Яша Попович с мамой

Громкое дело

«После того как пологовский маньяк признался в убийстве, за которое я получил 15 лет лишения свободы, я находился в тюрьме еще долгих пять лет»

Мария ВАСИЛЬ, «ФАКТЫ»

21.01.2011

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

На днях 22-летний Яков Попович вышел на свободу, отсидев восемь лет за чужое преступление

«ФАКТЫ» не раз писали об истории семиклассника Яши Поповича, восемь лет назад угодившего на тюремные нары за якобы совершенное им тягчайшее преступление — изнасилование и убийство его девятилетней племянницы Яночки Попович. 23 сентября 2002 года тихий городок Пологи (Запорожская область) облетела страшная весть: по дороге из дома к бабушке исчезла третьеклассница местной школы Яночка Попович. На следующий день ее тело со следами надругательств нашли в камышах у реки. Правоохранители за считанные дни установили «виновника»: в убийстве девочки «сознался» ученик той же школы, который приходился Яночке еще и близким родственником. Удивительно, но поводом для ареста послужили слова одного из школьных учителей, который вспомнил, что именно Яков предложил поискать племянницу в камышах: дескать, раз знает, где искать, значит, сам туда спрятал!

Спустя три года, в 2005 году, в Пологах задержали 52-летнего рабочего каолинового комбината Сергея Ткача. В ходе следствия выяснилось, что в течение 25 лет бывший следователь-криминалист Ткач совершил более семидесяти убийств — в Запорожье, Днепропетровске, Крыму. Только в Пологах маньяк совершил девять аналогичных преступлений! Яна, по признанию самого убийцы, была его первой жертвой в этом маленьком городке. Однако, увы, родители Якова рано воспрянули духом в надежде, что сын вот-вот выйдет из-за решетки. Понадобилось долгих пять(!) лет, чтобы после того, как в убийстве девочки признался другой человек (и его вина была доказана!), отец с матерью смогли добиться освобождения для несправедливо осужденного сына.

«Когда оперативники пригрозили, что расправятся с родителями, Яша испугался. И написал явку с повинной»

В 2005 году родители Яши Поповича, узнав о поимке маньяка и его признаниях, пришли в редакцию «ФАКТОВ»: «Мы всегда верили, что наш сын ни в чем не виноват! Помогите нам вызволить сына из-за решетки!» Родители рассказали, как сотрудники милиции, забрав подростка прямо со школьного урока, за одну ночь добились от него явки с повинной.

 — Яшу даже не били, — рассказывала мать Яши Галина Кирилловна.  — Ребенку, не разрешая спать, угрожали побоями, пускали в лицо сигаретный дым, наводили в лицо дуло пистолета. Он держался. Но, когда оперативники пригрозили, что расправятся с родителями, мальчик поверил и испугался. И написал явку с повинной…

Отец с матерью показали некоторые материалы из уголовного дела сына.

Само признание в убийстве, написанное 14-летним ребенком, выглядело бестолковым и по-детски наивным. «Предложив провести Яну к бабушке, я взял ее за руку. У меня помутнело в глазах, после чего я ничего не помню. (Не зная, какие подробности убийства вообще могут существовать в природе, подталкиваемый «дядями в погонах» мальчик решил проблему вот таким нехитрым способом.  — Авт.) Я пришел в себя, когда бежал к гусям. Посидев возле них три-четыре минуты, пошел посмотреть, что с Яной, и увидел, что она мертва».

Обвинительное заключение поражало непрофессионализмом. Например, из него следовало, что Яков якобы изнасиловал и убил девочку на территории разрушенного кирпичного завода, затем нашел на свалке подходящий деревянный ящик, положил туда тело, донес до речки и бросил в камышах. Но на следственном эксперименте, где мальчика заставили проделать ту же «операцию», Яша, попытавшись поднять ящик с 40-килограммовой статисткой внутри (приблизительно столько весила убитая), просто упал. А ведь согласно прокурорской легенде подросток нес под мышкой этот «гроб» до реки 600 метров! Зато «дотошное» следствие никак не откомментировало другие важные моменты. На трупе девочки были найдены два коротких седых волоса. Кому они принадлежали? В крови убитого ребенка нашли следы этилового спирта: возможно, преступник заставил жертву выпить спиртного?

