Иной процессуальный подход, чем в других ДТП с участием сотрудников НАБУ: Голобуцкий о деле Русаева
Смертельная ДТП с участием руководителя одного из подразделений детективов центрального аппарата НАБУ закончилась закрытием дела, что вызвало общественный интерес. Ведь прослеживается различный подход правоохранительной системы к расследованию ДТП с участием сотрудников НАБУ, считает политолог Алексей Голобуцкий, пишет «Фокус».
«Три ДТП без летальных исходов — подозрения. ДТП со смертельным исходом с участием руководителя подразделения НАБУ — прекращение дела. Именно этот контраст поднимает вопрос, на который до сих пор нет убедительного ответа», — написал политолог.
По словам Голобуцкого, общественный интерес к этому делу вызван не самим фактом работы Русаева в НАБУ, а гибелью человека, высоким служебным статусом фигуранта и явным контрастом между строгостью процессуальных норм в одних делах и прекращением производства по делу в другом.
Речь идет о ДТП со смертельным исходом, произошедшем 2 апреля 2018 года в Киеве возле станции метро «Выставочный центр». В результате аварии погибла Марина Арустамова.
Как отмечает Голобуцкий, больше всего вопросов возникает при сравнении этого дела с другими уголовными производствами в отношении сотрудников НАБУ. В частности, в ходе недавних событий вокруг Бюро нескольким сотрудникам были предъявлены подозрения по делам о ДТП, в которых были пострадавшие и тяжелые последствия для здоровья, однако погибших не было.
«Поэтому закономерно возникает вопрос: почему в делах без летального исхода выдвигались подозрения, а в деле, где человек погиб в результате наезда на пешеходном переходе, подозрения не выдвигались, а производство, по информации стороны потерпевших, было прекращено?» — подчеркнул политолог.
Отдельно Голобуцкий обратил внимание на то, что, по имеющейся информации, расследование по делу проводило Государственное бюро расследований, поэтому вопросы относительно принятых процессуальных решений должны адресоваться в первую очередь органу досудебного расследования, процессуальным руководителям и суду.
Кроме того, он напомнил о публичных заявлениях матери погибшей Марины Арустамовой, которая неоднократно заявляла об отсутствии, по её мнению, исчерпывающих ответов относительно всех обстоятельств трагедии. По словам Голобуцкого, семья погибшей на протяжении многих лет добивается полного и беспристрастного расследования.
Политолог подчеркнул, что речь идет не о критике НАБУ как института, а о необходимости обеспечения прозрачности и понятности процессуальных решений по резонансным делам.
Отдельно Голобуцкий задал вопрос о том, почему Русаев, несмотря на многолетнее уголовное производство и связанные с ним репутационные риски, продолжает занимать руководящую должность в НАБУ.
«Если человек, в отношении которого ведется многолетнее уголовное дело и который представляет очевидные риски для репутации, не только остается в системе, но и продолжает работать на руководящей должности, общество вправе спросить: кому была выгодна такая кадровая конструкция?» — написал политолог.
По его мнению, дополнительные вопросы вызывает и тот факт, что, по информации стороны потерпевших, решение о прекращении производства было принято именно в период обострения ситуации вокруг НАБУ.
«Если одних сотрудников делали максимально уязвимыми в глазах общественности, то другой фигурант громкого дела фактически был выведен из зоны уголовного риска», — отметил Голобуцкий.
Политолог также высказал предположение, что общество имеет право получить ответ на вопрос, не была ли эта ситуация частью более широкой кадровой логики.
«Вопрос заключается не только в том, кто закрыл дело, но и в том, кому было выгодно сохранить Русаева в руководящем составе НАБУ», — написал он.
Как сообщалось, 23 июня Шевченковский районный суд Киева должен рассмотреть жалобу стороны потерпевших на решение о прекращении уголовного производства по делу о ДТП со смертельным исходом.
36Читайте нас в Facebook
