Детоубийца
Этот телефонный звонок поднял на ноги весь райотдел милиции. Звонила молодая мать -- захлебываясь в рыданиях, она кричала в трубку: «Умоляю, верните мне моего сына!» Сбиваясь и путаясь, она рассказала сотрудникам правоохранительных органов о том, что вышла на улицу с коляской, в которой спал ее трехмесячный ребенок, но неожиданно вспомнила, что забыла прикрутить газ под кастрюлей с бульоном. Вернулась на секунду в дом, оставив коляску у калитки, а когда вышла -- коляска была пуста… «Ребенка, наверное, похитили бандиты, чтобы потребовать за него выкуп! А ведь он еще такой крошечный!.. » -- всхлипывала она.
Преступление было раскрыто всего за одни сутки. Но похищением здесь и не пахло. Оказалось, что размазывающая слезы по хорошенькому личику мамаша… сама убила своего ребенка.
Вся жизнь в родительском доме вертелась вокруг Ларочки
… Лариса -- привлекательная 26-летняя женщина -- в зоне держится уверенно и с достоинством. Любит себя, красивую. Да и как не любить? Ее этому с детства учили -- сначала родители, потом муж. Может быть, поэтому преступление, совершенное ею, кажется самой преступнице логически объяснимым и понятным.
Она родилась и выросла в крупном областном центре, была первой дочерью в довольно обеспеченной семье. Родители обожали Ларочку -- устроили в хорошую школу, водили на музыку, наняли репетитора по английскому. Но когда девочке было пять лет, на свет появилась маленькая сестричка. Поначалу это было для Ларисы настоящей трагедией -- она просто возненавидела младенца. Родители успокаивали себя тем, что ревность старшего ребенка к младшему -- дело обычное, и со временем Ларочка успокоится. Так оно и вышло.
После окончания школы отец помог Ларисе поступить в престижный вуз. Учась на втором курсе, девушка познакомилась с Игорем, весьма приятным молодым человеком, который вот-вот должен был получить диплом экономиста. Он влюбился в красивую студентку, ей тоже были небезразличны его ухаживания. Когда дело уже шло к свадьбе, родители жениха и невесты познакомились и остались очень довольны друг другом. Молодой семье были выделены деньги на покупку дома, отец Ларисы занялся поисками доходного места работы для зятя, а мама Игоря пообещала принять самое непосредственное участие в воспитании внуков.
Рождение ребенка вся семья восприняла с восторгом. Недавно приобретенный дом Игоря и Ларисы был завален подарками. Одежда для младенца, памперсы, питание, дорогая красивая коляска -- у дочери Ларисы всегда все было самое лучшее.
Конечно, она уставала -- Игорь в последнее время дневал и ночевал на работе, поэтому ночные бдения у кроватки малышки были ему не под силу.
Дочери исполнилось три года, но Лариса не спешила выходить на работу. Впрочем, Игорь на этом и не настаивал. Он очень любил свою жену. «Если Лариса хочет быть домохозяйкой и воспитывать детей -- пожалуйста. Все денежные проблемы я возьму на себя», -- говорил он.
Когда через пять лет после рождения дочери Лариса забеременела во второй раз, особого восторга это у нее не вызвало. Но муж, который к тому времени уже занимал один из ключевых постов в преуспевающем совместном предприятии, обрадовался. Ему всегда хотелось иметь двоих (а если повезет, то и троих) детей. Никаких финансовых сложностей рождение второго ребенка не обещало -- Игорь зарабатывал более чем прилично, недавно купил новенький автомобиль престижной марки. Родители с обеих сторон тоже были в восторге. Они с удовольствием занимались первой внучкой и обещали окружить второго ребенка не меньшей заботой.
Беременность прошла без осложнений, Лариса родила нормального здорового мальчика. И снова ее дом был завален одежками, игрушками, памперсами, разноцветными бутылочками и сосками.
Вырыв могилу еще живому сыну, Лариса сказала матери, что это… яма для мусора
… Я прошу прощения за то, что приходится так подробно описывать довольно банальные и даже несколько слащавые подробности чужой семейной жизни. Просто еще и еще раз хочется подчеркнуть, что Лариса не была голодной студенткой ПТУ, рискующей с рождением ребенка потерять койку в общежитии. Не была туповатой деревенской девчонкой, которая боится принести родителям «байстрюка» в подоле. Не была опустившейся наркоманкой, живущей в мире искусственных грез, далеких от реальности.
