ПОИСК
Происшествия

Выдающийся советский ученый лев гумилев провел в лагерях около 13 лет

0:00 29 октября 1999
Ольга МИХАЙЛИЦКАЯ специально для «ФАКТОВ»

«Сын за отца не отвечает» — так сформулировали основной принцип своих отношений с детьми «врагов народа» идеологи советского режима. В действительности же все происходило наоборот. Стоило гражданину СССР попасть в «шпионы», «вредители» или «диверсанты», как опале тут же подвергалась его семья. И даже если родственникам «врага народа» удавалось избежать лагерей или расстрела, их жизнь становилась ежеминутным наказанием без преступления. В самом деле, что оставалось делать им -- живущим, опальным, тем, кого не принимали в вузы, не брали на работу, от кого отворачивались знакомые, а друзья при встрече стыдливо прятали глаза и закрашивали чернилами их «неблагонадежные» лица на общих фотографиях?! Одни, не выдерживая травли, отрекались от отцов и матерей. Другие были готовы до конца разделить судьбу своих близких…

Лев Николаевич Гумилев — одно из самых известных и в то же время самых загадочных имен в «пантеоне» русских историков. Современники могли слышать его на публичных чтениях, докладах и лекциях, видеть его интервью по телевидению. При этом для большинства его последователей и поклонников таланта биография ученого долгое время оставалась практически неизвестной.

В 30-е годы Льва Гумилева арестовали «за отца»

На судьбу Льва Николаевича с детства наложила отпечаток трагическая судьба его родителей: в августе 1921 года расстреляли его отца -- великого русского поэта Николая Степановича Гумилева, всю оставшуюся жизнь была обречена на страдание и постоянную опалу его мать -- еще один великий русский поэт Анна Андреевна Ахматова.

Окончив в 1930 году советскую школу в Ленинграде, Лев Гумилев собирался поступать в университет. Но ему было отказано в приеме: у него не было статуса человека новой общественной формации. По социальному положению он считался «лишенцем» -- из-за дворянского происхождения родителей. Как и многие другие талантливые «лишенцы», Лев Гумилев поступил рабочим в Ленинградское трамвайно-транспортное депо. Затем получил место разнорабочего в Геолого-изыскательном институте Всесоюзного Геологического комитета… В 1934 году 22-летний Лев Николаевич Гумилев поступил-таки в Ленинградский университет на восточный факультет и наконец-то стал полноправным членом общества. Но ненадолго…

РЕКЛАМА

«… Люди чувствовали заложенную в нем динамическую бродильную силу и понимали, что он обречен,» — так о молодом Льве Гумилеве много позже написала в своих воспоминаниях Н. Я. Мандельштам. В 1935 году по анонимному доносу он был арестован за то, что «не донес о характере разговоров в кругу семьи». Благодаря обращению Анны Ахматовой к правительству, ее сын и ряд других студентов ЛГУ, взятых за компанию со Львом, были освобождены «за отсутствием состава преступления». Тем не менее из университета Льва Гумилева исключили. Казалось бы, коль «состав преступления» отсутствовал, то Гумилева должны были не выгонять из учебного заведения, а принести извинения за нанесенный моральный ущерб! В любой демократической стране так бы и поступили, но только не в СССР. И Льву Николаевичу снова пришлось искать работу.

В 1937 году Гумилева восстановили в университете. Он неоднократно выступал с блестящими докладами, считался одним из лучших студентов… Пока на одной из лекций преподаватель грубо не высмеял поэта Николая Гумилева, сказав, что тот, дескать, писал про Африку, а сам в этой самой Африке никогда и не был. Лев, конечно же, промолчать не смог -- возразил, что отец был там четыре раза… В результате в январе 1938-го Льва Гумилева опять арестовали и осудили на 5 лет строгой изоляции. На допросе следователь бил студента головой о цементный пол, при этом приговаривая: «Отца любишь, гад?!»

РЕКЛАМА

Из тюрьмы «начинались» только две дороги: или в лагерь, или на тот свет. Даже жен и детей к тому времени почти перестали отправлять на поселение, предпочитая интернировать их в специальные лагеря. Особые детские дома пооткрывали для детей «изменников Родины»: в них видели будущих мстителей за отцов. «У Гумилева, наверное, было какое-нибудь дело, — говорил впоследствии и. о. Генерального секретаря Союза советских писателей А. А. Сурков.  — Такого отца расстреляли! Он, должно быть, хотел отомстить… » Но вся так называемая месть Льва Николаевича заключалась лишь в огромной любви к отцу, память которого благонадежные литераторы всячески стремились опорочить. В 30-е годы имя Николая Степановича Гумилева практически вычеркнули из русской литературы, а на его стихи наложили строжайший запрет.

