Маленький розовый «узелок» на спине у пациента оказался раком кожи, захватившим участок мышц размером с ладонь
«Врачи советовали обращать внимание на пятна и уплотнения, которых немало на моем теле»
Договариваясь побеседовать с Анатолием, я учла его просьбу — сначала дождаться результатов очередного обследования и убедиться, что причин для беспокойства нет. Ведь диагноз — редкая форма рака кожи (дерматофибросаркома. — Ред.) — имеет такую особенность: очень высокий риск рецидивов. К счастью, на данный момент их нет.
— Когда я нащупал на спине какое-то уплотнение, сразу попросил жену посмотреть, что же там такое, а она ответила: «Похоже на прыщик», — вспоминает 53-летний Анатолий. — Мне уже приходилось обращаться к дерматологам, чтобы удалить несколько новообразований. Они были доброкачественными. И все же врачи предупредили, что у меня есть склонность к появлению подобных образований, и посоветовали регулярно проверяться у дерматолога.
— Вы так и делали?
— Конечно. Тем более что кожа выглядела не идеально — на ней были светлые и темные пятна, выпуклые образования разной окраски. Однажды семейный врач обратил внимание на тот самый небольшой розовый узелок у меня на спине и посоветовал побывать у дерматоонколога. Я обратился в клинику профессора Ольги Богомолец. Во время консультации Ольга Вадимовна назначила мне диагностическую биопсию. Так был установлен точный диагноз.
— Вам объяснили, что это за заболевание?
— Да. Дерматофибросаркома — злокачественное новообразование, которое поначалу казалось небольшим, на самом же деле оно способно захватывать значительные участки мышечной ткани. Поэтому удалять его приходится в несколько этапов, под контролем специалистов Лаборатории дерматопатологии. Удаленные ткани там проверяют, чтобы убедиться: края раны чистые, злокачественные клетки хирург убрал полностью. Это необходимо, чтобы снизить риск рецидивов. Метод удаления опухоли называется МОС-хирургия.
— Большой ли участок был поражен раком?
— Его размер был примерно с ладонь. Операция состояла из пяти этапов, и каждый длился от трех до шести часов. После вмешательства рану не закрывали, пока не получили результат из лаборатории. А вот на завершающем этапе, убедившись, что злокачественных клеток в ране нет, хирурги сделали пластику.
— Для того чтобы закрыть рану, понадобилось пересадить кожу с другого участка?
— Нет. Несмотря на то что рана была большой, врачам удалось обойтись без пересадки. Эта чрезвычайно сложная пластическая операция длилась почти шесть часов. И что удивительно — на спине остался лишь небольшой рубец. Контрольное обследование показало: злокачественные клетки не успели распространиться по организму.
«Видимая часть опухоли растет незаметно, очень медленно и безболезненно»
Профессор Ольга Богомолец подчеркивает: решающим в борьбе с раком кожи (так же, как и с другими онкологическими заболеваниями) является время. Заметив подозрительное образование на коже, нужно как можно быстрее обратиться к дерматологу, чтобы врач установил диагноз и подобрал метод лечения.
— У нашего пациента Анатолия очень редкая форма рака кожи, — говорит известный дерматолог профессор Ольга Богомолец. — Дерматофибросаркома протуберанс имеет определенные особенности. Она способна маскироваться под любое новообразование. Обычно человек даже не обращает на него внимания. Но видимая часть новообразования (кожный узелок или бляшка телесного, розового, бурого цвета) растет значительно медленнее, чем невидимая, значимых клинических признаков практически не имеет. Чаще всего узелки появляются на туловище — спине, груди, плечах, реже — на конечностях, голове, шее. Но могут возникнуть в любом месте.
— Кто особенно склонен к этому заболеванию?
— Болеют и мужчины, и женщины, обычно в возрасте 25−50 лет. Участок кожи, пораженный раком, со временем становится более плотным и немного выступает над здоровой кожей (протуберирует). Но то, что мы видим глазом, не соответствует реальному размеру опухоли. В этом ее наибольшая опасность. Годами образование не дает о себе знать (нет ни боли, ни зуда), но оно очень агрессивно — прорастает глубоко в дерму, в подкожную клетчатку, поражает фасции, мышцы. По статистике, примерно в пяти процентах случаев возникают метастазы. Такой рак кожи сложно диагностировать. Он не имеет ярко выраженных дерматоскопических признаков, то есть врач, даже осмотрев опухоль с помощью дерматоскопа, не всегда может заподозрить рак. Новообразование часто путают с доброкачественной дерматофибромой.
Установив нашему пациенту Анатолию редкий диагноз — дерматофибросаркома, — мы предложили проконсультироваться еще в швейцарской клинике, с которой сотрудничаем. Это было сделано. Диагноз полностью подтвержден. Мы используем сегодня уникальные возможности телемедицины. Например, наш микроскоп (через облако) можно подключить к рабочему месту врача-патолога за границей и получить еще одно экспертное мнение.
