ПОИСК
Происшествия

«Эля жила в этом ужасе почти десять месяцев, и у нее не выдержало сердце»: подробности смерти 6-летнего ребенка в Авдеевке

12:20 13 января 2023
6-летняя Эля
В Авдеевке Донецкой области шестилетняя девочка, семья которой отказалась эвакуироваться, умерла от сердечного приступа. С тех пор как началась полномасштабная война, ребенок жил в подвале с бабушкой и дедушкой, которые на все просьбы волонтеров и полицейских вывезти внучку из-под обстрелов, не прекращающихся ни днем, ни ночью, отвечали категорическим отказом. Мама девочки все это время жила за границей, где находится и сейчас.

Девочке стало плохо во время обстрела

В Авдеевке Донецкой области шестилетняя девочка, семья которой отказалась эвакуироваться, умерла от сердечного приступа. С тех пор как началась война, ребенок жил в подвале с бабушкой и дедушкой, которые на все просьбы волонтеров и полицейских увезти ребенка из-под обстрелов, отвечали категорическим отказом. Мама девочки все это время жила за границей, где находится и сейчас.

«Ей было всего шесть… Первый раз я увидел ее в подвале, где она была со своими бабушкой и дедушкой, и эти ее слова там, в подвале: „Мне страшно“… Предложил ее опекунам, бабушке и дедушке, эвакуироваться. Не захотели… Спустя время еще посетил их, убеждал эвакуироваться. Не захотели. На ее шестилетие привез торт и подарок, но „опекуны“ мягко отказали мне во встрече с девочкой… Боль, ужасная боль… Ребенок, которого я видел всего пару раз, но который так запал в душу… Как спасти этих детей?» — написал в Facebook волонтер Влад Маховский, который регулярно вывозит людей из горячих точек. Тех, кого удается уговорить уехать.

— Впервые я увидел Элю в середине лета, — рассказал «ФАКТАМ» Влад Маховский. - Обнаружил ее в подвале одной из многоэтажек, где она с первых дней войны жила вместе со своими бабушкой и дедушкой. Дедушка и бабушка, кстати, совсем не старые — им около пятидесяти лет. На мой вопрос, почему не выезжают, сказали, что в районе Старой Авдеевки живут их пожилые родители, которым нужна помощь. Еще сказали, что мама Эли давно уехала на заработки за границу и с тех пор, как началась война, уже и не возвращалась. Я пытался объяснить, что маленький ребенок не может жить под постоянными обстрелами в подвале, но они меня не услышали.

РЕКЛАМА

Маленькая Эля с первой встречи запала мне в душу. Хрупкая девочка с большими добрыми и грустными глазами. Она очень стеснялась, и даже когда я спросил, какого числа у нее день рождения, она сначала посмотрела на бабушку — и только потом ответила. Обрадовалась игрушке, которую я ей подарил. И призналась, что ей очень страшно… Потом я приехал еще раз, и опять пытался уговорить дедушку с бабушкой вывезти ребенка. Но они не согласились.

«Маленькая Эля с первой встречи запала мне в душу», - говорит Влад Маховский

РЕКЛАМА

После того как я впервые написал об Эле в Facebook и опубликовал видео, как она живет в подвале, мне позвонили из полиции. Полицейские собирали сведения о детях, остающихся в таких опасных регионах — опять же с целью попробовать уговорить родителей или опекунов эвакуироваться. Я предоставил информацию и, насколько мне известно, полиция к ним приезжала. Но тоже безрезультатно. А бабушка с дедушкой после этого, очевидно, поняв, кто дал информацию о них полиции, уже не очень хотели идти со мной на контакт. Элю они мне больше не показывали.

4 сентября, на ее шестилетие, я привез ей подарок и торт. Бабушка с дедушкой подарки взяли, но поздравить Элю лично уже не разрешили. Позже я увидел их в Старой Авдеевке — как я понял, когда пришли холода, они переехали к своим родителям в частный дом, где было печное отопление. Там Эля и умерла… Вечером у нее начали неметь конечности. А в 4 утра ее не стало. Невозможно принять тот факт, что дети в шесть лет умирают от сердечного приступа. Но жить в таком стрессе, в постоянном ужасе и страхе, совершенно невозможно. Позавчера я еле выехал из Авдеевки — такие были обстрелы. Там невыносимо, там страшно. Я приезжаю и уезжаю. А Эля жила в этом ужасе почти десять месяцев. И у ребенка не выдержало сердце…

РЕКЛАМА
В этом году Эля должна была пойти в первый класс

В комментарии «Суспільному» глава Авдеевской городской военной администрации Виталий Барабаш сказал, что бабушка девочки — медик. А у маленькой Эли, оказывается, было врожденное заболевание. Но даже этот факт не убедил бабушку в том, что нужно вывезти ребенка.

