БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Интервью со звездой Наедине со всеми

Валерий Харчишин: "Лежу я в собственной спальне, и вдруг в дверях появляется вор..."

8:30 15 апреля 2015
Валерий Харчишин

Украинская рок-группа «Друга ріка», отметившая 20-летний юбилей, представит самую необычную за все время существования коллектива программу. В сопровождении оркестра народных инструментов «НАОНІ" презентует свой шестой альбом «Супернация»

За двадцать лет группа «Друга ріка», основанная друзьями-музыкантами из Житомирской области, стала одной из самых успешных и гастролирующих в нашей стране. Буквально на днях рокеры вернулись с гастролей по городам Украины, посвященных выходу их шестого альбома «Супернация». Точка в этом туре будет поставлена в Киеве. «Друга ріка» отыграет два концерта в Национальной опере Украины. Впервые музыканты будут выступать в сопровождении оркестра народных инструментов. В необычном концерте соединятся мощное звучание барабанов, бас-гитар с по-настоящему украинскими инструментами: бандурами, цимбалами и кобзами… На сцене одновременно будут находиться более 60 музыкантов. Это первый подобный творческий эксперимент для группы. О нем Валерий Харчишин рассказал корреспонденту «ФАКТОВ» за чашкой кофе. Заказанный завтрак — пирог с козьим сыром — так и остался нетронутым. Музыкант был настолько увлечен, что поесть просто забыл.


*В настоящее время группа «Друга рiка» — одна из самых успешных в нашей стране

— Мы играли с симфоническим оркестром, выступали с академическим хором, а вот с оркестром народных инструментов будем играть впервые, — говорит Валерий Харчишин.

— Почему рокеры вдруг решили выступать в оперном театре?

— В Национальной опере очень хороший зал, звук. Конечно, как и все творческие люди, мы очень переживаем, придет ли наш зритель. Ведь люди сейчас истощены и морально, и материально. Прежде чем потратить деньги на билет, они думают, целесообразно ли это? Ходить сегодня на концерты могут себе позволить только представители среднего класса, а они хотят слушать музыку в хорошем зале, в удобных креслах. Мы вот недавно выступали в роскошном отреставрированном дворце в Черкассах. Несмотря на то что билеты достаточно дорогие, зал был полный. А в скромный Дворец культуры в Белой Церкви пришло мало зрителей.

— Альбом «Супернация» на злобу дня?

— Ничего пафосного, кроме названия, в этом замысле нет. Песня «Супернация» была написана задолго до последних событий в нашей стране и никакого отношения к тому, что происходит сейчас, не имела. Мы высмеивали самих себя, аморфность нашего народа, беспринципность общества, которое само себя уничтожает. Люди мусорят где попало, но винят во всем только правительство. Но как оказалось, мы, украинцы, способны долго терпеть, но не бесконечно. Сейчас песня получила абсолютно иное звучание, приобрела актуальный серьезный смысл.

— Некоторые музыканты в своих песнях будто предсказывают будущие события…

— Творческие люди, наверное, более восприимчивы, интуитивно чувствуют дальнейшее развитие событий. Ведь недовольство витало в воздухе, чаша терпения народа была переполнена. Наша группа никогда не исполняла политических песен, но нас потрясли прошлогодние события во Врадиевке (тогда местные милиционеры избили и изнасиловали девушку. — Авт.). Мы написали песню «Назавжди», сняли клип с нашими, пардон, «мусорами». На одном из сборных концертов пели про хама, высмеивая Януковича, а он сидел в зале, улыбался и хлопал. Это просто верх цинизма. У нас в стране все было построено так, что никакой защиты государства простой человек не ощущал. Каждый должен рассчитывать только на себя, свою семью. Очень надеюсь, что сейчас рождается новая страна, с другими ценностями.

— Вы так эмоционально говорите. Сами стали жертвой системы?

