История современности Как это было

Дочь Александра Бовина: "Из Завидово отцу в качестве презента от Брежнева привозили кабанятину"

1:30 24 июля 2014 6760
Александр Бовин

45 лет назад на экраны вышла одна из самых популярных в СССР передач «Международная панорама»

По воскресеньям «Международную панораму» с большим интересом смотрела вся страна. Для зрителей эта программа стала тем окном в мир, где можно было увидеть, как живут люди в разных уголках планеты и какие события там происходят. Одним из ведущих передачи многие годы был Александр Бовин. Незаурядность его журналистского и дипломатического таланта ценили Леонид Брежнев, Юрий Андропов и Михаил Горбачев.

Один из лучших в СССР журналистов-международников, Бовин в течение почти десяти лет писал для Леонида Брежнева речи, цитаты из которых знала вся страна. Говорят, именно с легкой руки Бовина стали расхожими фразы «Экономика должна быть экономной» и «Мы встали на этот путь и с него не сойдем».

О том, каким человеком был Александр Евгеньевич, «ФАКТАМ» рассказала его дочь журналист Евгения Бовина.

— Отца уже нет десять лет, но в нашем доме все осталось практически так, как было при нем: книжные стеллажи, картины, которые папе дарили, фотографии, — рассказывает Евгения Бовина (на фото). — А на даче у нас его большой портрет, написанный Александром Шиловым. В быту папа был непритязательным человеком. Домашний кабинет у него появился после того, как я вышла замуж и переехала к мужу. А до того работал в гостиной. Кроме листа бумаги и ручки, папе для работы ничего не было нужно, а в последние годы писал за компьютером.

— Легендой стала история, как Александра Бовина кто-то спросил, читал ли он последнюю речь Брежнева. На что Александр Евгеньевич ответил: «Что значит читал? Я ее писал!» Такое действительно было?

— Это правда. С Брежневым отец познакомился в 1964 году — я только появилась на свет. Леонид Ильич, по воспоминаниям папы, был человеком жизнерадостным, энергичным и далеко не глупым — несравненно умнее многих из тех, кто над ним иронизировал. Брежнев умел расположить к себе собеседника: интересно рассказывал, внимательно слушал, никогда не стеснялся задавать вопросы и признаться в том, что чего-то не знает.

— Говорят, что ваш отец не раз был участником застолий в Завидово.

—Да. Брежнев был человеком хлебосольным. Папа рассказывал, как за столом Леонид Ильич читал наизусть поэзию Сергея Есенина, которую очень любил. И неизменно рассказывал истории из своей военной молодости. Брежнев был хорошим охотником — в молодости стрелял очень метко. Из Завидово отцу не раз в качестве презента от Брежнева привозили кабанятину. Свертки были огромными и хранились у нас на балконе. Не скажу, что это мясо очень вкусное — оно жестковато и, как говорится, на любителя. Часто отец угощал кабанятиной знакомых, так как съесть втроем все, что привозили, нам было не под силу. Одним из любимых блюд у папы был украинский борщ с белыми грибами и кабанятиной.

*Александр Бовин запомнился как ведущий популярной передачи «Международная панорама», который просто и доступно рассказывал миллионам телезрителей о новостях в мире

— Юрий Андропов, под началом которого с 1965 по 1967 год Александр Бовин работал консультантом отдела социалистических стран ЦК КПСС, как описывал ваш отец в книге «XX век как жизнь», был человеком иного склада, чем Брежнев.

— Аскетическая натура, при этом один из самых образованных людей в Политбюро. Говорят, все подарки сдавал в казну. Детей своих воспитывал в большой строгости. Андропов много читал. Недельная норма у него была десять книг, которые доставлялись из разных библиотек. На столе в кабинете лежал томик с трудами Платона.

Папа говорил, что Андропов научил его выделять в сумятице жизни главное, за что был ему всю жизнь благодарен. Дело в том, что в начале каждого года послы СССР обязаны были присылать в МИД годовые отчеты, в которых шла речь о проблемах государств и взаимоотношениях их с Советским Союзом. Копии отчетов отправлялись в ЦК КПСС.

По поручению Андропова Бовин после ознакомления с этими отчетами докладывал о самом важном, что там содержалось. Послов было около семидесяти. Страниц в каждом отчете — не меньше сотни. И все это излагалось таким казенным языком, что просто жуть. От чтения такого «творчества» голова становилась чугунной.

Отцу с трудом удавалось «выловить» в многостраничных текстах что-то интересное. О том, что заслуживало внимания, докладывал Андропову, а тот уже раздавал послам задания, принимались разные решения. Спустя много лет, в 1991-м, папу самого назначили Чрезвычайным и Полномочным Послом СССР в Израиле.

