ПОИСК
Происшествия

«меня били так, что я был готов сознаться даже в убийстве кеннеди»

0:00 25 ноября 2008
«меня били так, что я был готов сознаться даже в убийстве кеннеди»
После пяти месяцев отсидки в СИЗО Владимир Гетманенко, обвиненный в убийстве трех женщин в Евпатории, признан невиновным, а на скамьеподсудимых оказался один из милиционеров, выбивавший у него показания. Дело «евпаторийского маньяка» окончательно развалилось?

Это произошло ранним утром 29 июля прошлого года в самый разгар курортного сезона в Евпатории. Как рассказывает потерпевшая — верующая женщина из Мурманска, которая жила в палатке на берегу Черного моря, она решила помолиться. И вдруг из воды вышел высокий мужчина в одних плавках и с ножом в руке.

«Что ты тут делаешь?» — спросил незнакомец. «С Богом разговариваю», — ответила верующая, с опаской поглядывая на него. «А к какой церкви ты принадлежишь?» — продолжал свои расспросы странный мужчина. Женщина ответила, что она православная. На что незнакомец сказал: «Твоя вера неправильная. Покайся. Если будешь жить со мной, я тебе расскажу, какая церковь самая настоящая». Когда женщина отказалась, незнакомец ударил ее ножом, но добивать не стал. Женщина выжила. И по делу о «евпаторийском маньяке» она проходит как единственная из его жертв, кому посчастливилось спастись.

«Все три жертвы серийного убийцы носили имя Лена»

Нападению на Светлану из Мурманска предшествовали три зверских убийства молодых женщин в Евпатории и ее окрестностях. Убийства были совершены 24 мая, 19 и 29 июля примерно с двух часов ночи до четырех часов утра. Преступник выслеживал одиноких девушек, которые поздно возвращались домой, и нападал на них с ножом. На телах погибших эксперты насчитывали более десятка ранений. Кроме того, все три девушки были задушены.

Слухи о том, что в самый разгар курортного сезона в Евпатории появился маньяк, стремительно распространились по всему Крыму. От милиции требовали решительных действий. МВД Украины взяло под свой контроль расследование дела о серийном убийце.

РЕКЛАМА

В то лето по улицам Евпатории ходили милицейские патрули. Маньяка пытались взять с поличным. Женщины-оперативницы, выступая в роли подсадной утки, разгуливали по ночам по курортному городу. Но все безрезультатно. Маньяк был осторожен.

В прессе начали появляться детали и совпадения. Все три жертвы серийного убийцы носили имя Лена. Все они работали в коммерческих структурах распространителями товаров. И только одна из жертв, та самая россиянка, была Светланой.

РЕКЛАМА

Именно со слов оставшейся в живых женщины был составлен фоторобот подозреваемого. Лысый житель Евпатории 48-летний Владимир Гетманенко был совсем не похож на мужчину с прической «ежик», о котором говорила россиянка. Но именно после ареста Гетманенко в прессе появилась информация, что маньяк задержан.

На брифинге в Симферополе начальник крымской милиции Анатолий Могилев сообщил, что арестован евпаториец, которому пока предъявлено обвинение по одному факту — нанесению телесных повреждений женщине, но при этом у милиции «есть убеждение», что именно этот человек совершил серию убийств женщин.

РЕКЛАМА

 — Это одинокий мужчина, который имел на своем жизненном пути отдельные неприятности с женским полом, что и является, по нашему мнению, мотивом такого неадекватного отношения к женщинам, — сказал на брифинге главный милиционер Крыма.  — У него были проблемы с женитьбой, рождением детей и так далее.

По милицейской информации, у задержанного евпаторийца был обнаружен нож, который, как считают в МВД, и был орудием убийств. Арестованный дал признательные показания, провели несколько экспертиз. Никаких других подробностей о личности задержанного начальник крымского главка МВД не сообщил, сославшись на невозможность разглашения информации следствия.

 — Я внутренне — не как начальник крымской милиции, а как Могилев — уверен, что тот, кого мы арестовали, и есть убийца женщин, — подытожил свое выступление главный милиционер Крыма.

Оперативная работа милиции была оценена по заслугам. Многие сотрудники получили очередные звания и поощрения. Дело маньяка должны были передавать в суд, но пять месяцев спустя человек, которого милиция обвиняла в серийных убийствах, оказался на свободе. Официальная формулировка этого решения Симферопольского районного суда была такой: «за недостатком улик». А ведь, по сообщениям руководства крымских правоохранителей, Владимир Гетманенко сам признался в убийствах женщин. «Не сразу, — как сообщалось в прессе.  — Сначала взял на себя одно убийство, потом второе. Долго не хотел признавать третье, но все же раскололся».

