ПОИСК
Общество и люди

«Когда мы будем относиться к украинцам с инвалидностью как к равным себе, тогда и будет у нас Европа», — Александра Жураховская

12:20 10 июля 2023
Александра Жураховская
Жизнь для беженцев в Европе совсем не сладкая, тем более если имеешь инвалидность и нет доступа к поддержке и надлежащей помощи. Как социальные службы Европы отбирают у украинских беженцев пенсии по инвалидности, как беженку с психиатрическим диагнозом травили в лагере, кто виноват и, главное, — как это все изменить?

Детальнее — в интервью с Александрой Жураховской, руководителем волонтерского проекта EnableMe Ukraine, который в войну поддерживает беженцев с инвалидностью и украинских военных, получивших инвалидность.

— Александра, какая сегодня ситуация с поддержкой беженцев с инвалидностью в Европе?

— Ситуация не идеальная, это мягко говоря. Беженцы с инвалидностью столкнулись с многочисленными трудностями, начиная с получения медицинской помощи до социальной поддержки. Нехватка информированности и языковой барьер эту ситуацию только усугубляют. Для многих стало шоком, что подтверждать инвалидность в Европе нужно месяцами в среднем 6−8 месяцев, при этом местные врачи не спешат предоставлять нужный процент инвалидности, чтобы человек имел право на финансовую помощь. В подавляющем большинстве случаев первоначальное решение приходится обжаловать и только тогда добиваться выплат.

При этом у нас есть даже такая информация, что социальные службы Европы отбирают пенсии по инвалидности у украинских беженцев. Вот, например, один из участников нашего сообщества получил финансовую помощь в размере 700 евро в Швейцарии, но социальная служба ее не выплачивает, а забирает себе в качестве компенсации за медицинское страхование и оплату места в лагере беженцев. Он получает на руки около 382 евро социальной помощи (такую сумму получает любой другой беженец в этой стране), чего едва хватает на очень скромное питание по европейским ценам. Можно ли это назвать поддержкой лица с инвалидностью?

— В чем заключается ваша работа с беженцами с инвалидностью и украинскими военными, получившими инвалидность?

— Мы сейчас работаем большой группой волонтеров, большинство из которых проживают в Европе и других странах мира, и многие из которых и сами беженцы. поэтому мы знаем обратную сторону беженства на собственном опыте. Например, наша волонтер Ольга Капорик является специалистом по трудоустройству и сейчас временно проживает в Австрии. Как специалисту ей легче исследовать процессы трудоустройства и верификации дипломов для наших беженцев, и она бьет тревогу — многие наши соотечественники сталкиваются с мошенниками, которые пытаются заработать на этом малозащищенном слое населения. К примеру, украинцам предлагают заплатить за рабочий контракт или за помощь в трудоустройстве, или предлагают так называемую «черную работу», то есть без контракта, за которую не рассчитываются. И таких случаев очень много. Поэтому мы предоставляем консультации, проводим вебинары, делимся полезными контактами с нашими беженцами, чтобы они знали свои права и были защищены.

РЕКЛАМА

Что касается украинских военных, то мы проводим активную работу по просвещению. Мы рассказываем о страшной цене этих протезов и инвалидных колясок, которых мы привыкли из-за нашей постсоветской ментальности сторониться. Ведь долгие годы инвалидность — это было табу, это стыдно, об этом нельзя говорить, а людей с инвалидностью лучше прятать где-то за тремя стенами. Но сейчас, когда мы все больше приобретаем европейский опыт и стремимся стать современной развитой страной, независимой от всех наших соседей-агрессоров, с совершенно другой, не советской ментальностью, этот аспект становится очень важным.

Читайте также: Жизненный марафон несокрушимости Сергея Храпко: как ветеран войны без конечностей помогает побратимам

Мы общаемся с нашими беженцами с инвалидностью и с нашими волонтерами и активистами, также прямо или косвенно связанными с инвалидностью, и они рассказывают, что в Европе — все не так, как мы привыкли. Люди на колесных креслах ездят в магазины, на прогулки, сидят в кафе, посещают выставки и фестивали. Наша волонтер из Италии рассказывает, как здесь дедушки на электроколясках устраивают гонки вдоль набережной моря. Наши активисты в Британии рассказывают, как местная бабушка в шляпке сидит на коляске за летним столиком в кафе и пьет некий апероль-шприц. Как люди с протезами рук или ног не только не прячут их под одеждой, но и разрисовывают в разные цвета и украшают специальными цветными чехлами — так же, как мы надеваем чехлы на наш мобильный. Вот вы только вдумайтесь, как в Британии называют пенсию по инвалидности — «платеж для независимости». Хорошо звучит, верно? И в этом — настоящая свобода, уважение и независимость. И это так, как должно быть. Мы разные, но равные.

