ПОИСК
Події

Когда 7-летняя юлька, гостившая у родителей-наркоманов, выходила поиграть во двор, дети убегали от нее

0:00 16 березня 2004
Інф. «ФАКТІВ»
Больную СПИДом девочку из Ужгорода не хотели принять ни в детский садик, ни в школу

О СПИДе и его страшных последствиях за последние годы сказано так много, что история 7-летней девочки из Ужгорода на этом фоне может показаться вполне обыденной. И все-таки смерть Юльки стала настоящим потрясением для всех, кто ее знал. Обидно, когда от неизлечимой болезни угасает невинный ребенок. Вдвойне обидно, что умерла девочка, чья душа вопреки всем обстоятельствам осталась настолько светлой и чистой, что ее невозможно было не любить.

«Приходя за правнучкой, я чувствовала в квартире резкий запах ацетона… »

Юля была обречена с первого дня появления на свет -- она родилась от родителей-наркоманов. Однако о том, что ребенок болен СПИДом, стало известно не сразу (в 1996 году роженицы не проходили обязательное обследование на ВИЧ-инфекцию), а спустя девять месяцев. Отец девочки, 17-летний Александр, почувствовав недомогание, обратился к врачам, и тест на СПИД дал положительный результат. Сразу после этого страшную болезнь диагностировали у его жены и дочки.

-- Мать Юли не слишком утруждала себя заботами о ребенке, -- рассказывает прабабушка Юли Валентина Владимировна, -- ведь ей было всего шестнадцать. Через два дня после родов Наташа оставила малютку в больнице, и за ней поехала моя дочь. С тех пор Юлька жила у нас, родители лишь изредка на день-два забирали ее к себе, когда им было, как они сами выражались, «скучно». Отдавать ребенка на больший срок я не соглашалась. О том, что внук с женой наркоманы, мне долгое время было неизвестно. Несколько раз, приходя за Юлькой, я чувствовала в квартире резкий запах ацетона, но они объясняли, будто что-то покрасили. А потом, когда я начала догадываться, даже не прятались — кололись прямо у меня на глазах. Однажды я застала у них в квартире настоящий притон: пятеро взрослых курят, окна закрыты, дым такой, что выедает глаза, а по полу ползает Юлька. «Что вы делаете?! -- кричу на них. -- Откройте окна, вы же ребенка отравите!» Тогда только и зашевелились. А сколько раз подобное происходило, когда меня не было? О пристрастии внука и его жены знали соседи. Одна из них, Лидия Ивановна, присматривала за Юлькой, пока молодые родители и их приятели пребывали в наркотическом дурмане. Девочка потом часто вспоминала ее…

Юлька росла болезненным ребенком. Она родилась недоношенной, весила всего 1 килограмм 800 граммов. К тому же, очень скоро начала проявлять себя болезнь -- у слабого организма не было сил сопротивляться инфекциям. Валентина Владимировна лечила девочку сначала от фурункулеза, потом от гнойных выделений из носа и каждое лето «очищала» кровь с помощью крапивной настойки. Устроить ребенка в ясли и детский садик оказалось невозможным. О том, чтобы взять больную СПИДом девочку, воспитатели и слышать не хотели. Поэтому Юлька росла в доме прабабушки. Девочка часто играла с соседскими детьми, а особенно подружилась с 4-летним Ленькой, живущим напротив. Соседи знали о болезни Юльки, однако, к их чести, относились к этому вполне спокойно. Они даже выделяли девочку среди других детей, часто угощая ее чем-то вкусным.

РЕКЛАМА

-- По-другому к Юльке просто нельзя было относиться, настолько приветливой и доброжелательной она была, -- рассказывает Валентина Владимировна. -- Встретит, к примеру, на протяжении дня пять раз соседку, и каждый раз поздоровается: «Здравствуйте, тетя Ева, как у вас дела?» Увидит, что во дворе напротив убирают снег, тут же хватает детскую лопатку и бежит помогать. Вот соседи ее и баловали сладостями, которые она просто обожала. Если в доме не было конфет, Юлька лакомилась даже сахаром-рафинадом, хотя я старалась прятать его. Уже потом я обратила внимание, что внук с женой тоже постоянно покупают сгущенку и пирожные. Наверное, пристрастие к сладкому — одна из особенностей их болезни. Родители в первую очередь думали о том, где достать очередную дозу. И если это не удавалось, вели себя отвратительно. Сколько грязных ругательств пришлось услышать от них девочке… Но от нее я никогда не слышала ни одного плохого слова. И это при том, что Юлька росла очень впечатлительной. Иногда эта черта ее характера меня даже удивляла.

