ПОИСК
Происшествия

«стоя в огне, я хотела сгореть — думала, если меня не станет, детки получат хотя бы какую-то помощь от государства… »

0:00 16 сентября 2009
«стоя в огне, я хотела сгореть — думала, если меня не станет, детки получат хотя бы какую-то помощь от государства… »

В Боярке Киевской области дотла сгорел дом, в котором жила многодетная семья. Муж, жена, четверо несовершеннолетних детей и парализованный родственник, оставшиеся без денег, документов и крыши над головой, перед наступлением холодов вынуждены ютиться в маленьком деревянном сарайчике

Жителей небольшого городка Боярка в Киевской области Виталия и Наталью Лахтадир в округе знают как людей приветливых и трудолюбивых. «Ради детей горы готовы свернуть! — отзываются о них соседи.  — Виталик целыми днями на стройке вкалывает, на Наташеньке вся работа по дому. Смотришь на эту пару и думаешь: откуда у них только силы берутся?» «Во всем себе отказывали, вынуждены были даже взять кредиты в банке, — тяжело вздыхает Наталья.  — Надо было достроить и облагородить дом, одеть и обуть детей… »

Благодаря целеустремленности и самоотверженному труду супругам удалось воплотить в жизнь все намерения. Они и подумать не могли, что роковая случайность — замыкание проводки — может вмиг лишить их всего, что долгие годы наживалось непосильным трудом…

«Мы не успевали тушить пламя — огонь распространялся по дому с немыслимой скоростью»

О трагедии, которая полмесяца назад произошла в семье Лахтадиров, знает едва ли не каждый житель Боярки. Теплым воскресным августовским вечером Наталья, Виталий, их

17-летняя дочь Таня, 12-летний Максим, четырехлетняя Настя, двухлетняя Юля и 42-летний парализованный брат Виталия Сергей поужинали, после чего все, кроме Виталия и Максима, легли спать. Отец и сын — заядлые футбольные болельщики — решили посмотреть по телевизору игру национальной сборной. Но до конца матч так и не досмотрели — сон и усталость взяли свое, и уже через полчаса они уснули перед мигающим экраном телевизора.

РЕКЛАМА

- Я проснулся около двух часов ночи из-за того, что в доме стало нечем дышать, — вспоминает 12-летний Максим.  — Воняло горелым, а со стороны веранды доносилось какое-то странное шипение. Я почему-то подумал, что мама растопила печку. Зашел в комнату, из которой доносилась вонь, а там — ужас! Горят шторы, диван, на глазах плавится телевизор… С перепугу закрыв двери в горящую комнату, я побежал к отцу.

- От его душераздирающего крика «Папа, мы горим!» я мигом подскочила с кровати, — вспоминает Наталья.  — Муж тщетно пытался потушить огонь, который распространялся по дому с немыслимой скоростью. Задыхаясь и не помня себя от страха, помчалась в комнату, где спали дети. Увидев, что Таня вытаскивает их на улицу через окно, я начала судорожно соображать, как можно погасить пламя. Срывала с окон шторы, но тушить ими огонь было невозможно — они сразу же загорались. Виталик то и дело бегал к колодцу, носил ведра с водой, однако и это не помогало.

РЕКЛАМА

Тем временем Таня вылезла через окно, Максим начал передавать ей в руки младших сестричек. Убедившись, что Юля и Настя в безопасности, старшие дети бросились помогать взрослым тушить пожар. Во двор сбежались перепуганные соседи, которые помогли Виталию вынести из дома парализованного брата.

- Сначала я подумала, что мы с мужем сможем потушить пожар своими силами, — вспоминает Наталья.  — Но когда в доме начали трескаться стекла и все комнаты охватило пламя, я испугалась по-настоящему. Внутри все дрожало, я металась по дому, как дикий зверь в клетке. Увидев, что все вещи горят, в панике бросилась выносить из дома диван. О документах почему-то в тот момент даже не подумала. Когда уже почти дотащила его до входной двери, неожиданно подул сильный ветер, и огонь пошел прямо на меня. В следующую секунду почувствовала, как обожгло шею и затылок. Я схватила телефон и начала набирать какие-то цифры. Чудом дозвонилась куме, но при этом не смогла произнести ничего вразумительного, лишь истерически кричала: «Горим!».

