Житейские истории

Украинский стартап: киевляне создают компактные дома на колесах для любителей отдыха на природе

16:17 23 мая 2018   1298
Павел Волков и Андрей Пилявский
Илона ВАРЛАМОВА, «ФАКТЫ»

Павел Волков и Андрей Пилявский — друзья детства и партнеры по бизнесу. Оба большие поклонники приключений и любители покрутить гайки cтарых автомобилей. Порыбачить, сплавиться по реке или махнуть в горы — для друзей милое дело. Такой симбиоз увлечений и привел их к идее собирать мини-домики на колесах, оснащенные всем необходимым для жизни в кемпинге или диких условиях. Первую каплевидную модель с зеркальным покрытием ребята подсмотрели у американцев два года назад. Тогда в руки Павла попала фотография прицепа, и у него появилось желание поэкспериментировать, собрать кемпер для себя, чтобы отдыхать с комфортом. Уже через три месяца новенький прицеп отправился на выставку, где произвел настоящий фурор. На нескольких квадратных метрах ребята разместили комфортабельную спальню с телевизором, полноценную кухню и даже летний душ. Интерес к продукту мотивировал их взяться за дело всерьез.

Вскоре разработчики запустили в производство новую модель с антивандальным полимерным покрытием корпуса, до недавнего времени не имеющим аналогов в мире. Теперь уже зарубежные производители стали следить за идеями украинского бренда Lifestyle Camper. И после презентации новой модели на выставке, по словам Павла, на американском рынке был представлен похожий экземпляр. В отличие от своих собратьев, кемпер украинского производства весит чуть более полутонны и его под силу потянуть даже малолитражке. Что касается стоимости, любителям активного отдыха дом на колесах в базовой комплектации обойдется в 6,5—7,5 тысячи евро, в то время как цена за немецкий аналог стартует от 14 тысяч евро. Словацкий кемпер в той же комплектации можно купить за 18 тысяч евро, а стоимость «француза» доходит до 25.

— Идея таких домиков на колесах стара как мир, — рассказывает «ФАКТАМ» соучредитель компании Павел Волков. — В Америке они популярны с 30-х годов прошлого столетия, а в Украине рынок пуст. У нас, в отличие от остального мира, культура караванинга (автомобильный туризм с проживанием в автодомах или прицепах. — Авт.) совсем не развита. Поэтому мы больше ориентированы на европейский рынок, откуда приходит 90 процентов наших заказчиков.

У меня на компьютере есть папка под названием «Мечта». Я в ней храню разную информацию, картинки, идеи, связанные с тем, что мне в жизни хочется сделать. Занимает пару мегабайт. Когда мне попалась фотография американского кемпера, я подумал, что круто бы и себе такой когда-то сделать, и закинул ее в эту папку. Мы с Андреем часто выезжали на природу с ночевкой, и каждый раз приходилось собирать палатку и организовывать быт. Нам это уже порядком надоело. Однажды мы сидели у меня в гараже, что-то планировали, и я предложил Андрею построить тот кемпер.

Там же, в гараже, за три летних месяца мы его и собрали. Три месяца буквально жили в гараже. Вложили около 8 тысяч долларов. Перевели кучу материала, ведь подобное делали впервые, сто раз что-то перепиливали, перекручивали, воевали за каждый миллиметр — все задуманное должно было влезть в ограниченное пространство.

Стандартные детали часто не подходили по размеру, а нужного на рынке просто не было, приходилось их переделывать. Пробовали обшивать корпус и алюминием, и пластиком. Я девять лет проработал в компании, торгующей нержавеющим металлом, и очень не хотел его использовать. Но в итоге все равно пришли к нержавейке, потому что это вечный и удобный в работе материал. До последнего мы с Андреем не понимали, что получится. Все еще помню то ощущение, когда сняли с кузова защитную пленку и увидели сверкающую зеркальную поверхность. Кайф.

В сентябре мы участвовали в автовыставке, где показывали отреставрированный ретромобиль BMW. К нему прицепили кемпер — и вызвали настоящий ажиотаж. Люди подходили, спрашивали, делаем ли мы такое на заказ. Уже к концу дня мы с Андреем решили: да, делаем!

Несколько месяцев собирались с мыслями и в конце декабря 2016 года сняли помещение под мастерскую, купили станок и набрали первых рабочих. Сейчас производство работает почти без выходных.

Павел проводит экскурсию по производству. Демонстрирует нарезку деталей, инструкцию по сборке, знакомит с сотрудником, который вышел на работу пораньше и, попивая кофе, задает параметры будущих деталей для станка с числовым программным управлением. Показывает тот самый первый кемпер «каплю» и его новеньких последователей — модели X-Line.

