Александр Хаджинов

Гвозди бы делать из этих людей

Боец подразделения, созданного по стандартам НАТО: "Пришлось пройти жесткие испытания с... бревном"

Виолетта КИРТОКА, специально для «ФАКТОВ»

24.03.2016

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

На днях 32-летний Александр Хаджинов за свое волонтерство получил памятную медаль от батальона Национальной гвардии имени Кульчицкого. В настоящее время Саша уже сам находится на воинской службе

Светлоглазый молодой человек в защитного цвета футболке и брюках, черной куртке с нашивкой «Национальная гвардия Украины» в Киев приехал по поводу: на майдане Незалежности прямо под стелой ему и другим волонтерам вручили награды бойцы батальона Национальной гвардии имени Кульчицкого. Этому подразделению Александр активно помогал, лично привозя все на передовую. За памятной медалью волонтер, полтора года обеспечивавший армию, прибыл с полигона. Теперь он сам солдат. Все чаще люди, которые поддерживали тех, кто попал в зону АТО, сами подписывают контракты, становятся солдатами. Саша выбрал для себя совершенно новую бригаду, которую создают по натовскому образцу. Это 1-я бригада быстрого реагирования Национальной гвардии Украины, которая формируется в Гостомеле Киевской области.

— С первого дня войны я пытался восстановиться в военкомате, — рассказывает Александр Хаджинов. — В 2005 году меня списали — перенес две операции на легком. Травма, полученная в детстве, дала о себе знать, когда я вырос. В течение пяти лет в плевру просачивался воздух. В итоге легкое лопнуло. Пришлось оперировать. И меня комиссовали. А я ведь с детства мечтал стать морпехом. Во время моих поездок в АТО говорил командирам, что хотел бы служить. А потом у меня наступил период разочарования. Наверное, как и многим жителям нашей страны, время от времени мне казалось, что здесь ничего невозможно изменить, даже если пытаешься. Как-то мне рассказали, что формируется бригада по натовскому образцу. И во время отбора я поверил в то, что у нас возможно создать что-то новое.

Глаза Александра загораются. О пройденных испытаниях он рассказывает с явным удовольствием.

— Бревно стало нашим боевым другом, — удивляет меня собеседник. — Его нужно было таскать с собой: на обед, на маршброски. Мы и пресс качали, зажав бревно перед собой, даже спали, положив его рядом. Это показывало, может ли человек эффективно работать в команде. Насколько это было тяжело, настолько же и интересно. К вечеру, когда нам позволили лечь спать, мы сделали большую глупость — разделись. Я просто был счастлив, что наконец-то лег. Но в час ночи нас подняли по тревоге. Помню, выбираюсь из спальника, а у меня каждая мышца гудит. Даже моргать было больно! Но нужно было одеться и, держа над головой бревно, прибежать на плац. В общем, в палатку мы бегали несколько раз: то кто-то ботинок забыл, то кто-то без куртки остался. Наконец-то нормально построились. И нам в течение полутора часов рассказывали об истории Украины, задавали вопросы, проводили тесты. Если кто-то из нас засыпал, мы с бревном над головой начинали приседать, продолжая слушать лекцию. Мне было очень интересно, хотя лил дождь, было холодно и я промок, простите, до трусов.


*То самое бревно, с которым Александру пришлось пройти отбор

— Все, что вы рассказываете, напоминает фильм «Солдат Джейн».

— Мы все его вспомнили, — рассмеялся Александр. — Многое было похоже. И уйти каждый мог в любой момент. Но мне с группой повезло — все выдержали. У меня самого постоянно был азарт: во что бы то ни стало хотел доказать, что могу выдержать все испытания до конца.

— В бригаду пришли только добровольцы?

— Отбор проходили и мобилизованные. Большинство тех, кто там сейчас тренируется, прошли АТО. Со многими мы виделись на передовой. Нас объединило общее желание своими руками менять нашу страну, проводить реформы. И нам дали такой шанс. В бригаду осуществляется правильный отбор, здесь действительно учат по натовским стандартам.

С особыми интонациями Александр рассказывал о 12-километровом маршброске. Он был командиром группы.

— Мы постоянно преодолевали разные полосы препятствий — то нужно было проползти под колючей проволокой или в тоннеле, то перепрыгнуть через барьеры, то лезть куда-то в гору, — продолжает Хаджинов. — И все это под дождем, который лил все дни испытаний. Как-то мы подошли к пригорку. Нам дали приказ: нужно занять высоту. Одного человека я отправил заходить с тыла. Другого бойца инструктор «назначил» раненым — как будто у него нет обеих ног. Его на себе потащил наш выносливый «Слоник». Парень из села, простой, но как скажет что-то — невероятно метко. А какая у него выдержка! Думаю, его загнать невозможно. В общем, поднимаемся мы с бревном, и вдруг наш раненый становится на ноги. Тут же подходит инструктор: «На начало дистанции. И отожмитесь двадцать раз». Я тогда пошутил: «Безногий, еще раз у тебя ноги „вырастут“, я тебе их сам обрублю»…


*Перед пробежкой бойцы «назначают» одного из товарищей раненым и несут его на своих плечах

Отбор длился четыре дня. Но в этот период желающие попасть в подразделение должны были показать и физическую выносливость, и моральную устойчивость к испытаниям. Спали очень мало.

