Аудитория одного номера газеты «ФАКТЫ» является самой массовой в Украине — 603 тысячи 730 человек (данные MMI Украина)
Лиза Воронкова

Свое дело

Лиза Воронкова: "На третьем курсе института я зарабатывала на жизнь, выполняя домашние задания по математике для американских студентов"

Илона ВАРЛАМОВА, «ФАКТЫ»

12.05.2017

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

23-летняя днепрянка с командой стартапа FORCE разработала стресс-трекер — браслет, считывающий медицинские показатели человека и передающий сигнал тревоги на мобильное устройство в случае отклонения данных от нормы

FORCE — первая и самая молодая украинская команда, которая прошла в престижнейший стэнфордский акселератор Alchemist (в этом году он выделил на развитие предпринимательства 36 миллионов долларов). Разработка команды — устройство Emtracker, которое с помощью электродов, встроенных в браслет, измеряет пульс (абсолютное значение и вариабельность), уровень кислорода в крови, частоту дыхания. Прибор распознает усталость, стресс, другие эмоциональные состояния и даже алкогольное опьянение. В случае неблагоприятных показателей Emtracker посылает сигнал тревоги на мобильный телефон пользователю и его близким.

С автором идеи создания такого устройства Лизой Воронковой я познакомилась в Киеве совершенно случайно — в одном из маленьких баров на Подоле. «Мне только что сделали предложение в вашем заведении!» — радостно воскликнула девушка, демонстрируя бармену кольцо. Когда я встретила ее в следующий раз, то и сама уже была в статусе невесты. «А вы платье будете шить или покупать?» — завязался у нас непринужденный девичий разговор. Оказалось, Лизу такие хлопоты совершенно не интересуют, ведь она занята делами куда более увлекательными.

— Работаю над устройством, которое сможет распознавать предынфарктное и другие опасные состояния, — объяснила девушка, с энтузиазмом показывая мне в своем смартфоне фотографии различных проводков и микросхем. Вечер был поздний, Лиза собиралась домой, но я уже не могла ее отпустить, обстоятельно не побеседовав.

«Из-за тройки, поставленной мне в вузе, уехала из родного города на следующий же день»

— Родилась я в Днепре и до третьего курса института жила там с родителями, — рассказывает Лиза Воронкова. — Моя мама — врач, бабушка и дедушка — инженеры-строители. Училась я в строительной академии, потом — в горном университете на факультете информационных технологий. Активно участвовала в олимпиадах по математике. На одной из них, в Севастополе (это был 2013 год), познакомилась с заведующим кафедрой физико-технического факультета Киевского политехнического института. Он пригласил меня учиться в КПИ, мол, математики им сейчас очень нужны. Но я не захотела. Все устраивало дома, в Днепре, пока однажды мне не поставили тройку вместо пятерки по профильному предмету. Одногруппник скатал у меня работу и сдал ее первым. Ему поставили пять, а мне — три. Я жутко обиделась из-за такой несправедливости. На следующий же день собрала вещи, сложила в сумку все свои грамоты по математике и спортивным достижениям (у меня был коричневый пояс по карате) и уехала в Киев. От вокзала пешком добралась до КПИ. Был февраль, воскресенье, десять утра. Не самое подходящее время, чтобы поступать в институт. Я спрашивала людей, куда мне идти, и заходила во все открытые двери, пока не нашла нужный корпус. На физтехе оказалось бюджетное место. Пообщавшись со мной, декан принял решение о моем зачислении в вуз. Тут началось самое сложное: за неделю необходимо было собрать все документы и отчислиться из горного. Отпускать меня из университета категорически не хотели. Помог завкафедрой по физическому воспитанию (он же тренер по карате), лично попросив о моем отчислении.

— Как родители отреагировали на ваш спонтанный переезд?

— Мама плакала. Она не знала, что я ушла из университета, потому что была тогда в отпуске, а я не хотела ее волновать. Когда мама вернулась, очень расстроилась. Бабушка говорила, что меня никуда не возьмут в середине семестра. Она профессор в университете и знала, что на самом деле возьмут. Говорила так, чтобы я не принимала решение импульсивно.