— Диагностика сверхважна для выбора метода лечения…
— Безусловно. Есть еще важное предостережение. Ни одно образование на коже нельзя удалять, не сделав диагностическую биопсию, не отправив ткань в лабораторию. А есть случаи, когда косметологи сами удаляют новообразования, не делая никаких анализов. Это очень неправильно, потому что можно пропустить опасную родинку.
Наши специалисты обязательно проводят диагностическую биопсию и передают материал в единственную в Украине специализированную Лабораторию дерматопатологии. Там для анализа применяют такой метод, как иммуногистохимия. Специальные маркеры позволяют абсолютно точно установить диагноз.
— Какие есть методы лечения рака кожи?
— Правильная патогистологическая диагностика является ключом для выбора тактики лечения. Кроме золотого стандарта — МОС-хирургии, — мы применяем обычное хирургическое удаление, криохирургию и даже лечение специальными кремами для поверхностных форм рака.
«МОС-хирургия позволяет не только удалить пораженную раком ткань, но и максимально сохранить здоровую»
— Объясните, пожалуйста, чем МОС-хирургия отличается от обычной хирургии?
— Используя традиционный подход, хирург не видит границу между здоровой тканью и той, которая поражена раком. Поэтому, с одной стороны, есть риск, что будет удален значительный участок здоровой ткани, с другой — что в ране останутся раковые клетки. Чтобы такого не случилось МОС-хирургия, согласно международным протоколам, признана золотым стандартом при лечении большинства видов рака кожи, а также поверхностной формы меланомы. У нас есть прекрасные результаты, которыми довольны и врачи, и пациенты.
Теперь подробнее объясню, как проходит операция. Врач выполняет ее поэтапно, каждый раз отправляя удаленную ткань в лабораторию. Этапов может быть несколько — два, три или больше. Далее — дело за патогистологической операционной диагностикой. Только тогда, когда патогистолог подтвердит, что рана чистая, что злокачественных клеток в ней нет, хирург выполняет пластическую операцию. Закрывает рану, перемещая местные ткани. Что касается дерматофибросаркомы, то МОС-хирургия позволяет довести до 99 процентов пятилетнюю выживаемость пациентов с этим диагнозом. Но из-за очень высокого риска рецидивов им требуется регулярное обследование.
— Пациенты, прошедшие лечение от рака кожи или меланомы, должны всегда проверять, не появились ли новые родинки?
— Врач подробно объясняет, с какой периодичностью нужно обращаться на консультацию тем, у кого было удалено доброкачественное или злокачественное новообразование. Ведь у таких пациентов склонность к появлению опасных родинок повышена. К счастью, в нашем арсенале есть различные методы, позволяющие выявить и удалить их.
Но вот почему я восхищаюсь МОС-хирургией — она изменила мышление хирурга. Главный подход — не только удалить пораженную ткань, но и максимально сохранить здоровую, то есть не навредить внешнему виду пациента. Это чрезвычайно важно, особенно когда речь идет о голове, и прежде всего лице. Ведь пораженными бывают нос, веки, щеки, уши. Нельзя потерять ни одного миллиметра здоровой ткани. Человек должен оставаться красивым.
— Когда был создан Центр лечения рака кожи и меланомы — МОС-центр?
— Он находится в структуре нашей клиники в общей сложности 15 лет, а почти два года назад мы выделили его в отдельное подразделение.
— Сколько операций выполняет МОС-центр?
— Работаем 7 дней в неделю. У нас шесть операционных в Киеве и две — во Львове. Ежемесячно проводим сотни обычных операций, криохирургию, около 50 вмешательств по методу МОС-хирургии. В Киеве оперируем пациентов со всей Украины. На операцию во Львов едут преимущественно из западных областей Украины и из-за границы.
— Долго ли нужно ждать очереди на консультацию и операцию?
— Попасть на консультацию к врачу можно в течение одной недели. Если понадобится обычная хирургия, операцию выполняют в день консультации. А время ожидания очереди на МОС-хирургию может составить 2−3 недели.
— Этот метод распространяется в Украине?
— Чтобы использовать МОС-хирургию, клинике необходимо иметь собственную лабораторию и опытных патологов. Хирургам также необходима особая подготовка. Наши хирурги имеют несколько специализаций — по онкологии, комбустиологии, реконструктивной хирургии. Поэтому могут и радикально удалять опухоли, и в тот же день делать реконструкцию. Но есть то, что полностью зависит от пациента: чем раньше он обратится к врачу, чем быстрее начнётся лечение, тем объём вмешательства будет меньше.
Ранее «ФАКТЫ» рассказывали, что подозрительную родинку нужно срочно показать врачу, чтобы предотвратить метастазы и спасти жизнь.
На фото в заголовке: Ольга Богомолец: «Врач не имеет права удалять ни одно новообразование, появившееся на коже у пациента, не выполнив диагностическую биопсию»
1766Читайте нас в Facebook
