Полугодовая аудитория газеты «ФАКТЫ» является самой массовой в Украине — 1 миллион 716 тысяч человек (данные MMI Украина)
Ольга Стасив и Денис Обшарский

Особый случай

Вдова военного хирурга разыскала мальчика, письмо которого стало на фронте для ее мужа оберегом (фото)

Екатерина КОПАНЕВА, «ФАКТЫ»

19.05.2017

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

В Тернополе вдова военного хирурга разыскала ребенка, письмо которого несколько лет назад случайно получил на передовой ее муж. Девятилетний Денис написал послание неизвестному солдату после того, как на войне погиб его тренер

«Дорогий солдатику! Мені дев’ять років, мене звати Денис. Раніше я був веселим усміхненим хлопчиком. Я думав, що війна десь далеко, але декілька днів тому я зрозумів, що вона зовсім поруч. Під Іловайськом загинув мій тренер Роман Іляшенко. Я був на похороні, там були тисячі людей. Бережи себе, солдатику. Пам’ятай, що вдома тебе теж чекають. Повертайся швидше додому. 14.09.2014».

Это письмо военный хирург Михаил Стасив всегда носил с собой. А когда вернулся из зоны АТО, решил разыскать его автора. Но не успел. Вскоре после демобилизации Михаил умер от сердечного приступа. Последнее желание мужа исполнила его вдова Ольга. Несмотря на то что в письме не было указано ни фамилии мальчика, ни адреса, женщина все-таки смогла его найти.

— Вместе с письмом мальчик прислал рисунок — красивую девушку в веночке с грустными голубыми глазами, — говорит Ольга Стасив. — Эта картинка запала мужу в душу не меньше, чем само письмо. Миша говорил, что для него это образ Украины — красивый и печальный.

— Это письмо попало к Ярославовичу (сослуживцы всегда называли Михаила по отчеству. — Авт.) случайно, — вспоминает сослуживец Вадим. — Помню, волонтеры привезли нам продукты и теплые вещи. Посылки приехали из разных регионов. Обнаружив это письмо, Ярославович удивился, что оно из его родной Тернопольской области. «Представляешь, этот мальчик — мой земляк, — сказал. — В свои семь лет ребенок уже знает, что такое война. Пишет, что погиб его тренер…» С тех пор Ярославович с этим письмом не расставался. Где бы он ни был — на боевой операции или в дороге за «трехсотыми», — рисунок был у него. Ярославович спас сотни солдат. Как только узнавал, что где-то есть раненые, сам садился за руль джипа и ехал на помощь. Его многие так и называли — «водитель на джипе». И водитель, и врач «скорой», и хирург… Ребята знали: если на помощь поехал Ярославович, значит «трехсотый», скорее всего, выживет.


*В зоне АТО военный хирург Михаил Стасив находился в самых горячих точках и спас сотни раненых солдат

— О том, как ему удавалось спасать даже безнадежных раненых, я узнала уже после похорон, — признается Ольга. — Муж ничего не рассказывал. Когда был в зоне АТО, не могла вытащить из него ни слова. Ответ был один: «У нас все спокойно, никто не стреляет. Расскажи, какие там новости». Он давал мне поручение — смотреть по телевизору новости и потом пересказывать ему. Помню, в начале сентября 2014 года рассказывала ему, что Попасную обстреляли из тяжелой артиллерии. А потом оказалось, что он сам со 2 сентября был в Попасной. Позже Миша сказал, что у них плохая связь, и несколько недель мы не разговаривали — только переписывались sms-ками. Оказалось, он заболел и не хотел, чтобы я поняла это по его голосу.

Вернувшись домой, отдал мне свой фронтовой дневник. В нем муж коротко описывал дни на войне. «28.08.2014 — выехали из „учебки“ в Ужгороде, три дня будем ехать на поезде». Дальше записи: «Приехали в Попасную, две ночи в машине, потом в ангаре, заболел…»

11 сентября он написал мне sms-ку: «У нас все хорошо. Кстати, сегодня месяц, как я на курсах». Это была наша шутка. Уезжая, муж попросил меня думать, что он едет не на войну, а на «курсы повышения квалификации». А в дневнике за 11 сентября совсем другая запись: «Дважды был обстрел, один снаряд упал недалеко от базы, другой — прямо на нашей территории. Но повезло — не разорвался». А вот запись за 2 октября. Это обращение ко мне: «Поговорил с тобой впервые за три недели. Ты плакала. Я знаю, как тебе тяжело…»

Мы с Мишей вместе еще со студенческих лет, и такая длительная разлука для нас была немыслима. Познакомились еще в мединституте. Миша решил стать врачом после того, как 19-летним парнем прошел Афганистан. Сначала стал хирургом, потом — заведующим хирургическим отделением. В последнее время работал заместителем главврача в Центре первичной санитарно-медицинской помощи. Муж сам пошел в военкомат. Я чувствовала, что это произойдет. Миша не мог спокойно смотреть новости: «Там ведь гибнут дети! Говорят, не хватает медиков». Он не смог бы отсиживаться в тылу, зная, что там нужна его помощь. Меня успокаивал тем, что его как врача отправят в госпиталь, а не на передовую. Какое-то время он был в госпитале в Светлодарске, где оперировал тяжелых раненых. Но чаще всего находился как раз на передовой.

Миша смог ненадолго приехать в отпуск после того, как они вышли из Дебальцево. Это был февраль 2015 года, когда в Дебальцево погибли сотни ребят. Муж вернулся очень уставшим. Поседел, постарел, сильно похудел. Но был счастлив, что находится там, где его помощь была так нужна.

О страшном бое под Санжаровкой в январе 2015 года я узнала уже от его сослуживцев. Ребята рассказывали, что им по рации сообщили о раненых, и они поехали двумя машинами. Но когда по дороге начался минометный обстрел, командир приказал дальше не ехать. Это было слишком опасно. Тогда муж сам сел за руль, и они с фельдшером вдвоем прорвались к «трехсотым».

Уже когда муж демобилизовался, мы смотрели фильм «Бой на высоте 307,5». Помню, как он тяжело вздохнул: «Это как раз тот бой под Санжаровкой…» Дальше смотреть не захотел и вышел из комнаты. Мы посмотрели этот фильм накануне того трагического дня, когда мужа не стало. Он умер внезапно — прямо на моих глазах. Острый инфаркт. Военно-врачебная комиссия связала произошедшее с тем, что он пережил на войне. Уже после его смерти я нашла таблетки от сердечной боли и выписку из больницы. Оказывается, он втайне от меня проходил амбулаторное лечение. А меня, как всегда, не хотел беспокоить…

Михаилу Стасиву было 47 лет. У него остался 21-летний сын. На похороны врача пришли сотни человек.

— В тот момент я ни о чем не могла думать. Не верила, что его нет. Я и сейчас иногда не верю, — признается Ольга. — Миша был не только моим мужем, но и лучшим другом, моим главным и единственным советчиком. Думаю, он и сейчас рядом. Когда становится очень тяжело, он приходит ко мне во сне, успокаивает… Письмо от мальчика Дениса, которым муж так дорожил, после его смерти часто попадалось мне на глаза. Я вспоминала, как Миша говорил: «Нужно найти этого ребенка. Я так ему благодарен. Он просил меня вернуться живым — и я вернулся». Письмо этого мальчика стало для мужа оберегом. Поэтому я и решила его найти.

— Как вам это удалось?

— Так как Денис ни своей фамилии, ни места жительства не указал (я только знала, что он из Тернопольской области), начала искать информацию о его погибшем тренере Романе Ильяшенко. Оказалось, он из Чорткова Тернопольской области. Погиб под Иловайском, ему было всего 23 года.

Роман Ильяшенко был обладателем кубка Украины по фри-файту. Служил во втором батальоне 51-й механизированной бригады артиллерийского самоходного дивизиона. Когда Роман не вернулся из Иловайска, родные и сослуживцы до последнего надеялись, что он жив. Но позже Романа нашли среди погибших. Сослуживцы отзываются о нем как о храбром бойце и добром отзывчивом человеке. «Он ничего не боялся, — рассказывали солдаты на похоронах. — Кроме реакции мамы на свою татуировку. По этой татуировке, кстати, его и опознали…» На похоронах был его девятилетний ученик Денис Обшарский. Для мальчика гибель тренера стала личной трагедией.