РЕКЛАМА

- Услышав в трубке крик Наташи, до смерти перепугалась, — рассказывает кума Натальи Людмила.  — Мы с мужем в чем спали вскочили на мотоцикл и поехали на помощь. Дом Лахтадиров заметили издалека — дым стоял столбом. Как только забежали во двор, сразу увидели детей и Виталика, который пытался вынести из дома вещи. Наташи поблизости не было. Потом она, вся черная и обгоревшая, выбежала из горящего дома, бросила на траву какую-то папку и… опять полезла в огонь. При этом она уже ничего не искала, просто стояла и ждала, когда до нее доберется пламя.

- У меня был нервный срыв, — качает головой Наталья.  — Не знаю, что мною руководило в тот момент. Я увидела, что муж и детки живы — это для меня было главным. Сама же решила, что если меня не станет, дети будут получать хотя бы какую-то помощь от государства, а муж о них позаботится. В голове молниеносно проносилась тысяча мыслей сразу, я не давала отчет своим действиям.

- Детей она словно не слышала, — вспоминает Людмила.  — Помню душераздирающий крик четырехлетней Юленьки: «Мама, не бросай нас!» Дети бились в истерике, рвались к матери, а рыдающая навзрыд Таня держала их, чтобы, не дай Бог, не побежали в огонь. Муж бросился за Наташей в горящий дом, она упала ему на руки без сознания…

«Накануне трагедии тете приснилась женщина в черном, которая сказала, что с моими детьми случится беда»

По словам Людмилы, пожарные, дежурная часть которых находилась в трех минутах езды от их дома, приехали через сорок(!) минут после вызова. К тому времени от дома остались одни лишь руины, все комнаты сгорели дотла.

- Когда мы побежали в огород искать дядю (соседи вытащили его через окно и положили на траву около огорода.  — Авт. ), не поверили своим глазам — дяди Сережи нигде не было! — вспоминает 17-летняя Таня.  — Нашли его на чужом огороде — парализованный человек, который вот уже шесть лет как не двигается, смог отползти почти на двадцать метров вперед! В экстремальных ситуациях и такое, говорят, случается.

- Поспав несколько часов в доме кумы, мы набрались смелости и пошли посмотреть на то, что осталось от нашего дома, — говорит Наталья.  — Господи, когда я увидела эти руины, упала на колени и разрыдалась. Родные пытались успокоить, но бесполезно — я билась в истерике, осознавая, что от имущества, которое мы годами наживали тяжелым честным трудом, не осталось ничего. На что теперь жить и где? В голове крутилась лишь одна мысль: мы — бомжи. Без паспортов, без денег. В таком положении хоть в петлю…

Единственным убежищем для многодетной семьи, вмиг потерявшей крышу над головой, стал грязный обшарпанный деревянный сарайчик. Наталья открывает скрипучую деревянную дверь, несколько досок которой прогнили и покрылись плесенью.

- Здесь мы ночуем вот уже полмесяца, — вздыхает женщина, приглашая меня в темную каморку с обшарпанными желто-коричневыми стенами. В сарае стоит запах плесени и сырости, весь убогий интерьер составляют три маленьких диванчика, на которых лежат изрядно поеденные молью подушки. В углу стоит старый деревянный шкаф — его, как и диваны, принесли соседи.

- Видите икону на столе? — показывает Наталья.  — Это единственная вещь, которая осталась после пожара. И что самое удивительное — она лежала на книгах, которые полностью сгорели. А святой образ остался цел и невредим!

Неожиданно на улице раздается оглушительный звук дрели и стук молотка — пришли соседи помогать Виталию делать крышу сарая.

- Мир не без добрых людей, — вздыхает Наталья.  — Деревянные доски для крыши мне дал директор строительной компании, которого я видела один раз в жизни. Раньше никогда не позволила бы себе унижаться и просить, а тут нужда заставила. Рассказала ему про свою беду, попросила доски в долг, а он дал их бесплатно. «Я от этого беднее не стану, — говорит.  — А у вас будет хоть какая-то крыша над головой». Да и местная церковь помогла чем смогла — выделила сто гривен. Городские власти обещают к зиме дать нам жилье. А как быть сейчас, ума не приложу. Уже начались осенние дожди, в ноябре жди заморозков… Еще как таковых холодов и не было, а Настенька уже успела ангиной переболеть, Таня простудилась.

- Мамочка, да у тебя у самой температура! — заботливо целуя Наталью в лоб, говорит Таня.  — Пойди полежи, а я с малышней сама справлюсь…

- Перед тем как случился пожар, моей тете приснился плохой сон, — задумчиво говорит Наталья, поглаживая дочь по голове.  — Снилось, будто бы к ней пришла какая-то женщина в черном и сказала, что с моими детьми случится беда. А с этим домом уже давно какая-то мистика происходит, — женщина махнула рукой в сторону обгоревших руин во дворе.  — Как только мы сюда вселились, началось какое-то наваждение: сначала сгорела комната — дядя бросил на ковер незатушенный окурок. А четыре года назад мы ушли в гости с ночевкой, а вернувшись, обнаружили, что сгорела… половина дома! Электрики сказали, что причиной пожара стал неперекрытый газ, при этом отметили, что газовая плитка, вероятнее всего, была облита… керосином. Но мы решили не устраивать разборок — в маленьком городе ничего не стоит нажить себе врагов. И вот только восстановили дом, взяли кредиты на бытовую технику, а тут новое несчастье. На этот раз, говорят, произошло замыкание проводки.

«Ни за что не отдам детей в интернат. Лучше уж в грязном холодном сарае, но вместе… »

Наталья и Таня подводят меня к руинам, которые остались от сгоревшего дотла дома. Закопченный кирпич, отсутствие дверей и окон, а внутри — сплошные развалины: груды металлолома, смола, трубы и обломки пластмассы… Спотыкаясь об острые камни, прохожу дальше: у стены, на которой чудом сохранилась некогда светлая, а теперь закопченная плитка, стоит обгоревшая газовая плита. В завалах сгоревших вещей с трудом можно разглядеть молнию от куртки и осколки разбитой посуды.

- А это наши кредиты, — с трудом сдерживая слезы, Наталья показывает груду металлолома.  — Тут телевизор, компьютер, стиральная машина… За нее еще год нужно деньги банку выплачивать. В этом месяце я не расплатилась, наверное, уже набежали проценты. Не могу даже пойти в банк объяснить ситуацию — на руках нет ни одного, удостоверяющего личность документа. В паспортном столе пожимают плечами, мол, ничего не знаем, ждите своей очереди.

Парализованный брат Виталия сейчас находится в больнице, на днях его собираются выписать. Но как инвалид сможет жить в грязном сыром сарае, в котором даже нет места для еще одной кровати?! Да и денег на кровать у Лахтадиров нет, разве что соседи принесут…

- Со страхом думаю о приближающемся похолодании, — качает головой моя собеседница.  — День и ночь молю Бога, чтобы мои детки выжили в этих нечеловеческих условиях… Сейчас мы — семья безработных. Еще несколько месяцев назад Виталий работал охранником на частной фирме, но из-за кризиса попал под волну сокращений. С тех пор подрабатывал строителем на халтурах. А сейчас на это нет времени — нужно хотя бы доделать крышу сарая.

- На днях Таня пришла из школы и расплакалась: «Мама, я не пойду на выпускной», — продолжает Наталья.  — Оказалось, родительский комитет принял решение собрать по две тысячи гривен с каждого выпускника! Где же взять такие деньги?! Сердце кровью обливается от одной мысли, что все дети готовятся к выпускному, а моя Танюшка останется без праздника. Спустя несколько дней после пожара к нам приходили работники социальных служб, предлагали отдать детей в интернат. Ребята начали кричать, что ни за что не бросят своих родителей в беде. Да и мы их никому не отдадим. Лучше в грязном холодном сарае, но вместе…

Решив узнать, когда горсовет сможет выделить семье Лахтадиров обещанное жилье, корреспондент «ФАКТОВ» обратилась к секретарю горсовета Боярки Михаилу Лезнику и с удивлением узнала, что давать семье жилище… никто не собирается.

- Мы будем помогать им восстанавливать сгоревший дом, — сказал Михаил Лезник.  — Свободного жилья нет в наличии, поэтому все, что может сделать горсовет, — это помочь семье с ремонтом и электричеством.

- Муж моей сестры открыл счет в банке и обратился за помощью в местную газету, — сокрушается Наталья.  — Но, к сожалению, даже после выхода статьи на этом счету по-прежнему лежит одна гривня. Тогда родные и посоветовали мне обратиться в «ФАКТЫ». Господи, никогда ничего не просила, и для себя мне ничего не нужно, но Богом вас молю: не допустите того, чтобы мои детки погибли в этом сарае…

Желающие помочь семье Лахтадиров могут позвонить в редакцию по телефонам: (044) 486-54-30, (044)481-28-05.

478

Читайте нас в Facebook

РЕКЛАМА
Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Новости партнеров