Владимир Гетманенко провел в СИЗО почти полгода. Еще столько же времени ему понадобилось для того, чтобы получить на руки документ, в котором его вина отрицалась.

А недавно в том же Симферопольском районном суде, где должны были проходить слушания по делу о «евпаторийском маньяке», начался процесс над сотрудником милиции, который обвиняется в превышении служебных полномочий в отношении Гетманенко.

Владимир Викторович вспоминает день, когда его арестовали.

 — Это было 31 июля прошлого года, — рассказывает бывший сотрудник кабельного телевидения Владимир Гетманенко.  — Я отдыхал неподалеку от озера Мойнаки, когда подъехала легковая машина. Оттуда вышли несколько человек. Я не особо обращал на них внимания. Курортный город, много отдыхающих. Потом подъехал еще один автомобиль. Трое мужчин и женщина подошли ко мне. Один из них спросил: «Ну как погодка?» «Нормальная», — отвечаю.  — «Вода теплая?» — «Ну да. Лето. Конечно, теплая». И тут прозвучал уже совсем неожиданный вопрос: «А вы в Бога верите?» Я подумал, что это какие-то баптисты. Сейчас начнут агитировать. «Верю», — говорю. «А в какую церковь ходите?» Если честно, то в церковь я не хожу, но просто, чтобы отвязались, показал рукой в направлении одной из них. Они о чем-то между собой переговорили, а потом снова с расспросами ко мне: «А вы знаете, что на этом месте позавчера на женщину напали?» «Прямо там, где я сижу?» — удивился я.  — «Так вы слышали, что в Евпатории женщин убивают?» «Конечно, слышал, — отвечаю.  — Об этом и в газетах пишут, и по телевизору говорят». «Вы арестованы за убийство этих женщин!» — сказал незнакомый мужчина. Тут же меня бросили на землю и застегнули за спиной наручники.

«Со всех сторон начали раздаваться возгласы: «Маньяка поймали, Чикатило!»

Владимира Гетманенко привезли в евпаторийский горотдел.

 — Возле входа стояли сотрудники милиции, — продолжает Владимир Викторович.  — Как оказалось, они ждали именно меня. Тут же со всех сторон начали раздаваться возгласы: «Маньяка поймали, Чикатило! Ну, Джек-Потрошитель, теперь тебе конец».

Я еще не совсем понимал, что происходит. Все это было, как во сне. Меня задержали без документов. Но неподалеку отдыхала моя мама. Она даже не заметила, как меня увезли. Меня завели в кабинет на первом этаже, а там уже ждали шестеро крепких мужиков. По виду — настоящие бандиты. Кто-то из тех, кто меня забирал на озере, так и сказал этим головорезам: «Обработайте его!» А сам вышел. Меня тут же сбили с ног и начали избивать. В какой-то момент я, увернувшись от очередного удара, вскочил и выбежал в коридор с криком: «Помогите! Убивают!» Я так и подумал, что в кабинете меня бьют уголовники, и побежал за помощью к милиции. Но в коридоре меня догнали и снова затащили в кабинет.

 — Вас заставляли подписать какие-то признания?

 — Нет. Просто пинали. Потом приковали наручниками, посадили на стул и продолжали бить уже по почкам. Сыпались угрозы. Один из милиционеров сказал: «Мы такие же бандиты. Только в законе. Сейчас наденем на тебя милицейскую рубашку и бросим к уголовникам. Мертвый ты нам больше нужен, чем живой».

Я уже знал, в чем меня обвиняют. Кричал, что я невиновен, но меня продолжали избивать с еще большей силой.

 — У вас в сумке при аресте нашли нож. Потом начальник крымской милиции на брифинге говорил, что, возможно, именно им и были убиты женщины.

 — Но ведь экспертиза этого не подтвердила. Этот нож я купил за 48 гривен в магазине сувениров. Его не признали холодным оружием. Я им всегда пользовался, чтобы порезать колбасу или овощи.

Несколько часов спустя Гетманенко повезли в суд:

 — Мне сказали, что составят административный протокол, будто бы я приставал к туристам из России. Если я подпишу такие «признательные показания», то меня отпустят. Я по наивности поверил. Когда так бьют, во что хочешь поверишь. Но меня не отпустили. Заседание длилось пару минут. Потом судья определил мне пять суток ареста за мелкое хулиганство.