Я поселилась в общежитии, позже сняла крошечную гостинку. Зарабатывала тем, что помогала учиться студентам горного университета и выполняла домашние задания для американцев, присланные по электронной почте. Решала задачи для студентов колледжей и более сложные. Их программа отстает от нашей, поэтому было достаточно легко. Математика так увлекала меня, что я посвящала ей все свободное время.

— Как получилось, что вы стали заниматься технологическими стартапами?

— Я посетила выставку одного из факультетов КПИ, где были представлены разные инновационные устройства. Сейчас уже не вижу в них ничего инновационного, но тогда меня все сильно удивляло. В частности, шлем, который надевался на голову и с помощью электродов, касающихся кожи головы, определял, находится мозг в напряженном состоянии или расслабленном. На экране отображался человечек, которого нужно было заставить прыгать «силой мысли». Возникало странное ощущение, будто мозг в самом деле напрягается. Сложно описать словами. Захотелось самой сделать что-то похожее. Возникла идея создать носимое устройство, распознающее жесты. Его можно использовать для презентаций, игр или… коммуникации бойцов спецназа. Рассказала об идее ребятам, с которыми участвовала в инженерных олимпиадах, но о ней все быстро забыли. Я же стала ходить по факультетам и даже другим университетам в надежде найти человека, который даст мне хоть какую-то подсказку. В общей сложности обратилась более чем к сотне людей, и только двое дали мне адекватный совет. Остальные посчитали, что это ерунда, и не захотели тратить свое время. Самым полезным человеком для проекта оказался капитан «вражеской» команды, участвовавшей в олимпиадах, Илья Кухаренко. Между нами изначально сложились натянутые отношения, напряжение прямо в воздухе висело. Тем не менее он первый рассказал мне об электродермальной реакции: когда человек нервничает, то потеет. Но при стрессе он не просто потеет, меняется химический состав кожи и, как следствие, — ее электрическая проводимость, что называется кожно-гальванической реакцией. На этом мы строили все дальнейшие исследования.

Я показала Илье свои наработки и предложила сотрудничать. Вскоре мы собрали первый прототип — громоздкую штуку, распознающую, двигают ее или нет. Затем начался Майдан, мы с Ильей поссорились из-за разных политических взглядов. Заблокировали друг друга в социальных сетях и на долгое время прекратили общение.

— Слышала об этом проекте еще в 2014 году. Кажется, он занял третье место на конкурсе стартапов IDСEE?

— Да, но до этого было еще далеко! В то время я абсолютно не понимала, куда с ним двигаться. Когда на кафедре дали задание поучаствовать в конкурсе от Национальной ассоциации банков Украины для улучшения банковской системы, решила показать свое ноу-хау и подала заявку. Устройство якобы должно распознавать жест-пароль вместо ПИН-кода (для банкоматов). Это была плохая идея, но на конкурсе она заняла первое место. Я получила грант в 20 тысяч гривен, из которых четыре тысячи ушли на налог. Уверена: если бы кто-то готовился дольше, то победил бы с другим проектом.

— Считаете, это случайно получилось, а вовсе не потому, что вы очень умная?

— Не считаю себя такой. Я обычный человек, просто целеустремленная. Если увлекусь чем-то, то всерьез и надолго.

После конкурса мне предоставили бесплатное место в стартап-школе при КПИ Sikorsky Challenge, где я нашла команду единомышленников. Кстати, тогда еще понятия не имела, что означает слово «стартап».

Полгода мы вшестером работали в моей крошечной квартирке: паяли и программировали, ели и спали под одной крышей. Было весело, но требовалась логическая развязка, а свет в конце тоннеля все не появлялся. Мы научили нашу «махину» реагировать на поворот руки и переключать слайды на компьютере… Однако в школе проект забраковали, посчитав, что он не найдет достойного применения. Команда разуверилась. Я была страшно расстроена и в порыве чувств заявила, что справлюсь сама. Дала себе время до осени, решив, что пойду работать в «Самсунг», если дело не сдвинется с мертвой точки.

В сентябре 2014 года меня познакомили с нашим нынешним инвестором — украинским фондом USP Capital. Фонд только начинал свою деятельность, и мы стали у них первыми «подопечными». Мне выдали определенную сумму денег на офис и недостающее оборудование. Офис тогда сняли на Окружной, работали по соседству с… гробовщиками.

