Житейские истории Особый случай

«Соцслужба подарила нам упаковку презервативов с тонким намеком больше не размножаться»

8:00 28 июня 2018   3882
Семья Медун
Дария ГОРСКАЯ, «ФАКТЫ»

Четыре месяца назад «ФАКТЫ» писали об уникальном случае: в киевской семье 41-летних Татьяны и Сергея Медунов, где уже росли пятеро детей, родилась тройня. Однако многодетные родители лишены практически всей положенной от государства помощи: ни жилья, ни разовой выплаты в 20 тысяч гривен, ни помощи социального работника, ни коляски для тройняшек, ни даже молочных смесей для малышей они за минувшие четыре месяца так и не получили. А их квартира находится в настолько катастрофическом состоянии, что там вряд ли могла бы себя чувствовать комфортно даже семья с одним ребенком.

Во дворе одной из столичных пятиэтажек меня встречает настоящий детский сад. Старшие братья и сестры тройняшек важно катают взад-вперед внушительного вида коляску. «Это наши Вика, Ника и Витя, а я их брат Саня, — объясняет девятилетний мальчишка с длиннющими черными ресницами. — А это соседские девочки, они помогают укачивать тройняшек».

Здесь же гуляют младшие сестры Саши, четырехлетняя Маша с пухленькими щечками и худенькая семилетняя Соня. Высокий серьезный парень, только что прибежавший с почты, где забирал для мамы посылку, — 19-летний Женя, самый старший из детей. А вот с его 12-летним братом Максимом познакомиться не довелось — он ушел играть с друзьями в баскетбол.

Проснувшиеся после прогулки малыши сразу же начали плакать и требовать внимания. Девочек подхватили на руки родители, мальчика взялась покачать я. Витя мгновенно успокоился и начал с любопытством изучать обстановку вокруг.

— Ника у нас заводила, самая голосистая, — улыбаясь, прижимает к себе малышку Татьяна Медун, высокая худенькая женщина, совсем не похожая на маму восьмерых детей. — А вот Витя — очень спокойный и тихий. Он и родился самым маленьким: 45 сантиметров и 1800 граммов. Девочки покрупнее: 47 сантиметров и больше двух кило каждая. Конечно, тройня — это непросто, всех нужно кормить, купать, развлекать. Но главное — их всех по очереди нужно убаюкивать, должна быть тишина. Поэтому мы не может закончить начатый ремонт, хотя жить в таких условиях очень устали.

В квартире стены на кухне оббиты до бетона, в спальне содраны обои, везде стоят пакеты, коробки, ящики. Детская обувь свалена горой, под стенкой — недавно доставленная и еще запакованная кухонная мебель.

— Когда в квартире маленькие дети, невозможно работать перфоратором, клеить обои, красить, — объясняет Татьяна. — К тому же, чтобы спокойно сделать ремонт, нужно выселиться и освободить квартиру от вещей. Было бы здорово, если бы городские власти помогли мне выехать с детьми на отдых хотя бы на месяц и выделили положенного по закону соцработника в помощь по уходу за тройней. За это время муж и старший сын закончили бы ремонт. Но пока единственная помощь, какую мы получили от местной администрации, — билеты для младших детей на мультфильм, просроченные и некондиционные влажные салфетки и… огромная упаковка презервативов. С прозрачным намеком: больше не размножаться.

— Грубовато…

— Не то слово. У меня дар речи пропал, когда получила такой презент. Если чиновники так реагируют на тройняшек, то стоит ли удивляться тому, что о нас думают соседи? Одни считают меня матерью-одиночкой, нагулявшей детей непонятно от кого (это при том, что мы с Сергеем уже двадцать лет в браке), другие уверены, что мы сектанты и собираемся рожать несметное количество детей до самой смерти…

— Таня, а как на самом деле вышло, что у вас так много детей?

— Это долгая история. Первые десять лет мы жили с родителями мужа, которые были изначально против нашего брака. После рождения первого ребенка свекровь меня несколько раз заставляла делать аборт. Но тогда в поликлинике не делали УЗИ, я, как и многие женщины, не понимала, что собой представляет маленькое существо, которое убивают на ранних сроках. А когда забеременела Максимом, впервые увидела ребенка на экране монитора. 12-недельный малыш у меня в животе был уже настоящим человеком! Я несколько дней рыдала, осознав, что за эти годы натворила. Пошла в церковь, покаялась и пообещала Богу, что никогда больше не буду повторять своих ошибок. Сколько Бог даст — столько рожу и воспитаю.

— А почему родители мужа были против вашего брака?

— Мы тогда были молодыми, своего жилья не имели, — отвечает за супругу Сергей. — А родителям — что моим, что Таниным — не особо хотелось тесниться и давать нам приют. В 90-е годы нормальной работы днем с огнем было не сыскать. Хватался за любую халтуру (по профессии я столяр) и очень часто натыкался на «кидалово»: пашешь месяц, а вместо зарплаты — шиш с маслом. Потом, слава Богу, устроился на нормальную работу, стало получше с деньгами.

— Правда, родственников это все равно не устраивало, — грустно улыбается Татьяна. — Купим новый диван или телевизор — возмущаются. Как мы смеем шиковать и покупать то, чего у них нет? Внукам родители Сергея тоже были совсем не рады. После рождения Максима конфликты стали обостряться, а когда я забеременела Сашей, нам попросту указали на дверь. Даже вызвали милицию, заявив, что мы тут не прописаны и занимаем чужую жилплощадь. Правоохранители, надо отдать им должное, стали на нашу сторону. Сказали моим свекрам: «У вас совесть есть? Тут молодая семья, ваши же дети и маленькие внуки, а вы их на улицу выгоняете!»

— Но мы больше не хотели там оставаться, — говорит Сергей. — Пошли к дедушке, где я был прописан. Досматривали 90-летнего деда, кормили, лечили, прекрасно с ним ладили. А потом на эту квартиру положила глаз моя тетка, и снова начались скандалы. Пришлось решать проблему через суд. Мы выиграли дело, тетке пришлось угомониться. С тех пор тут и живем.

— Я так понимаю, что даже для вас с женой и пятерых детей места здесь маловато. Как отреагировали, узнав, что Таня ждет тройню?

Таня сообщила мне по телефону, когда вышла из кабинета УЗИ. Говорит: «Если ты стоишь, лучше сядь». Я понимал, что это связано с беременностью, но и подумать не мог, что новость будет настолько сногсшибательной. Кстати, не только для меня. В тот день жену не особо хотели смотреть на УЗИ — был конец дня. Таня уговорила врачей провести исследование, чтобы не идти в больницу во второй раз. Врач глянула на монитор, и у нее просто челюсть отвисла.

— Это точно, — смеется Татьяна. — Первый ее вопрос был: «Вы что, делали искусственное оплодотворение?» Я удивилась, сказала, что нет. За минуту вокруг меня собрался целый консилиум врачей. Я не выдержала: «Скажите мне правду. Неужели там двойня?» «Не-а, там тройня…» — ошарашенно сказали медики. У меня пропал дар речи. Врачи были поражены не меньше. Не только потому, что это тройня, зачатая естественным путем. Но и потому, что каждый из малышей находился в своем плодном пузыре (амнионе), что вообще случается крайне редко. Опасность многоплодной беременности чаще всего именно в том, что детки мешают друг другу, их пуповины переплетаются. А мой сын и две дочки лежали каждый на своей отдельной «полочке».

— Причем Витя как настоящий джентльмен уступил сестрам удобные «нижние места», а сам залез на «верхнюю полку», — смеется Сергей.

— Носить было сложно?

— Конечно, живот был большой, — признается Татьяна. — Да и домашние хлопоты, уход за остальными детьми никто не отменял, хоть муж и взял на себя большую часть обязанностей. Но самое сложное в моей беременности было постоянно воевать с врачами. Несмотря на нормальное самочувствие, меня чуть не каждый день пытались уложить в больницу на сохранение. Говорили: нам нет дела до того, что у тебя дома еще пятеро детей. Нас волнует только эта тройня. А одна из врачей сказала, что я первая в ее практике мама тройни. И если успешно выношу и рожу, это чрезвычайно поднимет ее рейтинг как гинеколога. Это смешно. Конечно, я думала не о ее рейтинге, а о своих детях, поэтому отбивалась от излишней опеки. Мне хотели вызывать роды еще на тридцатой неделе, но я ухитрилась доносить до 34-й недели и родить здоровых деток с отличными для тройни весом и ростом.

— Как отнеслись остальные дети к новорожденным брату и сестрам?

— Нормально. Они привыкли, что в квартире всегда много народу, — говорит Татьяна. — Правда, Женя с тройняшками не нянчится. Он сказал мне: «Я помог вырастить Максима и Саню, теперь пусть они помогают с младшими». Младшие и правда нянчатся: гуляют, качают, баюкают.

— Но вам же по закону положен патронаж, соцработница-нянечка. Если я не ошибаюсь, она должна помогать вам сорок часов в неделю.

— Должна, — грустно кивает Татьяна. — А еще нам положены квартира, дополнительные выплаты и множество всяческих льгот. Ничего этого нет, сколько мы ни добиваемся.


* Семья Медунов, в которой теперь восемь детей, вынуждена тесниться в двухкомнатной квартире, требующей к тому же срочного ремонта. Фото автора

— Социальный работник действительно предусмотрен законом в помощь родителям тройни, — подтвердила «ФАКТАМ» специалист по социальной работе Центра социальных служб для семьи и молодежи Днепровского района Татьяна Шарипова, под патронажем которой находится семья Медунов. — Но этот вопрос в компетенции управления соцзащиты Днепровского района. Мы никак не можем на это повлиять. Как и на решение жилищного вопроса, которым занимается квартотдел при районной госадминистрации. Если не ошибаюсь, семья Медунов — двадцатая в очереди на получение квартиры.

Я не волшебник, у меня нет волшебной палочки, я не могу решать проблемы всех семей, которые находятся у нас под патронажем. И так делаю больше, чем обязана. Мы подарили для тройни влажные салфетки — 16 пачек по 82 штуки. Старшим детям обеспечили досуг, они сходили в «Мультиплекс». Предлагали им поход в планетарий и кукольный театр, но они отказались, как раз тогда болели. Возможно, сможем сводить их в «Макдоналдс». Семья Медунов внесена в предварительный список на летнее оздоровление. Когда мэрия даст нам путевки, мы предложим детям Татьяны, которым больше восьми лет, санаторий или лагерь отдыха. Кроме того, именно я рассказала Татьяне Медун о том, что семьям, родившим тройню в 2018 году, положена разовая выплата в размере 20 тысяч гривен. Обязанность внести семью в список на эту выплату возложена на районную поликлинику. Медики сказали, что сделают это, как только получат указание.

— От кого?

— Не могу сказать, не знаю. Да они и сами не знают. Процедура пока не до конца понятная.

— Чиновники перебрасывают ответственность друг на друга, никто не хочет ни за что отвечать, — вздыхает Татьяна. — Нам даже питание детское в поликлинике не хотели давать, пока мы не пожаловались в районную администрацию. Тогда только выдали, но при этом не сухие молочные смеси, которые нам остро необходимы, а овощное пюре в баночках — оно нужно будет тройняшкам минимум через полгода.

Депутаты вообще повели себя отвратительно. Пришли к нам домой, пофотографировали, наобещали с три короба, выставили все это в «Фейсбуке», попиарились за наш счет и ничегошеньки не сделали. Фонд «Крила», который клятвенно обещал нам стройматериалы и ремонт, тоже нас «кинул»: сначала кормили завтраками, потом вообще перестали брать трубку.

Помогают нам обычные люди. Соцработник школы № 126 Елена Масло написала просьбы решить нашу жилищную проблему во все инстанции: местную администрацию, Администрацию президента, Виталию Кличко. Правда, везде нам сказали, что мы и дальше будем стоять в общей очереди. А это, учитывая, что в Киеве выдается максимум одна квартира в год, означает, что ближайшие двадцать лет мы будем жить в нашей «двушке». Но Елене все равно хочу сказать огромное спасибо за участие в нашей судьбе. Как и нашему священнику отцу Николаю. А еще — женщине, которая нам подарила коляску для тройни. Ведь ни город, ни район нам не собирались ее покупать. Мама уже подросшей тройни позвонила нам и говорит: «Я все это время берегла свою коляску, не продавала, сколько у меня ни просили. А когда услышала о вас, поняла: именно для вашей семьи я ее и хранила». Мы были очень тронуты.

— Коляска — настоящее чудо, устойчивая и удобная, — говорит Сергей. — Правда, не влезает в дверь, так что нам ее каждый день приходится разбирать, засовывать в багажник автомобиля, а потом снова доставать и собирать. Было бы здорово, если бы нам выделили гараж. Но, когда я пошел на прием к главе Днепровской райгосадминистрации Петру Онофрийчуку, он мне отказал, заявив, что, раз я не инвалид, мне гараж не положен.

— Но мы не отчаиваемся, — улыбается многодетная мама, целуя новорожденную Нику. — Главное, чтобы малыши были здоровыми. А в остальном будем уповать на Бога.

P. S. Те, кто хочет помочь семье Медунов деньгами на памперсы, детское питание и на то, чтобы наконец закончить ремонт, могут перечислить средства на карточку ПриватБанка: 4149 4991 1075 2258.

Читайте также
Новости партнеров
Загрузка...

Одесса. Привоз. Беседуют два приятеля: — Моня, а вот ты в армии служил? — Нет, Лева, не служил… Не взяли меня. — А шо так? По болезни? — Та не! Найти не смогли.