Наученный горьким лагерным опытом, даже из действующей армии Лев Гумилев писем домой не писал

Сначала Лев Гумилев отбывал срок на Беломорканале. Потом ввиду «мягкости» (!) наказания его дело отправили на пересмотр и приговорили Льва Николаевича к… расстрелу. Затем расстрел заменили лагерем. Норильск в то время был только-только открытым горно-металлургическим рудником, а Норильлаг — местом каторги десятков тысяч заключенных. Работа на никелевой шахте была тяжелейшей. Позже Лев Николаевич, изучая системы наказания Рима, Испании, Китая, Персии, доказывал, что галеры и шахты — самый бесчеловечный способ наказания людей в истории человечества…

РЕКЛАМА

В 1943 году срок каторги истек. Гумилев попросился в действующую армию, но лишь осенью 1944 года после долгих проволочек ему это разрешили -- в штрафной батальон Особой ударной армии 1-го Белорусского фронта. Зная, что такое штрафбат и как телами штрафбатовцами без всякой жалости «устилали» поля сражений Великой Отечественной, остается только удивляться и радоваться тому, что Лев Гумилев выжил. Рядовым он участвовал в штурме Берлина, видел развалины столицы Рейха и других немецких городов. Писем домой Лев Николаевич, уже имеющий лагерный опыт, не писал, зная, что каждое неосторожное слово будет истолковано против него…

В 1945 году Гумилева восстанавливают в университете, а в январе 1946 года он сдает десять государственных экзаменов за полный курс университета. Весной 1946 года Гумилев разделывается с кандидатскими экзаменами и поступает в аспирантуру Ленинградского отделения Института востоковедения СССР. Но и этот год оказывается для Льва Гумилева роковым.

После доклада Жданова, государственного идеолога и инквизитора СССР, после постановления о ленинградских журналах «Звезда» и «Ленинград» Гумилева исключили из аспирантуры в связи с «несоответствием филологической подготовки избранной специальности». Рухнуло все, к чему он столько лет стремился! С большим трудом Лев Николаевич устроился библиотекарем в Ленинградскую городскую психотерапевтическую больницу, а затем, благодаря поступившей из больницы положительной характеристике, все-таки был допущен к защите диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. То, что многим доставалось легко и рутинно — окончание вуза и через три года защита диссертации, — для Гумилева оказалось столь трудоемким, что лишь невероятная сила воли помогла ему выстоять. На момент защиты диссертации Льву Николаевичу было 36 лет.

Чтобы спасти сына, Анна Ахматова написала стихи, восславляющие Сталина

6 ноября 1949 года Гумилев, дожидавшийся диплома кандидата наук, был снова арестован — на этот раз, как он говорил, «за маму». (Первый раз, в 1935-м, — «за себя», а в 1938 году — «за папу». ) Особое совещание осудило его на 10 лет лагерей за контрреволюционную деятельность, хотя ничем, кроме подготовки и защиты диссертации, Лев Николаевич в то время не занимался. Однако его невиновность мало интересовало власти: главное посадить, а уж за что -- всегда найдется.

Лагерь, в который Лев Гумилев попал в этот раз, находился неподалеку от Караганды. Затем его перевели в Междуреченск — лагерь в Кузбассе, недалеко от Саян, «добывал» же свой срок он в Омской каторжной тюрьме, где в свое время сидел Ф. М. Достоевский. Таким образом, Гумилев отбывал сроки в обеих «столицах» ГУЛАГа — Норильлаге и Карагандалаге, «живал» на допросах в московском Лефортове и ленинградских Крестах, перед расстрельным приговором, впоследствии пересмотренным, успел побывать на стройке Беломорканала.

Анна Ахматова поставила перед собой цель — во что бы то ни стало спасти сына. Приближалось 70-летие Сталина, и ей «подсказали», что нужно делать. «Палач», «падишах», «самозванец» — всеми этими словами, за каждое из которых можно было поплатиться жизнью, Ахматова уже «наградила» Сталина в своих стихах. На сей раз на поэта давили, используя в качестве заложника ее сына. Ни в каком другом случае «положительные» стихи о вожде никогда бы не вышли из-под ее пера. В 1950 году в «Огоньке» появились два стихотворения во славу Сталина -- несколько опоздавших к юбилею. Однако создание казенного, с невероятной для Ахматовой скоростью сработанного цикла не достигло цели: сына Сталин не освободил.

Продолжая борьбу за спасение Льва, Ахматова сдала в издательство «Советский писатель» рукопись нового сборника под названием «Слава миру!» Анна Андреевна принесла литературствующим политиканам невероятно дорогую жертву: она поставила на карту и свое литературное имя, и репутацию. По сравнению с «огоньковским» циклом в сборнике «Слава миру» восславление Сталина было доведено почти до гротеска. Однако «высочайшего соизволения» на печать сборника не последовало. И только смерть «вождя народов» поставила окончательную точку в этой затянувшейся истории.

