ПОИСК
Общество и люди

«Оккупанты только на меня одного использовали противотанковую ракету. Считаю — это уровень»: история войны Дмитрия Устименко

12:23 24 июня 2023
Дмитрий Устименко
«Это наш дом, и мы должны его защитить», — говорит 28-летний полтавчанин Дмитрий Устименко. С началом широкомасштабного вторжения мужчина оставил работу IT-шником и взял в руки оружие, чтобы защищать свой дом Украину от нашествия оккупантов. На самом горячем направлении фронта — под Бахмутом (где и сейчас продолжаются боевые столкновения) Дмитрий потерял ногу, однако трагедия войны не смогла сломить защитника.

«Понял, что надо брать оружие и валить оккупантов»

Дмитрий Устименко хорошо понял, что такое война, еще с 2014 года, когда стал заниматься волонтерством и помогать фронту. Дальше была гражданская жизнь, работа в охранных компаниях и IT-секторе.

Новость о начале широкомасштабного вторжения застала мужчину во время командировки на западе Украины. В тот же день Дмитрий отправился в родную Полтаву.

«24 февраля я провел в дороге. Видел все эти колонны техники, панику у выезжавших на запад людей. Это было немного страшно, когда ты едешь с запада на восток через всю страну, а все едут наоборот с восточной части в западную», — вспоминает военный.

РЕКЛАМА

Мужчина пошел в местный военкомат, но сразу в ВСУ не смог мобилизоваться — не было военного опыта и военной специальности. А потом была Буча…

«Мы с ребятами увидели новости о Буче, все эти пыточные, многочисленные случаи изнасилований. Тогда я понял, что неважно, есть у меня какая-то специальность или нет: надо брать оружие и валить оккупантов», — говорит Устименко.

РЕКЛАМА

Имея опыт работы в IT, мужчина смог попасть в подразделение аэроразведки, выполняющее боевые задачи на севере страны и на Харьковском направлении.

Благодаря опыту работы в IT Дмитрий попал в подразделение аэроразведки

РЕКЛАМА

Но Дмитрий стремился к большему.

«В январе 2023 года нам сказали отправляться на Донецкое направление. Мы с ребятами тогда подумали: «Наконец-то! Дождались», — вспоминает Дмитрий.

«Бахмут превзошел все по интенсивности боев»

На востоке мужчина попал в ад на земле — на окраине Бахмута.

«Мы удерживали позиции под круглосуточными обстрелами. Бахмут превзошел все. Интенсивность боев такая, что не было даже минутки перекурить», — объясняет военный.

Позиции Дмитрия и его побратимов со всех сторон были плотно окружены оккупантами: справа вооруженные силы рф, слева зеки-наемники из так называемой ЧВК «Вагнер».

«Выглядело это так: идут двое военных, а за ними следует третий с автоматом. Он доводит их до позиции, забирает с нее двух других и уводит. Это выглядело точно так, как конвоир ведет зэков», — рассказывает мужчина.

Вместе с побратимами Дмитрий удерживал позиции под Бахмутом долгих 12 суток. Однако в день, когда мужчина должен был выйти на ротацию, он получил тяжелое ранение.

«За сутки до ранения по нашей позиции работали снайперы, и мы не могли их никак выбить. Единственное, чем можно было помочь, чтобы их убрать, это применить РПГ. Я вылезаю из окопа, отбегаю на несколько метров, по ориентирам в темноте навожусь и делаю пуск, потом бегу обратно за новым снарядом, а ребята по рации мне докладывают, попал я или нет, и корректируют огонь. С третьего пуска одного снайпера мне удалось подбить, но мою позицию враг заметил.

На следующий день на позиции заходили ребята из другой бригады, которые должны были нас заменить. Я думаю, что враг просто заметил движение и дождался, пока я отойду от позиций. Я отошел от позиции метров на 10 и сразу услышал пуск. Оборачиваюсь и вижу, что это конкретно по мне. Начинаю бежать вправо и вижу, как снаряд меняет траекторию, бегу влево, и он снова меняет направление, и на последнем маневре меня догнал. Скорее всего, это был ПТУР. Это же как я их достал, что на меня одного использовали ПТУР. Я считаю — это уровень!" — иронизирует военный.

После попадания снаряда Дмитрия отбросила мощная взрывная волна.

«Я пытался встать и понял, что что-то не так. Перевернулся на спину, поднялся на локтях и увидел, как моя кровь расходится по белому снегу. Мне это показалось даже красивым. По сути, меня спасла рация: я доложил, что я „трехсотый“, дал ориентиры побратимам и начал сам себе оказывать первую помощь. Если бы не рация, то, наверное, группа мое отсутствие заметила бы только тогда, когда добралась до точки базирования и поняла, что я не дошел», — объясняет Устименко.

Под плотным минометным обстрелом Дмитрий был эвакуирован.

«Есть те, кто „забил“ на войну»

А потом были больницы, операции и в итоге ампутация.

«Не буду геройствовать. Когда я пришел в себя и увидел, что со мной случилось, то первая мысль была — наверное, лучше бы я был „двухсотым“… А потом жизнь тебе дает определенные задачи и ты немного меняешь свое мировоззрение. Я стал концентрироваться на малых доступных целях. Например, чтобы нога нормально зажила и не было реампутации, ведь минно-взрывная травма оставляет большой риск инфекции. А потом меня перевели в киевскую больницу, где было больше людей с ранениями, как у меня, и эта коммуникация с людьми вытягивает, опыт передается. Труднее всего было не понять, что ты без ноги, а делать те вещи, которые ты делал раньше с ногой. И когда у тебя без ноги получается какой-то бытовой пустяк, который ты делал раньше, то начинает понемногу отпускать. Главное, не замкнуться», — уверяет Дмитрий.

После завершения реабилитации и протезирования Дмитрий мечтает вернуться в свое подразделение

Настоящим испытанием для мужчины во время реабилитации стали фантомные боли.

«Это максимально паскудная боль. Она почти не лечится медикаментозно и очень индивидуальна. Сначала я принимал лекарства, а потом отказался от них уже на вторую неделю после ранения. Я для себя принял решение, что мне проще смириться с этой болью и она скорее пройдет», — рассказывает военный.

Дмитрий уверен в победе, однако считает, что есть много украинцев, которые могли бы делать для нее гораздо больше, чем сейчас.

«У нас есть дом. Мы не у кого в гостях, мы дома. И та самоотверженность, с которой ребята принимают бой — не передать словами. Единственное, что меня в этой ситуации напрягает, это то, что для многих людей война или уже кончилась, или „где-то там“. У нас большое количество граждан, помогающих армии. Но мне кажется, что их все равно меньше, чем тех, кто просто „забил“ на эту войну. Лично я не раз слышал фразу о „вашем выборе“ и „мы вас туда не отправляли“. Это наш дом, и мы должны защитить его. Если ты его не защищаешь, это уже не твой дом», — резюмировал военный.

После завершения реабилитации и протезирования мужчина мечтает вернуться в свое подразделение, чтобы и дальше служить ради победы.

Узнать больше о реабилитации воинов и пострадавших от войны в Украине, а также о помощи украинцам с инвалидностью, которые получили убежище в странах ЕС, вы можете на сайте организации EnableMe Ukraine. Задать вопросы эксперту и получить бесплатную помощь можно в сообществе EnableMe.

Читайте также: Жизненный марафон несокрушимости Сергея Храпко: как ветеран войны без конечностей помогает побратимам

935

Читайте нас в Facebook

РЕКЛАМА
Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Новости партнеров