Григорий Сковорода

Из жизни замечательных людей

"Проект памятника Григорию Сковороде Иван Кавалеридзе переделывал семь раз"

Игорь ОСИПЧУК, «ФАКТЫ»

01.03.2017 7:30 604

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

Ровно 40 лет назад в Киеве на Подоле был открыт памятник выдающемуся украинскому философу

В советские времена, когда в здании Киево-Могилянской академии размещалось Высшее военно-морское училище, у курсантов была традиция: раз в год они мыли расположенный по соседству на Контрактовой площади памятник философу Григорию Сковороде, при этом надевали ему на голову бескозырку. Когда после провозглашения независимости Украины была возрождена Киево-Могилянcкая академия (она получила статус национального университета), студенты сохранили традицию военных моряков: на день студента моют скульптуру Сковороды и надевают на голову четырехугольную академическую шапочку с кисточкой.


*У студентов Киево-Могилянской академии есть традиция раз в год мыть памятник Сковороде. Фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»

— Покажу вам один из первых проектов памятника философу Григорию Сковороде, созданный Иваном Кавалеридзе для киевского Подола, — говорит генеральный директор Музея-мастерской Ивана Кавалеридзе Александр Юнин (на фото). Идем с ним в один из экспозиционных залов. — Видите, этот вариант очень отличается от окончательного: философ опирается на посох, одна нога стоит на камне. Эта работа была сделана в 1972 году. Памятник установили только через пять лет, и за это время Кавалеридзе создал семь вариантов фигуры. В одном из них Сковорода держит книгу. Однако советские чиновники не приняли такой проект — чтобы никто не подумал, что в руке у философа Библия.


Во времена Григория Сковороды простой люд ходил босиком. Поэтому Кавалеридзе сделал фигуру философа без обуви. Этот проект считался окончательным, однако секретарь Центрального комитета Компартии Украины по идеологии Валентин Маланчук потребовал обуть Сковороду: не годится, мол, чтобы народный философ был босым. Из-за этого мастера, которые делали бронзовую фигуру в натуральную величину, допустили ошибку: туловище получилось коротким. Пришлось отложить открытие памятника и заняться его доработкой: туловище удлинили в талии. Открытие состоялось первого марта 1977 года. Через полтора месяца Кавалеридзе исполнилось 90 лет. Памятник Сковороде стал его лебединой песней.

— В зале висит фотография, на которой молодой Кавалеридзе запечатлен на строительных лесах рядом с фигурой княгини Ольги. Где был сделан этот снимок?


— В одной из мастерских, находившихся в Киеве на Михайловской площади в начале ХХ века. В 1911 году Кавалеридзе приехал из Парижа (он учился там у выдающегося скульптора Наума Аронсона) в Киев, когда до окончания конкурса проектов памятника княгине Ольге оставались считанные дни. На одном дыхании молодой скульптор сделал проект, и его работа заняла первое место. Для многофигурного монумента (рядом с княгиней находятся скульптуры апостола Андрея Первозванного и просветителей братьев Кирилла и Мефодия) выбрали Михайловскую площадь. Поэтому для изготовления фигур творческая группа арендовала одну из мастерских на этой площади. Иван хотел, чтобы фигура Ольги была белой — из мрамора. И хотя ее сделали из бетона, она получилась светлой благодаря добавкам.

В начале ХХ века Императорское русское военно-историческое общество планировало создать между Михайловским и Софийским соборами целую аллею монументов государственных деятелей минувших эпох. Но памятник княгине Ольге стал единственным — продолжить проект помешала Первая мировая война. В 1920-х большевики разрушили фигуру княгини, обломки зарыли. Демонтировали статуи апостола и просветителей.

После провозглашения независимости Украины памятник восстановили по инициативе основателя Музея-мастерской Ивана Кавалеридзе, артиста, кинорежиссера и скульптора Ростислава Синько. Начали в 1995 году с раскопок, в ходе которых обнаружили фрагменты монумента. Памятник сделали из белого каррарского мрамора.

К сожалению, злой рок преследовал многих людей, участвовавших как в раскопках, так и в воссоздании монумента — они умерли вскоре после завершения работ. Особенно запомнился такой случай: один человек сообщил Ростиславу Синько, что знает, где находится голова разрушенной фигуры княгини, обещал показать, но не успел — ушел из жизни. Голову найти так и не удалось.