— Инициировал это назначение лично Михаил Горбачев?

— Да, это так. Как писал Горбачев в предисловии к книге воспоминаний известных людей об отце, назначил его послом в Израиль, с которым Советский Союз только установил дипломатические отношения, потому что Бовин прекрасно разбирался в международной политике. Это был один из последних указов Михаила Сергеевича на посту президента страны. Рассказывали, что когда Горбачеву кто-то сказал об отце: «Пьет много!», Михаил Сергеевич ответил: «Но и хорошо закусывает!», имея в виду солидные габариты папы.

*Александр Бовин был одним из лучших в СССР журналистов-международников (фото wikipedia)

К слову, отец никогда много не пил. А что касается закуски, предпочитал хорошую еду, но в то же время спокойно мог обойтись без деликатесов. Любил гречневую кашу, мог отварить пельмени. Кстати, готовил неплохо. На Новый год обожал варить холодец. Сам покупал на рынке свиные ножки для заливного. Когда гости уходили, папа перемывал всю посуду.

Вообще он был заботлив по отношению к маме. Когда предстоял ремонт квартиры, нас отправлял на отдых, а сам в течение месяца все организовывал. Познакомившись в аспирантуре, родители прожили вместе больше сорока лет.

— Как работалось Александру Евгеньевичу в Израиле?

— Замечательно. Даже жара не смущала. В доме и в машине — везде ведь кондиционеры. А поскольку у папы болели ноги, по улице он мало передвигался. Если и выходил, то чаще вечером, когда жара спадала. Жили они с мамой под Тель-Авивом. Я несколько раз приезжала к ним с сыном. В Израиле отец проработал до 1997 года. Работать ему было очень интересно. Там оказалось немало наших соотечественников. Они узнавали папу на улицах, останавливали, чтобы поговорить. И ему это общение доставляло удовольствие.

После возвращения из Израиля папа был политическим обозревателем газеты «Известия», заведовал кафедрой журналистики Российского государственного гуманитарного университета, писал книги, выступал на радио.

— Чем увлекался, кроме работы?

— Много читал. Мог это делать даже перед включенным телевизором. Любил слушать симфоническую музыку. Увлекался искусством. С мамой они старались ходить на все интересные выставки. Когда вечером приезжал с работы, любил посидеть на лавочке у нашего многоэтажного дома, поговорить с людьми.

— Коллеги по телевидению отмечали особый стиль в одежде Александра Бовина. Например, то, что он не признавал галстуков.

— Дело в другом. Папа был полным человеком, и подобрать ему галстук было не так легко. Одежду отец шил на заказ. Даже джинсы, так как в продаже его размера не было. Не знаю, какой именно он носил, но очень солидный. Папа в одежде был неприхотлив. А вот одеколон любил французский. Обычно привозил из-за границы.

— Как известно, ездил Александр Бовин на маленьком автомобиле «Ока».

— В салон влезал с трудом, над этим даже посмеивались. Но отцу машина нравилась, так как с ней не было никаких хлопот и проблем. Оставишь где угодно — никто не позарится.

— От чего умер Александр Бовин?

— Случилось кровоизлияние в мозг. Умер отец во сне.

— Накануне были какие-то тревожные предчувствия?

— Знаете, он давно имел проблемы со здоровьем, но говорить на эти темы не любил. На вопрос о самочувствии папа любил отвечать с юмором: «Патология в норме». За несколько дней до смерти ему стало плохо на улице, он упал. Вызвали «скорую», хотели забрать его в больницу, но от госпитализации папа отказался — не любил лечиться.

— Какие эпизоды общения с отцом вам вспоминаются чаще всего?

— Отец был положительно настроенным человеком, даже называл себя «зоологическим оптимистом», которому для чувства радости не требуются какие-то особые поводы. О своей жизни говорил, что она — это движение от одной молодости к другой. А вообще на жизнь умел смотреть немного отстраненным взглядом. Что бы ни случалось, говорил, что все это интересно с точки зрения науки. И всегда верил, что ситуация изменится к лучшему.

В детстве папа никогда не ругал меня. Если делал замечание, то в шутливо-саркастическом тоне. Из заграничных командировок, которых было много, всегда привозил подарки. Я первой бежала и смотрела, что в чемодане. Привозил джинсы или еще что-то модное — то, что у нас не продавалось. Как-то, к примеру, подарил мне замшевую юбку, сшитую из цветных лоскутков, будто из чешуи.

— Как вы считаете, отец ваш был счастливым человеком?

— Думаю, да. Ему была интересна жизнь во всех ее проявлениях и он с оптимизмом смотрел в будущее.

Фото в заголовке с сайта echo. msk.ru

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров