БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Житейские истории

Дела сердечные: невероятная история любви лыжников, которых три дня искали в Карпатах

15:29 14 сентября 2018   2441
Евгений Кныш и Людмила Быкова
Екатерина КОПАНЕВА, «ФАКТЫ»

Об их спасении писали газеты и снимали сюжеты телеканалы. В феврале нынешнего года лыжники Евгений Кныш и Людмила Быкова потерялись на курорте Драгобрат в Карпатах. Свернув с горнолыжной трассы, они заблудились и три дня при 27-градусном морозе провели в заброшенной хижине. Из еды у них были только пачка орешков и пачка изюма. То, что они выжили и даже не простудились, врачи и спасатели назвали чудом.

Евгений и Людмила признаются: уже тогда в старой хижине между ними пробежала искра. Но в тот момент они боялись в этом признаться даже самим себе. И очень смутились, когда руководитель спасательной операции в шутку сказал, что «теперь они точно поженятся». Но предсказание сбылось. Сейчас, спустя шесть месяцев после невероятного спасения, Людмила и Евгений сыграли свадьбу. И рассказали «ФАКТАМ» подробности своей истории.

— В феврале один из телеканалов назвал нас влюбленными, — говорит Людмила. — Меня это смутило. Потому что тогда мы действительно еще не были парой. В Драгобрат ехали как друзья, были знакомы всего полтора месяца. Хотя, не скрою, симпатия была. И первый поцелуй был как раз в том старом домике. Это произошло на второй день.

— Второй день был самым сложным, — присоединяется к разговору Евгений. — Мы решили найти дорогу обратно, к цивилизации, и начали спускаться от хижины вниз. Оказались на широкой поляне, полностью засыпанной снегом. Ниже поляны виднелась дорога через лес, и это давало надежду. Хоть дорога тоже была засыпана снегом, мы решили во что бы то ни стало ею воспользоваться — куда-то же она должна была нас привести. Потратили на спуск несколько часов и уперлись в горную реку. Дальше дороги не было. Куда идти, мы не знали. Пришлось возвращаться в хижину.

На подъем ушло несколько часов. Мы не шли, а ползли по снегу, потому что идти было невозможно. Как только снимали лыжи и делали шаг, по пояс проваливались в снег. А нам нужно было преодолеть несколько километров. Когда выбрались из леса обратно на поляну, там была буря. Дальше двух метров мы ничего перед собой не видели и ползли по снегу наугад. Чудом добрались до хижины. Обоих в тот момент переполняли эмоции. Мы зашли в комнату (единственную, где можно было находиться) и поцеловались.

Евгений и Людмила — опытные лыжники, но в условиях, в которых они оказались, это не спасало. Кстати, познакомились они тоже благодаря своему увлечению горнолыжным спортом.

— Мы потерялись на Драгобрате 25 февраля, а познакомились 2 января, — рассказывает Евгений. — Встретились в компании общих друзей в Карпатах. Я приехал из Киева, Люда — из Днепра. Вместе катались, а когда разъехались по домам, начали переписываться в «Фейсбуке». Предложил Люде еще раз съездить в горы, пока не закончилась зима. Так и поехали на Драгобрат.

Мы остановились в отеле под трассой «Чайка». Кто знает Драгобрат, поймет, где это. Захотели покататься на более высокой трассе — «Вершина Карпат». Хозяйка отеля рассказала, что до нее можно добраться, спустившись от гостиницы по хребту. Мы и попробовали. Но повернули не в том месте и ушли со спуска раньше, чем нужно было. Увидев следы лыжников, решили, что впереди есть какой-то подъемник.

— Как выяснилось, это были следы фрирайдеров (людей, катающихся на сноуборде или горных лыжах вне подготовленных трасс. — Авт.), — объясняет Людмила. — Но тогда мы этого не знали. Шли по этим следам, пока не стемнело, но никаких подъемников не находили. Хорошо еще, что у Жени нормальное зрение. Потому что я, например, ношу контактные линзы, и одна линза выпала из глаза, тут же замерзла и лопнула.

— Мы уже понятия не имели, куда идем, — говорит Евгений. — Потерялись около пяти часов вечера. А в начале девятого, когда стемнело, вверху склона разглядели три старые хижины. Поднимались к ним на стоячих лыжах, потому что идти не получалось — в ботинках проваливались в снег по пояс. Еще больше осложнял ситуацию сильный ветер. Хижины мы разглядели в лунном свете. Первая была без окон и дверей, полностью занесена снегом. Мы пошли во вторую, больше похожую на сарай. Исследовали все и в результате выбрали одну из комнат, которую меньше всего продувало. К тому же там была буржуйка. Оставалось только понять, чем ее растопить.

