"Узнав, что суд обязал его выплатить 70 тысяч гривен несуществующего кредита, муж умер от сердечного приступа"
![](http://fakty.ua/photos/article/20/8/200811w540zc0.jpg?v=042832)
Эта история началась с того, что еще в 2007 году у 47-летнего Олега Волянского, жителя Городокского района Хмельницкой области, украли паспорт. Это произошло на железнодорожном вокзале. Заметив пропажу, мужчина тут же обратился в отделение милиции и вскоре восстановил документ. Следующие пять лет об этом случае не вспоминал. А в конце 2012 года получил письмо из банка, в котором ни разу в жизни не был. «Уважаемый Олег Владимирович, — говорилось в письме. — Поздравляем вас с наступающим Новым годом и желаем встретить 2013 год без долгов. Ваша задолженность составляет 58 тысяч 926 гривен».
— Мы сначала решили, что это какая-то шутка, — рассказывает вдова Олега Волянского Валентина. — Но это было официальное письмо от одного из известных банков. «Ничего не понимаю, — удивился муж. — Я в этот банк даже не заходил. Какая еще задолженность?» На следующий же день мы пошли в местное отделение банка, показали письмо. Одна из работниц, проверив по базе фамилию мужа, сказала, что на нем нет никаких долгов и он не является их клиентом. Однако муж все равно написал заявление на имя начальника отделения банка с просьбой разобраться. Ведь то странное письмо все-таки пришло на его имя!
С тех пор прошло полгода. Ответ на заявление мужа не приходил. Мы уже стали забывать об этой истории, как вдруг звонок из банка: «Олег Владимирович, у вас большой долг. Вместе с пеней он составляет 70 тысяч гривен. Вы немедленно должны погасить задолженность». Ничего не понимая, мы тут же поехали в отделение банка. Теперь уже в областное.
*"Письмо из банка, в котором мужу сообщали о задолженности, стало для нас полной неожиданностью", — говорит Валентина
На этот раз в банке заявили, что долг все-таки есть. По словам клерка, еще в 2007 году (как раз в то время, когда Олег Владимирович потерял паспорт) на имя мужчины был взят кредит — 50 тысяч гривен.
— В банке нам показали кредитный договор, — вспоминает Валентина Волянская. — Мы увидели, что кредит был взят на паспорт моего мужа. Но в банке есть правило — когда человеку выдают кредит или карточку, его тут же фотографируют. На фотографии, которая сохранилась в компьютерной базе этого банка, был совсем другой человек! В паспорте фотография мужа, а в базе банка — снимок незнакомого нам человека. Муж брюнет, а у того незнакомца были светлые волосы. Кроме того, судя по фото, он был значительно старше Олега. До сих пор не понимаю, как в банке могли выдать кредит человеку, который предоставил чужой паспорт. «Это действительно не вы, — посмотрев фотографию в базе, растерянно сказала банковская служащая. — Очевидно, это был какой-то мошенник. Не знаю, как так получилось, кредит оформляла не я…» В службе безопасности банка мужу сказали написать соответствующее заявление. Олег так и сделал. Но толку с того, если банк к тому времени уже успел подать на него в суд как на злостного неплательщика? И даже после того, как сотрудники учреждения убедились, что на фотографии в их базе данных совсем другой человек, иск банк не отозвал.
Дело рассматривал Городокский районный суд Хмельницкой области. Олег Владимирович с женой приходили на каждое заседание. Предъявили справку из милиции об утере паспорта. Представители банка не пришли ни на одно судебное заседание.