Тем не менее наспех сшитое дело благополучно ушло в суд. А там почему-то больше поверили вальяжному прокурору, чем подростку, который, обливаясь слезами, рассказывал об угрозах и издевательствах в милиции. Запорожский апелляционный суд не колеблясь приговорил Якова к максимальному для несовершеннолетних сроку — 15 годам лишения свободы.

Накануне приговора Яков писал матери из СИЗО: «Мама, я хочу, чтобы ты знала, что я не убийца. Я не трогал Яну и пальцем. Она была для меня как родная сестра. Мама, в тюрьме так страшно! Я не могу больше мучиться, сделай что-нибудь!»

Трудно представить, как обливалось кровью материнское сердце, когда Галина Кирилловна читала эти строки…

«Мне позвонили неизвестные: «Вы должны написать заявление, что, если Якова освободят, не будете иметь претензий ни к милиции, ни к прокуратуре»

Спустя некоторое время после того, как «ФАКТЫ» обратились с письмом в Генеральную прокуратуру, в редакцию позвонил следователь по особо важным делам Анатолий Шайда, возглавивший следственную группу по делу «пологовского маньяка». Он обрадовал нас: «Ткач привел такие детали, такие подробности убийства девятилетней девочки, которые мог знать только убийца и которые полностью совпадают с картиной преступления. Мы будем бороться за то, чтобы несправедливо осужденный подросток вышел на свободу!»

Но с тех пор прошло много времени и разных событий, а результата все не было. Генеральная прокуратура направляла дело Якова Поповича на доследование в Запорожскую прокуратуру и забирала обратно, понимая, что не могут тамошние генералы сами себя высечь — эдак еще и погоны с плеч полетят. Сергея Ткача допрашивали еще и еще, возили в Пологи на следственные эксперименты. Попутно выяснили, что за зверства, совершенные маньяком, за решеткой оказались еще трое невиновных жителей Полог. (А ведь в 2002-2005 годах местные правоохранители, несмотря на очевидную схожесть преступлений, яростно сопротивлялись версии, что в городе действует маньяк!)

Наконец в 2008 году Генеральная прокуратура обратилась в Верховный суд с просьбой о пересмотре приговора семи мужчинам, в свое время несправедливо осужденным за преступления, совершенные Ткачом. (Трое из них уже отбыли сроки, и речь шла о том, чтобы вернуть им доброе имя. Еще четверо жителей Полог, продолжали оставаться за решеткой. ) И дело наконец сдвинулось с мертвой точки. На свободу вышли 24-летний Николай Демчук, 27-летний Виталий Каира, каждый из которых без вины провел в тюрьме более четырех лет.

Заседание по поводу самого юного «сидельца» было назначено последним в очереди. Казалось бы, все шло как по маслу. Вначале прокурор привел показания Ткача, касающиеся именно этого эпизода. По словам преступника, осенью 2002 года он сидел возле магазина «Дива» в Пологах, употребляя спиртное. Увидел девочку лет десяти, идущую между руинами кирпичного завода. Догнав ее на велосипеде, схватил сзади за горло, задушил и перевез в багажнике в камыши, где и удовлетворил свою похоть. Прокурор не забыл и о седых волосках, найденных на трупе (Ткач носил короткий «ежик»). Родители Якова, присутствующие в зале, уже почти ликовали: вот она, справедливость! И вдруг… их как будто окатили холодным душем. Судья Анатолий Редька огласил вердикт: в пересмотре дела Якова Поповича отказать.

Что же вызвало такую немилость судьи Верховного суда? В постановлении об отказе говорилось о каких-то юридических тонкостях: дескать, плоховато установлено алиби, имеются различия в показаниях подозреваемого и так далее. Но мать Яши была другого мнения: «За три дня до этого заседания мне позвонили неизвестные люди и сказали: «Вы должны пойти в милицию и написать заявление, что, если Якова освободят, вы не будете иметь претензий ни к милиции, ни к прокуратуре. Иначе не дождетесь его на свободе!» Я тогда послала их подальше… А оно вон как обернулось».

«Сын вошел в дом, обнял меня и не смог сдержать слез: «Мама, как у тебя чисто, уютно… »

После фиаско в Верховном суде мать Якова, а с ней и корреспондент «ФАКТОВ» поехали к нему на свидание — в исправительную колонию общего режима во Львовской области.

Яша встретил нас подавленным — уже знал о неудаче. Мы как могли утешали молодого арестанта (тогда ему едва исполнилось 20 лет). Твердили, что решение Верховного суда не окончательное. Что прокуратура пообещала и дальше бороться.