РЕКЛАМА

— Кстати, по поводу протезирования наших военных. Помогаете ли вы в этом?

— Да, мы уже несколько месяцев проводим мощный проект помощи тем, кто потерял конечности. И не только для военных! По статистике, сейчас нуждается в протезировании около 5 тысяч украинцев, но с каждым днем эта цифра растет и, я думаю, на самом деле она в десятки раз больше. Мы все видели ужасное видео Бутусова с минным полем, где люди получили травмы конечностей всего несколько минут. И это все происходит сегодня ежесекундно. Треть Украины заминирована, что фактически равняется территории Австрии, и, по оценке специалистов, на разминирование уйдет несколько лет. То есть еще долго после окончания войны мы будем получать новые и новые травмы из-за мин. К сожалению, еще не один ребенок найдет мину в песочнице, свалке или на улице, еще не один грибник покалечится в лесу, а туристы — на морском побережье.

РЕКЛАМА

Поэтому тема протезирования с нами надолго, и мы уже сегодня должны выработать и воспитать правильное беспристрастное и толерантное отношение к этому. Например, наши бойцы рассказывают, что когда они попадают на лечение и реабилитацию в США и впервые выходят на улицу на протезах, к ним подходят прямо на улице рядовые прохожие и благодарят за службу. Они ведь знают после Вьетнама и других войн, какую цену заплатили эти мужчины за мирное небо. И они также помнят волну депрессий ветеранов Вьетнама, которая охватила США на долгие годы, когда они не смогли вовремя подготовить должную реабилитацию и психологическую поддержку бывшим военным. Поэтому сейчас, благодаря в том числе и этому опыту ветеранов США, наши военные, к счастью, получают гораздо большую поддержку. А задача наша с вами, с журналистами, волонтерами и активистами — просветительская миссия, обучение достойного отношения к людям с инвалидностью, создание безопасной среды для украинцев с теми или иными особенностями, строительство безбарьерной свободной Украины, где уважение имеет каждый.

Читайте также: Танковый обстрел, 40 дней реанимации и футбол с легендой: история защитника Евгения Шваба

— Можно ли получить бесплатный протез благодаря вашему проекту?

— Конечно, можно. Вам нужно просто написать нам, заполнить заявку. Мы работаем с британским производителем протезов, а, как я уже рассказывала, Великобритания — это максимально дружеская атмосфера для лиц с инвалидностью, где они получают уважение, поддержку и интеграцию в общество. Поэтому британцы предоставляют нам действительно современные протезы — это бионические руки в цветных пластиковых чехлах, над которыми работали дизайнеры комиксов Marvel. То есть вы можете иметь руку «Ваканда» или из Звездных войн. И тогда это уже не просто искусственное приспособление в вашем теле, которое вы будете прятать от себя и других, но настоящий модный аксессуар. И название у этих протезов очень достойное — «Рука героя». Все наши протезы, которые вы уже сегодня видите на улицах на военных и гражданских и еще будете видеть десятки лет, это настоящие руки и ноги Героев.

Я, возможно, уже говорила, что наш проект — это помощь не только военным и не только взрослым, но и всем гражданам, даже самым маленьким, пострадавшим от войны. Все они переживают потерю здоровья по-разному, и здесь обязательно требуется поддержка психолога и родных. К примеру, психологи утверждают, что детям протезирование дается легче, ведь они еще не осознают ответственности и последствий и могут воспринимать протез как игрушку. Хотя позже они могут испытывать проблемы с адаптацией в обществе, например, в школе. И здесь нужна чрезвычайная грамотная поддержка как психологов, так и родителей, чтобы ребенок чувствовал себя защищенным и полноценным. А вот мужчинам потеря конечности может казаться концом света, ведь потерю части своей силы они могут расценивать как утрату своего мужества. Потому обязательно должна быть мощная реабилитация и помощь психологов. Я напоминаю, что за такой помощью вы можете обратиться в наше сообщество, а для бесплатного протезирования вы можете оставить заявку.

— Какие вызовы вы наблюдаете в этих группах людей и как ваш проект пытается помочь им?