— Считаю, что для всех должны быть одни правила и законы, государство обязано защищать своих граждан. Вот, к примеру, недавно ко мне в дом, находящийся под Киевом в лесу, залез человек. В тот день я остался дома, решил немного отдохнуть. Няня с детьми пошла на прогулку, я лежал в спальне на втором этаже. Вдруг неожиданно в дверях появляется некто в камуфляже, арафатке, с рюкзаком за плечами, в берцах. Я сначала опешил, потом кинулся к нему, готов был защищаться. А он говорит: «Тихо-тихо-тихо, свои-свои…» В одно мгновение перепрыгивает через лестницу на первый этаж, вылетает на улицу, как ниндзя, преодолевает забор высотой два с половиной метра… И все. Я подумал: «Может, человек заблудился или что-то искал?» Позвонил в милицию. «А где он?» — спрашивают. «Убежал!» — «Ну так чого ми поїдемо? Приїжджайте краще ви». Захожу в отделение: «Здрасьте! Вот заявление хочу написать». А они: «Дайте автограф. На концерти контрамарочки якісь маєте?» — «Дам, но сначала нужно решить проблему. Мне страшно, аж руки дрожат, у меня дети…»

В итоге мне посоветовали завести охрану, держать в доме оружие. Кстати, это у меня не первый такой опыт. Ограбили квартиру, в которой раньше жил. На лестничной площадке мы оборудовали колясочную, поставили решетки, замки. Купив велосипеды, поставили их там. Утром выходим — все украдено, вместе с решеткой и замками. Пришлось начать утро в участке. Два часа провел в очереди с не самыми приятными людьми, задержанными за различные нарушения, только для того, чтобы у меня приняли заявление. В итоге ничего не нашли.

— За городом живется спокойнее?

— Сейчас да. Но я с этим домом так намаялся. Сначала купил участок, решил строить на нем дом. Пока до этого дело дошло, у меня несколько раз пытались отобрать приобретенную и законно оформленную землю. Участок кому-то очень приглянулся, несмотря на то, что у него уже был владелец. Приезжали люди, которые представлялись сотрудниками СБУ, поверенные Петра Симоненко… Такое творилось! Но у меня железный аргумент — официальные документы. Как-только начал строительство — опять пошли делегации с претензиями, что якобы сосны спилил. Я вызвал специалистов, чтобы они изучили каждое дерево. Больные деревья лечили, а столетние, которым уже ничем нельзя было помочь, таки пришлось спилить. Причем на каждое дерево составлялся акт, и я платил по две тысячи гривен. Дом спроектирован таким образом, чтобы максимально сохранить деревья. Считаю, все изменения нужно начинать с себя. Хотите жить в правовой стране — будьте честным и боритесь за справедливость.

— Таким же непримиримым были и 20 лет назад, когда создавали группу?

— Старался делать все по максимуму. 20 лет назад мы не строили каких-то грандиозных планов, просто собирались с ребятами, играли и получали удовольствие. В те времена подростки шли не в игровые залы, а слушать музыку, сами пытались играть. На тот момент я закончил музыкальную школу, был трубачом. Сам уговорил родителей отвести меня к педагогу. Поскольку купить пианино или гитару в семье не было возможности, я учился играть на трубе. Через год настолько полюбил музыку, что не пропускал ни одного занятия. А потом решил поступать в муз-училище. У нас собралась своя компания.

Первой нашей репетиционной базой был гараж. Выгоняли машину гитариста Александра Барановского, заносили туда инструменты. Потом играли в педагогическом институте, где учились Витя Скуратовский и Тарас Мельничук. Тогда я был солистом «Козацького хору», а вскоре неожиданно даже для себя, 20-летнего парня, стал директором хора «Орея», который много гастролировал по Европе. Для занятий нашей группы я использовал свое служебное положение. Вечерами мы играли в помещении, отведенном для «Ореи». Это было здание бывшего Житомирского обкома партии. Нас долго не принимала и не понимала публика, наверное, наша музыка была достаточно тяжелой. Но мы не думали о славе, творили в свое удовольствие.

— На что жили?

— Получал ставку директора хора, плюс мы с Витей параллельно занимались мелким бизнесом. Продавали все, что могли: алкоголь, сигареты, технику… Деньги на девушек и пиво были всегда. Иногда выпивали пива слишком много, но в итоге в группе остались те, кто музыку любил больше, чем выпивку. Мы решили принять участие в музыкальном фестивале в Великобритании. В 1996 году отправили заявку, демо-записи — и нас пригласили. Собрали документы, но визы нам не открыли. Думаю, если бы тогда уехали, то вряд ли вернулись бы.

Этот отказ стал толчком в развитии группы. Начали изменять репертуар, стали сочинять песни на украинском языке. В 1999 году переехали из Житомира в Киев, принимали участие в разных фестивалях. Нас стали понимать и любить. Не было такого, чтобы бац — и мы проснулись знаменитыми. Известность появлялась постепенно.

— О ваших поклонницах ходили легенды.

— Их становилось все больше и больше. Это тема для отдельного интервью. Много личных историй, о которых не могу рассказывать.

— Как и о проблемах в группе?

— Вокруг этой темы было больше разговоров, публикаций в прессе, чем самих проблем. Один человек ушел из коллектива, это правда. Жалко, конечно, столько лет вместе. Но это его решение, дай Бог ему творческих успехов. Причинами разногласий, как правило, являются семейно-бытовые неурядицы, творческие споры, материальный статус… Но когда человек перестает заниматься группой, не посещает репетиции, концерты, съемки, от этого страдает весь коллектив. И мы решили эту проблему. Кардинально.

— Валерий, семь лет назад вы попали в серьезную аварию, получили тяжелые травмы и перенесли несколько операций. Теперь, наверняка, стали более аккуратным на дороге.

— На эту тему расскажу анекдот. Любовник, которого застал муж, прыгает с девятого этажа и, прощаясь с жизнью, клянется себе, что больше никогда не будет ходить к замужним женщинам. Удачно приземляется и говорит: «Две секунды летел, а столько дурных мыслей пришло в голову».

— Значит, продолжаете гонять со скоростью 180 километров в час?

— Я и до 250-ти разгонялся. В Киеве есть одна такая трасса, где можно это себе позволить, когда никого нет на дороге. Но я не хулиган автомобильный, стараюсь ездить по правилам. Причиной того злополучного ДТП стало вовсе не превышение скорости. Я просто уснул за рулем. Помните, будучи в больнице, я вам рассказывал, что мне помешал какой-то грузовик. Скорее всего, он мне приснился. В то утро я чувствовал себя неважно, устал, не выспался после концерта, но решил пораньше отправиться в Житомир, чтобы забрать из роддома жену с новорожденным сыном (сейчас у Валерия трое сыновей. — Авт.). Вез все необходимое для малыша, коляску. В тот день еще дождь моросил. Отъехав километров 50 от столицы, я в какой-то момент уснул и врезался в дерево. Уже после аварии несколько раз ловил себя на том, что из-за усталости засыпаю. Поэтому, как бы я не спешил, останавливаюсь и отдыхаю. Сейчас у меня безопасный автомобиль, он сам сбрасывает скорость, когда считает нужным.

— Вы стали одним из инициаторов того, чтобы после смерти Кузьмы концерт группы «Скрябин» таки состоялся?

— Я настаивал на том, чтобы этот концерт провели достойно и подготовились к нему как следует. Признаюсь, не все артисты с этим соглашались. Для меня же очень важно, чтобы получился концерт, который понравился бы самому Кузьме. Я буду петь самую актуальную песню под названием «Кинули».

— С Кузьмой вы были близкими друзьями?

— Он стал первым человеком из шоу-бизнеса, с которым мы познакомились после переезда в Киев из Житомира. И Кузьма, и Шура, который оставался в группе «Скрябин», и Ростик Домишевский помогали записывать наш первый альбом, подсказывали, что и как нужно играть.

— Какой вы видите свою группу через 10 лет?

— Встретимся лет через 10 и поговорим. Загадывать далеко вперед в наше время сложно. Жизнь слишком непредсказуема.

8068

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Читайте также
Новости партнеров