Технологические ударные операции и контроль внутренней ситуации — Зеленский поставил Хмаре очень высокую планку, — Виктор Таран
Президент Владимир Зеленский назначил генерал-майора Евгения Хмару исполняющим обязанности министра обороны. Такое назначение нетипично для украинской кадровой практики последних лет и заслуживает оценки по профессиональным результатам, а не первым эмоциональным реакциям. Такое мнение озвучил политолог, ветеран российско-украинской войны и руководитель Центра подготовки операторов БПЛА «Крук» Виктор Таран.
«ВРИО Минобороны стал профессиональный военный и спецназначенец, имеющий многолетний опыт службы в Центре специальных операций „А“ СБУ. В свое время Хмара возглавил это подразделение, а также исполнял обязанности главы СБУ. Военная (не политическая) часть СБУ, деятельность которой он координировал, стабильно входит в тройку наиболее эффективных в Силах обороны. С помощью беспилотников уничтожил российскую технику на более пять с половиной миллиардов долларов. Это именно тот профиль, технологические ударные операции, на котором, по словам президента, теперь должна сосредоточиться оборона страны», — написал Таран.
По словам Тарана, сегодня Министерство обороны должно переходить от логики административного управления к логике боевой эффективности.
«Хмара — человек не из политической среды, а из силовой, и в публичном пространстве о нем известно немного, потому что его служба проходила в закрытых структурах. Для должности министра обороны во время войны — это можно прочитать как преимущество, поскольку речь идет об управленце с реальным боевым опытом, а не о фигуре, встроенной в старые схемы влияния и публичной торговли влиянием», — добавил Таран.
По его мнению, нынешний этап войны требует не столько эффективного администратора, сколько руководителя, обладающего практическим военным опытом и способного быстро адаптировать систему обороны к новым вызовам.
«Опыт управления людьми в боевой структуре не конвертируется автоматически в способность вести оборонный бюджет, закупки, логистику и сложное взаимодействие с парламентом и международными партнерами. Из-за той же закрытости предыдущей службы публичного трека решений, по которым можно было бы оценивать его как управленца, почти нет. А это усложняет общественный контроль над новым назначенным человеком. Переход из силового блока СБУ сразу в силовой блок обороны можно прочесть и как дальнейшую централизацию силовых структур. Добавляет неопределенности и то, что речь идет только об исполнении обязанностей, поскольку для полноценного назначения нужна еще поддержка Верховной Рады. А значит, политический торг вокруг кандидатуры еще впереди», — отмечает Таран.
Он добавил, что Зеленский поставил «очень конкретную и высокую планку ожиданий, результативность в дальнобойных операциях и контроль внутренней ситуации в силовых структурах», поэтому спросят с нового министра так же конкретно, без права на размытую риторику.
«Проблема в том, что вместо анализа первых шагов нового главы министерства мы пока видим в основном эмоциональную реакцию, которая формируется еще до того, как человек успел что-то сделать в должности. Это создает опасный прецедент, когда оценка кадрового решения зависит не от профессиональных качеств назначенного, а от того, насколько громко раздается критика в первые дни после объявления. Если государство делает ставку на профильный военный опыт вместо политической лояльности, это следует оценивать по результатам, а не по скорости информационной реакции на само назначение. Иначе кадровые решения будут и дальше приниматься под давлением момента, а не под критерии профессиональности и ответственности», — добавил Таран.
Как писали ФАКТЫ, после отставки с поста главы Минобороны Михаил Федоров провел брифинг по результатам своей работы в ведомстве и сделал ряд громких заявлений.
65Читайте нас в Facebook