— В результате судья оставила их иск без рассмотрения, — продолжает Валентина Волянская. — Мы надеялись, что в банке во всем разобрались и не будут требовать с нас чужую задолженность. Но вскоре нам опять пришла повестка — все в тот же Городокский районный суд. Оказалось, банк вновь подал иск. И опять они требовали с мужа 70 тысяч гривен! Когда Олег увидел повестку, ему стало плохо с сердцем. Муж давно страдал сердечно-сосудистой недостаточностью, имел третью группу инвалидности. Врачи не уставали повторять, что ему нельзя волноваться. Но как тут не волноваться, когда на тебя навесили какой-то мифический долг? После первого заседания суда Олег попал в больницу…
В результате нам опять пришлось ходить на судебные заседания. Представители банка в суд не являлись, но присылали письма с просьбой рассматривать дело без них. Наш адвокат заявлял ходатайства о том, чтобы суд истребовал у банка все документы по делу, в том числе и фотографию незнакомого человека из банковской базы. Банк какие-то документы присылал (например, выслал заключенный с аферистом кредитный договор), но не все. Фотографию (а ведь она доказывала, что муж не брал никаких кредитов!) так и не прислали. Тогда мы стали настаивать на проведении почерковедческой экспертизы. Это доказало бы, что муж в кредитном договоре не расписывался. В принципе, там даже без экспертизы было видно, что подпись на договоре не Олега. Другой наклон букв, другая каллиграфия. А на копии паспорта мужа мошенник написал: «Копія вірна». И этот почерк был совсем не похож на почерк супруга.
Ходатайство Олега Волянского о проведении экспертизы судья удовлетворила. У Олега и Валентины появилась надежда, что их кошмар наконец-то закончится.
Результат почерковедческой экспертизы шокировал супругов. Экспертиза показала, что подписи на документах ставил… Олег Волянский.
— Мы не могли в это поверить, — качает головой Валентина. — Как, если он ни разу не заходил в тот банк? И как эксперт мог прийти к такому выводу, если даже на глаз видно, что почерки отличаются?
Ответ на этот вопрос Валентина получит гораздо позже. И узнает, что такой результат они получили из-за того, что эксперты исследовали не те образцы подписей. Но в тот момент это еще не выяснилось.
— О результатах экспертизы нам сообщил адвокат, — продолжает Валентина Волянская. — Мужу стало плохо. Олег в прямом смысле онемел. «Как?! — только и смог сказать. — Я же этого не делал!» Олег сначала побледнел, потом побагровел. Мужа начало трясти. Я взяла его за руку, пыталась успокоить. Сама спрашивала у адвоката, что теперь делать. Юрист сказал, что будет настаивать на повторной экспертизе. Но поговорив с судьей, узнал, что назначать повторную экспертизу она не собирается. «Я должна вынести решение, у меня сроки поджимают», — сообщила судья. А в разговоре со мной заявила: «Вы должны смириться с решением, которое я вынесу. Поверьте, вы уже не сможете ничего доказать. Это система, здесь все связано…» Казалось, это какой-то кошмарный сон. Мужу было плохо, он пил таблетки горстями, но они не помогали. Я уговаривала его пойти в больницу, но Олег качал головой: «За какие деньги мне сейчас лечиться? Посмотри, что происходит». Муж не мог вынести такой несправедливости: «За что меня судят, если я ничего не сделал? Как такое может быть?» Олег всю жизнь проработал трактористом. Мы жили скромно, но честно. Никогда ничего не брали в долг. В нашей скромной сельской хате Олег все сделал сам. Чтобы купить стройматериалы, тяжело работал…
*Олег Волянский с женой и сыном. До своего 48-летия мужчина не дожил два дня
Муж сутками думал об этой ситуации с банком. Осунулся, похудел, почти ничего не ел. Однажды, возвращаясь с работы (последние несколько лет он работал в котельной), позвонил: «Валя, со мной происходит что-то странное. Я шел по улице, и мне казалось, что сердце вот-вот остановится. Стало нечем дышать». На следующий день ему стало плохо прямо на рабочем месте. Я отвезла Олега в больницу.
