Полугодовая аудитория газеты «ФАКТЫ» является самой массовой в Украине — 1 миллион 716 тысяч человек (данные MMI Украина)
Николай Михновский

исторические параллели

Николай Михновский: "Часть украинских полков надо направить в Петроград и восстановить на троне царя"

Андрей ТОПЧИЙ, «ФАКТЫ»

07.04.2017

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

В 1917 году с помощью Временного правительства в Киеве был подавлен первый военный мятеж солдат, отстаивавших независимость Украины

В апреле 1917 года проукраинские силы в Киеве смогли все же оформиться в единую структуру, а Центральная Рада наконец-то стала выглядеть как серьезный игрок на политическом поле Украины. Тогда же солдаты городского гарнизона самостоятельно организовались в 1-й украинский полк имени Богдана Хмельницкого. А уже в мае в Киеве появилось еще одно украинизированное подразделение — Второй казачий полк имени Полуботка. С этого момента, по сути, пошел отсчет времени до грядущего конфликта проукраинских и пророссийских сил в вопросе управления Украиной.

Огромную роль в создании двух украинских подразделений общей численностью восемь тысяч штыков сыграл Украинский военный клуб имени гетмана Павла Полуботка во главе с поручиком Николаем Михновским. Представитель древнего казацкого рода, он инициировал в дореволюционной России ряд политических проектов, предусматривавших (в случае успеха) полную независимость Украины. Именно члены его Украинской Народной партии первыми среди украинских националистов стали на путь террора в борьбе с памятниками времен самодержавия. Тогда же Михновский ушел в оппозицию к придерживавшимся левых взглядов признанным авторитетам украинского общества — Михаилу Грушевскому, Владимиру Винниченко и Симону Петлюре.

Тем более невероятным выглядит сегодня авантюрный проект Михновского по спасению династии Романовых. В феврале 1917 года лидер националистов предложил, опираясь на украинизированные части, восстановить на троне царя в обмен на доминирующий статус Украины в Российской империи.


*Николай Михновский

«Как-то в феврале 1917 года, когда уже ясно было, что царь на троне долго не удержится, к Евгению Чикаленку (активный участник дореволюционного украинского движения. — Авт.) зашел Михновский с таким своим планом. Русское государство переживает критическую волну. Войско отказывает уже в послушании. Царский трон трещит и не сегодня завтра упадет, — вспоминал министр правительства УНР Юрий Коллард. — Мы — украинцы — можем еще спасти трон для русского царя. Для того украинское общество должно было бы немедленно поставить царю такие условия: на фронте выделить украинцев-воинов в отдельные украинские части… Русские войска анархизированы. У них отобрать оружие и пустить домой. Войну немедленно прекратить, а часть вооруженных украинских полков направить в столицу для охраны порядка и обеспечить русскому царю таким образом его корону. За это Николай II должен был бы обязаться обновить Переяславский договор (соглашение 1654 года между московским царем и украинскими казацкими старшинами, регламентировавшее статус Украины (Гетманщины) после Переяславской рады. — Авт.) и собственной присягой обеспечить, что ни русские чиновники, ни войско не смеют переступать границ Украины. Таким образом, Украина, обеспечив себя собственной военной силой, должна была бы занять доминирующее положение в двуединой монархии».

Украинские деятели отвергли план Михновского. Однако вспомнили этот разговор, когда тот стал активно создавать украинские части.

— Сообщение о появлении национальных частей вызвало негативную реакцию пророссийских сил Киева, увидевших в этом прямую угрозу. Военный Генеральный комитет дал команду интендантским службам не обеспечивать солдат проукраинских частей провиантом, обмундированием и оружием, — рассказал «ФАКТАМ» кандидат исторических наук Евгений Петренко. — Российское командование попыталось отправить непокорные полки на передовую. Однако те упрямо отказывались, заявляя, что «Наш фронт находится в Киеве». Конечно, не стоит переоценивать идейность нового вооруженного формирования. Стоит также учесть не самые лучшие условия проживания вооруженных солдат…

— Как развивались события в дальнейшем?

— В июне 1917 года в Киеве в Троицком доме (на углу современных улиц Большой Васильковской и Жилянской. — Авт.) состоялся 2-й Всеукраинский военный съезд. Глава Временного правительства Георгий Львов официально запретил его проводить. Тем не менее мероприятие состоялось. Решения съезда содержали, в частности, требование немедленной украинизации армейских частей и призыв к Центральной Раде «в этом деле к Временному правительству больше не обращаться, а немедленно приступить к твердой организации края». Члены Центральной Рады, придерживавшиеся социалистических взглядов и выступавшие за недопущение конфликта с Петроградом, вынужденно присоединились к съезду. Иначе он все равно состоялся бы и без них.

После этого в качестве очередной попытки найти мирное решение конфликта на теплоходе была организована встреча представителей Центральной Рады и исполнительного комитета, представлявшего в Киеве официальную власть.

«В конце концов из всего сказанного и спетого в эту ночь имели политическое значение только некоторые слова из речи Винниченко (представитель Центральной Рады. — Авт.), которого чарующая обстановка заставила немного разоткровенничаться. Говорил он к концу вечера на палубе, при свете луны. И вот, после неизбежных рассуждений на тему о классовом составе украинского народа, вынуждающем к некоторым отступлениям от лозунгов чистого марксизма, он перешел к характеристике отдельных течений среди украинских националистов, — вспоминал встречу член Киевского исполнительного комитета Алексей Гольденвейзер. — Тут-то с его слов мы узнали, что среди украинцев имеется течение (притом довольно значительное), которое рекомендует вместо длинных переговоров с Временным правительством оголить фронт, отозвав украинцев из воинских частей. Жуткое впечатление произвели на нас эти слова… Если Временное правительство будет продолжать упорствовать, — сказал Винниченко, — умеренные элементы украинства окажутся бессильными в борьбе против этого течения».

— Эти силы олицетворял националист Николай Михновский?

— Именно. Хотя официально его участие в будущих событиях доказано не было. Тем не менее с большой долей вероятности можно утверждать, что он стал духовным инициатором военного мятежа.

— Что же в итоге спровоцировало конфликт украинских частей с российскими властями Киева?

— Летом 1917 года командование Юго-Западного фронта планировало наступление. Но большинство солдат из проукраинских частей не желали покидать Киев и следовать на арену боевых действий, что усиливало напряжение между Центральной Радой и Временным правительством. Кроме того, «полуботковцы» потребовали обеспечить их обмундированием и дать возможность отбыть на фронт под сине-желтыми знаменами. Конфликт нарастал. Часть военнослужащих двинулась на вокзал, там они стали открыто агитировать солдат, отправлявшихся в эшелонах на передовую, саботировать приказы и остаться в Киеве.

«Генеральный комитет убедился, — заявил на заседании член Украинского генерального военного комитета (координационный орган, созданный на 1-м украинском военном съезде. — Авт.) Михаил Полоз, — что люди сего эшелона просто не хотят идти на фронт, прикрываясь лишь своим украинством». В разгар конфликта газета партии украинских эсэров «Народная воля» (до начала украинско-большевистского конфликта лозунг ее был «За Народную Республику Украину в составе Российской Федерации!» — Авт.) в статье от 5 июля 1917 года озвучила восприятие сторонников украинской независимости левыми кругами Киева: «Кто такие самостийники? Это помещики, капиталисты или люди, близкие к ним, а вообще, люди, далекие от настоящего демократизма».

Тем временем Центральная Рада еще пыталась договориться с «полуботковцами». Однако авторитет ее среди солдат уже был подорван.

«Мы просим, дать нам врачебную помощь, потому что люди болеют, не имея еды. Просим упорядочить полковую канцелярию, что для нас весьма необходимо. Наконец, мы просим не забывать нас своим советом: присылать нам газеты и литературу. Просим наведываться к нам, потому что нас боятся, будто мы какие-то звери, каторжане, разбойники. О нас наговорили Бог знает чего, мы же люди, как все, — озвучил потребности военнослужащих на сессии Центральной Рады солдат-„полуботковец“ Осадчий. — Просим снять с нас через прессу ту грязь, которую бросили на нас с радостью русские газеты и кое-кто из членов Генерального комитета. Сие для нас самое важное. Совет казаков поручил нам, делегатам, изложить Украинской Центральной Раде полное свое доверие, а также Генеральному комитету, который от нас отрекся».

— Центральная Рада не пошла на уступки?

— Депутаты предложили солдатам «не поддаваться на провокации». В конце июня из Петрограда в Киев даже приехал Александр Керенский. Михаил Грушевский заверил его, что вопрос с «полуботковцами» практически решен. А спустя несколько дней, 3 июля, Центральная Рада выпустила 2-й Универсал, в котором пошла на ряд уступок Временному правительству. После этого командование полка приняло решение силой заставить депутатов признать независимость Украины.

..Согласно плану вооруженного восстания, задуманного Михновским и его единомышленниками, полк имени Полуботка должен был внезапно захватить власть в Киеве, а полк имени Богдана Хмельницкого — отправиться на пароходах в Канев и там, на Тарасовой горе, объявить о создании Украины. Командиром «богдановцев» Михновский назначил полковника Юрия Капкана, взяв с него присягу на верность самостийной Украине. Однако, присягнув, Капкан… немедленно сообщил Центральной Раде о планах заговорщиков и к тому же сумел отговорить солдат Богдановского полка от участия в восстании.

— Как проходило выступление «полуботковцев»?

— Ночью 4 июля в их казармах появились агитаторы, призывавшие солдат «идти в город, там дадут хлеб и обмундирование». На следующую ночь военные выдвинулись в центр Киева. Были захвачены арсеналы в отделениях милиции и казармах 1-го Украинского запасного полка. К утру повстанцы уже контролировали ряд правительственных учреждений, а также здание государственного банка. Под арест попал военный комендант Киева, генерал-лейтенант Александр Цицович. Были взяты под стражу и другие высокие армейские и милицейские чины. Не обошлось также без отдельных эксцессов и погромов по отношению к мирным жителям. Фактически власть в городе положили к ногам Центральной Рады. Оставалось только протянуть руку и взять ее.

— Однако деятели высшей украинской институции отказались?

— Да, а затем начали оправдываться перед Александром Керенским, что не имеют отношения к «бунтовщикам». И хотя «полуботковцы» выдвинули конкретное политическое требование: независимость Украины, против них бросили еще одну боеспособную украинскую часть — полк имени Богдана Хмельницкого.


*Солдаты полка имени Богдана Хмельницкого, участвовавшие в подавлении восстания «полуботковцев»

«Из Петербурга получен по телеграфу приказ силой ликвидировать восстание. Этот приказ послан командующему Киевским округом и Украинскому генеральному военному комитету. У россиян не было надежных войск в Киеве. Но им стал на помощь Украинский генеральный военный комитет. Полк Богдана Хмельницкого получил приказ от высшей украинской институции выступить против „полуботковцев“, — вспоминал будущий генерал-хорунжий армии УНР Юрий Тютюннык. — Я видел, как двигались сотни Богдановского полка против „полуботковцев“. Неохотно выполняли „богдановцы“ приказ, но выполняли — сочувствие было на стороне отважных „полуботковцев“. Вместе с „богдановцами“ выступили и русские. Увидев наступающих русских, „полуботковцы“ начали отстреливаться. Русские тоже стреляли, но продолжать наступление не решились. Упало несколько раненых. Перед „полуботковцами“ появились ряды казаков Богдановского полка. Одновременно „полуботковцам“ послан приказ от Украинского генерального военного комитета, чтобы они оставили город и отошли к своим казармам».

Силы Центральной Рады вместе с юнкерами подавили выступление проукраинских военных частей. «Полуботковцы» вернулись в казармы. Часть задержанных военнослужащих полка разместили в Киевской крепости и Мариинском дворце. Тем не менее мелкие стычки в городе продолжались еще несколько дней. 12 июля во Владимирском соборе отслужили панихиду по «казакам Украинского полка имени гетмана Павла Полуботка, которых убили юнкера 6 и 7 июля». А уже 29 числа последний эшелон с «полуботковцами», покинув город, убыл в сторону румынского фронта…

«Были люди, которые уже тогда прозрели нашу внутреннюю трагедию, их было немного. Они не могли значительно влиять на развитие событий. Против светлых единиц стояла целая темная сила нашего палача — России, которая охотно поддерживала „угодовцев“ (сторонников автономии. — Авт.). Последние имели еще авторитет в массах, потому что „украинцами стали не с марта месяца“, — вспоминал отчаяние сторонников независимости Юрий Тютюннык. — „Угодовцы“ дорого платили России за временную поддержку и платили интересами целой нации. Достаточно вспомнить, что нескольких „полуботковцев“ россияне посадили в подвалы киевской цитадели (Киевская крепость. — Авт.), где они и просидели вплоть до осени 1917 года. О тех „полуботковцах“ не очень беспокоилась Центральная Рада, и им ничего не оставалось, разве что сквозь стены и решетки посылать молитвы к Господу, чтобы он „рассудил“ их, как когда-то умолял гетман Павло Полуботок».

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Читайте также
Загрузка...
Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

В сельском магазине: — У вас есть сыр «Рокфор»? — А что это такое? — Это такой сыр с плесенью. — Сыра нет, но есть колбаса «Рокфор», беляши «Рокфор» и селедка «Рокфор».

Версии