Грузин из Луганска, украинка из Лисичанска. Как бывшие бездомные купили дачу без воды и кухни: история невероятной любви

Человек должен жить там, где ему нравится

Женщина выехала из оккупированного ныне Лисичанска за два года до большой войны. Ее сын Виталий сразу же после Майдана ушел служить в ВСУ, тогда ему было 27. Следом за ним, оставив ребенка на соседку, ушла на войну и невестка Алена. К сожалению, Светлана ничего не знает об их судьбе — связь с ними давно оборвалась.

В Полтаве остановилась потому, что это было относительно недалеко от ее родного города. Однако по дороге ее ограбили. Так без документов и без денег она оказалась в приюте.

Георгий Кокоашвили, родившийся во всемирно известной Алазанской долине на востоке Грузии, где живут виноделы, долгое время жил с семьей в Луганске, где поселился еще в начале 90-х, профессионально занимался выращиванием саженцев винограда. Уехав оттуда на заработки в Киев, домой после оккупации города уже не вернулся. Жена звала его в москву, куда она вывезла детей, однако мужчина наотрез отказался предавать Украину. «Человек должен жить там, где ему нравится, правильно? Поэтому я, понимаете, в Украине. Это очень хорошая, приятная страна с доброжелательными людьми», — говорит.

Читайте также: «Из моей семьи четверо воюют. После войны они не могут вернуться домой, потому что у них нет дома»: история переселенки

РЕКЛАМА

Со временем мужчина перебрался из Киева в Полтаву, но, оказавшись в финансовом затруднении, поскольку работодатель задерживал выплаты, вынужден был проситься в приют.

Вообще-то Георгий мастер на все руки, поэтому довольно быстро сумел преодолеть безденежье. Сейчас занимается индивидуальными ремонтами, преимущественно кладет плитку, и работает в мастерской по ремонту обуви неподалеку от БО «Свет надежды», где Светлана работает теперь поварихой.

Не так давно 58-летний Георгий сделал подарок своей любимой, оформив на нее приобретенный в рассрочку дачный дом. А себе за 1000 долларов купил в долг старенький автомобиль, за который ежемесячно выплачивает небольшие суммы средств.

Корреспондентка «ФАКТОВ» встретилась с парой в Центре адаптации, который располагается по переулку Шевченко, 5-а. На кухне, где хозяйничает Светлана, вкусно пахнет свежесваренным супом.

— Это меня Георгий Варламович научил добавлять во все блюда много приправ. Я раньше, если честно, кроме петрушки и укропа, других не знала, — улыбается женщина, помешивая варево в большой кастрюле. — А он, как настоящий грузин, всегда готовит с большим количеством приправ, тогда, говорит, получается вкусно. Сначала сам их сюда покупал, а потом жильцы приюта начали покупать в складчину.

Меню у постояльцев приюта довольно скромное. Утром — только чай с сахаром, в обед и вечером по будням — суп, а в воскресенье — борщ. По праздникам Светлана печет булочки. Средства на питание бездомных заложены в программе социального обеспечения и социальной защиты населения Полтавской городской территориальной общины «Турбота».

Поварихе обычно приходится готовить на двадцать человек, но порой бывает и на сорок. Количество людей в Центре адаптации варьируется. Оно растет, когда становится очень холодно или когда из мест лишения свободы одновременно выходит определенное количество людей.

— А почему страшно среди них? — переспрашивает Георгий. — Они такие же, как и все. Всегда важно видеть в человеке светлые стороны.

— Здесь живут не только бывшие заключенные, — добавляет Светлана. — Вот на днях у нас поселились отец с сыном из Полтавы, у которых сгорел дом. У дяди Саши вчера был день рождения, отмечали семидесятилетие. Волонтеры принесли торт, свечи, праздничные блюда. Еще и костюм ему подарили. Разные же ситуации в жизни бывают.

У Варламовича была заначка…

Согласно внутренним правилам Центра, тем, кто сюда обращается, восстанавливают документы, предоставляют прописку. Здесь есть несколько комнат адаптации. У тех, кто в них живет, есть полгода, чтобы устроиться на работу и отложить определенную сумму из заработка, чтобы сбережений хватило на аренду жилья и питание на первое время. Если им это не удается, то имеют право остаться еще на некоторое время.

Средства каждый клиент передает своему социальному работнику, который их учитывает и кладет в сейф, ключ от которого находится у руководительницы приюта. А когда человек покидает временное убежище, ему передают сэкономленную им сумму.

— У Варламовича, как оказалось, была еще одна заначка, поэтому мог позволить себе немного больше, — нежно поглядывает на своего гражданского мужа Светлана. — Следовательно, знакомя меня с Полтавой, угощал вкусняшками, дарил какие-то безделушки. Носил меня на руках… Мне были очень приятны эти знаки внимания. К тому же, он спокойный, уравновешенный, у него всегда можно спросить совета, какой-то жизненной подсказки. Да и вообще, с ним всегда интересно.

— Светлана очень душевная женщина, красивая внешне и внутренне, заботливая и надежная, — отвечает Георгий на вопрос, почему он влюбился в нее. — Вскоре после нашего знакомства со мной случилась беда — обнаружили рак легкого. Так после операции Светлана не отходила от моей постели, буквально поставила меня на ноги. Спасибо Богу, что он нас сюда привел.

Они намерены официально оформить свои отношения. Но только после того, как завершат ремонт в своем жилье. Пока что приспособили к жизни одну комнату. А в прихожей обустроили что-то вроде кухни. В дачном доме давно никто не жил, поэтому его и территорию вокруг нужно привести в порядок, чтобы не стыдно было гостей на свадьбу пригласить.

— Все произошло случайно, — рассказывает Георгий о том, как ему удалось приобрести крышу над головой. — Как-то разговорились с соцработницей Центра, Ольгой, и я сказал ей, что хотел бы купить дом. Она залезла в интернет и нашла объявление о продаже дачи по цене сто тысяч гривен. Половину суммы я заплатил сразу, а остальное выплачиваю частями. Еще шестнадцать тысяч остаюсь должен.

Дешево приобрел, потому что там нет воды. Придется пробивать скважину, а это дорого сейчас. Будет скважина, тогда уже пристрою душевую комнату.

Пока что переделал печку, это главное. Навес уже сделал. А к ремонту приступлю по весне.

— Иметь собственное обустроенное жилье — наша общая мечта, которую мы будем осуществлять вместе, — прижимается к мужу Светлана. — Возле дома есть несколько соток земли, сад новый посадим…

Георгий мечтал также о собственной машине. Вот уже четыре года он живет с одним легким, поэтому не может быстро ходить — задыхается. А от остановки общественного транспорта до нового жилья идти три километра. Тяжеловато пешком. Воплотить еще одну его мечту помог один приятель. Себе мужчина купил новую машину, а Георгию продал старую, всего за 1000 долларов. В мае следующего года он уже полностью рассчитается за покупку.

Читайте также: Модели не смотрят по сторонам: переселенка с Луганщины в 48 впервые вышла на подиум и говорит, что быть позитивной всегда актуально

— Кое-кто не верит, что так может быть, — улыбается Георгий. — Говорю таким: «Господь творит чудеса». Я человек верующий, по воскресеньям хожу в церковь и за все всегда благодарю Бога. И он посылает мне искренних и добрых людей, готовых помочь в любой жизненной ситуации. Бог может многое сделать. Надо только поверить.

Влюбленные забрали на новое место жительства и Боцмана — кота, которого они приютили, еще когда и сами не имели собственного дома. Его задача — ловить мышей, которых хватает на даче.

