ПОИСК
Культура и искусство

Сын Валентина Знобы: "После того как отец получил золотую медаль на выставке в Брюсселе, у него появились завистники"

6:30 11 августа 2016
Валентин Зноба
Десять лет назад умер один из крупнейших украинских скульпторов ХХ века Валентин Зноба, автор скульптурных групп у входа в здание Верховной Рады Украины, композиции «Казак Мамай» на майдане Незалежности

— Мой отец был потомственным скульптором, а я пошел по его стопам, — говорит сын народного художника Украины Валентина Знобы Николай. — Родоначальником нашей династии был мой дед Иван Зноба. Он пошел учиться на скульптора, когда ему было за тридцать. К этому времени у него уже было двое детей — дочь Тамара и сын Валентин. Семья жила в селе Софиевка Днепропетровской области. Дед столярничал и занимался фотографией. Однажды на каникулы в село приехал один студент. Он увидел фотографии Ивана и порекомендовал ему учиться. У моего деда хватило силы воли круто изменить жизнь: пошел учиться, закончил Киевский художественный институт.

Одна из наиболее запомнившихся папе историй из его детства произошла во время Второй мировой войны. Его отца Ивана Степановича в армию не призвали, семья осталась в оккупированной гитлеровцами Софиевке. Мои дед и папа помогали партизанам. Однажды через их село проходило немецкое подразделение. Офицер решил разместить подчиненных на подворье Знобы в сарае. Папа рассказывал, что у него внутри похолодело, когда солдаты выстроились и стали передавать друг другу хранившиеся в сарае тыквы, чтобы освободить место для ночлега. Некоторые тыквы были с секретом: накануне дед с отцом удалили из них часть мякоти и спрятали внутрь листовки. Стоило немцам уронить какой-либо овощ или заметить надрез — могли расстрелять. К счастью, обошлось. Еще в годы войны отец прошел по минному полю и чудом остался цел.

Будучи подростком, Валентин работал помощником электромонтера-высотника. В специальных металлических когтях взбирался на столбы и чинил линии электропередачи. Но мечтал стать скульптором, как его отец. Иван Степанович не навязывал сыну свою профессию, однако после того, как Валентин однажды вылепил из глины гроздь калины, сказал, что из него может выйти скульптор. После войны мой отец поступил учиться во Львовский университет, а затем перевелся в Киевский художественный институт.

— Что он рассказывал о студенческих годах?

РЕКЛАМА

— Много забавных историй. Например, такую: перед тем как начать оценивать работы, преподаватели выпроваживали их авторов в коридор дожидаться вердикта. Ребят разбирало любопытство, как идет обсуждение. Однажды они уговорили одного из парней спрятаться в шкафу и подслушать. Но тот провалил задание товарищей — уснул в шкафу. Можно представить, как он насмешил преподавателей, когда в разгар обсуждения вывалился наружу.

По вечерам (чаще всего на даче) отец пел под гитару — голос и слух у него были хорошими. Этими способностями обладала и его старшая сестра Тамара — она стала преподавателем музыки. А еще отец обожал шахматы — и на даче, и в Киеве у него были друзья, которые разделяли это увлечение.

РЕКЛАМА

— Когда к нему пришло признание?

— Уже в молодости — в 1958 году работа Валентина Знобы из дерева «Бокораш» (так в Карпатах называют сплавщиков леса по рекам. — Авт.) была удостоена золотой медали на Всемирной выставке в Брюсселе. Папе тогда было 29 лет. Сейчас эта скульптура хранится в Национальном художественном музее Украины, а полученная за нее медаль — в Национальном музее истории Украины.

РЕКЛАМА


*Скульптура «Бокораш»

— Что после этого изменилось в жизни Валентина Знобы?

— Появились завистники. Отец полностью посвящал себя работе, был далек от всяческих склок, интриг.

— У ваших деда и отца есть общие работы?

— Папа помогал Ивану Степановичу в создании монументальных вещей. Пожалуй, наиболее крупная из них (в прямом и переносном смысле) — памятник Тарасу Шевченко, установленный в 1959 году на Монастырском острове в Днепре. Это самая большая в мире фигура Кобзаря — 83 метра. Она отлита из чугуна.

Дед с отцом совместно с коллегой Василием Бородаем создали монумент Октябрьской революции, который в советские годы стоял на майдане Незалежности (тогда площадь Калинина. — Авт.) в Киеве. После развала СССР Метрополитен-музей в Нью-Йорке предложил украинским властям продать монумент, ведь его все равно решили снести, однако получил отказ. Этот памятник эпохи свалили по частям на территориях нескольких предприятий Киева. Насколько мне известно, частично он уже уничтожен.

