией. С температурой сорок он все равно пас буйволов. Лечился отваром из лиан.

— Маме посоветовали этот рецепт местные жители, — говорит Дара Чан. — Отвар из лиан действовал, но очень медленно. А еще помогали мои буйволы. Когда становилось совсем плохо и меня начинало так трясти, что я не мог удержаться на ногах и падал, они начинали меня облизывать. Не поверите, но мне сразу становилось лучше.

После года жизни в джунглях я понял, что можно приспособиться ко всему. Хотя первые несколько месяцев было совсем невыносимо. Сидя у костра, я плакал и просил Бога, чтобы вернулись те счастливые времена, когда мы жили как нормальные люди. Хотя уже сам слабо в это верил. Мечту стать дипломатом и известным художником похоронил. Зачем мечтать, если всю жизнь предстоит пасти буйволов? Но, кстати, я все равно успевал рисовать. Делал это, чтобы не потерять навыки и хоть как-то отвлекаться. Вместо холста использовал... кору дерева, вместо карандаша — острый нож.

Но самым страшным, по словам Дара Чана, были не тигры и ядовитые змеи, а солдаты, которые неустанно за ними следили.

— Я сначала не понимал, почему нас оставили в живых, — говорит Дара Чан. — Но солдатам это было выгодно — и я, и сестра, и мама были рабочей силой. Военные, которые нас ждали в джунглях, были еще хуже тех, которые нас туда привезли. Обычно, узнавая, что приехали люди из богатой семьи, они тут же их убивали. Каким-то чудом они так и не узнали, кто мы такие. А в Камбодже все слои населения тогда разговаривали по-разному. У богатых один диалект, у бедных — совсем другой. Мы начали старательно изображать бедных. Вспоминали их слова, нарочно забыли об интеллигентных манерах. «Только ни слова не говори по-английски, — предупредила мама. — Иначе они поймут, кто мы такие, и сразу убьют». Бывало, за ночь пропадали сразу несколько соседских семей. Потом их трупы находили в реке... Как говорили солдаты, тратить пули на нас они не собираются. Военные просто сбрасывали людей с обрыва.

Дара Чану с семьей удалось вернуться в столицу Камбоджи только после того, как в стране был свергнут режим Пол Пота. В доме Дара Чана к тому времени уже жили другие люди.

— Нас спасло золото, которое мама спрятала от солдат, еще когда нас забирали в джунгли, — вспоминает камбоджиец. — Так мы смогли купить маленький дом на окраине города. А потом я узнал, что можно попасть на учебу в Советский Союз. Вспомнил о своей мечте учиться в художественной школе и решил поучаствовать в конкурсе. Оказалось, что навыки рисования сохранились! Не зря все-таки рисовал на коре деревьев. Мой рисунок был признан одним из лучших. Так я оказался в Украине.

В Киеве Ук Дара Чан поселился в общежитии на Лукьяновке. В украинской столице ему сразу понравилось.

— Хотя было очень непривычно, — признается Дара Чан. — Другие люди, другой язык, другая еда... Но я очень быстро ко всему приспособился. Пригодилась школа, которую я прошел в джунглях: я четко понял, что при необходимости можно справиться с чем угодно. Даже со сложным русским языком (смеется). За полтора года мне удалось неплохо его освоить. А еще я научился готовить борщ. Ребята из общежития его просто обожали! Потом начал готовить им камбоджийские блюда. Что-что, а жарить мясо я умел. Тем не менее не собирался здесь оставаться. Дома, в Камбодже, меня ждали родные. Но встреча в лифте с прекрасной незнакомкой все изменила.

*Эту картину, на которой изображены украинка и камбоджийка, Дара Чан назвал «Моя душа»

— Ты хотя бы сразу запомнил мое имя, — смеется Светлана, стройная эффектная брюнетка. — А вот у меня с твоим возникли серьезные проблемы. Мы действительно познакомились в лифте многоэтажки, где жила моя подруга. Я как раз пришла к ней в гости, а у Дара Чана в том же доме жила знакомая. Увидев его, я сразу отметила, что он довольно симпатичный. Но заводить разговор не стала. К счастью, Дара Чан сделал первый шаг.

Помню, мы обменялись телефонами наших общежитий и через несколько дней договорились встретиться на Контрактовой площади. Я готовилась к свиданию и вдруг поймала себя на том, что... не помню его имя. Помнила только, что это что-то, связанное со словом «чан». Что делать? Я побежала к подруге Дара Чана, в доме которой мы познакомились. Уточнила, но, выйдя из подъезда, забыла опять. Пришлось возвращаться. На этот раз на всякий случай записала его имя на проездном талончике. И талончик... потеряла. Пока бегала в его поисках, Дара Чан уже ждал меня на Контрактовой площади. На улице была зима, жуткий холод. Он, бедняжка, совсем околел. Но продолжал меня ждать.