— Тут бездомная кошка как-то привела котят, и мы с Варламовичем взяли себе «мальчика», — рассказывает Светлана. — На ладони помещался. Но диким был: шипел, кусался. А потом так к нам привык, что спать устраивался только у Георгия под рукой. Мы волновались, что после переезда Боцман испугается новой обстановки и может куда-то убежать. Он и вправду два дня где-то блуждал. Видимо, изучал и метил свою территорию. Потом вернулся. Теперь уже не боимся отпускать его на улицу, если просится.

В приюте многие начинают оживать душой

В дачном кооперативе постоянно проживают сейчас только Георгий со Светланой. Но недавно познакомились с семьей соседей, которые наведались в свой загородный дом. Посидели за кофе с печеньем и конфетами. Спиртного в их компании никто не употребляет.

— А где бы вы жили, если бы не купили собственный дом? — спрашиваю своих собеседников.

— Арендовали бы квартиру, — отвечает Светлана. — Мы же не постоянно жили в приюте — снимали жилье. Но сейчас в Полтаве это «удовольствие» стоит все дороже и дороже. Да и хозяева разные попадаются: часто меняют условия в одностороннем порядке, повышают цены. Бывало, когда становилось трудно, снова возвращались в приют. Здесь никогда не отказывают тем, кто нуждается в жилье и тарелке супа. Особенно улучшились условия после того, как руководить заведением стала Марина Николаевна Переверзова.

Многие здесь начинают оживать душой. Потому что в этих стенах никто никого не осуждает, все друг друга поддерживают. Здесь есть не только кровати для сна, душ, но и комната для общения. Там можно посмотреть телевизор. Отсюда ребята и на войну уходят. Один, к сожалению, погиб, а еще один пропал без вести. Их портреты висят в коридоре. Очень хорошие ребята были. У них была здесь семья. И здесь о них помнят.

Читайте также: «Это не о бедности, а о возможностях»: дом в форме яйца построили из шин, соломы и глины переселенцы из Харькова в Хмельницкой области

Спокойно говорить о защитниках Светлана не может. Говорит, всегда перед глазами стоит сын.

— Когда Виталий сказал, что идет в АТО, я и плакала, и скандалы устраивала, — вспоминает. — Но, в конце концов, согласилась с его решением и отпустила с Богом. Он редко звонил, говорил коротко: жив-здоров, просил меня беречься. Я даже не успевала спросить, где он и как. А в 2015 году связь оборвалась. И я до сих пор не знаю ни его судьбы, ни судьбы невестки, ни судьбы своего внука. Не знаю, где их искать. Только Бога прошу, чтобы все были живы.

На оккупированной территории у женщины остались также две старшие дочери. С ними тоже нет никаких контактов.

Светлана всего пять лет прожила в браке — муж Александр работал дальнобойщиком, к сожалению, умер молодым. Она сама поднимала троих маленьких детей-погодков. Бралась за любую работу, лишь бы иметь какую-то копейку.

В Полтаве тоже перепробовала всякие заработки: была и сиделкой для старенькой бабушки, и уборщицей в супермаркете. Но с радостью вернулась в Центр адаптации, когда ее пригласили готовить для бездомных. Хоть здесь и платят минимальную зарплату, хоть и приходится работать без выходных, потому что нет сменщицы, но женщина чувствует, что здесь она на своем месте.

— Не знаю, вернусь ли когда-нибудь домой в Лисичанск… Когда вспоминаю свою предыдущую жизнь, начинаю плакать, — вытирает слезы Светлана.

Георгий прижимает ее к себе и успокаивает:

— Наш дом — Полтава. И счастье наше здесь.

Ранее в интервью «ФАКТАМ» писательница Зоя Казанжи сказала, когда в стране война, каждый должен делать то, что у него лучше всего получается.

На фото в заголовке Светлана Санжарова и Георгий Кокоашвили с котом Боцманом

Фото автора и Георгия Кокоашвили

2984

Читайте нас в Facebook