Шевченковская тематика у Ивана Степановича была главной, он знал на память весь «Кобзарь». Бюст Тараса, который дед с отцом вылепили в 1960-е, в 2005 году был отлит в бронзе и установлен в Афинах возле здания украинского посольства. А мы с папой являемся авторами бронзового памятника Кобзарю в Праге. Его поставили на площади Кинских неподалеку от знаменитого Карлова моста. Заказчиком выступила украинская диаспора столицы Чехии. Поэт изображен молодым, в европейском костюме.

— Советские власти выпускали вашего отца за границу?

— Да, когда во Франции решили поставить памятник герою антифашистского сопротивления уроженцу Винничины Василию Порику, эту работу заказали Валентину Знобе, — продолжает Николай Зноба. —  Отец также вылепил для парижского Института имени Пастера бюст лауреата Нобелевской премии в области физиологии и медицины Ильи Мечникова.

Кстати, когда мои родители еще не были женаты, они вместе ездили в творческую командировку в Италию. Моя мама, народная художница Украины Татьяна Голембиевская, вспоминала, как папа шутил тогда: «Работаю мольбертом». Юная Татьяна клала на спину Валентина холст, подрамник и писала картины.

— Как они познакомились?

— Мама говорила, что в первый раз папа увидел ее, когда ей было лет 16, в Крыму. Она приехала в Гурзуф со своей мамой писать пейзажи (мои дедушка и бабушка по материнской линии были художниками). Отец тогда был студентом-старшекурсником. В тот год он вместе с коллегой работал в Алупке в Воронцовском дворце. Молодые скульпторы приехали в Гурзуф, зашли в городскую библиотеку, где находилась и Татьяна. Друг сказал папе: «Обрати внимание на эту девушку. Она должна стать твоей женой».

Затем уже в столице на вечере в художественном институте Галина Кальченко (автор памятников Лесе Украинке и Ивану Котляревскому в Киеве) сказала Валентину то же самое.

Знаете, когда я был ребенком, мне очень нравилось присутствовать на больших семейных художественных советах — в них участвовали мои родители и оба деда. Они собирались, чтобы обсудить то мамину картину, то работу отца.

— Ваш отец предложил создать киевский Монмартр на историческом Андреевском спуске?

— Это правда. Папа привозил из заграничных командировок в основном впечатления и идеи, в том числе замысел организовать в Киеве нечто похожее на парижский район искусств Монмартр. Отец, возглавлявший в 1980-е годы киевскую организацию Союза художников Украины, обратился с этим предложением к мэру Валентину Згурскому. Тот поддержал идею и попросил назвать подходящее место. Отец выбрал Андреевский спуск с его неповторимым шармом. Мэр согласился при условии, что художники и скульпторы за свои деньги отреставрируют старые дома, обустроят в них свои мастерские. В первые годы после того, как Андреевский спуск стал истинным центром искусств под открытым небом, там выставлялись очень хорошие работы, ведь предварительно их отбирал строгий художественный совет. К сожалению, со временем критерии отбора стала диктовать коммерция.

— Это правда, что вашему отцу предлагали переехать в Великобританию?

— Да. Эта история началась с того, что в 1992 году к нам пришел летчик-истребитель Королевских ВВС Великобритании в отставке, ценитель искусства Джон Бетелл. Родители показали ему свои работы. Летчик был в восторге. Он попросил папу вылепить его скульптурный портрет. Спустя год Бетелл приехал в Киев вместе с одним лордом. Они пригласили родителей в Шотландию. Там Бетелл познакомил отца и маму со своими соседями, владельцами компьютерной компании супругами Джанис и Джоном Симпсон, и те предложили родителям поселиться в их огромной усадьбе. Джанис любит искусство и хорошо в нем разбирается. Она всячески помогала в популяризации работ моих отца и мамы в Великобритании, по ее рекомендации предложили сделать в Эдинбурге памятник выдающемуся шотландскому математику Джону Неперу. На открытии монумента присутствовала принцесса Анна. Через некоторое время посол Украины в Великобритании Сергей Комисаренко попросил отца сделать скульптурный портрет Анны. Папа решил изобразить принцессу в жокейской одежде, ведь Анна увлекается конным спортом.

Племянник королевы герцог Глостерский отобрал несколько работ отца для королевской коллекции в Вестминстерском дворце. Папа становился все более известным на Британских островах, и Бетелл с Симпсонами предлагали ему навсегда переехать в Шотландию. Аргументировали они это непростым экономическим положением в Украине. После очередного разговора на эту тему Зноба спросил: «А вы бы оставили больную мать?» С 1992 года до конца 1990-х наша семья по несколько месяцев проводила в Шотландии.