Страшный поступок этой женщины не был совершен под влиянием минутной слабости, отчаяния, помутнения рассудка. Она все продумала до мелочей. Утром, проводив мужа на работу и отправив в детский садик дочку, Лариса взяла лопату и выкопала в саду небольшую узкую яму -- полметра в глубину, сантиметров семьдесят в длину. Положила в коляску уснувшего сына, которому недавно исполнилось три месяца, осторожно скатила ее по ступенькам крыльца…
Неожиданно скрипнула калитка, и во двор вошла мама Ларисы. У нее было какое-то пустяковое дело к дочери. Решив его, она заметила в саду горку земли с торчащей из нее лопатой и мимоходом поинтересовалась, что это Лариса собралась посадить. «Да ничего,-- ответила та. -- Мусора в доме много накопилось, вот и решила его закопать».
Мама ушла. А Лариса подошла к коляске и… стала душить сына. Она неловко сомкнула пальцы на хрупкой теплой шейке, потревоженный младенец захныкал, затем заорал. Испугавшись, Лариса затащила коляску в дом, закрылась и… продолжила душить ребенка. Но убить сына сразу у матери не получилось, и она принялась заталкивать в рот ребенка скомканные газеты. Малыш посинел и начал хрипеть, но… продолжал жить. Тогда существо, считавшееся матерью, вынуло из шкафа старую наволочку, бросило в этот импровизированный мешок ребенка и принялось… бить им о ступеньки крыльца. Ларисе было очень тяжело делать это -- она запыхалась и даже вспотела. Присела на ступеньки перекурить. Потом решила: чтобы убить ребенка наверняка, нужно бить его не о деревянные ступеньки крыльца, а о бетонные, ведущие в подвал. Так она и сделала.
Когда она достала изломанное тельце из наволочки, ей показалось, что ребенок еще дышит. Поэтому она снова напихала газет в мертвый, разбитый беззубый ротик, который еще совсем недавно прикладывала к груди.
Зарыв трупик в саду, Лариса сварила себе кофе, перекурила. А затем, настроив себя на нужную волну (скорее всего, женщина действительно была на взводе), сообщила в милицию о похищении ребенка.
… Эта версия, конечно, представлялась самой правдоподобной, на нее собирались бросить основные силы. Но когда плачущую маму Ларисы попросили вспомнить этот злополучный день до мельчайших подробностей, она обмолвилась о яме для мусора. В саду нашли место, где был перемешан грунт, яму разрыли…
Ходили слухи, что Игорь, узнав о поступке жены, закричал: «Я убью ее!» Не успел -- женщину сразу же «закрыли» в следственном изоляторе. Позже ее осудили на ….. лет лишения свободы (уточнить -- по 93-й?).
Одной детоубийце было лень стирать пеленки, другая боялась, что дети расскажут папе о том, что застали ее с любовником
Обстоятельства совершения этого страшного преступления выяснены, преступница наказана. Но на главный вопрос -- почему она это сделала -- ответ найти трудно. Тем не менее, ученые все же пытаются это сделать. Совсем недавно сотрудник кафедры юридической психологии Национальной Академии внутренних дел Денис Александров проводил исследования в той самой женской колонии, где отбывает наказание и Лариса.
-- Вы не раз разговаривали с этой женщиной. Как она сама объясняет свой поступок?
-- Просто. Говорила, что намучилась с первым ребенком, и перспектива повторения бессонных ночей, возни с пеленками и бутылочками, визитами к педиатру ее ужасала. Хотя, по большому счету, с финансовыми возможностями этой семьи, можно было иметь и троих, и четверых детей -- было бы желание… Что ей мешало нанять нянек, воспитателей? У этой женщины типичное эгоцентрическое мышление. Появление второго ребенка натолкнуло ее на мысль, что придется делиться вниманием мужа к себе еще с одним ребенком. И это включило неосознаваемую сферу ее личности -- ее давно забытую детскую ревность к сестре. Материнская близость с первенцем заставила ее неосознанно перенести свои детские переживания на него. Подсознание смоделировало ситуацию устранения сестры как конкурента. В детстве, возможно, ей хотелось, чтобы так поступила ее мать -- убила младшего ребенка во имя любви к старшему и снова безраздельно принадлежала ей. Но это травмирующее переживание было вытеснено из сознания, и Лариса объяснила убийство ребенка бытовыми мотивами.