— В этой комнате были застеклены окна, — продолжает Людмила. — Еще мы увидели камни, на которых лежали какие-то доски и двери. Нашли два топчана. А потом заметили на стене распечатанную на тоненьком листке икону — и на душе сразу стало теплее.

— Оставалось только, чтобы потеплело еще и в комнате, — говорит Евгений. — Если на улице было минус 27, то в этой комнатке ненамного теплее. Необходимо было разжечь огонь и растопить буржуйку. Не представлял, как это можно сделать, но, перерывая рюкзак, нашел зажигалку. Я не курю и зажигалок обычно не ношу. А эту за месяц до нашего приключения случайно нашел в маршрутке и почему-то решил забрать. Мне она показалась оригинальной из-за того, что была с фонариком. Бросил ее в рюкзак и забыл. Я нашел ее, когда доставал еду.

— У вас была еда? Какая?

Пачка изюма, пачка орехов и полуторалитровая бутылка колы (половину мы, правда, к тому времени уже выпили). А еще в хижине мы обнаружили кусок хлеба. Уже после того, как нас спасли, мы узнали, кто оставил хлеб. Оказалось, в эту хижину иногда наведываются спасатели. Хлеб в морозном помещении не портится и долго остается мягким. Не зная, сколько нам придется здесь пробыть, мы растягивали еду: в день съедали по несколько орешков, изюминок и по кусочку хлеба.

— Когда закончилась кола, пили растопленный снег, — вспоминает Людмила. — Буржуйка не отапливала помещение, но на ней можно было разогреть бутылку со снегом и получить воду. А еще погреть руки, что тоже важно. Я нашла там треснувшую с одной стороны чашку, мы пили из нее талую воду.

Читайте также: Сорвавшихся в стометровую пропасть с горы Поп-Иван туристов нашли в 15 километрах от места падения

Ночью Людмила задремала, но Евгений не спал — поддерживал огонь. Лыжники лежали на матрасах, которые нашли в соседней комнате.

— Правда, сначала нужно было эти матрасы разморозить — они были задубевшие, — говорит Людмила. — Мы ложились на двух матрасах, а еще двумя укрывались. Закутывались в клеенку, и это помогало немного согреться. Вторую ночь Женя тоже не спал. Он задремал только под утро на третий день. Второй день, как мы уже говорили, был самым тяжелым.

— Спуск, а потом подъем обратно к хижине забрал много сил, — вспоминает Евгений. — Но даже в такой ситуации мы старались не терять позитивный настрой. Рассказывали друг другу интересные истории, травили анекдоты. Когда спускались, успевали любоваться природой. Обсуждали, на что похоже дерево в снегу, какая вокруг красота. На встречавшихся на пути разодранных хищником птиц старались не обращать внимания. Хотя видели следы какого-то зверя.

— Наверное, спасало еще и романтическое настроение, — признается Людмила. — Нам было приятно находиться рядом друг с другом… Мы не оставляли попыток позвонить родным. Хотя у Жени в первый же вечер разрядился телефон. Мой айфон еще держал заряд, но «Водафон» не ловил связь. Решили переставить в мой телефон Женину «киевстаровскую» карточку. Открыть айфон удалось с помощью найденных в рюкзаке Жени иглы и моточка ниток.

— Правда, в хижине все равно не было связи, — говорит Евгений. — На второй день в другой хижине, куда мы ходили за дровами, увидел надпись, что выше домика есть точка, где ловит «Киевстар». Вечером поднялись, но заветную точку не нашли. Из-за сильного ветра было больно даже дышать. А еще у нас сломалась зажигалка, поэтому нужно было вернуться и поддерживать огонь.

— На утро четвертого дня мы опять попробовали поискать ту точку, — рассказывает Людмила. — Заряда на телефоне оставалось совсем мало. Ветер не утихал. Нам нужно было собраться с силами даже для того, чтобы сходить в соседнюю хижину за дровами. Тем не менее мы опять попробовали подняться и все-таки нашли место, где ловит связь! Для того чтобы кому-то позвонить или отравить sms, сигнала не хватало. Но зато мне стали приходить сообщения о пропущенных звонках. Потом кто-то позвонил, но я не увидела номер — на телефоне был черный экран. А Женя начал что-то кричать в трубку, что мы на поляне Урда! Позже мы узнали, что это был следователь. Он как раз отслеживал, когда включатся наши телефоны. А тогда мы так и не поняли, кто звонил.


* Людмила и Евгений бросать горнолыжный спорт не собираются

— После этого звонка телефон разрядился. Для меня это был момент отчаяния, — вспоминает девушка. — Я с такой надеждой поднималась на ту гору. И тут все, конец. Силы уже были на исходе. Не понимала, кто теперь нас найдет и что делать.