Но Яков, похоже, уже не верил обещаниям. Рассказал, как один раз ночью с ребятами смотрели по телевизору передачу о тех, кого посадили в тюрьму вместо Ткача.

-  Двоих ребят, Демчука и Каиру, снимали уже на свободе, — говорил Яков.  — А мое рассмотрение все откладывали, откладывали. После таких передач мне хотелось от обиды разбить кулаки о стены камеры. Я, кстати, как-то в СИЗО в коридоре видел пологовского маньяка в двух метрах от себя. Если бы смог, разорвал бы гадину, за чье преступление сижу!

При расставании мать рассказала сыну о звонке от неизвестных. «Может, надо было мне быть посговорчивее?» — неуверенно спросила она. «Мама, ты все сделала правильно, — твердо ответил Яков.  — Никогда ничего не надо бояться».

Признаюсь честно, что, ободряя Якова, мы уже сами слабо верили в торжество справедливости. Думалось: придется-таки бедняге отсидеть полный срок, разве что «скостят» два-три года за хорошее поведение. (По словам начальника колонии, заключенный не вызывал замечаний, добросовестно работал, ни с кем не ссорился. )

Поэтому новость о недавнем освобождении Якова была несколько неожиданной и оттого еще более приятной. Галина Кирриловна позвонила в «ФАКТЫ», чтобы пригласить в гости.

 — Яшенька уже дома! — радостно похвасталась она.  — Его выпустили на волю 14 января, как раз на Старый Новый год. За ним поехал отец — иначе у сына не хватило бы денег на дорогу. О том, что его скоро выпустят, я узнала накануне Нового года. Ведь следователь Генеральной прокуратуры Анатолий Шайда все это время не опускал рук. Летом Яшу вывозили из колонии на следственные действия, потом снова направили дело в Верховный суд. Как раз лежала в больнице с давлением, когда пришла sms-ка от адвоката. Я прямо аж затряслась от волнения. Адвокат написала, что мы скоро увидим Яшеньку. Тут прибежал муж, мы оба начали плакать…

Потом мы узнали, что дело вернули на дополнительное расследование, а сына выпустили пока только на подписку о невыезде. Но главное, что мой ребенок уже дома. Сын вошел в дом, обнял меня и тоже не смог сдержать слез. Сказал: «Мама, как у тебя чисто, уютно». Я так этого долго ждала!

В воскресенье в доме собрались гости — друзья, родственники, приехал старший брат с женой и детьми. А в понедельник с утра Яков… отправился на работу.

Он сказал: «Мама, я курю. А пачка сигарет в среднем стоит девять гривен. Сидеть на шее у вас с отцом не хочу». Оказывается, он уже договорился с бригадиром на лесоповале. Но закончился первый рабочий день неудачно — сын сорвал себе спину, пришлось даже врача вызывать. Зона, конечно, ему здоровье подорвала… И образование у него лишь восемь классов. В СИЗО учения не было, только в Кременчугской колонии для несовершеннолетних. К 18 годам успел восемь классов закончить. Мы тогда писали ходатайство, чтобы еще хотя бы на год там оставили, но его перевели во взрослую…

После восьми лет разлуки счастливая мать заново узнавала своего ребенка:

 — Яша такой аккуратный. Я же вижу, как он тщательно моется, бреется, складывает одежду… И такой музыкальный! Первым делом кинулся к проигрывателю, за два дня много чего переслушал, своего любимого. Он и сам с детства играет на гитаре.

Дозвонилась я и к Якову. Он пока пользуется маминым мобильным телефоном.

 — Иду сейчас в паспортный стол, — бодро отрапортовал парень.  — Ведь у меня ни одного документа, кроме свидетельства о рождении, нет! Мне, правда, в милиции уже пригрозили, что придется еще восемь лет ходить к ним отмечаться. Надеюсь, этого не случится.

«ФАКТЫ» также надеются, что вскоре уголовное дело против Якова Поповича будет закрыто полностью — за отсутствием вины. И тогда уже он сам (если захочет, конечно) сможет подать в суд на тех «героев» в погонах, которые угрозами выбили признательные показания у 14-летнего мальчика.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Загрузка...

Загрузка...
Загрузка...

На одесском рынке: — Молодой человек, зачем было забивать такого маленького кролика?! В нем же почти нет мяса! — Я его забил?! Здрасьте! Он сам умер!