*Один из первых проектов памятника Григорию Сковороде хранится в Музее-мастерской Ивана Кавалеридзе

— В биографии Кавалеридзе сказано, что он родился на Сумщине в крестьянской семье. Откуда в XIX веке в украинской глубинке взялся хлебороб с грузинской фамилией?

— После окончания Кавказской войны ее участник генерал Ладонский перевез из Грузии в свое имение на хуторе Ладанский (тогда это была Полтавская губерния) в качестве крепостных несколько семей, которые подозревались в симпатиях к Шамилю — лидеру национально-освободительной борьбы народов Северного Кавказа. Так в Украину попал дед будущего скульптора, потомок старинного княжеского рода Васо Кавалеридзе. Он стал управляющим имения Ладонского. Его сын Петр трудился на земле, женился на работящей украинке Килине Кухаренко. Иван был их старшим сыном. В семье родилось еще двое мальчиков и четверо дочерей.

— Как получилось, что Иван стал скульптором?

— Важную роль в этом сыграл муж тети — художник, археолог, хранитель скифской коллекции Киевского исторического музея, дворянин Сергей Мазараки. Он женился на Оулите — крестьянке, которая доводилась родной сестрой матери Ивана Кавалеридзе. За неравный брак Сергея Аркадьевича родители лишили материальной поддержки. Мазараки рассмотрел в Иване Кавалеридзе способности к художественному творчеству и предложил родителям взять 11-летнего Ваню на учебу в Киев. Будущий скульптор поступил в гимназию. После ее окончания хотел получить образование архитектора. Но оплачивать учебу на архитектурном отделении его отцу было слишком дорого. На отделении скульптуры Киевского художественного училища (находилось возле нынешней Львовской площади) платить нужно было гораздо меньше. Это и решило дело. Кавалеридзе поступил в мастерскую Федора Балавенского.

Кавалеридзе-старший подал в земство прошение, чтобы сыну назначили стипендию, но получил отказ с формулировкой: «Нам нужны кузнецы, а не скульпторы».

В 1908 году в здании художественного училища организовали выставку лучших студенческих работ, среди них была скульптурная композиция Кавалеридзе «Творчество». Она очень понравилась антрепренеру оперного театра Степану Брыкину. Он купил композицию и предложил Ивану работу статиста и комнату в здании театра для обустройства мастерской. Попав в среду артистов, Кавалеридзе стал получать от них заказы на создание скульптурных портретов. Подрабатывал, участвуя в массовых сценах в спектаклях. Для студента из небогатой семьи эти заработки были очень кстати, тем более что нужно было помогать отцу поставить на ноги шестерых братьев и сестер.

Весной 1909 года на гастроли в Киев приехал очень популярный в те времена певец Федор Шаляпин. Полиция запретила газетам сообщать о дате его приезда, но почитатели все равно все узнали. Кавалеридзе писал: «От вокзала до оперного театра стоял народ. Толпа шумела, как море. Бросали вверх шапки, махали платками. Экипаж ехал медленно, легко можно было разглядеть Шаляпина». Представляете, что переживал молодой скульптор, когда его покровитель Степан Брыкин объявил: «Я попросил Шаляпина позировать тебе после спектакля». Один час 25 минут великий певец сидел перед Кавалеридзе, и тот лепил его портрет.

По воспоминаниям Кавалеридзе, присутствовавший при этом Брыкин шутил, обращаясь к Шаляпину: «Какая у тебя шея — как у борца. В цирке ты бы имел успех».

Созданный тогда скульптурный портрет Шаляпина демонстрируется в этом зале, каждый желающий может прийти к нам и увидеть эту и многие другие работы Кавалеридзе. Затем он лепил Шаляпина в различных театральных образах, в том числе вот в этом (Александр Александрович подводит нас к скульптуре Дон Кихота на коне Росинанте, который, кажется, едва не падает с ног от усталости). Я хочу, чтобы этот шедевр стал проектом памятника, его могут установить в Киеве. Кстати, большое количество работ, которые Кавалеридзе задумывал как проекты монументальных произведений, не были реализованы. У нас есть замысел создать на Андреевском спуске парк скульптур. Хотелось бы, чтобы эту идею поддержали меценаты и все ценители творчества украинского Микеланджело — Ивана Кавалеридзе.

— Каким образом студент Кавалеридзе попал на учебу в Париж?

