«Можно из Львова управлять наземным дроном, который находится на фронте», — основатель Школы роботизированных наземных комплексов
— Эта школа — инициатива нашего подразделения, — говорит Виктор Павлов. — Мы создали ее в этом году собственными силами с помощью неравнодушных людей. В закрытой церемонии открытия нашей школы приняли участие начальник ГУР Украины генерал-лейтенант Кирилл Буданов и командующий Третьим армейским корпусом ВСУ Андрей Билецкий.
«Гражданские имеют возможность пройти базовый курс обучения»
— Сначала мы запустили базовый (он длится пять дней) курс обучения, рассчитанный преимущественно на гражданских, но на него записываются и военные, чтобы получить начальные знания и навыки пользования наземными дронами, — продолжает Виктор Павлов. — С недавнего времени мы набираем людей и на более сложный военный курс, который длится 11 дней (охватывает много практических занятий).
— Есть ли ограничения для кандидатов на обучение в вашей школе?
— Все желающие могут записаться. Следует заполнить анкету на сайте. Претендентов, конечно, проверяем, чтобы не пропустить засланных «казачков».
— Сложно научиться управлять наземными работами?
- Управлять ими значительно проще, чем FPV-дронами. Однако управление — даже не основное. Это как с оружием: научиться стрелять из автомата не слишком сложно, а вот воевать с ним намного сложнее. Поэтому учим многому, в том числе, как правильно собраться на боевой выезд, что взять с собой, как обустроить пункт управления, какие средства использовать.
Инструкторами у нас работают ветераны, которые из-за ранений уволились из армии. Есть классы, блиндажи, немалый парк дронов (гусеничных и колесных). А также, возможно, единственный в мире симулятор для наземных роботизированных комплексов (разработан Центром масштабирования технологических решений МО Украины). Мы организовали эту школу, в том числе, для того, чтобы аккумулировать опыт использования наземных дронов на поле боя. И дальше передавать его в другие боевые подразделения Сил обороны Украины.
— Какие именно задачи выполняют на войне наземные дроны?
— Начну с того, что сейчас на фронте примерно 70−80 процентов поражений живой силы, техники и инженерных сооружений противника приходится на беспилотные летательные аппараты. А у наземных роботизированных комплексов задачи несколько иные. Они необходимы для того, чтобы заменить бойцов в обеспечении логистики (транспортировки), эвакуации раненых, а также инженерной и огневой поддержки. Рассмотрим подробнее.
Логистика — это база. Ведь без доставки всего необходимого на передовую и эвакуации раненых воевать невозможно.
Читайте также: «Мы дронами доставляли в Суджу сверхлегкую, но очень питательную еду»: военный создал уникальную армейскую кухню — фудтрак
Мы в нашей Третьей штурмовой бригаде почти полностью перешли на транспортировку с помощью наземных дронов (десятки тонн в неделю). Это не только сохраняет человеческие жизни, но и во многих случаях более эффективно, чем использование людей.
— Почему?
- Боец может нести на себе максимум килограммов около 20, а определенные работы способны доставить одной ходкой в среднем 200 килограммов.
Рассмотрим пример: военному подразделению нужно перемещать, скажем, 20 тонн разных грузов в неделю. Если использовать исключительно бойцов, то 1000 человек, рискуя жизнью, должны перенести на себе по 20 килограммов. Предположим, есть возможность привлечь пикапы (легковики с открытой грузовой платформой). Тогда все равно придется рисковать жизнями, ведь определенное количество водителей сядут за руль этих автомобилей и будут подвергаться опасности быть убитыми или ранеными — FPV-дронами, сбросами, артиллерией, минами.
То же с эвакуацией раненых: направляешь эвакуационную группу (а это как минимум четыре бойца) — подвергаешь ее опасности. Используешь для выполнения этой задачи наземный дрон — рискуешь машиной, а не людьми.
«Определенные дроны могут взять за раз более десяти противотанковых мин, а сапер — максимум четыре»
— Дальше — инженерные задачи, — продолжает Виктор Павлов. — То есть минирование, разминирование, установка различных препятствий. Опять же использование для этих работ наземных роботизированных комплексов спасает жизнь. Потому что командиру не нужно направлять сапера с несколькими минами, если располагает наземными дронами, которые способны это сделать. Учтите также, что определенные дроны могут взять более десяти противотанковых мин, а сапер — максимум четыре (ведь каждая весит десять килограммов).
Самая сложная работа, которую способны выполнять наземные беспилотники, — это огневая поддержка. То есть когда дрон ведет огонь по противнику. В дальнейшем их будут привлекать и к штурмовым действиям.
Здесь следует сказать, что когда штурмовики идут на выполнение задания, их прикрывает не только батальон, но, может быть, и целая бригада. То есть артиллерия, беспилотники, средства РЭБ и связи работают на то, чтобы вражеские солдаты не могли высунуть головы из своих укрытий, а их командование не могло оперативно перебросить подкрепление, и несколько десятков наших штурмовиков дошли до вражеских блиндажей, захватили их. Наземные дроны должны участвовать в таких операциях.
Читайте также: Вместо танков — дроны и алгоритмы: Украина превратила войну в лабораторию оружия будущего
Важно понимать, что без привлечения инженеров стабильно работать с наземными роботизированными комплексами фактически невозможно, потому что периодически что-то надо чинить — менять поврежденные колеса, подшипники
Армия эволюционирует в сторону того, чтобы стать в определенном смысле инженерной. То есть, если раньше каждый должен был уметь стрелять из автомата, то теперь все больше бойцов должны еще разбираться в том, как работать с дронами (в частности, с пультами управления), пользоваться рациями.
Кстати, в Третьей штурмовой бригаде в программу «Неделя рекрута» мы включили краткий курс обучения работе с наземными роботизированными комплексами — даем базовое представление о том, что это за техника, какое ее место в современной войне.
Скажу еще о таком: сейчас есть планы внедрять наземные роботизированные комплексы поэтапно в войсках. Но я не уверен, что это оптимальное решение. Я бы ввел наземные дроны сразу во всех подразделениях. Ведь чем быстрее мы внедрим их во все бригады, тем скорее они разберутся, как с этим работать.
«Раньше наземный дрон мог преодолеть без подзарядки 20 км, сейчас надо, чтобы запас хода был вдвое больше»
— Можете рассказать о случаях, когда наземные дроны спасли жизнь?
— На фронте они встречаются пежедневно. Ведь на поле боя, к сожалению, каждый день воины получают ранения, а наземные дроны выполняют эвакуационную миссию. К примеру, недавно в сети появилось видео о том, как удалось вывезти с позиции раненого на прицепе, который тащил наземный дрон. Этому бойцу пришлось после ранения пробыть на позиции несколько дней, так как из-за сложной обстановки не было возможности его эвакуировать. И вот с помощью дрона с прицепом эту операцию удалось в конце концов выполнить. Раненый смог самостоятельно выбраться на прицеп. По дороге вражеские дроны пытались попасть в него сбросами, но, к счастью, боец благополучно добрался до безопасного места.
— Какой в среднем радиус действия наземных дронов?
— Максимальное расстояние от оператора, на которое способен заехать дрон, зависит от связи — как далеко может «добивать» сигнал. Много о связи говорить не стоит, чтобы не помогать врагу. Скажу лишь, что сейчас возможности такие, что, например, из Львова можно управлять дроном, который находится на ЛБО (линии боевого столкновения) в Харьковской области.
— Какие скорость и запас хода у этих беспилотников?
— Эти показатели очень разные, зависят от класса наземного дрона. Скажем, колесные способны передвигаться быстрее, чем гусеничные. Гусеничные же имеют большую проходимость — им по силам преодолевать сложный рельеф.
Что касается запаса хода, это зависит от аккумулятора. Раньше мы требовали от производителей, чтобы без подзарядки наземный дрон мог преодолеть не менее 20 километров (путь в оба конца). Сейчас в определенных случаях нужно преодолевать без подзарядки большие расстояния, поэтому возникла потребность в наземных дронах с запасом хода на одном заряде аккумулятора до 40 километров. Для этого можно использовать более мощный аккумулятор или в некоторые аппараты можно установить дополнительные батареи.
Читайте также: Воюют робопсы: воинов на Донбассе усилили новейшей разработкой
— Пожалуйста, расскажите о себе. Чем вы занимались в гражданской жизни?
— Бизнесом в сфере торговли. Опыт работы в бизнесе и то, что у меня много друзей и хороших знакомых среди предпринимателей, очень помогает, в частности, когда нужно собрать донаты на те или иные потребности подразделения.
— Наверное, в армии вы сначала были пехотинцем?
— В 2022 году я добровольно пришел в полк «Азов». Мы тогда с друзьями начали заниматься связью — «Старлинки», рации. Когда нас направили на Запорожское направление, перешел в пешую разведку, потому что мне по душе спорт — то, что называется «движевать». После выполнения нескольких сложных задач нас перевели на уровень разведки батальона. Мы добывали немало полезной развединформации.
— Были случаи, когда ваша жизнь висела на волоске?
— Да. Во время выполнения одной из задач мы подобрались очень близко (30 метров) к врагу. Наша группа была не многочисленной — семь человек. Идущего первым побратима ранило в колено. Мы занялись его эвакуацией. Но противник открыл по нам огонь с трех точек. Мы несли раненого на себе по посадке (носилок не было). Рядом свистели пули, и я думал: что будет, будет. Повезло остаться в живых.
Важно понимать, что многие ребята воевали на передовой намного больше, чем я.
Читайте также: Война будущего в тактической глубине: новые герои фронта
— У вас есть оберег?
— У меня были определенные вещи, с которыми не хотелось расставаться, потому что относился к ним, как к оберегам. Но когда они рвались (речь о браслетах), относился к этому философски — если не можешь на что-то влиять, отпусти и иди по жизни дальше.
— Как вы пришли к идее продвигать использование на войне наземных дронов?
— Сейчас эпоха массового применения на фронте роботизированных комплексов, поэтому идея лежит, как говорится, на поверхности. Как я уже сказал, наземные дроны способны выполнять очень важные задачи — логистика, эвакуация раненых, инженерные задачи, ведение огня. Сначала мы создали Центр новых технологий NOVA. Впоследствии он перерос в роту с использованием наземных роботизированных комплексов (в составе Третьей штурмовой бригады). Важно отметить, что это была первая такого рода штатная структура в Силах обороны Украины.
Ранее «ФАКТЫ» рассказывали, как с помощью роботов бойцы Третьей штурмовой бригады заставили сдаться российских военных на Харьковском направлении (видео).
Фото из открытых источников
2631Читайте нас в Facebook
