ПОИСК
Происшествия

«в морге мне объяснили, что я… Умерла 8-го мая от переохлаждения. И даже выдали свидетельство о смерти»

0:00 21 ноября 2007
«в морге мне объяснили, что я… Умерла 8-го мая от переохлаждения. И даже выдали свидетельство о смерти»
Такое признание сделала «ФАКТАМ» 52-летняя жительница Одесской области

Однажды Инна Знорко сняла телефонную трубку и услышала сообщение о том, что она… умерла. Месяц назад. Растерянная женщина пыталась убедить собеседницу в том, что она жива и вполне здорова, но тщетно. Та сказала, словно отрезала: «У нас имеется официальный документ о смерти гражданки Знорко Инны Игоревны, а вы приводите какие-то странные доводы!»

После беседы хозяйка квартиры быстренько направилась к зеркалу — убедиться в том, что она еще существует на этом свете. Впереди ее ждали полгода безвестности, чиновничьей волокиты, подчас — неприкрытого хамства и издевательств…

«Моей просьбе выдать свидетельство о моей же смерти работники морга нисколько не удивились и предложили внести 285 гривен за… похоронные услуги»

В эту историю трудно поверить, но, как говорится, факты — вещь упрямая. Не стал их отрицать и прокурор Белгород-Днестровской межрайонной прокуратуры в Одесской области Владимир Жигун. Только заметил, что, по приметам, здравствующий человек, которого сочли умершим, будет долго жить.

- Меня, оказывается, похоронили еще весной, но я-то живая! — со слезами на глазах говорит 52-летняя Инна Знорко.  — О том, что вычеркнута из списка живущих, узнала, когда позвонили из нашего отделения Пенсионного фонда. Там получили официальное извещение о смерти и решили уточнить, кто и по каким документам получал мою пенсию в последний раз.

РЕКЛАМА

Я объяснила звонившей сотруднице, что за пенсией, слава Богу, пока сама в состоянии ходить. Вот и последнюю получала, в чем и расписалась. Удивлению моей собеседницы не было предела: как, дескать, такое возможно?! Можете представить себе мое состояние, когда, беседуя со мной, постоянно подчеркивают, что я покойница. Причем абсолютно официально, ведь в документе указан мой адрес!

В многоквартирном доме по улице Южной Инна Игоревна поселилась 14 лет назад. Сейчас с ней живут 26-летняя дочь Вика и внучка Риточка, которой три годика. Гражданка Знорко, как большинство из нас, работала (и сейчас продолжает  — лаборантом в больнице), платила налоги, исправно оплачивала коммунальные услуги, голосовала на выборах… И вдруг такая новость!

РЕКЛАМА

Где хранятся сведения о смерти? Правильно, в загсе. Именно туда, в отделение регистрации актов гражданского состояния Белгород-Днестровского горрайонного управления юстиции, и отправилась моя собеседница. Ей объяснили, что смерть гражданки Знорко Инны Игоревны была зарегистрирована 12 мая 2007 года на основании свидетельства, оформленного районным отделением Одесского областного бюро судебно-медицинской экспертизы. Затем Инна Знорко отправилась за разъяснениями в местный морг.

- Здесь меня известили о том, что скончалась я 8 мая 2007 года от переохлаждения, — продолжает Инна Знорко.  — Однако это еще не предел. Моей просьбе выдать свидетельство о моей же смерти работники морга нисколько не удивились и предложили заплатить 285 гривен за… похоронные услуги.

РЕКЛАМА

Выйдя из загса, моя собеседница припомнила высказывание известного персонажа «Кавказской пленницы»: «Теперь из этого дома у меня только два пути: либо в загс, либо к прокурору». В справке, выданной в морге, значилось, что определенного места жительства и родственников умершая не имела. Поэтому Инна Знорко отправилась в прокуратуру.

