ринопластика

Зона риска

Эксперты установили причину смерти 18-летней львовянки, умершей во время пластической операции

Екатерина КОПАНЕВА, «ФАКТЫ»

29.12.2015

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

О гибели 18-летней пациентки пластического хирурга во Львове стало известно еще в августе нынешнего года. О ЧП в частной косметологической клинике сообщил начальник управления здравоохранения Львовской облгосадминистрации Богдан Чечетка.

По его словам, врачи проводили девушке операцию по коррекции носа. Сама операция прошла нормально, однако когда пациентка выходила из наркоза, у нее остановилось сердце. Определить причину случившегося патологоанатом не смог. В милиции открыли уголовное производство и назначили судмедэкспертизу. Недавно стали известны ее результаты.

Юлину идею воспользоваться услугами пластического хирурга не поддержали ни ее родители, ни парень, с которым она встречалась. Отговорить девушку пытались и подруги.

— Никогда не сказала бы, что Юля помешана на своей внешности, — рассказывает Юлия Билусяк, подруга погибшей. — Она была серьезным и целеустремленным человеком. Много времени уделяла учебе, закончила школу с золотой медалью и поступила в престижный университет «Львовская политехника». Кроме того, была хорошей спортсменкой — играла в волейбольной команде, выступала на чемпионатах области по легкой атлетике. Принесла родной школе много медалей. В личной жизни у нее тоже все было в порядке — последние два года Юля встречалась с парнем. Они любили друг друга и строили планы на будущее.

О том, что Юле что-то не нравится в своей внешности, я узнала несколько лет назад. Тогда подруга, рассматривая фотографии, заметила: «Как же я себе не нравлюсь! Посмотри на этот нос. Если бы только у него была нормальная форма! А тут эта горбинка…» Сказала, что, наверное, рискнула бы лечь под нож пластического хирурга, лишь бы изменить форму носа. «Ты с ума сошла? — возмутилась я. — Посмотри на себя — ты красавица! И с носом все в порядке». Я не лукавила. Юля действительно была очень симпатичной. Подруга со мной не согласилась, но особо спорить не стала. Я тогда подумала, что о пластическом хирурге она говорила не всерьез.

Но идею сделать пластическую операцию Юля не оставила. Я поняла это прошлой зимой, когда она заявила, что ищет хорошего пластического хирурга. Опять начала ее отговаривать: «Зачем рисковать? У тебя все в порядке». Говорила ей, что с новой формой носа может, наоборот, стать хуже — нарушится гармония, и ей придется еще что-то в себе менять. Но Юля никого не слушала. В июне она сказала мне, что в августе ей предстоит операция.

— Как она нашла врача?

— Подруга не хотела идти к первому встречному и, насколько я знаю, долго занималась поисками хорошего специалиста. Остановилась на престижной частной клинике. Ей понравились отзывы об одном из тамошних хирургов — большой стаж, много благодарных пациенток. С некоторыми из них Юля общалась по Интернету, с кем-то даже познакомилась лично. «Он такие операции делал сотни раз, — говорила. — И вмешательство, кстати, считается достаточно легким. Так что все пройдет хорошо».

Последний раз мы с Юлей виделись за неделю до операции. «Что-то я волнуюсь, — призналась она. — Вроде бы уже ко всему подготовилась. А теперь стало не по себе». Я еще сказала: «Так, может, ну ее, эту операцию? Откажись». «Не получится, — ответила Юля. — Уже договорилась с врачом».

Мы условились, что, когда все закончится, Юля позвонит. Но она не позвонила. Я подумала, что у нее нет времени или хочет отдохнуть. А потом одна знакомая сказала моему отцу: «Вы слышали, что Юля умерла? Прямо во время операции».

Подробности трагедии рассказал Юлин парень Василий, который в тот день находился рядом с ней.

— Сейчас меня часто спрашивают: почему не отговорил ее? — тяжело вздыхает Василий. — Я пытался и не раз. Юля была настоящей красавицей, и никакая операция ей не нужна была. Но в последнее время она жила этой идеей. Постоянно читала рекомендации и отзывы в Интернете. Уже в клинике познакомилась с девушками, которые через это прошли и остались довольны результатом. Юлин папа, кстати, до последнего возражал против операции. А вот маму она убедила и даже уговорила дать ей деньги.

Частная клиника, в которой умерла молодая пациентка, открыта на базе старейшего в Украине отделения пластической хирургии Львовской косметологической больницы. На сайте клиники сказано, что здесь проводится около тысячи операций в год и сегодня это крупнейшее в Украине учреждение, специализирующееся на лечении врожденных и приобретенных дефектов внешности. Судя по рекламе, спектр медицинских услуг, предлагаемых населению, самый широкий — от пересадки волос до пластических операций по изменению формы лица, молочных желез и так далее. Цены на пластику носа (операцию, на которую решилась Юля) варьируются от восьми до тридцати тысяч гривен.

— Перед операцией Юля проходила медосмотр? — спрашиваю у Василия.

— Конечно. Никаких противопоказаний не было — она была абсолютно здорова. Врачи не предупреждали ее о возможных рисках. Наоборот, говорили, что вмешательство несложное — дескать, на такое идут десятки пациентов. В день операции мы приехали в больницу вместе. Присутствовать в операционной мне, естественно, не разрешили. Я остался ждать в коридоре.