— Денис начал ходить к нему еще до школы, — рассказывает мама мальчика Анастасия Обшарская. — Благодаря Роману Игоревичу сын полюбил спорт. Тренер умел найти к детям подход. Общался с ними на равных, как с друзьями. Он говорил, что у Дениса большое будущее. Сын в нем души не чаял. Возвращаясь с тренировки, с горящими глазами рассказывал о Романе Игоревиче. Говорил, что хочет быть на него похожим, когда вырастет.

После гибели тренера Денис бросил спорт… На следующий день после похорон в школе собирали посылки для бойцов АТО. Кто-то передавал вещи, кто-то — шоколадки, а Денис написал письмо солдату. Дома попросил меня помочь нарисовать Украину. Портрет красивой девушки в веночке мы с ним рисовали вместе. Письмо Дениса было коротким, но искренним. «Вдруг солдату, который его получит, это поможет», — сказал тогда сын. Но мы даже не догадывались, что для того, кто его получил, оно стало таким дорогим.

— С тех пор прошло немало времени, — рассказывает Анастасия Обшарская. — И тут я прочитала на тернопольском новостном сайте о женщине, разыскивающей мальчика Дениса, который прислал ее мужу письмо на фронт. У меня екнуло сердце. Не успела я выяснить, о каком письме идет речь, как на меня вышли местные журналисты.

— Они прочитали мое сообщение в «Фейсбуке», — уточняет Ольга. — Я не ожидала, что журналисты найдут Дениса так быстро. Уже через четыре часа после того, как я написала, что ищу этого мальчика, мне пришло письмо от Анастасии Обшарской. Я начала плакать с первой строчки: «Добрый день, пани Оля. Я мама того самого Дениса. Случайно увидела ваш пост, и на глаза навернулись слезы. Вспомнила, как мы рисовали рисунок и сын писал письмо. Для него это было очень важно, потому что еще не зажила рана от потери любимого тренера. Теперь мы точно знаем, что письма, которые наши дети пишут на фронт, доходят до солдат и поддерживают тех, кто сейчас защищает нашу землю». В тот же день мы договорились о встрече.

— Денис очень волновался, — с улыбкой вспоминает Анастасия. — Все время спрашивал, что мне известно об этой тете: сколько ей лет, где живет, кем был ее муж? А когда увидел фотографию Михаила, признался, что именно таким представлял солдата, который получил его письмо.

— Это правда, — подтверждает Денис. — Я писал письмо, чтобы поддержать бойцов — таких, как Роман Игоревич… Знаете, он был особенным. Настоящий друг. Мы все на него равнялись. Когда я писал письмо, то думал о сильном, отважном и добром человеке. Муж пани Оли таким и был. Он спас много людей, и на фотографиях у него очень добрые глаза. Пани Оля сказала, что мое письмо продлило ему жизнь… Жаль, что я не успел с ним познакомиться.

— Встреча была очень трогательная, — признается Ольга. — Денис захотел побывать на могиле мужа… Я плакала, но мне стало легче. Наверное, потому, что последнее желание Миши наконец исполнилось… А потом я подарила Денису поездку в Венгрию, которую выиграла, приняв участие в благотворительном проекте «Книга добра». Написала рассказ о муже и получила такой подарок. Знаете, наверное, настоящую книгу добра мы пишем своими поступками. Уйдя на фронт, муж сделал доброе дело сотням солдат. Денис написал письмо — и сделал добро моему мужу. А я написала про добро — и подарила приз Денису.


*"После встречи с Денисом мне стало легче — исполнилось последнее желание мужа", — говорит Ольга Стасив. Фото издания «Наш день»

Рассказ Ольги Стасив можно почитать на сайте проекта «Книга добра».

«Минає уже рік, як ти відійшов у вічність, уже рік без тебе, — написала Ольга. — Але ти — зі мною. І будеш поряд до останнього мого подиху. Ти живеш у нашому сині. Частинка твого серця б’ється у грудях кожного врятованого тобою бійця. Близькі люди відходять. Любов залишається. Я знаю, що ти помер. Що ж я не знаю, чи що? І все одно я можу тебе любити. Від того, що людина померла, її ж не можна перестати любити, особливо якщо вона була кращою за всіх живих…»

— С пани Олей мы теперь дружим, каждый день созваниваемся, — говорит Анастасия Обшарская. — А еще Денис решил вернуться в спортивную секцию.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Читайте также
Загрузка...
Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

— Знаете, в детстве я боялся темноты. Теперь же, когда вижу свой счет за электроэнергию, я боюсь света!..

Версии