-- Может быть, у нее была послеродовая депрессия?
-- Об этом не было и речи. Во-первых, с момента родов прошло достаточно времени, родные рассказывали, что она, судя по поведению, нормально адаптировалась к рождению ребенка.
-- Как Лариса вела себя в зоне, чем-то отличалась от других преступниц?
-- Как ни в чем не бывало. А насчет отличий… Там много таких. Все примиряются со своим положением и живут сегодняшним днем, ни о чем не думают.
-- Неужели вы сталкивались с такими же дикими историями?
-- Практически в каждой зоне есть люди, осужденные за преступления, которые криминологи и специалисты по юридической психологии называют «странными» -- на самые банальные житейские неурядицы они отвечают настолько дикими и жестокими поступками, что их, пожалуй, и не объяснишь при помощи обычной человеческой логики. Я общался с «героиней» еще одной подобной трагедии. Эта нашумевшая история произошла в начале 90-х годов. Женщина, работавшая на почте, завела роман с шофером почтового грузовика. Однажды любовник заехал к ней домой на своем грузовике, чтобы отвезти ее на работу. Мужа дома не было, и дети этой женщины, восьмилетний мальчик и пятилетняя девочка, напросились покататься на машине вместе с мамой и «дядей». По дороге у женщины и ее любовника случилась вспышка страсти, и они поехали за город, на природу. Оставив детишек в машине, взрослые зашли за холмик… А дети выбрались из кабины, и, носясь вокруг, случайно застали маму с «дядей».
Эта женщина мне потом рассказывала, что когда дети увидели ее и любовника в нескромной позе, первой ее мыслью было: «Конец всему!» Но чему -- всему? Муж ее бы не убил, в крайнем случае развелся бы. В финансовом плане при разводе она ничего не теряла. Тем не менее, решила, что лучшим выходом в создавшейся ситуации будет… убить детей.
Практически все люди, совершающие «странные» насильственные преступления, обладают психопатическими чертами
-- Конечно, и в этом случае можно поискать логическое объяснение преступлению. Например, такое: многим недалеким женщинам кажется, что замужество очень повышает их социальный статус. Поэтому страх оказаться «разведенкой», к тому же считаться в глазах такого же недалекого окружения потаскушкой, оказался сильнее страха потерять детей. Но мне все-таки кажется, что здесь есть и какая-то патология. Ведь даже самки животных дерутся насмерть за своих детенышей…
-- Не только женщины -- все преступники, совершившие тяжкие насильственные преступления, в обязательном порядке проходят судебно-психиатрическую экспертизу, -- продолжает Денис Александрович. -- Она дает заключение -- вменяем. То есть, серьезных нарушений психики необратимого характера нет. В своем исследовании я занимался мужчинами и женщинами, совершившими именно такие странные преступления. И у всех замечаются патологические черты -- либо взрывчатая психопатия, либо шизоидность. Но психопатия не является в нашем судопроизводстве основанием для признания человека невменяемым, хотя эта патология отмечается практически у всех преступников. В принципе, назвать этих людей невменяемыми нельзя. Однако в уголовном законодательстве подавляющего большинства стран есть статьи об ограниченной вменяемости. В нашей стране этот вопрос обсуждается с 70-х годов. Но сегодня только в одном из нескольких проектов нового Уголовного кодекса есть статья об ограниченной вменяемости. Многие считают, что принять ее финансово невыгодно. К тому же, криминологи обычно говорят, что ограниченной вменяемости не бывает -- потому что человек может быть либо вменяем, либо невменяем.
Ни одна страна мира не ратует за то, чтобы людям с ограниченной вменяемостью назначать более мягкое наказание. Ни в коем случае! Их просто нужно направлять в спецзону, в которой бы проводилась психокоррекция. В Украине, к примеру, неплохо было бы выделить для таких людей две обычные зоны, а затем дополнить штат большим количеством психологов. Это, кстати, не требует больших затрат. Но это тема отдельного серьезного разговора.
P. S. Все имена и некоторые детали в публикации изменены по этическим соображениям.
«Facty i kommentarii «. 18 февраля 2000. Право
494
Читайте нас в Facebook