— Знаю, что президент США Билл Клинтон во время визита в Киев получил в подарок свой скульптурный портрет, сделанный вашим отцом. Кто заказал эту работу?

— Отец сделал портрет первого посла США в независимой Украине Романа Попадюка, и тот попросил вылепить скульптуру президента Билла Клинтона, причем обязательно с женой Хиллари. Папе прислали из американского посольства пачку фотографий. Во время работы отец пользовался не только снимками. Он внимательно смотрел сюжеты по телевидению, в которых показывали Билла и Хиллари. Через некоторое время Клинтон посетил Киев (в 1995 году. — Авт.). Накануне визита президента США в Кабинете министров Украины возникла идея подарить ему эту работу отца. Однако было одно «но» — президент Соединенных Штатов не имеет права принимать подарки, стоимость которых превышает определенную сумму. Цена бронзовой скульптуры супругов Клинтон была выше допустимой. И тогда приняли кардинальное решение — работу разделили. Президенту вручили его скульптурный портрет в Мариинском дворце от правительства Украины. Вскоре он прислал отцу письмо со словами благодарности. А портрет его супруги остался в нашей мастерской.

В 1995 году в Москве был открыт огромный Мемориальный комплекс на Поклонной горе в честь победы над Гитлером. Там несколько работ моего отца, в том числе фигура солдата, установленная в центральном зале. Строительство мемориала началось в бытность Советского Союза (тогда же были отобраны лучшие скульптурные работы), а завершалось уже после его развала. Хотя в начале 1990-х у власти в России были демократы во главе с президентом Борисом Ельциным, нашлись влиятельные люди, которые поставили вопрос так: Зноба — украинский скульптор, значит, от его работ нужно отказаться. Утвержденный вариант десятиметровой скульптуры солдата был выполнен в традиционном ключе: в одной руке знамя Победы, в другой — автомат. Отец нашел в себе мужество, никого не спрашивая, основательно все переделать. Воин поднимает одну ладонь, как бы призывая остановиться, а во второй руке держит каску, в которой горит лампада. Когда люди, принимавшие решение о дальнейшем участии отца в проекте, увидели новый вариант, они сказали «да»: солдат-миротворец — это как раз то, что нужно. Кстати, когда свет от лампады в каске бойца поднимается аж до самого купола зала, высота которого 50 метров, это впечатляет.

Следует сказать, что в советские годы отец создал грандиозный мемориал воинам, погибшим на Букринском плацдарме при освобождении Киева, скульптурные композиции, установленные у входа в Верховную Раду Украины, памятник замученным гитлеровцами пленным в столичном районе Дарница…

— В 2000 году в творческом конкурсе проектов монумента Независимости Украины на майдане Незалежности в Киеве работы вашего отца и его коллеги Анатолия Куща заняли два первых места. Кущ сделал центральную композицию майдана — фигуру женщины, символизирующую Украину, и памятник основателям Киева, а вы с отцом — «Казака Мамая с конем». Кущ рассказывал, что изначально скульптура девушки была с лицом его дочери. А чья внешность у казака Мамая?

— Помнится, поочередно позировали несколько друзей нашей семьи, так что в казаке можно найти черты лиц каждого из них. А вот конь лепился с конкретного жеребца белой масти по кличке Барсик. Эту работу отец доверил мне. У Барсика была роскошная грива. Он выступал в каскадерской группе «Скиф». Конь пробыл у нас в мастерской несколько недель, мы угощали его морковью, сухарями и яблоками.


*Николай Зноба: «Казак Мамай с конем, отлитые из бронзы, установлены на майдане Незалежности, а в нашей мастерской хранится гипсовый вариант этой композиции» (фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»)

— Ваш отец работал до последних дней жизни?

— Причем одновременно над несколькими проектами. Кончина отца стала для всех неожиданной. Впрочем, у него периодически случались приступы аритмии сердца. Вероятно, мне следовало ему больше помогать, ведь работа скульптора — это, помимо творчества, довольно тяжелый физический труд.

Мастерскую, в которой мы с вами беседуем, отец построил за свои деньги. Сейчас она имеет статус музея-мастерской творческой династии Знобы-Голембиевских. Посетители могут одновременно увидеть работы моих предков и процесс создания мною новых скульптур.

1936

Читайте нас в Facebook

РЕКЛАМА
Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Новости партнеров