— Группы беженцев с инвалидностью столкнулись со значительными вызовами. Они нуждаются в медицинской помощи, адаптированном жилье, ТЗР, реабилитации и психологической поддержке для интеграции в новой стране и возвращении к полноценной жизни. Наш проект работает с медицинскими партнерами и спонсорами для обеспечения им необходимых ресурсов. Мы организовываем онлайн-мероприятия и тренинги, чтобы повысить образованность об инвалидности и содействовать включенности этих лиц в общество. Информирование в обществе является вторым важным аспектом нашей деятельности. Здесь вы можете получить и все необходимые зарубежные контакты, и алгоритмы прохождения тех или иных процедур, например, подтверждение инвалидности в Британии, Польше или где бы вы ни остановились. Также мы оказываем профессиональную психологическую помощь, юридическую и переводчиков.

Мы работаем над распространением осознания потребностей и прав беженцев с инвалидностью и украинских военных, получивших инвалидность. С помощью различных каналов коммуникации, таких как социальные сети, вебсайты и общественные мероприятия, мы стараемся привлечь широкую аудиторию и сделать их осознанными проблемами и потребностями этих лиц. В этом наша просветительская миссия.

Читайте также: «В другой ноге была дыра диаметром в литровую банку. Жена и дочь молитвами вытащили меня»: история войны простого дворника

— Что вы имеете в виду под просвещением?

— Я имею в виду распространение информации об инвалидности, принятие ее и создание толерантного осведомленного и сознательного общества. Наша команда работает над созданием образовательных материалов, информационных брошюр и видео, объясняющих процесс протезирования, реабилитации и доступа к медицинским услугам. Мы также активно сотрудничаем с местными СМИ и журналистами, чтобы вовлечь их в этот процесс и рассказать истории успеха и вызовов, с которыми сталкиваются эти люди. Вот, например, мы уже не первый месяц поддерживаем партнерский проект с вами, старейшим в Украине изданием «Факты», почти ровесником нашей Независимости, где рассказываем истории войны наших воинов ВСУ — как простые граждане Украины, айтишники, танцовщики, баристы, фермеры и другие, ушли на фронт и какой ценой защищали нашу страну, через какой ужас им пришлось пройти и, главное, — как они теперь адаптируются к мирной жизни, интегрируются в общество с полученными травмами, преимущественно очень и очень тяжелыми. Это и история танцовщика, потерявшего ноги, но не мужество, который и сейчас работает учителем, и история бывшего чемпиона по бегу, потерявшего конечности.

Все эти люди никогда не желали себе такой судьбы, но они не сожалеют о своем выборе и дают нам подлинный пример мужества и огромной человеческой силы. Благодаря этим историям войны другие наши украинцы, переживающие подобные потери и проходящие аналогичный путь, могут учиться и делать выводы, вдохновляться и становиться сильнее, осознавать, что они не одни в своей беде и жизнь продолжается. И эта жизнь может быть достойной и полноценной.

— Можете ли вы привести пример успеха, когда ваш проект смог помочь беженцу с инвалидностью или украинскому военному воплотить свои мечты и вернуться к полноценной жизни?

— Конечно! У нас много примеров успеха, когда наш проект обеспечил людям необходимые протезы, ТСР (технические средства реабилитации) и реабилитационные услуги. Одна из историй, которую я хотела бы рассказать, это о беженеце с инвалидностью, который до войны был активистом и отстаивал безбарьерность в Киеве. Именно он настоял благодаря многочисленным визитам в местные администрации на обустройстве Дарницкого района пандусами и другими удобствами. При этом он может передвигаться только на электрической коляске и держать в руках не более полутора килограммов веса, ему нужно специально оборудованное место для спанья и, конечно, подъемник для перемещения коляски из дома на улицу. То есть каждый поход в администрацию ему давался в десятки раз сложнее, чем другим. Но во время войны этот парень не просил о помощи, а помогал сам — в первые месяцы войны он вместе с отцом (также имеющим инвалидность как спаситель Чернобыльской катастрофы) организовал и провел эвакуацию маломобильной группы из Украины в Польшу и Германию. Они вывезли на собственном бусе около 10 человек с тяжелой инвалидностью. А мы помогли ему потом доставить в Европу его колесное кресло, просто не поместившееся в бусик из-за пассажиров. Без кресла ему было очень тяжело передвигаться и жить полноценной жизнью, а транспортировка тележки, которая весит почти 100 килограммов, в Европу стоила очень дорого. Наши волонтеры помогли ему доставить тележку бесплатно.

Читайте также: «Организм „просил“ меня отключиться, но я понимал, что нельзя»: история войны активиста Олега Симороза

— Александра, почему вы выбрали для себя такую сферу? Почему помогаете людям с инвалидностью?