Как-то правнучка прибежала от соседки в слезах. Оказывается, после просмотра мультика «Король Лев» ей до того стало жалко одного из персонажей, которого столкнули со скалы, что она расплакалась. Но больше всего Юлька любила не телевизор или игрушки, а общение с детьми, она всегда очень тянулась к ним. Как-то Ленька заболел краснухой, и его отсутствие стало для девочки настоящим потрясением. Пришлось водить Юльку в скверик играть с незнакомыми детьми. Риска заразиться СПИДом при этом практически нет. Мы ведь с правнучкой часто ели из одной тарелки, пили из одной чашки, спали в одной кровати, я с самого рождения лечила ее, и никто в нашей семье не заразился. Однако когда Юлька шла погостить к родителям в другой микрорайон города, тамошние соседи, зная, наверное, о болезни, запрещали своим детям играть с ней. Подходит Юлька во дворе к ребятишкам, а те убегают от нее. Так и ходила все время одна. Она знала, что некоторые родители не разрешают своим детям играть с ней, однако почему, не догадывалась.

РЕКЛАМА

«Если в интернате заболеет СПИДом хоть один ребенок, нас посадят в тюрьму!»

Прошлым летом мать Юли за хранение наркотиков задержала милиция, и суд приговорил ее к двум годам лишения свободы. Александр и Наташа не были расписаны официально, поэтому после суда опекунство над ребенком оформила Валентина Владимировна. К тому времени Юльке уже исполнилось семь лет, хотя выглядела она максимум на пять. Сверстники девочки давно пошли в школу, но ей самой обучение, похоже, «не светило».

-- Мне не очень хотелось отдавать Юльку в обычный класс, -- говорит Валентина Владимировна. -- Наш город -- небольшой, стоило кому-нибудь из детей узнать о болезни, и девочка превратилась бы в изгоя во всем Ужгороде. В сентябре я отвела Юльку в Перечинскую школу-интернат, которая находится недалеко от областного центра. Там она могла бы больше времени проводить с детьми, а на выходные я забирала бы ее домой. Однако медперсонал, услышав о диагнозе, так категорически стал отпираться от ребенка, что я даже растерялась. «Вы понимаете, что если в интернате заболеет СПИДом хоть один ребенок, нас посадят в тюрьму? -- вопрошали они. -- Ведь для вашей правнучки даже бормашину нужно держать отдельную». Я поняла, что переубедить их не удастся, и со слезами отправилась в городской отдел милиции по делам несовершеннолетних. «Куда деть девочку? -- спрашиваю. -- Ведь ей необходимо учиться». Тогда для Юльки предложили индивидуальное обучение.

РЕКЛАМА

В ноябре прошлого года Валентина Владимировна стала водить правнучку в ближайшую школу. Занятия проводились трижды в неделю и длились полтора часа. О болезни ребенка кроме директора и нескольких учителей никто не знал.

-- Юленька была маленькой и щупленькой, словно куколка, -- вспоминает учительница Любовь Сурнина. -- Но всегда чистенькая и аккуратная. Было в девочке что-то особенное, притягательное, ее даже дети из моего класса полюбили (они иногда встречались после уроков). Мы начали изучать программу для шестилеток, но успели пройти лишь десять букв и состав числа «5». Наука давалась Юльке с трудом, она очень быстро утомлялась. Даже за эти полтора часа приходилось делать несколько перерывов. Но девочка очень старалась, прилежно выполняла домашние задания. Я уверена, что до конца учебного года мы потихоньку осилили бы всю программу. Добрая, хорошая была девочка. Жаль, что все так закончилось…

Школьное обучение Юльки продолжалось всего два с половиной месяца, а после Нового года ее здоровье начало ухудшаться. Сначала девочка стала вялой и отказывалась идти поиграть с другом Богданчиком, без которого до этого не могла прожить и дня. Потом появились горячка, кашель. Таблетки уже не помогали, и прабабушка стала каждый день возить Юльку в инфекционную больницу для инъекций.