Сделав мужу кардиограмму, врач сказала немедленно ложиться в стационар: «Состояние сильно ухудшилось, нужны капельницы. Что с ним происходит? Он сам не свой». Я понимала, в чем дело. Накануне муж узнал, что судья не собирается проводить повторную экспертизу. «Ничего страшного, — успокаивала я, держа его за руку (Олег уже лежал в больнице). — Мы же написали еще одно заявление в милицию. Милиция разберется». «Ты в это веришь? — обреченно спрашивал муж. — Я уже ни во что не верю».
На следующий день я опять пришла к нему в больницу. Увидев меня, Олег спросил: «Как суд? Состоялся?» Я сказала, что ничего не знаю. Это была правда — в тот момент думала только о здоровье мужа. Олегу было плохо. Хотела остаться в палате на ночь, но он отправил меня домой. Однако не успела я зайти в дом, как позвонила медсестра: «Валя, срочно приезжай». Почему, не объяснила. Когда я уже была в дороге, позвонила племянница. Она плакала: «Только что позвонили из больницы и сказали, что дядя Олег умер».
Позже соседи Олега по палате рассказали, как это произошло. Оказалось, сразу после ухода жены в палату зашла сотрудница суда. Она навещала одного из больных. Увидев Олега Владимировича, сообщила, что суд обязал его выплатить 70 тысяч гривен долга. Когда мужчина это услышал, у него случился сердечный приступ.
— Врачи сказали, что сделали все возможное, — плачет Валентина. — Но не смогли его спасти. Мне пришлось хоронить мужа в день его рождения. Олегу должно было исполниться 48 лет. Прошло время, а я до сих пор не верю, что все это произошло с нами. Когда мы ходили в суд, муж говорил: «Они засудят меня до смерти». Так и случилось. Я потеряла самого близкого человека, с которым прожила 28 лет. Сын остался без отца.
После похорон поняла, что не должна пускать дело на самотек. Ведь этот мифический долг мог перейти мне по наследству. Опять обратилась в областное управление милиции с просьбой проверить действия эксперта, проводившего почерковедческую экспертизу. Мне тем временем продолжали звонить из банка. Позвонили на следующий день после смерти мужа: «Не можем дозвониться вашему супругу. Как хотите, но вы должны нам 73 тысячи гривен. Ваш муж — мошенник». Тут уж я не выдержала. Расплакалась, закричала, что они ни за что убили моего мужа… «Вы знаете, что его уже нет?» — спросила. Услышав это, сотрудница банка бросила трубку. А на следующий день мне опять позвонили: «Примите наши соболезнования. Возможно, ваш муж действительно не брал кредит. Мы допускаем, что он не виновен».
*В этом старом сельском доме жила семья умершего мужчины. Если бы суд доказал, что он виновен, супруги Волянские остались бы без крыши над головой
Не выдержав переживаний, Валентина Волянская сама попала в больницу. В Хмельницком областном управлении милиции тем временем отреагировали на ее заявление. Открыли уголовное дело и назначили повторную почерковедческую экспертизу, которая показала, что подписи на кредитном договоре принадлежат не Олегу Волянскому. В милиции назначили третью экспертизу, проходившую в Виннице. И она тоже подтвердила, что Олег Волянский в договоре не расписывался.
— Эти экспертизы подтверждали невиновность мужа, — говорит Валентина. — Но у меня оставался вопрос: почему первая экспертиза показала, что там была его подпись? Ведь ее тоже проводил центр экспертиз при управлении милиции. Вскоре я получила ответ из областного управления МВД, который многое объяснял.
В ответе сказано, что была проведена служебная проверка, которая показала, что «в качестве свободных образцов подписи судья предоставила эксперту копию паспортных данных Олега Волянского, заверенных подписью последнего». Эти подписи эксперт сравнивал с подписями в кредитном договоре. То есть вместо того, чтобы предоставить эксперту свободные образцы подписей Олега Волянского (а он их оставлял и не раз), суд направил копию паспорта Олега Волянского, на которой еще в 2007 году расписался мошенник, написав «Копія вірна». Получилось, что эксперты сравнивали между собой две подписи мошенника. И, как и следовало ожидать, пришли к выводу, что это почерк одного и того же человека.