— Я помню, в начале войны меня поразил пост в Фейсбуке, где человек с инвалидностью просил просто доставить ему домой еду, потому что он не мог спуститься в магазин из-за перебоев работы лифта, кроме того, не мог спрятаться в бомбоубежище, поэтому переживал сирены и ракетные атаки, сидя в коляске и молясь. Об эвакуации или выезде в Европу этот человек и мечтать не мог. Мне тогда очень хотелось помочь, но передвигаться по Киеву без спецпропуска на собственном авто было невозможно, а метро и автобусы практически не работали. Я чувствовала себя бессильной и была в отчаянии. И примерно тогда же мы начали организовывать наш проект по волонтерству, так что со сферой у меня уже не было сомнений.

Фактически с самого начала войны я занимаюсь волонтерской работой, направленной на поддержку украинцев с инвалидностью, включая беженцев, а теперь и военных ВСУ. Ведь эти люди — наименее защищенный слой населения Украины, и самый отчужденный. К сожалению, для нашей «советской» ментальности лицо с инвалидностью — это изгнанник, где-то наравне с наркоманом.

Сейчас я пытаюсь распространять информацию об их проблемах и правах, сотрудничаю с организациями, оказывающими помощь людям с инвалидностью и беженцам. Также помогаю с оформлением необходимых документов и поиском ресурсов для медицинской и социальной поддержки. Очень важно понимать, что беженцы с инвалидностью являются чрезвычайно уязвимой группой людей, переживших сложные обстоятельства. Они нуждаются в нашей поддержке и понимании, а не сключении из социума. Мы должны поддерживать наших беженцев и ВПЛ в процессе интеграции, предоставлять возможности для обучения и трудоустройства, чтобы они могли найти свое место в новой среде. Не забывайте, что каждый человек имеет право на достойную жизнь и уважение своих прав. Мы все должны работать над созданием доступного и включенного общества, где каждый человек имеет возможность развиваться и быть его полноценной частью.

— Можете ли вы поделиться какой-то вашей собственной историей успеха или положительным случаем, связанным с поддержкой беженцев с инвалидностью?

— У нас каждый день таких случаев — десятки. Один из тех, что мне запомнился — когда нам удалось помочь молодой женщине-беженке с инвалидностью получить доступ к необходимой медицинской помощи и реабилитационным услугам. Тогда мы подняли на ноги все возможные и невозможные связи, ведь ситуация была критической. Молодая девушка с психической инвалидностью сбежала из больницы и из-под опеки семьи за границу и попала в лагерь беженцев на юге Италии, в небольшой деревне, где и магазинов не было, не то что больницы или профессионального психиатра. И там она столкнулась с буллингом, когда внезапно проговорилась о своей инвалидности — травили ее и наши беженцы, и итальянцы. На нее могли кричать, ее могли толкнуть, заставляли питаться отдельно и не выходить из комнаты. К нам девушка обратилась, когда наконец-то получила интернет (а их держали почти месяц без связи закрытыми в лагере), и попросила организовать комиссию, чтобы… снять инвалидность и диагноз. Она очень боялась, что ее вдобавок закроют в психушке. Тогда мы помогли ей найти необходимую помощь врача, медицинские препараты для стабилизации состояния, подтвердить инвалидность и перевести в более безопасное и толерантное место жительства.

— Какие препятствия вы встречаете в своей работе и как вы их преодолеваете?

- В нашей работе с беженцами с инвалидностью и украинскими военными препятствий много. Во-первых, сейчас война. Паника, перебои с интернетом, закрытие или релокация большинства ОО, работающих с лицами с инвалидностью, физическое и психоэмоциональное истощение, адаптация в другой стране или переезд внутри страны. Люди растеряны, люди озлоблены, люди эмоционально нестабильны и им трудно получить надлежащее информирование также и по этим причинам. А без информирования трудно обустроить свою жизнь должным образом и получить необходимую помощь.

Во-вторых, финансирование является постоянным вызовом. Мы зависим от грантов, пожертвований и спонсорской поддержки, поэтому постоянно работаем над поиском новых источников финансирования и партнерств. Градус вовлеченности мира в войну в Украине существенно снизился в течение этого года, об этом свидетельствуют наши беженцы, получающие значительно меньше помощи. Но война продолжается и украинцев с инвалидностью становится больше — это и физические травмы, и психические. Если до войны официально в Украине было зарегистрировано 2,8 млн украинцев с инвалидностью, то после войны эта цифра вырастет в разы, и ее невозможно спрогнозировать. Поэтому финансирование помощи не должно останавливаться.

