«Нет острее боли, чем боль твоего ребенка»: ветеран войны, потерявший обе ноги, сражается за жизнь своей дочери

«Отступать некуда»

— Михаил, как чувствует себя дочь?

- Мы еще боремся за ее жизнь. Жена с Мартой полтора месяца находились в реанимации, затем их выписали, были дома и снова в больнице. Дочери уже сделали несколько операций и потребуются еще. Марта до сих пор сама не ест, не какает, не писает. Много проблем, но главное, что она выжила и будет жить.

— До рождения дочери вы знали, что возникнут такие проблемы со здоровьем?

— О большинстве проблем знали. Уже на втором УЗИ нам с женой сказали, что у ребенка очень маленький желудок. Потом увидели пороки сердца, почки. Два раза мы могли потерять ребенка. Мы готовились к проблемам с сердцем и почками, затем присоединились — с пищеводом и мочеиспусканием.

— Как вы с Ириной держитесь?

— Мы настроены положительно, потому что отступать некуда. Знаем, что Мартуся все преодолеет. С виду она здоровый ребенок. Почему так произошло? Никто не знает. Должны делать генетические тесты, которые, возможно, это прояснят.

— Ваша жизнь похожа на сплошной вызов…

— Да, но что уж тут поделаешь. Имеем то, что имеем.

— И вы, несмотря ни на что, не теряете оптимизма!

- Просто другого выбора нет. К тому же я всегда был оптимистом. Паника мне не знакома, я все воспринимаю с холодным сердцем потому, что знаю, что эмоционально не примешь правильных решений.

— Что помогает держаться в сложные времена?

— Меня вытаскивает Бог — мы молимся о здоровье Мартуси. Сосредоточиться помогает классическая музыка — у нас дома постоянно играет Бах, Бетховен.

«Память защищает меня, блокирует плохие воспоминания»

— Какие у вас настроения в третью годовщину большой войны?

— Сейчас на сердце у меня одно — здоровье ребенка. Ничего не приносит такую острую боль, как боль твоего ребенка. А война… ее нужно прекращать. Уж слишком большую цену мы заплатили и сейчас оказались между большим и меньшим злом. Выходит, что все же надо будет чем-то поступиться.

— Вы — профессиональный военный…

- Восемь лет прослужил. 26 февраля 2022 года я должен был уволиться. В начале полномасштабного вторжения был во Львове, готовил документы на увольнение, проходил МСЭК. Ко мне приехала Ира, мы мечтали о семье, ребенке. Моя бригада тогда уже была на выезде в Николаевской области.

— Тогда все обсуждали возможное вторжение.

- Большинство военных на 60 процентов были уверены, что это произойдет. Резервистов предупредили о том, что может начаться вторжение. Я понимал, если это произойдет, я вернусь в армию. Помню, 24 февраля 2022 года около 4 утра мне позвонил друг, сказал, что в Киеве взрывы. Утром я уже пришел в часть, а после обеда отправились в свое подразделение. В первую очередь я шел на фронт для себя, своей семьи и страны. Но долго повоевать мне не пришлось. 29 мая 2022 года я получил ранение в селе Белогоровка, — подорвался на мине, которую в народе называют «ведьма». Она разлетается на тысячу осколков.

— Вспоминаете тот день?

- Память защищает меня, блокирует плохие воспоминания. Я все это прожил, отпустил и пошел дальше. Я строю свое будущее, прошлое нужно отпускать. К сожалению, многие военные не могут с этим справиться. Не знаю рецептов, как избавиться от тяжелых воспоминаний. Иногда мне кажется, что за это время я стал даже более спокойным.

Читайте также: «На фронте не до политики, там идет рутинная работа по уничтожению врага», — военный обозреватель Богдан Мирошников

— Вам снится война?

— Очень редко. И снов своих я не помню.

— Что было самым сложным в новой жизни без ног?

- Ты чувствуешь себя как маленький ребенок — сначала не можешь научиться даже стоять на протезах. У меня была очень сложная, высокая ампутация. Но я хотел пойти, поставил задачу и выполнил ее. Да, это тяжело, к тому же протезы весят 12 килограммов. У меня бионические протезы, более приспособленные для передвижения. На них нельзя присесть или согнуть, чтобы что-то взять. Когда есть сустав, конечно, проще.

Но я много езжу за рулем — это удобно. Хотя места для инвалидов на парковке во Львове обычно заняты. Наши города не готовы к принятию людей на креслах колесных или протезах, как это в Америке и Европе. Украина только на пути к этому. Общество должно измениться в своей «настройке».

— Думаю, у вас сейчас есть две заветные мечты…

- Да. Хочу, чтобы Марта была здорова, все остальное могу сделать сам. Не знаю, скоро ли будет наша Победа. Для каждого победа — разная. Для меня большой победы не будет — я потерял много друзей и знакомых на войне. Пусть будет просто мир с сильными гарантиями. А еще мечтаю, чтобы наши люди были дружными, объединенными, как в начале большой войны.

Материал создан с участием CFI, Agence française de développement médias, как часть Hub Bucharest Project при поддержке Министерства иностранных дел Франции.

Ранее «ФАКТЫ» рассказывали историю тренера по акробатике, потерявшем ногу на фронте.

2978

Читайте нас в Facebook