— Эксперты заявили, что к ним не может быть никаких претензий, — продолжает Валентина Волянская. — Ведь образцы, которые они исследовали, действительно совпадали. Теперь вопрос в другом: почему так произошло? И зачем судья брала у Олега свободные образцы подписей, если экспертам их так и не отправили? Мы подали жалобу в Апелляционный суд Хмельницкой области.
Апелляционный суд признал, что Олег Владимирович Волянский ничего не должен банку, так как не брал кредит.
— После этого мы обратились в банк с просьбой привлечь к ответственности сотрудников, из-за которых началась вся эта история, — говорит адвокат Валентины Волянской Виктор Билоножко. — Нам долго не отвечали. А потом прислали короткое письмо: дескать, банк благодарит вас за ценное уведомление. И все.
Нашим коллегам с телеканала «Киев», которые тоже решили осветить историю супругов Волянских, представители банка сказали:
— В то время когда Олег Волянский потерял свой паспорт, в стране как раз активизировались мошенники. Однако сейчас ситуация прояснилась. И запрос, который поступал от клиента (он просил дать документ о том, что банк не имеет к нему претензий), сейчас фактически удовлетворен. Если человек не брал кредит, в конечном итоге ответственность за этот кредит он нести не будет. А задачей банка будет найти мошенника. Есть большой список аферистов, которых ищет наш банк.
Однако наказан ли кто-то из сотрудников финучреждения за заключение сделки с мошенником, представитель банка не уточнил.
Судья Городокского райсуда Хмельницкой области Инна Федорук сказала «ФАКТАМ» следующее:
— Свободные образцы подписей были направлены на экспертизу. Они были предоставлены ответчиком, его представителем.
— Но почему же тогда не попали к экспертам?
— Ну, возможно, они или не так трактуют, или… Я не могу это объяснить. Мы направляли. И это было по ходатайству ответчика и его представителя. У нас в материалах дела есть опись документов, которые мы предоставили на экспертизу. Я знаю, что Валентина Волянская направила относительно меня жалобу в Высшую квалификационную комиссию судей. Думаю, что квалификационная комиссия разберется. И я вас очень прошу: не нужно освещать это однобоко. Потому что дело действительно повлекло какие-то последствия… И не нужно сейчас трактовать это так, что виноват суд. Сейчас о судьях пишут много негативного. Хотелось бы, чтобы в этом вопросе разбирался юридически подкованный специалист. Ведь обычный гражданин не знает нюансов процесса и ориентируется только на эмоции.
В милиции идет расследование. Открыто уголовное производство по факту мошенничества.
— Мы не можем исключать нарушения со стороны сотрудников банка, — комментирует старший следователь Хмельницкого областного управления милиции Вадим Музыка. — Но пока не закончено расследование, я не могу рассказать подробностей.
— Мне обещают, что виновные будут наказаны. Но я в это не верю, — признается Валентина Волянская. — Писала десятки жалоб на судью Федорук, обращалась в Высшую квалификационную комиссию судей и Высший совет юстиции. Но не получила ответа. Видимо, за смерть невиновного человека никто не понесет наказания. Я, кстати, пыталась разговаривать с этой судьей. Пришла к ней на прием и сказала: мол, мы выиграли суд и я знаю, почему первая экспертиза показала, что подписи в документах идентичны. «Вы понимаете, что вы наделали? — спросила ее. — Если бы вы поступили правильно, возможно, сейчас Олег был бы жив». «Я же не знала, что он умрет, — ответила судья. — Мое решение можно было оспорить. А если я виновата, Бог меня накажет».
Фото телеканала «Киев»
5358Читайте нас у Facebook