В 1956-ом, после многих ходатайств, проволочек и оттяжек, Лев Гумилев был освобожден и даже реабилитирован Указом Верховного Совета от 24 марта 1956 года «за отсутствием состава преступления».

Из последнего заключения историк привез научные труды, написанные на оберточной бумаге

11 мая 1956 года бесприютный, больной Гумилев, 44 лет от роду, отбыв на каторгах и поселениях в общей сложности 13 лет, вернулся в родной Петроград из последнего заключения в окрестностях Караганды. Он приехал, держа в руках деревянный (вернее -- фанерный) ящик, наполненный рукописями, черновиками, книгами, которые в последние три года ему разрешили пересылать для работы. Научные труды были написаны им на бумаге, в которую заворачивали мешки с лагерными продуктовыми запасами…

Через несколько лет Лев Николаевич завершил докторскую диссертацию. Защита прошла блестяще, научная работа в 1967 году была опубликована в виде книги «Древние тюрки», дополненной для издания несколькими главами. Книга эта произвела настоящий фурор среди читающей публики — необычностью темы, ошеломляющими открытиями, фантастической наблюдательностью и образованностью автора, блестящим стилем изложения. Очень важно и то, что на обложке открыто и гордо стояло имя — Гумилев. Раз не отступился от отца, раз имя Гумилева разрешено, значит, самое страшное позади…

С того времени началась и потянулась для Льва Николаевича череда университетских лет, наполненных драмами «мирной» жизни, не так уж многим от лагерной и отличавшейся. Так называемая мирная жизнь почему-то сильно напоминала продолжение «истязательной» довоенной — с травлей, вызовами в суд по делу о наследии Ахматовой и многим-многим другим. Историк никогда не касался общественно-политического устройства страны, но все его слова и необычайно своевременно «поданные» исторические раздумья были мощнейшими атаками на именуемые общественно полезными научные изыскания. Для многих людей именно Лев Николаевич Гумилев стал олицетворением значительных перемен в сфере науки и культуры. Он не захотел влиться в большую и дружную когорту советских востоковедов-историков, чем вызвал всеобщее недоумение: мол, зачем же этот и без того пострадавший человек вновь дразнит свою судьбу?..

Лев Гумилев прожил полную трагизма жизнь, поскольку всем ходом советской истории был обречен на уничтожение. Слава Богу, что это уничтожение не состоялось.

ХРОНИКА ДОСТИЖЕНИЙ СОВЕТСКОГО НАРОДА

28 октября 1918 года -- день рождения Всесоюзного Ленинского Коммунистического Союза молодежи (ВЛКСМ).

В 1924 году в Харькове открылась первая в Украине радиостанция.

1939 год -- учреждено Львовское отделение Союза писателей Украины.

В 1959 году в Киеве создано Общество культурных связей с украинцами за рубежом.

1943 год -- учрежден орден Богдана Хмельницкого.

В 1974 году в Киеве открыт Украинский государственный музей Великой Отечественной войны.

1979 год -- В СССР совершен первый запуск на геостационарную орбиту спутника связи «Горизонт».

НАД ЧЕМ СМЕЯЛИСЬ СОВЕТСКИЕ ЛЮДИ

***

-- Что будет после «продовольственной программы»?

-- Перепись оставшегося населения.

***

Никсон спросил у Бога, когда в США кончится безработица.

-- Через двадцать лет, -- ответил Бог.

-- Жаль, это будет уже не при мне! -- сказал Никсон.

Брежнев спросил у Бога, когда в России наступит счастливая жизнь.

-- Жаль, это будет уже не при мне! -- ответил Бог.

***

Советский воробей перелетел на Запад.

-- Что, в России плохо с кормом? -- спрашивает его западный воробей.

-- Сколько угодно! Нигде не рассыпают на землю столько зерна, сколько там.

-- Так чего же ты там не остался?

-- Почирикать захотелось!

***

-- Когда состоялись первые советские выборы?

-- Когда бог поставил перед Адамом Еву и сказал: «Выбирай себе жену!»

***

В день выборов избиратель получил избирательный бюллетень, но вместо того, чтобы, не глядя, опустить его в избирательную урну, стал читать фамилию единственного кандидата.

-- Хочу узнать, за кого я голосую.

-- Да вы что, не знаете, что выборы тайные?!


«Facty i kommentarii «. 29 октября 1999. Жизнь

2693

Читайте нас в Facebook

РЕКЛАМА
Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Новости партнеров