Мои пожилые родители не знали, где я и что со мной. Я очень просил дать возможность сообщить им, что я живой. Один из милиционеров сжалился и дал мобильный: «Скажешь, что пьяный у баб валяешься. И не вздумай говорить, что в милиции!» А я вместо этого успел сказать в трубку: «Я сегодня не приду. Я ни в чем не виноват». Хотел сказать вдогонку, что в милиции, но у меня выбили телефон, повалили на пол и снова начали избивать.

Ночевал я в «обезьяннике» с какими-то бомжами. Был в полубессознательном состоянии. Помню, что, когда милиционеры проходили мимо клетки, они плевали в меня.

«150 процентов, что ты будешь сидеть. За тебя уже многие новые звездочки на погоны получили»

 — Я узнал, что мой сын задержан, от его коллег, — рассказывает отец Владимира Гетманенко Виктор Иванович, бывший сотрудник органов безопасности с 50-летним стажем.  — Сказали, что Володьку задержали за мелкое хулиганство. Пошел в суд, к судье, и спрашиваю: «За что?» Судья отвечает: «Не знаю. Его привели и сказали, чтобы я дал пять суток. Вот и все». Оказывается, все это время моего сына избивали.

Именно тогда евпаторийские милиционеры сообщили прессе, что маньяк на третий день после задержания начал давать показания. Интересно, что в те же дни в Евпатории было совершено еще одно убийство женщины. Ее изуродованное тело обнаружили неподалеку от мечети. Но в милиции тут же поспешили сообщить журналистам, что почерк убийства совсем другой.

 — Задержанный был дважды разведен, — комментировали арест Гетманенко в городской милиции.  — Наверняка, он затаил обиду на женщин, так как ему не везло в жизни.

На самом деле Владимир Викторович состоит в браке с женщиной, у которой есть вид на жительство в Польше. В этой стране он и жил со своей женой несколько лет, пока не вернулся в Украину ухаживать за больными родителями.

 — У меня и самого был вид на жительство в Польше. Через неделю после моего ареста наши доблестные сотрудники сообщили в эту страну, что я маньяк, — с грустью говорит Владимир.  — Теперь туда мне путь закрыт, несмотря на реабилитацию.

 — Да что там Польша? — возмущается Виктор Иванович.  — Едва сына задержали, как по квартирам нашего дома начали ходить сотрудники и показывать Володькину фотографию. Вот, мол, знаете, что этот человек серийный убийца?

 — И как реагировали ваши соседи?

 — Те, кто нас хорошо знал, этому не верили. А те, кто знаком с нами похуже, подходили и спрашивали: «Неужели ваш сын на самом деле убивал женщин?» До нас доходили слухи, что родственники убитых женщин хотят устроить над нами самосуд.

 — А мне в милиции так и говорили: «Не будешь признаваться, снимем охрану с твоих родителей, и родственники жертв разорвут их на куски!» — вспоминает Владимир.  — Но меня и без того били так сильно, что я готов был признаться в том, что убил Кеннеди.

Представляете, приезжает какой-то большой милицейский чин из Киева и говорит: «150 процентов, что ты будешь сидеть. За тебя уже многие новые звездочки на погоны получили».

На допросах на меня постоянно давили еще и психологически: «Гонгадзе убили, и никто его тела не нашел. А тебя, ничтожество, даже искать никто не будет». Мне постоянно говорили, что я маньяк. При каждом удобном случае. «Почему ты водку не пьешь и не колешься? Разве это не подозрительно? Ну и что же, что тебя на работе характеризуют положительно. Чикатило тоже все уважали!»

И в квартире, и на даче произвели несколько обысков. Один из милиционеров увидел мои кожаные сандалии и сказал: «Хорошо ты тут кровь смыл, что даже не видно. Возьму их себе. Как раз мой размер. А тебе обувь больше не понадобится». Кроме того, в тумбочке нашли три с половиной тысячи гривен и, не включив их в протокол, прямо на глазах у родителей положили себе в карман.

«Ночью, как Сталин, людей убивает, а днем грехи замаливает!»

 — Еще на допросе один милиционер сказал другому: «Видел, у него портрет Сталина висит, а рядом икона?» — продолжает Владимир Гетманенко.  — «Так он же маньяк, — отвечает второй.  — Ночью, как Сталин, людей убивает, а днем грехи замаливает!» А я вообще ночью ничего не вижу. У меня до ареста было зрение минус 13, а сейчас минус 18.