— Благодаря чудесному стечению обстоятельств. Когда молодой скульптор учился в художественной академии в Санкт-Петербурге, его преподаватель Илья Гинзбург сказал: «Лучше Наума Аронсона, который сейчас работает в Париже, скульптуре вас никто не научит». И вот представляете, в Киеве проводят конкурс на лучшие проекты памятников Тарасу Шевченко и царю Александру II. Иван представляет на нем своего Кобзаря. В это время в Киев приехал Наум Аронсон (его пригласили стать членом конкурсной комиссии). Аронсону очень понравилась работа молодого Кавалеридзе, и он предложил ему: «Приезжайте в Париж. Я готов учить вас бесплатно. Но проезд, проживание и питание вы будете оплачивать сами». Иван заработал несколько сотен рублей. Отнес их Степану Брыкину с просьбой, чтобы тот высылал ему во Францию по 30 рублей в месяц.

В Париже Кавалеридзе получил письмо от Сергея Мазараки, в котором тот сообщал, что проводится конкурс проектов памятника княгине Ольге, приглашал поучаствовать в нем. Кстати, премию за первое место в этом конкурсе Иван отдал отцу на учебу младших братьев и сестер.

— Кавалеридзе женился на барышне из мира искусства?

— Первой его супругой в 1912 году стала Елена — девушка, не имевшая никакого отношения к искусству. Жена родила Ивану двоих детей: дочку Евгению и сына Игоря. Когда Кавалеридзе стал сотрудничать с российской компанией «Тиман и Рейнгардт» и нужно было ехать на съемки в Москву, услышал от жены: «Я с тобой никуда не поеду. Папенька нашел мне другого мужа — банкира». На самом деле банковского служащего. Елена ушла к этому человеку.

Второй женой Кавалеридзе стала Нина Калиновская (на фото). У них родилась дочь, которую назвали, как и маму, Ниной. Однако и этот союз был недолгим.


В 1930-е годы на съемках фильма «Колиивщина» (Кавалеридзе стал режиссером и писал киносценарии) Иван Петрович познакомился с молодой артисткой из ансамбля танца Надеждой Капельгородской, дочкой писателя Филиппа Капельгородского. Она была замужем, имела сына, но ушла от супруга к Кавалеридзе. Общих детей у них не было.


*Кроме скульптуры, Иван Кавалеридзе (крайний справа) снимал фильмы и писал киносценарии

Капельгородская поддерживала отношения со второй женой Ивана Петровича Ниной Иосифовной. Когда в 1960-е годы Кавалеридзе серьезно заболел и попал в реанимацию, Капельгородская дала телеграмму Нине Иосифовне: «Наш Ванечка в реанимации. Приезжай». Та приехала в Киев и спрашивает у Надежды Филипповны: «Если с Ванечкой произойдет непоправимое, как ты будешь жить?» Дело в том, что хотя к тому времени Кавалеридзе 36 лет был с Капельгородской (они, кстати, вместе пережили в Киеве гитлеровскую оккупацию), по документам оставался мужем Нины Иосифовны. Женщины наконец решили расставить все на свои места. Когда Кавалеридзе выздоровел, Нина Иосифовна объявила ему: «Ванечка, я с тобой развелась». «А я вышла за тебя замуж», — сообщила ему Надежда Филипповна. Как им удалось это, осталось загадкой.

— Кто-либо из детей Кавалеридзе пошел по его стопам?

— Нет. Дочь от первого брака Евгения (она дожила до 101 года) с ним практически не общалась, а вот сын Игорь до войны навещал отца. Он погиб на фронте. Не пережила войну и дочь от второго брака Нина — помогла партизанам, и ее расстреляли гитлеровцы. У Ивана Петровича была еще внебрачная дочь Майя. Когда в 1920-е годы он жил в Харькове, у него и его младшего брата Владимира был роман с одной и той же женщиной, занимавшей довольно высокий пост, Екатериной Сеник. Иван считал, что Екатерина родила девочку Майю от его брата Владимира. Встал вопрос, на кого записать ребенка. Решение принял Кавалеридзе-старший. Он сказал Ивану: «Запиши дитя на себя — ты артист, и этим все сказано. А Владимир молодой ученый, не будем портить ему репутацию». Майя стала старшим редактором на телевидении Харькова, периодически приезжала в Киев в гости к Ивану Петровичу. Но самым близким для Кавалеридзе человеком был его ученик и наследник Ростислав Синько. Иван Петрович называл его своим духовным сыном.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Читайте также
Загрузка...
Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

— Люся, а ты встречала в своей жизни такого мужчину, от одного прикосновения которого тебя бросало в дрожь? — Конечно! Буквально вчера я была на приеме у стоматолога…

Версии