— В последний день нужно было пройти 25-километровую дистанцию со всеми полосами препятствий, — говорит Александр. — Уже, слава Богу, не с бревном, а со всеми своими вещами. Одному бойцу из группы, идущей перед нами, было очень тяжело. Я, желая помочь, взял его рюкзак. Когда мы дошли до высоты и за бойцом приехала машина, спросил инструктора: «Можно отдать рюкзак?» «Ты взял — ты теперь и неси», — получил ответ…

Александра определили в разведку.

— Мне это было близко, ведь много времени сотрудничал с разведчиками, в зоне АТО разведывал новые дороги и тропы для доставки грузов, работал с беспилотными группами, помогал анализировать данные, жил на передовой по полтора месяца, — продолжает боец. — Кроме того, инструкторы сделали вывод, что я быстро все схватываю. Но я прошел подготовку и в боевом подразделении. Три недели мы занимались с натовскими и израильскими инструкторами. Они доводили некоторые наши движения до автоматизма. У нас были ночные тактические выходы. Приходилось идти так, чтобы не было ни шелеста, ни треска. При этом в кромешной темноте нужно было видеть руки идущего впереди товарища. Если он показывал знак, его следовало передать тем, кто позади тебя. А сейчас мы проходим курс молодого бойца. Он продлится четыре месяца. После этого, надеюсь, нас отправят на линию огня.

Одним из главных инструкторов новой бригады стал израильтянин Цви Ариели. Он служил в локальном антитеррористическом подразделении Израиля, а теперь учит людей выживать в условиях войны. Цви говорит на русском языке, потому что он родом из Латвии. В детстве с родителями выехал в Израиль, получил там гражданство. А недавно стал… гражданином Украины.

— Цви постоянно с нами, — говорит Александр. — Мне очень нравится, как он ведет себя с солдатами, офицерами. А какие он дает знания! Главный его принцип: «Я вас учу не умирать, а побеждать». Но я боюсь, чтобы Цви не бросил все и не уехал в Израиль. Он привез в Украину свою семью. Но страна ничего не делает, чтобы удержать его здесь. У него не решены бытовые вопросы. Таких людей нужно ценить. Я считаю Цви частью бригады. Также на стрельбы к нам приезжают Петр и Николай — натовские инструкторы. Они учат нас правильной тактической стрельбе и обращению с оружием.

— Неужели так все идеально в новом подразделении?

— Не все удается закупить того уровня, какого хотелось бы. Закоснелая система не позволяет это сделать. Но мы пытаемся это менять. А еще при тех физических нагрузках, которые ежедневно испытываем, нужны совсем другие нормы питания: больше мяса, молочных продуктов, морепродуктов, фруктов, витаминов. Знаете, в период отбора, когда мы физически работали целыми днями, практически не ходили в туалет. Все усваивалось! Меня это очень удивило.

Но самой большой проблемой подразделения, как и в целом всей армии, остается кадровый вопрос.

— Сейчас в бригаде около четырехсот человек, но боевая пока только одна рота, — говорит Александр. — Нам нужны добровольцы. Мне уже позволили участвовать в собеседованиях, поэтому вижу тех, кто приходит. Свои силы у нас пробовал мой боевой знакомый десантник из 81-й бригады. Не прошел отбор… И очень жаль. Пришел сотрудник телеканала Spilno. TV, который часто мне помогал в то время, когда я активно занимался волонтерством. Мы были знакомы с ним в «Фейсбуке», а тут впервые встретились. Я агитирую всех своих знакомых идти к нам. На диване легко обсуждать, что не так делается в стране. А ты приди и сделай что-нибудь сам. Полицию удалось создать. Нужно теперь делать и новую армию по современным образцам. Да и зарплаты в бригаде хорошие. Солдат получает от десяти тысяч гривен. На днях в подразделение приедут БТРы, будем отрабатывать совместные действия тяжелой техники с пехотой.

— Вы продолжаете заниматься волонтерством?

— Стараюсь. Но теперь чаще передаю знакомым просьбы бойцов, которые мне звонят.

— Как семья относится к тому, что вы подписали контракт и стали солдатом?

— Я с 15 лет живу один. Мама в Италии. Ей я сказал, что пошел служить. Это мое решение. Кто может с ним поспорить? Знаете, до Майдана я занимался ресторанным бизнесом, торговлей. Но это не приносило мне удовлетворения. Когда начались события в центре Киева, продал свою часть бизнеса партнерам, начал помогать митингующим, потом бойцам. Сейчас я нахожусь там, где нужно.


*"Первое, что я услышал от инструкторов в новом подразделении: «Офицер должен уметь делать то, что требует от солдат», — говорит Александр Хаджинов (справа). — Такой подход мне понравился"

P. S. Для тех, кто заинтересовался службой в новом подразделении, сообщаем координаты.

Бригада быстрого реагирования Национальной гвардии Украины. Киевская область, Гостомель, ул. Проскуровская, 1. Служба кадров: (098) 614−50−47, (095) 686−28−63, (073) 474−68−63. E-mail: 3018kadru@ukr.net

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Загрузка...

Загрузка...
Загрузка...

На одесском рынке: — Молодой человек, зачем было забивать такого маленького кролика?! В нем же почти нет мяса! — Я его забил?! Здрасьте! Он сам умер!