Интервью со звездой Наедине со всеми

Ирена Карпа: «Если вдруг случится война, отправлю детей в безопасное место, а сама пойду служить»

7:30 27 марта 2014   8973
Ирена Карпа
Лилия МУЗЫКА, «ФАКТЫ»

Известные украинские писатели приняли участие в самой крупной в Европе Лейпцигской книжной ярмарке, где не только представили свои новинки, но и презентовали выставку, посвященную героям «Небесной сотни»

Престижный книжный форум в Лейпциге, в котором принимают участие более двух тысяч издательств и книжных организаций из 43 стран мира, в этом году собрал рекордное количество посетителей — около 175 тысяч человек. Небывалый интерес на книжной ярмарке в Лейпциге вызвал украинский стенд. Его представляли известные украинские писатели Андрей Курков, Сергей Жадан, Иван Малкович, Саша Дерманский, Галина Малик, Наталья Гузеева, Ирена Карпа. Для них этот книжный форум стал особенным. Ведь писатели не только демонстрировали свое творчество, но и рассказывали иностранцам правду о том, что сейчас происходит в Украине, в Крыму, что такое Майдан и почему он возник. О его последствиях свидетельствовала фотовыставка, посвященная героям «Небесной сотни». Многих из них Ирена Карпа знала лично. Да и сама, как и Сергей Жадан и Андрей Курков, была активной участницей Майдана.

— Больше всего людей собрала дискуссия на тему Майдана, была полная аудитория, посетители стояли в проходах, — рассказывает Ирена Карпа. — И это несмотря на то, что в Лейпциге очень активно работала антиукраинская пропаганда. Посетители задавали самые разные вопросы. Им было важно услышать рассказы участников событий. У Сергея Жадана, которого жестоко избили в здании Харьковской облгосадминистрации за то, что отказался стать на колени перед пророссийскими «самооборонцами», еще нитки из швов на лице торчали. Мы над ним даже подшучивали: спасибо, что живой.

— А что за пропаганда?

— Юрию Андруховичу всучили буклетик от какого-то немецкого издательства. Мол, Вашингтон и Берлин объединились в заговоре против России и провернули все это на Майдане в Украине. Потом наш фотограф Ростик Шпук выбил эти буклеты из рук у какого-то дяденьки и поднял шум, кричал: фальшь, фальшь, это все неправда. А дядя орал тонким голоском, что его убивают фашисты. Но тогда прибежали молодые немцы, адекватно оценившие ситуацию. Еще меня поразил тот факт, что во время перелета из Мюнхена в Киев на борту самолета компании «Люфтганза» стюардессы раздавали пассажирам российскую газету «Вести». Был там и «Коммерсантъ». Что это? Германия вроде нас поддерживает, о санкциях объявляет.

— Как реагируют на события в Украине рядовые немцы?

— У них очень мало объективных данных. Большинство узнает информацию из российских источников. И со мной произошел смешной случай во время автограф-сессии. Подошел немец и начал спрашивать, в чем разница между украинским и русским языком, правда ли, что в Украине запрещают русский язык, бросают в тюрьму, если говорят на русском… Как могла, объяснила ему, что на самом деле половина людей на Майдане точно были русскоговорящими, из разных регионов Украины. Я лично убедилась в географии протестующих, когда развозила раненых бойцов по подпольным больницам. Были люди из Сум, Харькова, Крыма, Киева, Львова…

В какой-то момент общения с немцем у меня возникла сложность, не могла подобрать правильные слова. И тут к нам подошла русскоязычная девушка и предложила услуги переводчика: я с ней по-русски, она этому дедушке по-немецки. Дед такой доставучий попался. По ходу беседы девушке самой стало интересно, и она начала задавать странные для меня вопросы: «Вот мне в мае надо с телегруппой ехать в Украину, это опасно или нет?» Я на нее глаза «по пять копеек», отвечаю: «У вас же здесь есть возможность смотреть объективные телеканалы, читать прессу, почему вы меня спрашиваете?» — «Но я же в Западную Украину поеду, там по-русски заговорю как переводчик, что это будет, меня схватят бандеровцы?» Я посоветовала ей просто поехать в Западную Украину и самой во всем убедиться. Даже обрадовалась, ведь изменилось мнение об Украине хоть у одной русской. Поблагодарила девушку за то, что тысячи россиян вышли на марш мира в Москве. Она очень удивилась, поскольку не в курсе этих событий. Мне показалось, что иностранцы действительно мало знают о нашей стране из украинских источников.