Третье препятствие состоит в недостаточной образованности и сознании общества в отношении прав и потребностей лиц с инвалидностью. Отсутствие надлежащей информации о доступности протезов, реабилитационных услуг и психологической поддержки часто приводит к социальному отчуждению и ограниченным возможностям для реинтеграции в общество. Например, одна из участниц нашего сообщества, пережившая ужасы оккупации в Буче и потерявшую из-за войны ногу, прошла очень трудный путь, чтобы получить протезирование и финансовую помощь в местной администрации. Мы работаем над усилением сознания через образовательные мероприятия, сотрудничество со СМИ и привлечением общественности к обсуждению этих вопросов.

Читайте также: Пошел в ВСУ из Польши и потерял ноги: потрясающая история войны Романа Гримайло

Кроме того, доступность медицинских услуг и протезов еще одна проблема. В некоторых случаях беженцы с инвалидностью или украинские военные могут находиться в отдаленных районах или иметь ограниченный доступ в медицинские учреждения. Например, нашим беженцам нужно выстоять очередь в Европе в несколько месяцев, чтобы попасть к специалисту, подтвердить инвалидность и получить помощь. Мы стараемся привлекать медицинских специалистов к нашему проекту и расширять информированность наших беженцев через сообщество, в котором наши волонтеры круглосуточно помогают разрешать сложные жизненные ситуации. Например, к нам обращалась девушка, сообщившая, что в Англии нуждается в немедленной помощи ее сестра, у которой обострение психического расстройства, но скорая помощь даже не приезжает на вызов и никакими лекарствами помочь не может, в то же время в аптеке их без рецепта не купишь, а приема у врача нужно ждать недели или месяцы.

— Как вы считаете, что можно сделать для улучшения жизни людей с инвалидностью именно в Украине?

— Знаете, рыба гниет с головы, как говорится. Я имею в виду, что менять все в корне нужно и в наших собственных головах и сознании, и в нашем законодательстве, и соответствующих государственных программах. Когда мы будем относиться к украинцам с инвалидностью как к равным себе, тогда и будет у нас Европа. И когда все наши поезда, автобусы, подъезды, входы в магазины, тротуары, метро, кафе и все на свете будет оборудовано под свободный проезд на колесном кресле, вы увидите, как станет больше на улицах улыбающихся счастливых украинцев. И вы сами заметите, насколько вам легче стало заносить чемодан в подъезд или поезд, ведь безбарьерность она не только для лиц с инвалидностью, но и для всех украинцев.

Иными словами, следует обратить больше внимания на внедрение безбарьерной доступности во всех сферах жизни, включая медицинские учреждения, общественный транспорт и здания. Также важно обеспечить доступ к качественным медицинским услугам и реабилитационным программам для лиц с инвалидностью. К счастью, большую работу в этом проводит наша первая леди Елена Зеленская, проводящая мощное информирование и поддержку украинцев с инвалидностью и на законодательном, и на практическом уровне. Например, под патронатом Зеленской недавно была создана медицинская клиника, где проводят бесплатное протезирование для наших военных, а во многих проектах Киева предусмотрена безбарьерная инфраструктура.

Поэтому улучшение инфраструктуры, расширение доступности медицинских услуг и протезов — один из наших главных приоритетов. Мы работаем над установлением партнерских связей с медицинскими учреждениями и специалистами, готовыми предоставлять свои услуги беженцам с инвалидностью и украинским военным. Кроме того, мы активно работаем с правительственными органами и заинтересованными сторонами по улучшению законодательства и политики, касающиеся прав и потребностей беженцев с инвалидностью и украинских военных. Мы сотрудничаем с правозащитными организациями и лоббируем за включение их потребностей в национальные программы и стратегии.

Однако важно отметить, что это задача, которая нуждается в совместных усилиях всего общества. Мы призываем граждан, бизнес-сообщество и правительственные органы взять на себя ответственность и содействовать интеграции людей с инвалидностью в наше общество. Вместе мы возрастем!

EnableMe Ukraine — это волонтерский проект, направленный на оказание поддержки беженцам с инвалидностью и ветеранам, получившим инвалидность во время военных действий. Команда работает над обеспечением доступа к протезам, реабилитационным услугам и информационной поддержке в этих сообществах.

Ранее «ФАКТЫ» рассказывали историю потерявшего ногу Дмитрия Устименко, и как эта трагедия войны не смогла сломать защитника.

559

Читайте нас в Facebook

РЕКЛАМА
Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Новости партнеров