— И дождался, — улыбается камбоджиец. — После нашего первого свидания Света уже не забывала, как меня зовут. О будущем мы не думали, просто встречались и хорошо проводили время. Так незаметно пролетела моя учеба. Получив диплом, я должен был возвращаться на родину. Но понял, что без своей Светы уехать не могу. Она мне стала совсем родной! И вместо того, чтобы брать билет на самолет, сделал Свете предложение.

«Мы очень хотели обвенчаться, поэтому муж принял православие»

— Конечно же, я ответила согласием, — улыбается Светлана. — По-другому и быть не могло. За эти годы Дара Чан стал не только моим любимым мужчиной, но и лучшим другом. Ему я могла рассказать абсолютно все, во всем чувствовала его поддержку. А что еще нужно для счастья? Да и к этому времени он уже был настоящим украинцем! Освоил украинскую кухню, научился говорить практически без акцента. Новость о том, что я выхожу замуж за камбоджийца, мою маму шокировала: «Это же другой менталитет, другая религия! Зачем тебе все это?» Но я была непреклонна. К тому же вопрос с религией был решен. Мы с Дара Чаном очень хотели обвенчаться, поэтому он принял православие. Опять-таки ради меня. Полистав святцы, батюшка назвал его Михаилом.

— Так Ук Дара Чан стал Мишей, — смеется камбоджиец. — Правда, это имя не прижилось. Сначала так ко мне обращалась Светина мама, но потом тоже начала звать меня Дара Чаном. Если честно, мне все равно хотелось вернуться в Камбоджу. Все-таки там мой родной дом. Но уехать и забрать Свету — значит, разлучить ее с мамой, к которой она была так привязана. Поэтому я, не имея в Киеве ни дома, ни денег, решил остаться.

— Я тоже была невестой без приданого, — говорит Светлана. — Мы с мужем устроились работать в школу искусств в Березани Киевской области. Зарабатывали немного, но, как говорится, копейка к копейке... Дара Чан и вовсе готов был работать день и ночь. Продавал свои картины, рисовал на заказ. К тому времени у нас появился сын Денис. А через три года дочка Кристина. Муж тем временем начал серьезно заниматься тхэквондо.

— Я увлекся этим еще в институте, — объясняет Дара Чан. — Но потом начались экзамены, и секцию пришлось бросить. А уже живя в Березани, я случайно встретил своего тренера. Он очень обрадовался, предложил позаниматься. Вскоре я сам стал тренером. Одновременно ездил на соревнования и почти все время занимал призовые места. Даже в этом году на чемпионате Европы в Словении завоевал две золотые медали.

— И как он только все успевает? — качает головой Светлана. — У мужа каждый час распланирован, но он все равно находит время на то, чтобы приготовить обед и ужин. Я стою у плиты очень редко. Прихожу домой — а меня ждет горячий борщ и фирменная курица.

— А еще у меня есть фирменный плов! — расплылся в улыбке Дара Чан. — Я специально для вас приготовил. Обожаю готовить. Днем и ночью стоял бы у плиты. Это же так здорово: жарить мясо не на костре, а на сковородке с антипригарным покрытием. Вы не жили в джунглях, поэтому не поймете. Это такое же удовольствие, как, например, спать под теплым одеялом, когда за окном дождь. В такие моменты я вспоминаю, как в джунглях, когда шел дождь, у нашей хижины протекала крыша. Укрыться было негде. Мы лежали насквозь промокшие и молились, чтобы дождь поскорее закончился.

— Теперь можешь об этом не волноваться, — говорит Светлана. — К счастью, у нас уже есть дом. Пусть небольшой, зато собственный. Дети выросли и уехали в Киев учиться. Поэтому мы с Дара Чаном опять почувствовали себя молодоженами.

Недавно Ук Дара Чан возглавил Киевскую областную федерацию тхэквондо и открыл выставку своих картин. Произведения камбоджийца видели уже в нескольких регионах Украины.

— Это моя любимая, — Дара Чан показывает картину, на которой изображены девушки в национальных костюмах — украинка и камбоджийка. — Я назвал ее «Моя душа». Так и есть: половина моей души осталась на родине, а вторая половина здесь, в Украине. И почему все говорят, что в вашей стране плохо живется? Я всем говорю: вы еще в джунглях не были. На самом деле мне в Украине комфортно. В большинстве своем люди у вас хорошие. А завистники и недоброжелатели есть везде. Но если ты чего-то по-настоящему хочешь, всегда найдутся люди, которые тебе помогут. У меня так и произошло. Кстати, недавно мне звонили из Камбоджи, предлагали преподавать в школе искусств. Зарплата там гораздо больше, чем здесь. Но я отказался. Теперь мой дом — это Украина. Ученики в шутку называют меня «Укр Дара Чаном». «Вы же теперь украинец», — объясняют. И с этим не поспоришь.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Читайте также
Загрузка...
Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

Мужика, стоящего в очереди, нагло толкает женщина и идет дальше. Мужик обиженно: — Ну вот, взяла и толкнула... Женщина вдруг оборачивается и строго смотрит на него. — Вот, блин, еще и напугала!

Версии