Ждать нужно было минимум три часа. Я за это время успел съездить в центр города по делам. Когда приехал, медсестры сообщили, что операция уже заканчивается и, дескать, все прошло нормально. Но потом из операционной выбежала еще одна медсестра. Она была сильно встревожена: «У нее сильно упало давление. Мы пытаемся что-то сделать». Медсестра вызвала врачей, которые оперировали Юлю. Оказалось, они уже успели разъехаться по домам. Врачи вернулись, наверное, минут через пятнадцать. Все это время мне никто не мог объяснить, что происходит. Врачи вызвали реанимацию. В клинике реанимационной бригады не было. Реанимобиль приехал еще минут через двадцать. Возможно, если бы не было упущено время, Юленьку удалось бы спасти.

— Что сказали врачи из реанимационной бригады?

— Они ничего не говорили. Забежали в операционную и пытались что-то сделать. Они долго там находились. Когда вышли, я начал задавать вопросы, а они ответили: «Мы сделали все, что смогли». «Так что с ней сейчас?! — закричал я. — Она пришла в себя?» Врач из косметологической клиники отвел меня в сторону и сказал: «Юлия Александровна умерла. Остановка сердца. Ее не смогли спасти».

До сих пор в голове звучат эти слова. Я долго не мог понять их смысл. Что значит умерла? Ведь все говорили, что это несложная операция и у Юли нет никаких противопоказаний. Но врач больше ничего не сказал. А я в тот момент был не в силах что-то выяснять. Нужно было звонить родным Юли… Они до сих пор не могут прийти в себя после трагедии. Юлин папа написал заявление в милицию, но общаться с журналистами не в состоянии. Юля была единственным ребенком в семье. Добрая, успешная, талантливая — родители очень ею гордились. Они в страшном сне не могли представить, что им придется хоронить своего ребенка. Мне тоже больно все это вспоминать. Но хочу, чтобы врачи, допустившие такой исход, не остались безнаказанными.

— Вы разговаривали с ними после случившегося?

— Только когда мне сообщили о смерти Юли. Знаю, что на второй день после трагедии кто-то из врачей приходил к Юлиным родным. Говорил, что не виноват. Впрочем, они и сейчас это повторяют.

Врачи косметологической клиники действительно отрицают свою вину.

— За 50 лет существования нашей клиники такой случай произошел впервые, — говорит главврач Львовской городской косметологической больницы Ирина Данив. — Пациентка уже выходила из наркоза, когда случилась остановка сердца. Врачи делали все, что могли. Это трагедия не только для семьи погибшей девушки, но и для врачей. Медиков не отстранили от работы, потому что их вина не доказана.

— Я сам являюсь пациентом пластического хирурга, который оперировал Юлю, — заявил в эфире телепередачи «Касается каждого» заведующий отделением хирургии Львовской городской косметологической клиники Андрей Резник. — А это о чем-то говорит. Стаж этого врача в отоларингологии превышает 11 лет, он достаточно известен в городе. У экспертов есть версия, но она предварительная. Рано делать выводы.

Тем временем в МВД «ФАКТАМ» сообщили, что результаты судмедэкспертизы уже есть. Они показали, что причиной смерти девушки стала аспираторная асфиксия — закрытие просвета дыхательных путей кровью. Подобное случается при переломах костей основания черепа, иногда костей носа или при повреждении сосудов шеи. Если врачи вовремя не диагностируют то, что в легкие пациента попала кровь, человек умирает.

— Экспертиза подтвердила, что пациентка умерла именно из-за того, что в ее легкие через дыхательные пути попала кровь, — комментирует ситуацию начальник Шевченковского райотдела полиции во Львове Игорь Петрик. — Уголовное производство открыто по статье «Ненадлежащее исполнение медработником профессиональных обязанностей», предусматривающей до двух лет лишения свободы.

И хотя результаты экспертизы уже известны, подозреваемых в уголовном производстве до сих пор нет. В пресс-службе Львовского областного управления Национальной полиции «ФАКТАМ» объяснили, что не все экспертизы завершены. Когда это случится, виновным предъявят подозрение.

— Хочется верить, что виновные будут установлены и наказаны, — говорит Василий. — И я, и Юлины родители будем этого добиваться. Хотя мы понимаем, что доказать врачебную ошибку — это одно, а наказать виновного — совсем другое.

Четыре года назад «ФАКТЫ» рассказывали о 25-летней Ксении Михайлюте из Запорожья, умершей во время пластической операции по увеличению груди. Тогда в отношении врача, который оперировал девушку, было открыто уголовное производство. За развитием этой истории следили многие СМИ. Вина доктора была доказана — за ненадлежащее выполнение профессиональных обязанностей хирург получил год условно. Однако в связи с тем, что на момент вынесения приговора со дня ЧП прошло более трех лет, врача освободили от наказания по сроку давности.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter


Загрузка...


Жена говорит мужу: — В Африке есть племена, где мужья продают своих жен. Если бы мы там жили, ты бы меня продал? — Ни за что! Я бы тебя... подарил.