«После попадания „Шахеда“ из-под завалов мы вытащили где-то 15 собак и кошек»: волонтеры сообщества «Київські кажани» помогают пострадавшим людям

«В нашей команде в основном молодежь до 20 лет»

— Какие работы на местах прилетов выполняют волонтеры «Київських кажанів»? — задаю вопрос Софии-Екатерине.

— Основная работа — зашивание оконных проемов пленкой или OSB-плитами, плюс — уборка мусора, помощь с переездом. А также различные другие работы, например, снять поврежденную дверь, подкрутить раму и т. д.

— Какие случаи вам больше всего запомнились на местах прилетов?

- Мне, наверное, больше всего запомнился случай на киевских Теремках, который произошел в феврале 2024 года: из-за прилета загорелась квартира зоозащитницы. Эта женщина находилась в тяжелом состоянии. Нашей команде выпало расчищать завалы в ее квартире на верхнем (где-то 13−15) этаже, в котором погибло много животных. Именно поэтому — массовой гибели четырехлапых от российского налета — тот случай меня поразил особенно сильно. Мы выкапывали из-под завалов их тела, складывали вместе, чтобы потом похоронить.

Замечу, что сейчас спасением животных (в том числе на местах попаданий) занимается организация KARG (Kyiv animal rescue group). А тогда, в 2024-м, вытаскивать погибших котиков и собак (их там было где-то 15) в той квартире пришлось нам. Среди этих животных было много щенков, которые находились закрыты в клетке, поэтому у них не было даже теоретически возможности убежать. В этой клетке они сгорели живьем.

— Раз это произошло на верхнем этаже, то попадание было в районе крыши?

- Нет, не так. Дом 18-этажный. «Шахед» влетел несколько выше середины дома.

Еще расскажу о случае, произошедшем в 2025 году после одного из самых масштабных обстрелов Киева баллистикой. Запомнился весь пострадавший дом, на котором мы работали. Там погибли люди, среди них парень, которому было 17 лет. Очень многие его друзья, одноклассники, ребята, с которыми он играл в футбол, присоединились к нашей команде. Часть из них до сих пор с нами. Это наши самые преданные волонтеры.

— А как вы присоединились к команде?

— Присоединилась в 2025 году. До этого я знала о «Київських кажанах» и была причастна к их работе, но как волонтер и член другой общественной организации. Знакомые, которые знали, что у меня есть опыт менеджмента и волонтерской работы на местах прилетов, пригласили в команду «Київських кажанів».

— Как организуете работы так, чтобы не мешать спасателям?

— Мы приезжаем на места прилетов где-то в 10−11 часов утра, когда пожары, как правило, ликвидированы. Так что мы имеем возможность начать помогать. Но бывает, что приступаем к работе, когда еще что-то продолжает гореть — все зависит от конкретной ситуации.

— Какие правила безопасности должны соблюдаться волонтеры?

- Базовые правила — нужно быть в закрытой одежде и закрытой обуви. Ну и — надеть каски, которые мы выдаем. Собственно, обеспечиваем волонтеров всем необходимым для работы: кроме касок, респираторами, рукавицами, очками, наушниками, инструментами и материалами (в том числе, расходниками, как, например, шурупы и т. п.). Человек может не знать, как пользоваться тем или иным инструментом, но не беда — научим.

Скажу еще кое-что о правилах безопасности. Особо подчеркиваем нашим волонтерам: если увидите взрывоопасный или любой другой подозрительный предмет, трогать его категорически нельзя. Надо сообщить о подозрительной находке координатору, и мы в штабе решаем, что делать (как правило, обращаемся к соответствующим службам).

— Наверное, у «Київських кажанів» сформировался костяк команды — люди, регулярно участвующие в ликвидации последствий попаданий?

- Да, есть стабильный состав волонтеров, среди которых — группа координаторов (то есть организаторов), я одна из них. Мы организуем приезд нашей команды на места прилетов людей, ориентируем, что именно там следует сделать. Как я уже говорила, снабжаем средствами индивидуальной защиты, инструментами и материалами.

— Волонтеры каких специальностей больше всего нужны на местах прилетов?