Потом Гетманенко на месяц отправили на обследование в психиатрическую больницу. Не найдя никаких отклонений, Владимира поместили в СИЗО.

 — Заключенные уже знали, что вы «евпаторийский маньяк»?

 — Милиция побеспокоилась об этом. Но, во-первых, большое спасибо начальнику СИЗО, где я находился. Он сразу мне сказал, что сначала смотрит на человека, а потом на статью, по которой меня обвиняют. Заключенные тоже приняли меня нормально. Они очень хорошие психологи и сразу поняли, что я не убийца.

Шум о том, что меня арестовали незаконно, подняла моя мама. К сожалению, она не выдержала всех этих издевательств надо мной и полгода назад умерла. Папу, которому сейчас 80 лет, тогда даже паралич разбил. Так вот, если бы не мама, наверное, пришлось бы за другого человека пожизненный срок мотать.

Мама обращалась во все инстанции. Дошло до прокуратуры Крыма. Меня возили туда на допрос. Именно там я почувствовал, что отношение ко мне изменилось. Часа три длился допрос в прокуратуре. Милиционерам, которые меня привезли туда, сказали находиться в коридоре. Потом, когда меня везли на машине обратно в СИЗО, мои сопровождающие обещали сделать мне «дырку в голове», если не скажу, о чем был разговор. Но я промолчал. А вскоре меня выпустили.

Это было 29 декабря прошлого года. Открывается дверь и контролер говорит: «Гетманенко! С вещами на выход!» Я очень боялся, что меня переведут в другую камеру. Мне постоянно угрожали «пресс-хатой», где уголовники могут даже убить своего сокамерника. Но мне сказали, что меня освобождают. Услышав это, даже зэки, которые сидели со мной, зааплодировали. Они искренне радовались тому, что меня выпускают на свободу. Я им в камеру потом свой старенький телевизор передал.

 — Вы потом подавали заявление против сотрудников милиции, которые выбивали из вас показания?

 — Прокуратура сама возбудила дело. Но на скамье подсудимых сейчас… лишь один лейтенант. И то его обвиняют в подделке документов и превышении власти. Недавно его, до последнего момента содержавшегося под стражей, выпустили на подписку о невыезде. Как раз в это время я получил решение Симферопольского районного суда о том, что невиновен.

 — Вы остаетесь в Евпатории… Не оказывают ли на вас давление сотрудники милиции?

 — Были случаи, когда я стоял где-то на улице, проезжает милицейская машина, и оттуда мне кричат: «Ты все равно будешь сидеть!» Да и тот лейтенант, которого судят, шепотом в зале суда говорил мне: «Еще встретимся в милиции».

«На нас постоянно давили сверху, чтобы мы как можно быстрее нашли убийцу»

В евпаторийской милиции, несмотря ни на что, продолжают утверждать, что Гетманенко и есть тот самый маньяк. Один из сотрудников, пожелавший остаться неизвестным, сказал мне, что их товарища судят только за то, что он небрежно составил протокол.

 — Говорят, что свидетели хулиганства Гетманенко на пляже — липовые, — сказал мой собеседник.  — Все дело в том, что они — россияне. Они не стали дожидаться окончания следствия и уехали. Поэтому теперь сложно подтвердить, что Гетманенко вел себя на пляже неадекватно. На нас постоянно давили сверху, чтобы мы как можно быстрее нашли убийцу.

 — Но ведь единственная оставшаяся в живых жертва маньяка не опознала во Владимире человека, который на нее напал…

 — Она просто отказалась от показаний. Сказала, что ее Бог спас, пощадил. Вера не позволяет ей давать показания против кого-то.

В симферопольской прокуратуре от комментария отказались. Следователь, который ведет это дело, лишь сказал, что до приговора сотруднику милиции говорить что-то рано. А вот если его вина будет доказана, то его могут посадить на срок от пяти до 12 лет.

Пока нет информации о том, что задержан новый подозреваемый в убийствах женщин. Евпаторийский маньяк временно лег на дно или выслеживает новую жертву?

Еще в 2000 году в подъезде собственного дома был убит младший брат Владимира. Парень возвращался с ночной смены в столовой, где работал поваром. В тот день он должен был получить зарплату, но не получил. Перед смертью, по словам его отца Виктора Гетманенко, сын назвал фамилии тех, кто на него напал. Но убийцы так и не были найдены. С того времени прошло уже восемь лет.

 

1106

Читайте нас в Facebook

РЕКЛАМА
Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Новости партнеров