«Обстрел центральной части Авдеевки был в 4 часа утра. Бабушка позвонила в полицию в 4:05. Вечером перед смертью девочка жаловалась, что у нее немеют руки и ноги. У ребенка было заболевание, которое могло дать осложнение на сердце», — сообщил Виталий Барабаш.

Виталий Барабаш рассказал, что в этом году Эля должна была пойти в первый класс. Бабушка и дедушка официально не являются ее опекунами, так как у девочки есть мать.

«Отца у ребенка не было. Девочка была доброй и активной, занималась танцами», — добавил Виталий Барабаш.

Замначальника отдела коммуникации полиции Донецкой области Александр Полосухин в комментарии «Суспільному» сказал, что девочке стало плохо непосредственно во время обстрела. Бабушка пыталась ее реанимировать, но не смогла.

«Сейчас уговариваю выехать в семью, где двое детей — девочки 10 и 14 лет»

 — Самое ужасное, что эта семья такая далеко не одна, — говорит Влад Маховский. — К сожалению, я часто вижу детей в горячих точках. Детей, родители которых находятся в какой-то своей реальности и не хотят уезжать.

 — Ждут «русский мир»?

 — Кто-то — возможно, но большинство просто адаптировались к таким нечеловеческим условиям. Привыкли жить в подвалах без воды, без элементарной возможности помыться или что-то постирать. Привыкли к взрывам и уже почти не обращают на них внимание. Человек, который долго находится в таких условиях, сильно меняется. Иногда до неузнаваемости… А теперь представьте, что все это происходит и с детьми.

Вот сейчас пытаюсь уговорить выехать еще одну семью, где двое детей — девочки 10 и 14 лет. Я уже нашел для них в Запорожье жилье, договорился, что они будут обеспечены едой. Просто скажите «да» — и мы все сделаем сами. Но нет — родители отказываются.

Или еще один случай из Старой Авдеевки, где жила семья — бабушка, мама и внучка. Я долго и настойчиво уговаривал их выехать. Не помогло. Потом приезжаю — а их дом разбит. Оказалось, был «прилет», и мама девочки погибла. Меньше недели назад я оставлял ей свой номер телефона на случай, если она вдруг передумает и решит уехать. А теперь ее нет, и ребенок остался сиротой. Дети, которые находятся в горячих точках, постоянно видят смерть. В Авдеевке на улицах можно увидеть трупы, которые едят бродячие собаки…

 — Что с этим можно сделать? Неужели никак нельзя вывезти детей принудительно?

 — Без согласия их родителей или опекунов — никак. Это огромная проблема, которую нужно решать на законодательном уровне. В довоенное время в семью, где родители подвергали ребенка очевидной опасности, приходили представители соцслужб. Но в горячих точках нет представителей соцслужб — они туда не приедут из-за постоянных обстрелов. Туда доезжаем мы, волонтеры. Есть полиция, но полицейские тоже не имеют права забрать ребенка — они могут только провести с родителями работу, поговорить. Но такие родители, видя полицию, прячут детей — я сам это видел… Необходимо менять законодательство, чтобы хотя бы у полицейских было право забирать детей, находящихся в очевидной опасности. Сколько детей уже погибло. И мне страшно представить, сколько погибнет еще.

О подобных историях «ФАКТАМ» рассказывал и волонтер Юрий Широков, который с начала полномасштабного вторжения вывез из Луганской области более двух с половиной тысяч человек.

 — Недавно видел такую семью — бабушка, мама и девочка-школьница, которая в прошлом году перенесла операцию по удалению опухоли головного мозга. Все десять месяцев, которые продолжается война, они живут в подвале. Этой девочке жизненно нужны нормальные условия и наблюдения врача. Мы нашли для нее профессора в Киеве, который ее ждет. Но мама и бабушка отказываются уезжать и запрещают нам увозить девочку. И мы никак не можем на это повлиять, — рассказал Юрий.

О необходимости решать вопрос законодательно говорит и глава Авдеевской городской военной администрации Виталий Барабаш. В комментарии телеканалу «Эспресо» чиновник сообщил, что сейчас не существует законного механизма, чтобы принудительно эвакуировать детей из опасных районов.

«За последние две недели никто не выехал из города, никто даже не подал заявок. У нас нет никаких рычагов влияния. Нет никаких законных оснований для принудительного вывоза детей… Мы говорим с нардепами: «Решите этот вопрос, примите необходимое законодательство, ведь у нас военное положение… Ведь страдают дети», — сказал Виталий Барабаш и добавил, что сейчас в Авдеевке, несмотря на постоянные обстрелы, остаются около 2,5 тысячи человек.

Читайте также: Сетки для терробороны плела даже шестилетняя Вика: как приемная мама с 14 детьми пряталась от войны на Днепропетровщине

4629

Читайте нас в Facebook

РЕКЛАМА
Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Новости партнеров