Восемь дней, пока Юлька при смерти лежала в больнице, ее отца не могли разыскать

-- Переходить на стационарное лечение мы не хотели, потому что в отделении для больных СПИДом было очень холодно, -- говорит Валентина Владимировна. -- Но здоровье девочки продолжало ухудшаться, поэтому 20 января, взяв камин и электроплитку, я вместе с Юлькой отправилась в больницу. Врачи очень хорошо к нам относились, было видно, что они стараются изо всех сил. Дважды в день правнучке делали жаропонижающие инъекции и один раз ставили капельницу. Ручки у нее были тоненькие, словно прутики, и все синие от уколов. Бывало, придет медсестра со шприцом, а Юлька начинает плакать: «Ой, тетенька, только не сюда, не в руку… » Ведь эти уколы даже для взрослых были болезненными. 28 января состояние Юльки резко ухудшилось. Но после капельницы ей стало немного легче и я спросила, не хочет ли она чего-нибудь. Правнучка попросила «Кока-колы». Выпив немного напитка и съев одно печенье, она на несколько часов уснула. А около полуночи проснулась в холодном поту. По виду правнучки я поняла, что это очень серьезно, и растерялась. Вытираю ее лицо, а что делать дальше, не знаю. Наконец пришла в себя и попросила медсестру позвать дежурного врача, а сама бросилась к телефону звонить соседке. «Разбудите дочь, пусть немедленно бежит в больницу, -- кричу в трубку. -- Потому что пока я поднимусь в палату, Юлька может уже не жива… »

-- Я передала слова Валентины Владимировны ее дочери, но сама заснуть не смогла, -- рассказывает соседка, мама Леньки Татьяна. -- Включила телевизор и вдруг вижу через шторы -- в ночном небе будто сходятся силуэты двух месяцев. Сошлись, а через несколько минут -- еще раз. Я поняла -- это знак, что Юльки больше нет.

-- Юлька, действительно, будто дважды умирала, -- не сдерживая слез, продолжает Валентина Владимировна. -- Когда медсестра попыталась измерить ей пульс, она едва его нащупала. «Скажите, есть хоть какой-нибудь шанс, хотя бы один или два процента?» -- спрашиваю с надеждой. «Чудеса всякие случаются», -- ответила медсестра и отвела глаза. Дежурный врач сделал укол, но Юльке, неподвижно полулежавшей в кровати, он не помог -- ее головка опустилась, глазки закрылись. Тогда врач попросил медсестру принести другой препарат и сделал еще один укол. Юлька снова открыла глаза и вполне осознанно посмотрела на меня. «Юлечка, скажи, что тебе сделать, чего ты хочешь?» -- спрашиваю ее. Но она уже не могла говорить. «Те-тя, у-у-у», -- шепчет и тянет ручку к медсестре. Наверное, просила сделать еще один укол. Я попыталась растереть ее ладошки и не смогла -- их судорогой свело в кулачки. Через минуту глаза Юльки затуманились, она опустилась на бочок и умерла…

-- Мы вводили девочке антибиотики, гормоны, противогрибковые препараты, -- рассказывает заместитель главного врача по лечебной работе областной инфекционной больницы Наталья Дуфинец. -- Медицинскую помощь она получила в полном объеме, ведь дефицита лекарств для детей и беременных женщин у нас никогда не было. Но у Юли было очень тяжелое состояние и слишком слабенький организм. В свои семь лет она весила всего десять килограммов. Непосредственной причиной смерти стала ассоциированная форма СПИДа.

Кстати, согласно законодательству, ВИЧ-инфицированные дети имеют право посещать детский садик или школу на общих основаниях, ведь риска заражения инфекцией практически нет. Однако педагоги, к которым обращалась прабабушка девочки, очевидно, не знали об этом.

О том, что Юлька восемь дней при смерти лежала в больнице, ее отец не знал, его никак не могли разыскать. Родственники уже побаивались, что девочку придется похоронить без отца. Однако за день до похорон он появился. Наверное, о смерти дочки Александру сообщили приятели-наркоманы. Кроме родственников, попрощаться с Юлькой пришли соседи, а также учителя из школы. Все они предлагали свою помощь -- деньгами, продуктами. Валентина Владимировна была тронута таким вниманием, она не ожидала, что ее правнучку так любили посторонние люди. На долгое отсутствие Юльки очень скоро обратил внимание 4-летний Ленька, он все время спрашивал, когда она придет с ним поиграть. Чтобы успокоить сына, мама объяснила, что девочка заболела, и ее позвал к себе Боженька.

30 января Юльку похоронили в детском секторе кладбища на окраине Ужгорода. В минувшее воскресенье, 7 марта, исполнилось сорок дней со времени ее смерти.

P. S. Имена главных героев изменены по этическим соображениям.

435

Читайте нас у Facebook

РЕКЛАМА
Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів