ПОИСК
Происшествия

«со словами: «ну, дед, ты нас достал! « — трое охранников взяли меня за руки-ноги и, как мешок, швырнули с крыльца на землю… »

0:00 22 мая 2009
«со словами: «ну, дед, ты нас достал! « — трое охранников взяли меня за руки-ноги и, как мешок, швырнули с крыльца на землю… »
Наталья ГАРМАШ «ФАКТЫ» (Днепропетровск)
Семидесятилетний житель Днепропетровска Иван Литовкин, пытавшийся получить свой депозит в банке «Надра», попал на больничную койку

Борьба вкладчиков за свои сбережения, находящиеся на депозитных счетах украинских банков, приобретает все более отчаянные формы: люди приковывают себя наручниками, объявляют голодовку. А на днях в Днепропетровске, на жилмассиве Фрунзенский, прямо в помещении банка, мужчина облил себя бензином и пытался поджечь, но вовремя подоспела милиция. Семидесятилетний житель Днепропетровска Иван Литовкин выбрал более цивилизованный способ защиты своих прав: вооружившись письмом из Управления Национального банка в Днепропетровской области, он просто каждый день обивал пороги филиала коммерческого банка «Надра» с просьбой вернуть положенные на депозит 5 тысяч гривен, тем более что срок депозита уже истек…

Деньги на операцию пришлось одолжить «до возвращения депозита»

Ивану Петровичу не впервой бороться за свои кровные. После того как на советской еще сберкнижке сгорели 3 тысячи с огромным трудом накопленных рублей, он подал в суд на одну из страховых компаний, которая не выплатила страховку к совершеннолетию его младшей дочери Ларисы. Страховая компания процветает, а тысячу гривен многодетным родителям (у Литовкиных шесть(!) дочерей) даже после десятилетней судебной тяжбы вернуть так и не удалось. Однако веру в справедливость и в надежность банковской системы пенсионер не утратил. Накопив немного на пенсионном счете, положил деньги на депозит банка «Надра».

- Сначала я получал пенсию на почте, — объясняет Иван Петрович, раскрывая дрожащими руками порванную картонную папочку.  — Но у нас с женой небольшая хатка в селе, 50 километров от Днепропетровска, хозяйство — две козочки и куры, поэтому почтальонша нас не всегда заставала дома. Вот я и решил пенсию перевести на банковскую карточку. А ближайшим было отделение банка «Надра». Мы с женой так рассудили: на ее 700 гривен будем жить, а мою такую же пенсию откладывать «на всякий случай». Мало ли для чего могут на старости лет деньги понадобиться? Вдвоем когда-то пострадали в ДТП, я после этого стал инвалидом, все время на лекарствах, да и сердце слабое. А у моей Тамары — катаракта, мечтали операцию сделать. Конечно, сами понимаете, как жить вдвоем на одну мизерную пенсию. Целый год питались, по сути, с огорода: картошку, помидоры сажали, свое молочко пили, так и собрали 5 тысяч гривен. А потом девушка в банке уговорила эту сумму на депозит положить. Там, мол, 15 процентов, за год хорошо заработаете. Я и соблазнился…

В феврале тяжело заболела Тамара Пантелеевна. Взяв на всякий случай в больнице справку о том, что жена нуждается в операции, Иван Петрович отправился в банк расторгать депозитный договор. Ему и нужны были всего-то полторы тысячи гривен, но получить их не удалось. «Проценты потеряете, — стали уговаривать его сотрудницы депозитного отдела, особенно Людмила, — а 600 гривен на дороге не валяются. Займите у кого-нибудь, зато через два месяца всю сумму с процентами получите». «Может, они и правы», — подумал Иван Петрович, собирая в долг (до получения депозита) необходимую сумму.

РЕКЛАМА

Дочери Литовкиных все живут небогато, а старшая Оля уже на пенсии. К тому же у каждой дети, внуки. Поэтому Иван Петрович, который очень любит своих девчонок и по-прежнему чувствует себя главой большой семьи, старается свои проблемы решать сам.

«Хватит тут права качать, — угрожающе сказал один из мужчин, — дуй отсюда!»

Едва дождавшись окончания срока депозитного договора, пенсионер в середине апреля отправился в банк. Но заявление с просьбой вернуть вклад у него не приняли. Все, к кому обращался, неизменно отвечали: «У нас нет таких полномочий» — и посылали сначала в другой кабинет, потом — в главный офис, оттуда — опять в свое отделение. Походив несколько дней по кругу, Иван Петрович обратился в Управление Национального банка Украины в Днепропетровской области, где ему выдали туманный ответ, из которого он понял главное: «Требование относительно возвращения депозита должно быть удовлетворено при наличии средств, в порядке очереди». Кроме того, исполняющий обязанности начальника данного управления в ответе подчеркнул: «Ваш депозитный договор не подпадает под действие моратория, поскольку срок его возврата наступил после введения временной администрации». Словом, закон был на стороне Ивана Литовкина.

РЕКЛАМА

- Однако в банке на это письмо даже не глянули, — возмущается он, — сунули мне какой-то бланк заявления на имя временного администратора Валентины Жуковской и сказали: «Ждите». А мне долги надо возвращать и жену лечить. Наверное, кто-то и может подождать, но у меня других источников дохода нет. И я же не чужие деньги просил, а свои, кровные!

Впрочем, целый месяц Иван Петрович терпеливо звонил по номеру, который назвали ему в банке, — бесполезно. В конце концов опять поехал к той самой Людмиле, которая так уговаривала его положить пенсию на депозит. Но она в этом филиале уже не работала, и куда подевалось его заявление, никто не знал. Пришлось искать сотрудницу уже по новому месту работы, в другом отделении банка. Людмила встретила его неприветливо: «Подойдите к концу недели, я выясню, где ваше заявление… » Однако Иван Петрович — крепкий орешек. Достав из пакета радиотелефон с городским номером, предложил: «Давайте прямо сейчас позвоним и выясним». Подобная настойчивость молодой женщине явно не понравилась.

РЕКЛАМА

- Да, я повысил на нее голос, — признается пенсионер.  — А что мне оставалось делать, если со мной даже разговаривать никто не хотел? Прошу: «Не можете вернуть деньги, дайте хоть справку с указанием причины, я в суд буду подавать». А они только переглядываются и хихикают. Такая тоска меня взяла… Да неужели я совсем бесправный перед ними?! Говорю ей: «Дайте киевский телефон вашего руководства, я жаловаться буду». Тут зашли в комнату трое мужчин и стали слушать нашу перепалку.

С виду Иван Петрович худенький и неказистый, с седой щетиной на щеках и реденькой шевелюрой. Одет тоже небогато. Словом, типичный пенсионер. Поэтому охранники и решили, наверное, со стариком не церемониться. «Хватит тут права качать, — угрожающе сказал один из них, — дуй отсюда!» Это окончательно возмутило Литовкина. Положив папку с документами на стол, он сел рядом: «Никуда не уйду, пока не дадите или деньги, или справку». Тут все трое и набросились на старика, толкнув с такой силой, что радиотелефон Ивана Петровича улетел куда-то в угол.

«Они тащили его за одну ногу, а голова билась о каменные плиты»

Впрочем, несмотря на кажущуюся тщедушность пенсионера, с ним не так-то просто было справиться. Сначала охранники попытались вытащить его за руки, но Иван Петрович намертво ухватился за дверь. Тогда стали тянуть за ноги, а он успел вцепиться в стол. Матерясь и пиная дедушку, трое здоровых мужиков наконец-то взяли его за руки и ноги, вынесли на ступеньки и швырнули, словно мешок, на землю. Иван Петрович покатился аж до стоящей неподалеку машины с эмблемой охранной фирмы. Следом полетел телефон. Чтобы настойчивый пенсионер не вздумал вернуться, один из охранников сбежал по ступенькам и за одну ногу поволок потерявшего ориентацию старика подальше от офиса.

- Я как раз вышла из магазина, расположенного за банком, и вдруг вижу: пожилого мужчину тянут за ногу, а голова его бьется о каменные плиты, — чуть не плачет живущая на соседней улице пенсионерка Алла Григорьевна Срибная.  — Я такое только в фильмах про фашистов видела. Кинулась к ним: «Что же вы делаете?» А этот охранник от меня только отмахнулся. Двое других следом идут, подталкивают, не будешь же с ними драться! Бросили старика только тогда, когда люди сбежались и стали на них кричать. Кто-то посадил дедушку, отряхнул, вызвали «скорую».

Напротив банка — шумный Березинский рынок, откуда к месту происшествия поспешили и продавцы, и покупатели. «Старший из охранников был явно нетрезвый, — не скрывает возмущения Виталий Сосницкий, приехавший в тот день купить рассаду.  — Все трое вели себя очень агрессивно, на мое замечание ответили: «Иди отсюда, а то и тебе достанется». Пока врачи приводили дедушку в чувство, я слышал, как один из охранников спрашивал медиков, куда повезут пенсионера. Думаю, не для того, чтобы перед стариком извиниться…

Реализатор этого рынка Таня Боженко видела все с самого начала: как швырнули мужчину с крыльца, как тащили потом за ногу.

- Этот дедушка кричал просто душераздирающе: «Люди, спасите, убивают!» — до сих пор не может успокоиться женщина, — туфли с него свалились, все пуговицы с рубашки поотлетали, пиджак задрался, одна нога подвернулась. Они его голой спиной метров десять по тротуару тащили, еще и жаловались всем, что он якобы их… машину ударил. Но я же все видела, не было такого! Они ему и опомниться не дали! Когда прохожие посадили старика на бордюр, он стал у охранников просить: «Верните документы». Те принесли помятый кулек и швырнули ему, как собаке.

Сам Иван Петрович все, что происходило с ним на улице, помнит плохо. Как в тумане мелькали лица людей, которые о чем-то его расспрашивали. Кто-то попросил телефон родных, и он достал из внутреннего кармана узкую длинную картоночку, исписанную с двух сторон телефонными номерами: жены, шести дочерей и шести зятьев, восьми внуков, их жен и мужей. У Литовкина больное сердце, поэтому заветный листочек всегда на всякий случай носит с собой. Первым с работы примчался на грузовике кто-то из зятьев, потом приехала «неотложка». Но даже после того как врачи увезли Ивана Петровича в больницу, люди долго не расходились, вызвали съемочную группу с местного телеканала и все рассказали журналистам.

В 3-й городской больнице, куда Ивана Петровича привезла «скорая», ему стало совсем плохо.

- Мужчина был в состоянии сильного стресса, который спровоцировал сердечный приступ, — рассказывает заведующая терапевтическим отделением Ольга Бутерина.  — Выяснилось, что он много лет страдает ишемической болезнью сердца, кардиограмма показала обострение стенокардии, и мы положили его под капельницу. Состояние пациента было столь тяжелым, что мы даже не пустили к нему участкового милиционера.

Кроме того, врачи зафиксировали у Ивана Петровича ушиб грудной клетки, головы и плеча. Все так болело, что на ночь пришлось сделать ему обезболивающий укол. Когда в больницу примчалась супруга Ивана Петровича, ей после рассказа мужа стало плохо. Тамару Пантелеевну тоже госпитализировали. Но долго она лежать не смогла, поехала на следующий день кормить козочек. А ее супругу еще предстоит длительное лечение. И хотя многие лекарства больница предоставила ему бесплатно, родным тоже пришлось потратиться на дорогие препараты.

- Когда они меня тащили, — вспоминает пенсионер, вытирая слезы, — думал, смерть моя пришла: все в голове закрутилось, нога очень сильно болела. Теперь ступить на нее не могу. И все думаю: был бы сыночек мой жив, наверное, не дал бы меня в обиду…

Эта тема для Ивана Петровича очень болезненная: много лет назад в стоявшей во дворе бочке с водой утонул его трехлетний сынишка. После того рождались у супругов только девочки, а так хотелось сына! Надеясь как-то обезопасить дочек, он на каждую оформлял страховку, и почти все они — Оля, Ира, Вита, Таня и Наташа — получили к совершеннолетию по тысяче рублей. Когда же пришел черед младшей, Ларисы (его «мизинчика», как говорит Иван Петрович), Советский Союз распался и страховая компания отказалась выполнять свои обязательства. Пришлось даже в суд подавать.

- Мне присудили 300 гривен судебных издержек, а им — ничего, — рассказывает Иван Петрович с обидой.  — У меня уже пять… килограммов различных ответов (специально взвесил), и никакого результата. Как же мне после этого государству верить?

Не исключено, что и эта обида будет лежать тяжелым камнем на душе у Ивана Петровича, и никто за нее наказан не будет. Во всяком случае участковый Руслан Войченко, который проводит разбирательство по этому инциденту, никакой информации нам не дал: не имею, мол, права разглашать. Но мы думаем, что вряд ли против жестоких охранников будет возбуждено уголовное дело. Унижение человеческого достоинства в нашей стране повсеместно стало привычным делом. А бить старика вроде и не били. Так, поваляли по земле немножко. Чтобы место свое знал…

383

Читайте нас в Facebook

РЕКЛАМА
Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Новости партнеров