— А я, в отличие от Люды, был спокоен, — говорит Евгений. — Свой самый тяжелый момент пережил еще во второй день — когда мы в поисках дороги вышли в бурю на заснеженную поляну. Видимость нулевая, холод… Молния куртки примерзла к горлу и больно тянула вниз. Мы ползли наугад, не зная, доберемся до хижины или нет. Вот это было страшно. А когда у Люды сел телефон, я уже не паниковал. Рассуждал логически: раз нам пришли sms-ки о том, что Люде звонили, значит, и звонившим пришли уведомления, что она появилась на связи. То есть они поймут, что мы живы, и будут нас искать. Мы тогда еще не знали, что нас найдут через каких-то четыре часа.

— Около 11 часов утра Женя услышал на улице голоса, — вспоминает Людмила. — Я сначала даже не поверила. Открываю дверь, а мне навстречу спасатели в красной форме. Один из них посмотрел на нас и сказал: «Виходьте, буду вас бити!» Это был начальник местного ГосЧС. Можете себе представить наши эмоции! До их появления казалось, что наши силы уже на исходе. А вместе с ними мы смогли идти еще несколько часов.

— Спасатели напоили нас чаем, — продолжает Евгений. — И мы увидели столько еды! Я в тот момент чуть не расплакался. Наши орехи с изюмом, кстати, остались — мы не съели и половины. Растягивали, потому что не знали, сколько там пробудем.

— А мне захотелось плакать уже в гостинице, где хозяйка накрыла нам стол, — говорит Людмила. — Я набрала свою сестру, и меня начала бить дрожь, — наверное, это реакция на пережитый стресс. Оказалось, нас искали и спасатели, и отряд добровольцев — инструкторов по фрирайду. И знаете, что самое удивительное? Ни мне, ни Жене не понадобилась медицинская помощь. Мы ничего не отморозили, не подвернули и даже не простудились!

— Мне даже показалось, что это приключение укрепило мой иммунитет, — улыбается Евгений. — Вернувшись домой, почувствовал прилив сил, начал активно заниматься в тренажерном зале. Единственным неудобством были онемевшие пальцы ног. Но через несколько недель это прошло.

Читайте также: «Идя в горы, каждый должен понимать, что может не вернуться»

Евгений вернулся в Киев, а Людмила — в Днепр. Но с тех пор они приезжали друг к другу в гости каждые выходные.

— Когда мы только вернулись, еще не успели обсудить наше будущее, — говорит Евгений. — Оба понимали, что хотим продолжать отношения, но ни я, ни Люда не говорили об этом. Поговорили уже при следующей встрече.

— После пережитого между нами появилось самое главное — доверие, — уверяет Людмила. — Мы хорошо друг друга узнали. Я видела, что Женя в экстремальной ситуации не паниковал, не опускал руки, спокойно принимал решения и заботился обо мне. С ним я была как за каменной стеной. Нам было хорошо вместе.

Сейчас они поженились и теперь живут в Днепре. Евгений уже нашел на новом месте работу.


* «После того, что пришлось пережить в горах, между нами появилось самое главное — доверие», — говорят молодожены

— Решили, что хватит нам уже кататься, — говорит Евгений. — Все произошло само собой. Мне было легче переехать к Люде, чем ей ко мне. Дело в том, что у нее дома живут восемь попугаев-неразлучников и два кролика. Перевозить их было бы проблематично.

— Еще один наш общий интерес — домашние животные, — рассказывает Людмила. — Мне повезло, что Женя тоже их любит. Не исключено, что скоро заведем и собаку.

Даже после пережитого Евгений и Людмила готовы снова идти в горы.

— Кстати, нас поздравляли со свадьбой и спасатели, — говорит Евгений. — Звонил Евгений Аспарович — тот самый человек, который зашел в хижину первым. Он, кстати, еще когда мы после спасения сидели за столом, посмотрел на нас и сказал: «Ну как вы своего гуцульчика назовете? То, что вы поженитесь, уже и так понятно». А сейчас пожелал нам приехать на Драгобрат уже втроем. Кто знает, может быть, так и будет…

Напомним, ранее «ФАКТЫ» рассказывали о том, как украинец чуть не погиб на Эвересте из-за селфи. Также «ФАКТЫ» писали о загадочной истории, случившейся в США: пропавший в американских горах лыжник нашелся неделю спустя за 4 тысячи километров.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

Мужик пишет объяснительную в полиции: «Находясь под воздействием психотропных существ...» Полицейский его поправляет: «Правильно писать «веществ». — «Так это ж я о жене и теще!..»