Надо сказать, что местные жители усматривают в этой истории мистику. Судебно-медицинскую экспертизу тела умершей женщины проводили в морге Белгород-Днестровской центральной городской больницы. Здесь подтвердили, что труп к ним доставили 8 мая. Через сутки (поскольку 9 мая — общегосударственный праздник), 10 мая, провели вскрытие и исследование. Из милиции поступила справка, что умершая — Инна Игоревна Знорко, на основании чего был составлен акт судебно-медицинского исследования. В заключении судмедэксперта Сергея Сыщенко четко сформулирована причина смерти: переохлаждение. С этим специалистом пообщаться, к сожалению, не удалось. Он умер еще в мае, две недели спустя после описываемых нами событий, от сердечной недостаточности…

«Чего вы требуете, если вас… вообще не существует в природе?!»

- Эта история, извините, всех уже достала, — говорит прокурор Владимир Жигун.  — Никакой мистикой здесь и не пахнет! Действительно, 8 мая 2007 года на перекрестке улиц Калинина и Лазо был обнаружен труп женщины. Туда выехал наш сотрудник, который и зарегистрировал ЧП. Далее, в соответствии с 32-й статьей Закона «О прокуратуре», мы направили в милицию поручение установить личность умершей. И уже неделю спустя, 15 мая, получили всю необходимую документацию, материалы о личности гражданки Знорко Инны Игоревны, 1955 года рождения, скончавшейся на улице. Там же находилась ксерокопия паспорта умершей. Похоронили ее на нашем Бритовском кладбище.

А в августе к нам явилась сама Инна Знорко, потребовала устранить недоразумение и наказать виновных. Я тут же дал поручение разобраться. Следует заметить, что сотрудник, изначально занимавшийся этим вопросом, у нас уже не работает. Вернее, находится в декрете.

- Мужчина?!

- Представьте себе, и такое возможно. Во всяком случае, предусмотрено законом: вместо матери за малышом ухаживает отец.

Сотрудники милиции объяснили: установить личность женщины оказалось несложно, ведь люди, сообщившие о происшествии, ее знали. Среди них был мужчина, назвавшийся ее сожителем. При дополнительной проверке выяснилось, что фамилия умершей, действительно, Знорко. Только звали ее Наталья Евгеньевна, и родилась она в 1957 году. Значилась лицом без определенного места жительства, злоупотребляла спиртным, ночевала на улице… Отсюда, очевидно, и причина смерти — переохлаждение. Разобравшись, мы сразу же обратились в суд с иском об аннулировании актовой записи о смерти Знорко Инны Игоревны.

- Если честно, я уже устала от вопросов, — признается моя собеседница.  — Кто-то расспрашивал доброжелательно, стремясь помочь. Кто-то, к примеру, некоторые чиновники, интересовался: «Что, уже везде пожаловалась?» А помощник прокурора заявил: «Чего вы требуете, если вас… вообще не существует в природе?!» Пришлось обращаться к адвокату, с помощью которого я и защитила свои законные права. Прежде всего, право являться живой, находиться на этом свете!

Припомнился рассказ Чехова «Оратор». Вот выдержка из него:

«- Прокофий Осипыч! — продолжал оратор вдохновенно, глядя в могилу.  — Твое лицо было некрасиво, даже безобразно, ты был угрюм и суров, но все мы знали, что под сею видимой оболочкой бьется честное, дружеское сердце!

Скоро слушатели стали замечать нечто странное и в самом ораторе. Он уставился в одну точку, беспокойно задвигался и стал сам пожимать плечами. Вдруг он умолк, разинул удивленно рот и обернулся к Поплавскому.

- Послушай, он жив! — сказал он, глядя с ужасом.

- Кто жив?

- Да Прокофий Осипыч! Вон он стоит около памятника!

… У памятника действительно стоял Прокофий Осипыч, старый чиновник с бритой физиономией. Он глядел на оратора и сердито хмурился.

- И как это тебя угораздило! — смеялись чиновники, когда вместе с Запойкиным возвращались с похорон.  — Живого человека похоронил.

- Нехорошо-с, молодой человек! — ворчал Прокофий Осипыч.  — Ваша речь, может быть, годится для покойника, но в отношении живого она — одна насмешка-с!»

Произведение, написанное более 120 лет назад, не утратило актуальности.

456

Читайте нас в Facebook

РЕКЛАМА
Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Новости партнеров