— Он у нас научный экземпляр, — объясняет Павел, похлопывая по блестящему корпусу. — Ему уже два года, и мы его всячески сейчас курочим. Тренируемся, так сказать, разбираем ошибки.

Кемпер делится на несколько зон: в кормовой части — кухня, оснащенная холодильником, газовой плитой (изолированный баллон) и шкафчиками для посуды. Встроен также нержавеющий резервуар с водой на 50 литров. Этого вполне хватает на несколько дней. Внутри — спальное место на ламелях 1,4 на 2 метра, телевизор, магнитола с колонками, окно и люк с москитными сетками, несколько видов света, розетки, полки и крючки для вещей. Прицеп оснащен термодатчиком и самостоятельно заботится о проветривании. Установлен тут и обогреватель мощностью два киловатта. Замерзнуть не получится даже в 30-градусный мороз. Есть зарядное устройство, аккумулятор.

Для корпуса используется специальная облегченная фанера французского производства. Она раза в четыре дороже наших аналогов, зато в несколько раз легче и экологичнее. Сверху обшивается слоем пенополистирола, что создает эффект термоса — прицеп стоит на солнце, а внутри не жарко.

В модели X-Line подняли клиренс, сделав ее более адаптированной к бездорожью. В отделке используем американское военное покрытие из стопроцентного полимера. Прицеп специальным методом заливается материалом, который сохнет за четыре секунды и делает кузов полностью герметичным. То есть если его загнать в реку, он, скорее всего, поплывет. Материал очень прочный, пробить его нельзя даже из дробовика.


* Корпус в модели Х-Line сделан из легкого, но очень прочного материала — его не пробьет даже дробовик

— А как относитесь к конкуренции? Все-таки в Украине есть ребята, которые делают кемперы, и будут появляться новые.

— Когда мы были на автомобильной выставке, видели, что некоторые молодые команды стараются делать что-то подобное, но им не хватает опыта, — продолжает Павел. — По большей части это пока кустарное производство. Я подошел ко всем производителям. Отметил ошибки, которые могут стать угрозой для человека. Подсказал, на что стоит обратить внимание, что переделать. Как переделывать — это уже пусть сами решают. А вообще конкуренцию приветствую. Она мотивирует совершенствоваться.

— С какими сложностями пришлось сталкиваться за эти два года?

Да их масса. Самый сложный процесс — получение европейской сертификации. Очень много стандартов, которым надо соответствовать. — Павел показывает толстую папку на столе в кабинете. — Это только малая часть документации, в которой пришлось разбираться самостоятельно. Полгода ушло, чтобы все изучить. Сертификат получили, а мозги кипят до сих пор. Приятно удивило, что ни в одной инстанции мы не столкнулись с коррупцией и не заплатили ни копейки. Взятки — принципиально не наш путь.

Иногда сталкиваемся с негативом по поводу цены, мол, да я сам такое соберу в пять раз дешевле! Сложно переубеждать людей, что качество не может стоить дешево. И еще поднадоели вопросы, почему в кемпере нет туалета. На первое апреля мы прикрутили внутри унитаз и презентовали «новую модель» на странице в «Фейсбуке» — вот, как заказывали. Это же не автодом. В кемпингах туалет есть, а на дикой природе… сами понимаете.

Но если уж говорить откровенно, то бизнес только со стороны выглядит увлекательным приключением. На самом деле — это ад. За два года у меня не было ни единого выходного. Все время переживаешь — за каждую гайку, за каждого сотрудника. То срывы сроков, то нехватка средств, порча ценного материала, то специалист заболел или еще, чего доброго, решил уволиться… На обучение нового сотрудника уходит три месяца. После этого он приступает к работе и обязательно начинает что-то портить. Горы материала отправятся на свалку, пока он набьет руку.

Есть детали, которые заменить легко, но портятся и сложные комплектующие. Бывает брак материалов, который сразу не обнаружишь. Однажды из-за плохого клея отозвали прицеп аж из Европы и в течение четырех дней отправили новый. Немного потеряли в деньгах, но лицо потерять дороже.

Я уже не помню дня, в котором проснулся бы абсолютно спокойным и таким же уснул, не думая о проблемах. Не знаю, закончится ли этот период переживаний когда-нибудь. Иногда хочется все бросить. Но понимаю, что от меня слишком много зависит — и сам проект, и люди, которые в нем работают. Перетерплю — и дальше в бой.


* «Ни в одной инстанции мы не заплатили ни копейки. Взятки — принципиально не наш путь», — говорят партнеры по бизнесу Павел Волков и Андрей Пилявский

— Делали кемпер для отдыха, а получилось наоборот.

О чем вы говорите! Мы с тех пор на природу выезжаем, только чтобы снять проморолик или провести тест-драйв. Однажды на Десне разбили лагерь и к нам туда прилетел аист. Он сел на крышу и остался. Провел с нами два дня, словно ручной. Мы расценили это как очень хороший знак.

— Поменяли бы все это на спокойную жизнь наемного сотрудника?

— Сейчас проект для меня — это вызов, — продолжает Павел. — Хотелось бы создать знаковый продукт, который не потеряет своей ценности через десятилетия. Как «Мерседес». Но я не планирую работать в этой компании вечно. Слишком много разных вещей еще запланировал. Не исключаю роль наемного сотрудника в будущем, если попадется интересный проект.

— Спорный вопрос в бизнесе — партнерство с друзьями. Как у вас, одно другому не мешает?

— Бизнес — это следствие нашей с Андреем дружбы. Мы в первую очередь товарищи на работе и в жизни. Но разногласия бывают — это норма. Иногда, конечно, ссоримся. Но в любой ситуации нужно оставаться человеком. Мы дружим с детства и всегда приходим к общему знаменателю. Главное — доверие, понимание и умение уступить.


* С такой походной кухней турист точно голодным не останется

— У вас уже не гаражный проект, как в начале, а огромный цех, 16 сотрудников… Словом, серьезное производство. Понятно, что проект дорогостоящий. Понадобились внешние инвестиции?

Быстро стало понятно, что мы нуждаемся в инвесторе. К счастью, он нашел нас сам. Мы продали кемпер в Новую Зеландию, и заказчик попросил своего товарища из Украины приехать на производство и проверить работу. Человек оказался бывалым знатоком караванинга и владельцем нескольких прицепов. Когда сделка была успешно завершена, Анатолий сделал нам предложение. Теперь вместе расширяем масштабы производства. Выпускаем по десять прицепов в месяц, активно выходим на европейский рынок. Для нас он является основным, так как в Украине культура караванинга в принципе отсутствует. За два года мы отправили прицепы почти во все страны Европы, Казахстан, Новую Зеландию.

Вообще-то из меня плохой предприниматель. Рад, что у нас в проекте появилось внешнее управление со стороны инвестора. Я нахожусь в постоянном творческом процессе. Пока дойду до кабинета, придумаю, как мастерам сэкономить 15 минут в день на каком-то процессе. Дойду до курилки — еще что-то придумаю. Идеи нужно доводить до ума, чтобы они работали. Я сплю по четыре часа в сутки. Если бы еще и управлением занимался, точно не выдержал бы.

— Многие считают, что человек либо предприниматель, это как бы в крови, ли-бо нет. У вас как все складывалось до 2016 года?

— Я хотел поступать в автодорожный университет, а мама отговорила: мол, ты в машинах уже и так понимаешь, иди лучше в столярку. Потом поступил на исторический. Просто в точных науках я не был силен, Политех мне не светил. Образование выбрал наобум, хотя историю терпеть не мог. Зато сейчас люблю. Считаю, на истории люди умнеют. Еще во время учебы отправился работать на Крайний Север, в Ханты-Мансийск. Трудился по 13 часов в день на стройке в лютый мороз, без выходных. Настоящая студенческая романтика. К деньгам тогда относился с легкостью. Вернулся и почти все потратил. Купил очень дорогой музыкальный центр.

Тогда же начал свой первый бизнес. Открыл мастерскую, где со школьными товарищами стали изготавливать детские стульчики для кормления. Это абсолютно случайно получилось: сестра тогда родила ребенка и купила стульчик за двадцать долларов — сумасшедшие на то время деньги. Я ее поругал, мол, зачем деньги тратила, я такой за три минуты сделал бы. Пошел и сделал ради интереса. В газете Aviso разместил объявление (раньше только так можно было что-то продать), и его купили. Затем втянулся в торговлю и открыл пару маленьких стоковых магазинов с одеждой, позже переключился на мобильные телефоны. А когда все надоело, уехал в Москву. Там и проработал девять лет. Потом начались известные неприятные события, потянуло на родину. Да и тяжко столько лет вдали от дома. Я вернулся и с головой ушел в реставрацию BMW. Восемь месяцев почти не выходил из гаража.

— А первую свою машину помните, с которой все началось?

— Конечно, помню! «Запорожец». В 15 лет достался мне от отца. Я на нем в бурсу ездил. Петлял по дворам, прав у меня еще не было. Машина ломалась, я ее чинил. Вот так методом проб и ошибок всему и научился.

Читайте также
Новости партнеров

— Роза Львовна, а почему вы отказали прошлому жильцу? — Я, конечно, не любопытна, но, если человек постоянно закрывает замочную скважину, это таки подозрительно!