— Но ведь они могут пользоваться интернетом, смотреть телевизор по спутнику?

— А кто им это переводит? У меня брат живет в Германии, жена у него из депортированных казахских немцев. Она сразу переключилась на нормальную психологию, объективно воспринимает информацию, рассказывает правду детям об их родине. А вот их родственники в Германии смотрят российские каналы и принимают все за чистую монету, считая, что «расстрелять надо всех этих бандеровцев». Получается, что начинать нужно с меня, моих племянников… Не могу понять, как можно так зазомбировать людей. Ведь они были в Западной Украине, их там кормили-поили, водили на экскурсии… Но российский телевизионный ящик оказался сильнее украинского радушия.

— О чем чаще всего спрашивают немецкие журналисты?

— О Майдане, радикалах. Их это очень тревожит, думают, что у нас погромы, насилие. Объясняла, что так называемые радикалы (и я в том числе) вышли на улицу не для того, чтобы добиться каких-то льгот, материальных благ, а хотят отстоять свободу, выступить против милицейского беспредела, чтобы милиция не бросала нас в тюрьмы и не требовала взяток за то, чтобы закрыть надуманное дело… Но главное, мы сломали советскую систему, умудрились перегрызть эту совковую пуповину. Благодаря тому, что у нас случилось с Крымом, полному безобразию, украинцы сумели объединиться. Стали еще сильнее, чем во время Майдана. Тогда даже старички и инвалиды жертвовали свои сбережения, приносили еду, вещи.

— Чем вы занимались на Майдане?

— Варила дома супы и привозила ребятам, ездила в Межигорье кормить животных, а оттуда, из мини-фермы Януковича, доставляла на Майдан молочную продукцию и раздавала людям, собирала информацию о пострадавших и искала возможности помочь им. Сейчас работаю в логистическом штабе, занимаемся не политическими, а практическими вещами: расселяем людей, покупаем необходимые вещи, продукты… Ведь майдановцы не расходятся. Они выстояли в мороз под водометами, не разбежались, когда их обстреливали снайперы. Готовы дальше отстаивать то, за что боролись. Знаете, за это время у многих перевернулось сознание. Ведь раньше мы, женщины, считали своих мужиков пузатыми, лысыми, небритыми тряпочками. А они показали нам, что на самом деле смелые, мужественные и решительные!

*Ирена Карпа варила дома суп и носила на Майдан

Я работала в украинско-французской организации «Белый слон», которая помогала нашим детям-сиротам, отправляла их на лето во Францию. Эта организация предложила взять шефство над детьми героев «Небесной сотни», готова принять их летом. Сейчас собираем информацию о детях и будем готовить документы. Французы берут на себя все расходы. Могу заверить (ведь сама была куратором таких групп), что там о них действительно позаботятся. Многие ребята потом остаются на учебу во Франции. Самое страшное, что некоторые директора детдомов вместо сирот отправляют по подобным программам своих отпрысков, детей родственников или всех желающих — за определенную плату. Однажды отказали в поездке трем сестричкам из детдома семейного типа. Мол, нечего им туда ехать, увидят лучшую жизнь — сильно расстроятся. Меня это просто убило. Против жлобства и коррупции я буду бороться всегда.

— Психологи говорят, что из-за ситуации в стране мы находимся в состоянии стресса вот уже четвертый месяц. Как вы с ним справляетесь?

— Считаю себя крепким орешком. За весь период Майдана плакала только два раза: когда увидела тела в Михайловском соборе после расстрела снайперами и когда заносили 19-летнего мальчика на Майдан. Он был из Збаража. Просто сдали нервы, он ведь такой молодой… Когда хоронили героев, было очень трудно сдержаться. Сейчас у меня отвращение к новостям, ко всей истерике, которая на «Фейсбуке» проходит, где ругают новую власть, приветствуют действия Путина. Нужен конструктив. Если тебе что-то не нравится, дави объективно, предлагай решения, делай что-то полезное.

В Тернополе ребята, которых я ранеными вытаскивала из Дома офицеров и отвозила в подпольные больницы, теперь контролируют решения облсовета, горсовета. В кресла сели новые чиновники, но, по большому счету, ничего не изменилось. Поэтому активисты следят за принятием решений, чтобы не дерибанили землю, говорят чиновникам: «На вас смотрит „Небесная сотня“!» Сейчас у нас сложный переходный период, добрый волшебник не появится и не сделает нас богатыми и счастливыми.

— А что делать с теми, кто и сейчас живет на Майдане? Честно говоря, многие не понимают, зачем он сейчас.

— Этих людей нужно понять и оказать им помощь. Ребята просто уже не представляют себе жизнь без Майдана. У них был очень напряженный момент в жизни, который, скорее всего, больше не повторится. Люди нашли смысл своей жизни в борьбе и не могут жить без этого.

— Можно ведь пойти в Национальную гвардию, защищать страну.

— Как рассказывали ребята, которые уже вернулись с этой службы, их возмутил тот факт, что гвардейцы должны отдавать честь милиционерам. В первые дни, когда о наборе активно говорили по телевидению, новобранцам показали, как стрелять из бэтээров, провели какие-то учения. На следующий день их покормили, вывели на построение, заставили отдать честь милиционерам и отправили отдыхать. Парни просто не знают, что им делать в такой гвардии.

— Вы ведь и сами решили основательно подготовиться, пошли на медицинские курсы.

— Сделала это по нескольким причинам. Во-первых, много людей погибают на улицах, потому что в нужный момент им некому оказать первую помощь. Во-вторых, если вдруг случится война, то я тот еще псих, не смогу отсиживаться в комфортных условиях и нюхать море. Отправлю детей в безопасное место, а сама пойду служить. Дочки, 2-летняя Кайя и 3-летняя Кора, не раз были со мной на Майдане, Европейской площади, носили цветы на Институтскую.

— Они же совсем маленькие, как реагируют на такие события?

— По-своему понимают, фантазируют много. Когда дети не слушаются, говорю: «Вот придет Бабай». Они спрашивают: «А „титушки“? А дядя Кака?» «Дядя Кака» — это Янукович. Когда прогремели первые взрывы, девочки подумали, что начинается салют. Я объяснила им, что это революция. Кора как раз была со мной на Майдане, когда сожгли Дом профсоюзов. Потом пришли домой, и она младшей сестре рассказывала, как дяди Каки, «титушки» и милиция обижали других дядь. Дочки знают о погибших, о том, что люди отдали свои жизни ради того, чтобы все дети хорошо жили. Мне кажется, девочки все понимают, в том числе, что такое смерть.
*После того как Коре зашили разбитый подбородок, она с мамой сразу пошла в кинотеатр смотреть мультик (фото со странички в «Фейсбуке»

— Как можно объяснить это трехлетнему ребенку?

— Некоторые родители предпочитают не говорить на эту тему с детьми. Но я решила рассказать: если подойдешь к окну и вывалишься из него, то умрешь. «Это как?» — «Тебя не будет. Нигде не будет». — «Как это меня не будет? Я же есть». Не знаю, как они понимают, но к окнам не лезут. Зато на ровном месте на днях Кора рассекла подбородок — разбежалась, поскользнулась на паркете. Пришлось швы накладывать. Вот тут мои курсы медицинские не помогли, пока рану зашивали по живому, я теряла сознание. Но все обошлось. Приехали домой, сняли окровавленные одежки и отправились смотреть мультик. Через час ребенок все забыл.

— События в стране вдохновляют вас на написание новых произведений?

— У меня в работе два литературных сборника. Но я написала аж целых три абзаца. Сейчас в таком забеге, что просто не хватает времени. Понимаю, нужно заниматься литературой, тем, за счет чего я могу жить, но пока эмоции берут верх. Надо выждать, чтобы улеглись страсти, лишний пафос и написать реальную историю. Все время думаю об Олесе, медике, которой прострелили шею, но врачам удалось ее спасти. Это уникальная девочка. Как оказалось, она моя давняя поклонница, творческий человек. Просто идеальная героиня для сборника эссе «Історії моїх жінок».

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

— Девушка, а можно с вами познакомиться? — У вас что, мало разочарований в жизни было?