ПОИСК
Інтерв'ю

Лариса Лужина: «Фурцева вычеркнула меня из списка актеров, которым был разрешен выезд за границу»

7:00 4 березня 2014
Сегодня народная артистка России отмечает 75-летие

Несмотря на годы, Лариса Лужина до сих пор активно работает. Она играет в нескольких антрепризах и колесит с ними по городам России. Лужину любят и кинорежиссеры, выписывая для нее роли в сериалах. Зрители же помнят Ларису Анатольевну по советским фильмам «На семи ветрах» Станислава Ростоцкого и «Вертикаль» Станислава Говорухина. Красавица-актриса была украшением в каждом из них. Ей приписывали романы с Владимиром Высоцким и Вячеславом Тихоновым. После работы над немецкой картиной «Доктор Шлюттер» Лужиной предлагали навсегда остаться в Германии. Актриса отказалась, заявив, что счастлива может быть только в родной стране. «Не знаю, может, тогда я и сглупила, — вспоминает сегодня Лариса Лужина. — Хотя верю в то, что все происходящее с нами не случайно. Значит, я должна была жить здесь…» «ФАКТЫ» поговорили с известной актрисой, когда она уже была на чемоданах. Накануне своего юбилея Лариса Лужина улетела в Японию, где и отметит 75-летие.

— Последние пять лет я не отмечаю дни рождения в Москве, — сказала Лариса Анатольевна. — Стараюсь обязательно куда-нибудь уехать — на гастроли или в отпуск. И этот год не станет исключением. Сейчас у меня юбилей, дата достаточно грустная и солидная, поэтому не хочу лишних напоминаний о ней.

— Кто составит вам компанию?

— Светлана Светличная. Эта поездка — подарок благотворительного фонда Миронова, который поддерживает актеров. Я ни о чем не просила, но была счастлива, узнав, что у меня появилась возможность увидеть Японию и провести там целых 10 дней. Говорят, в этой стране плюсовая температура и уже начинает цвести сакура. Никогда не была в Японии, думаю, это хороший знак — в свой юбилей увидеть сказочные распускающиеся деревья.

— Мечты сбываются…

— Это точно. Я уже ни о каких подарках особо не мечтаю. Да и не нужно мне ничего, кроме какой-нибудь хорошей роли. Пока есть еще силы, хочу поработать. Осталось ведь мне не так уж и много… Но расслабляться нельзя. Если будешь сидеть дома, энергия вытечет вся до капельки. А когда работаешь, находишься в тонусе, то забываешь о проблемах и болячках. В этом смысле спасибо актерской профессии, которая не позволяет расклеиться. Наоборот, каждый свободный день становится праздником. Главное, чтобы период отдыха не затягивался, поскольку ничего, кроме актерства, я не умею. У меня нет увлечения, как, например, у Валечки Теличкиной, которая создает картины, организовывает выставки. Я ленивая. Организовать меня может только моя профессия.

— Никогда не жалели о том, что выбрали ее?

— Мечтала стать актрисой с четырех лет. Первый раз выступила перед зрителями, когда мы с мамой были в эвакуации на Кузбассе. Мама работала на мясокомбинате, где на новогоднем утреннике я прочитала стих Твардовского «Исповедь танкиста». Зрители так растрогались, что меня даже наградили… котлетой. В голодные военные времена о большем подарке никто и не мечтал. До сих пор помню вкус этой котлеты… Когда мы после войны стали жить в Таллине, я сразу же записалась в театральный кружок Дома пионеров. Кстати, вместе со мной там занимались Володя Коренев, Игорь Ясулович. С детских лет мы все мечтали об одной профессии. Не знаю, как сложилась бы жизнь, не попади я в Институт кинематографии!

— С какого раза вы поступили?

— Со второго, но, видимо, меня вела сама судьба. Первый раз, когда поехала в Ленинград поступать в Институт театра, музыки и кино, с треском провалилась. Потом три года работала. Сначала на фармацевтическом заводе, затем на кондитерской фабрике и даже в Таллинском доме моделей. Когда я поступила во ВГИК, мне исполнился уже 21 год, это многовато для актерского факультета. Меня приняли даже без экзаменов.

— Говорят, сам Сергей Герасимов за вас замолвил слово?

— Он и был тем человеком, который открыл мне путь на экран. Хотя своей крестной матерью в кино называю режиссера Лейду Лайус. В тот год Герасимов набирал курс во ВГИК и ему не хватало одной девушки. Я была знакома с Лейдой, которая была практиканткой в институте. Она-то и предложила мою кандидатуру Сергею Аполлинариевичу. Герасимов сказал: «Пусть приходит, я на нее посмотрю». Я приехала к Сергею Герасимову прямо домой, прочитала какой-то отрывок и была зачислена к нему на курс. Среди моих однокурсников были Коля Никоненко, Галя Польских, Женя Жариков, Таня Лаврова, Лида Федосеева. Вместе с Герасимовым занятия вела его супруга, актриса Тамара Макарова. Она в основном и занималась девочками. Макарова была для нас примером женственности, такта, интеллигентности и вкуса. Для своих студентов супруги были как вторые родители.

— В фильмах Герасимов снимал исключительно своих студентов.

— Это правда. К тому же благодаря Сергею Аполлинариевичу я попала в картину Станислава Ростоцкого «На семи ветрах», где сыграла главную роль. Изначально Ростоцкий хотел снимать другую актрису, но Герасимов как художественный руководитель объединения сказал на одном из собраний: «Товарищи, по-моему, Лариса может справиться с этой ролью». Благодаря ему меня и взяли в картину. Потом я объездила с этим фильмом практически весь мир. Первым был фестиваль в Каннах.

— В чем вы блистали на красной дорожке?

— Кто-то из студентов-иностранцев перед поездкой продал мне очень красивое американское платье — на тоненьких бретельках, приталенное, с широкой юбкой. На плечи я накинула шарф, который одолжила для Канн моя подруга актриса Ляля Шагалова, купившая его во Франции. Он был длиннющий, черный с белым. Я закуталась в шарф, как в палантин. После показа мы были приглашены на прием. Я быстро сходила в гостиницу и переоделась в платье, которое купила накануне в одном из магазинов в Каннах. Оно было голубого цвета, по фигуре, до середины колена. Как написали потом в газете: «Советская актриса Лариса Лужина была в платье, достойном Мэрилин Монро…»

Правда, этот прием едва не стоил мне дальнейшей карьеры. Дело в том, что один из гостей пригласил меня танцевать твист. Этот танец в Советском Союзе считался непристойным и запрещенным. Но мы-то, молодежь, конечно, его танцевали. В общем, я пустилась в пляс, это сфотографировали и напечатали в одном из французских журналов, который кто-то из «доброжелателей» положил на стол министру культуры СССР Екатерине Фурцевой. Это был 1962 год, время «железного занавеса». Фурцева разгневалась, сказала, что я вела себя неприлично и вычеркнула меня из списка актеров, которые могли выезжать за границу. Не знаю, как бы сложилась моя судьба, если бы не Сергей Герасимов. Он пошел к Фурцевой, взял вину на себя, сказав: «Это я заставил Ларису танцевать, поэтому расправляйтесь со мной, а не с ней». Меня простили.

— В советское время вы активно снимались. Это сделало вас состоятельной?

— Что вы! Актерам платили копейки. За картину «На семи ветрах» я получила всего 800 рублей. Жила, как все, от зарплаты до зарплаты. Когда появились какие-то свободные деньги, вложила в кооператив и стала работать на него. Конечно, если бы у меня за спиной оказалось крепкое мужское плечо, было бы намного легче.

— Неужели никто из ваших трех мужей таким не стал?

— Нет, они были скорее за моей спиной. Еще студенткой я стала сниматься в кино, зарабатывала деньги. Мои первые два мужа были операторами, которые только начинали свои шаги в кино. Третий… Не хочу о нем вспоминать.

— Говорят, за вами ухаживал сам Владимир Высоцкий.

— У нас были хорошие, дружеские отношения. Володя посвятил мне песню «Она была в Париже», и все подумали, что у нас роман. На самом деле ничего не было. Иначе Высоцкий написал бы для меня более лирические стихи. Когда мы встретились с Володей на съемках картины «Вертикаль», у него еще не было романа с Мариной Влади и он никогда не был в Париже. Да и вообще за границей. Я же, объездившая много стран, рассказывала ему о своих впечатлениях, он слушал и сочинил знаменитые строки.

*Вместе с Владимиром Высоцким Лариса Лужина снялась в фильме «Вертикаль»

— Но Станислав Ростоцкий уж точно был в вас влюблен?

— Да, он ухаживал. Ростоцкий из тех режиссеров, которые должны быть влюблены в свою главную героиню. Иначе не получается картина. Но близких отношений у нас с ним не было. Более того, даже работа совместная не складывалась, пока не вмешался Герасимов, сказав: «Стасик, меняй отношение к Ларисе, сама она с ролью не справится…»

— В картине «Так начинается легенда» вы сыграли маму первого космонавта Юрия Гагарина. Вы были лично с ней знакомы?

— Моя встреча с Анной Тимофеевной произошла в Гжатске. Я туда поехала по собственной инициативе. Анна Тимофеевна жила в небольшой одноэтажной постройке, поскольку в старом доме семьи открыли музей. Мне было важно перед началом работы поговорить с мамой Гагарина, перенять какие-то ее манеры. А второй раз я увидела Анну Тимофеевну на премьере картины. Там был и Дмитрий Орлов, сыгравший роль Юры. Когда картина закончилась, Анна Тимофеевна обняла Орлова и сказала: «Дима, спасибо, ты для меня заново возродил Юрушку». Да, сейчас оглядываюсь на свою жизнь и понимаю, какой насыщенной событиями и людьми она была.

— Вам бы книгу написать…

— Нет у меня писательского дара. Хотя уже давно думаю над тем, что все мои воспоминания надо бы записывать. Но пока времени на это не остается. К тому же я еще мечтаю о своей главной роли. Знаете, чего мне хочется? Сыграть судьбу интересной женщины, с богатым багажом за плечами, как у меня самой. А что, может, и саму себя сыграть…

Фото в заголовке windowrussia. ruvr.ru

4894

Читайте нас у Telegram-каналі, Facebook та Twitter

Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів
 

© 1997—2021 «Факти та коментарі®»

Усі права на матеріали сайту охороняються у відповідності до законодавства України.

Матеріали під рубриками «Офіційно», «Новини компаній», «На замітку споживачу», «Ініціатива», «Реклама», «Пресреліз», «Новини галузі» а також позначені символом публікуються у якості реклами та мають інформаційно-комерційний характер.