- Особых требований к квалификации волонтеров мы не выдвигаем. Главное — чтобы эти люди могли критически мыслить и имели искреннее желание помогать. А как выполнять работу, мы расскажем и покажем.

— Сколько примерно людей в вашей команде?

- Если говорить об администраторах, то нас 13. Всех наших волонтеров сосчитать непросто, потому что состав меняется. Однако можно сказать, что около 30−40 человек работают регулярно.

К тому же время от времени приезжают помогать те, кто уже длительное время не появлялся. Вы спросили о количестве. Я вам отвечу так: всего в нашем сообществе около полутора тысяч добровольцев, но определенная часть из них принимала участие в ликвидации последствий прилетов один-два раза в год.

Следует понимать, что на каждом доме, пострадавшем от прилета, к нам присоединяются новые добровольцы. Бывает, что люди узнают о нашей команде после того, как их жилье (или дом недалеко от их них) получил повреждения от российских ракет или дронов. Увидев, как мы работаем, многие из этих людей присоединяются к нам, становятся нашими волонтерами.

— Преимущественно кто участники вашей команды? Это молодежь? Люди средних лет? Женщины? Мужчины?

— В основном молодежь в возрасте до 20 лет (старшеклассники и студенты). Есть и старшие, но 25 лет — это предел. Девушек несколько больше (процентов где-то 60), чем парней.

— Вы тоже учитесь?

— Да — на втором курсе университета.

«Стараемся работать с 10−11 утра до 8−9 вечера. Но на одном из недавних объектов мы почти до полуночи „дошивали“ последние поврежденные оконные проемы»

— У вашей команды есть спонсоры?

- Наши спонсоры — это неравнодушные граждане. Большинство закупок делаем за деньги, собранные на благотворительные «банки» (счета в том или ином банке — Авт.). После очередного обстрела люди (в том числе благодарные жильцы, которым мы помогли) сбрасывают нам средства. За эти деньги закупаем все необходимое для преодоления последствий прилетов.

Государство мы просим снабжать нас пленкой и OSB-плитами для зашивания оконных проемов. Но не всегда нам это дают. Поэтому подключается благотворительный фонд «Рокада», у которого есть определенный запас этих материалов. Его активисты привозят их в пострадавшие дома, бесплатно раздают жильцам, и мы помогаем зашить оконные проемы. Еще раз скажу, что наше участие очень важно, потому что эту работу выполняем уже через несколько часов после прилетов.

— У команды есть склад для хранения инструментов в материалах?

— Да, склад есть. Но если работаем на локации, на которой работы не на один день, оставляем инструмент и материалы на ночь в палатке нашего штаба и выставляем охрану. После завершения работ отвозим инструменты на склад.

— Как организовано питание волонтеров?

— К поврежденным прилетами домам приезжают волонтерские полевые кухни (например, команды «Бойовий волонтер»). Также подключаются коммерческие рестораны — доставляют комплексные обеды. Мы благодарны всем, кто снабжает едой, чаем, кофе жителей пострадавших домов, сотрудников спасательных служб и нас.

— Бывают случаи, когда приходится оказывать жителям еще и психологическую помощь?

— Бывает, но не часто, ведь на пострадавших локациях работают психологи ГСЧС (Государственной службы по чрезвычайным ситуациям- Авт.), а также волонтерских организаций. Мы перенаправляем к ним людей, нуждающихся в психологической помощи. Ведь в этих ситуациях главный принцип — не навредить.

— Сколько примерно часов ваша команда работает на поврежденных объектах? Это может быть с утра и до вечера?

- Стараемся работать с 10−11 утра до 8−9 вечера. Но если есть неотложная работа, то, конечно, не оставляем ее на завтра. Скажем, с одного из недавних объектов я возвращалась домой уже после наступления комендантского часа, потому что почти до полуночи мы «дошивали» последние поврежденные оконные проемы. Надо было завершить эту работу, и мы трудились, сколько было нужно.

Ранее «ФАКТЫ» публиковали интервью с писательницей Зоей Казанжи, которая считает, что когда в стране война, каждый должен делать то, что у него лучше получается.

Фото предоставлены Софией-Екатериной Колесник

35

Читайте нас в Facebook