«Первую неделю в акселераторе казалось, что я попала сюда по ошибке»

— В том же году представили свое устройство на выставке IDSEE, — продолжает Лиза. — Весной 2015 года участвовали в конференциях в Норвегии, в США, а летом приняли решение изменить направление разработки. Сосредоточились на создании наручного трекера — браслета, который считывает различные физические показатели с минимальной погрешностью. Причем независимо от цвета кожи или наличия татуировок на запястье, что составляет проблему для обычного фитнес-трекера. Показания снимаются на разных частотах, это помогает более точно определить, что происходит с химическим составом кожи. Основная сложность — вместить устройство в маленький корпус браслета.

Сначала планировали сосредоточиться на определении нестабильных состояний у детей. Но не получилось: у детей слишком много «выбрыков». Поэтому наш основной клиент — человек в возрасте за пятьдесят.


*"Мы находимся на данном этапе работы над устройством во многом благодаря инженерным талантам нашего технического директора Ильи Кухаренко", — говорит Лиза Воронкова

На этом история прервалась. В заведении, где мы с Лизой беседовали, уже гасили свет. Мы разошлись по домам, договорившись встретиться снова, что оказалось не такой уж простой задачей. Лизу было не поймать: то она поехала открывать офис в Норвегию, то отправилась покорять океан на яхте с любимым дедушкой. После очередной моей попытки назначить встречу оказалось, что вся команда FORCE улетела на полгода в Соединенные Штаты.

— Конкурс в cтэнфордский акселератор — 1200 команд на место. Одно из них стало вашим. Каковы впечатления? — спросила я Лизу, связавшись с ней наконец по скайпу.

— Возможность пройти сюда составляла меньше одного процента. Первую неделю мне казалось, что кто-то подойдет и скажет, мол, произошла ошибка, езжай домой. Смотрю, над чем работают другие команды, и до сих пор не верю, что я среди них. Одна строит беспилотный самолет, который сможет летать пять лет, не приземляясь, за счет солнечной энергии. Когда ребята начинают перечислять свои регалии, я скромно сижу в углу. Ведь мы просто браслет делаем, понимаете?..

— Производство уже запустили?

— Да, ждем первые образцы из Китая! В Украине мы обошли множество заводов, и везде говорили, что наша задача невыполнима.

— Как проходит обучение в акселераторе?

— Собираемся раз в неделю, определяем цели, получаем практические советы менторов. Можем пользоваться базой данных акселератора. Это что-то вроде большого справочника с ответами на любые вопросы. С нами учатся 12 команд из разных стран. Мы первые украинцы в акселераторе и самые молодые из участников. Я единственный исполнительный директор среди девушек, которых тут вообще мало.

Нам предоставили офис в Сан-Франциско. По сути, мы занимаемся тем же, что делали в Украине, но продвигаемся в несколько раз быстрее. Наш ментор Билл Демас — человек, осуществлявший продажу поисковой системы Yahoo. Сейчас он владеет компанией со штатом более 400 сотрудников.

Здесь мы видим примеры других команд и гораздо лучше понимаем, как действовать дальше, ведь все вокруг заняты такими же вопросами. О проектах говорят буквально всюду: в лифте, за чашкой кофе, за обедом.

— Чем занимаетесь в Сан-Франциско в свободное время?

— Когда мы не работаем, то спим.

— Многим из прежней команды удалось дойти с вами до этого этапа?

— Остались только двое. Со мной сложно сработаться. Кстати, полтора года назад ко мне снова присоединился Илья Кухаренко, с которым давно побили горшки. Услышал о проекте на форуме разработчиков и узнал мой «почерк». Мы встретились, я предложила ему место технического директора. Забыв старые разногласия, снова стали трудиться вместе. Ради проекта он оставил хорошо оплачиваемую работу. Мы находимся на данном этапе во многом благодаря его инженерным талантам.

— Жених не ревнует вас к проекту и команде?

— Нет, ему нравится, что у меня много амбициозных идей.

— У вас есть мечта, цель?

— Мечтаю увидеть, как Илон Маск обоснуется на Марсе, и прилететь к нему в гости. Цель — вернуться в Днепр и сделать его лучше.

Другие материалы рубрики «Анатомия успеха» читайте здесь

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Загрузка...
Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

— Не знаю, что хуже — то, что муж написал: «Давай расстанемся», или то, что через две минуты прислал другую sms-ку: «Извини, это не тебе»?

Версии