Виктор Глушков

Из жизни замечательных людей

Дочь академика Глушкова: "На спор отец десять часов кряду декламировал по памяти стихи"

Игорь ОСИПЧУК, «ФАКТЫ»

31.01.2017 6:30 2548

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

Ровно 35 лет назад скончался создатель первого в мире персонального компьютера, вице-президент Академии наук Украинской ССР Виктор Глушков. Воспоминаниями о выдающемся ученом поделилась его дочь Вера

— Когда мой папа был еще совсем маленьким, его бабушка Ефимия Петровна в 53 года освоила грамоту, чтобы читать внуку детские книжки, — говорит дочь основателя Института кибернетики НАН Украины академика Виктора Глушкова Вера. — Но уже в четыре с половиной года папа научился читать, и литература — художественная и научно-популярная — стала его увлечением. Когда пошел в школу, быстро завоевал репутацию вундеркинда, обожал точные науки, в подростковом возрасте за летние каникулы самостоятельно выучил вузовский курс математики и алгебры. Его детство пришлось на 1920—1930-е годы. О телевидении многие тогда даже не слышали, а мой папа со своим отцом, моим дедушкой, Михаилом Ивановичем (он был дипломированным геологом, закончил Екатеринославский горный институт) собрали телевизионный приемник, принимали с его помощью экспериментальные телетрансляции, которые велись из Киева с 1 февраля 1939 года. Семья тогда жила в Ростовской области в городе Шахты.

*Вера Глушкова. Фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»

Отец был человеком любознательным. Один из его любимых литературных героев — Фауст, стремившийся познать все тайны мира. В юности папе пришла идея освоить технику гипноза. Хотя из этой затеи ничего не вышло, но пользу от штудирования книг и статей по гипнозу он извлек — почерпнутые в них знания помогли ему разработать собственную технику запоминания больших объемов информации и скорочтения. Отец знал несчетное количество стихов, в том числе на немецком языке, который учил в школе (кстати, во взрослом возрасте он освоил английский). На спор десять часов кряду декламировал на память стихи. А еще мой папа в юные годы страстно увлекался спортом. Он был не очень крепкого телосложения. Чтобы стать сильным и ловким, занимался волейболом, боксом, бегом на лыжах, плаванием.

— Когда Гитлер напал на Советский Союз, вашему отцу шел 18-й год. Со школьной скамьи он пошел на фронт?

— Школу окончил в 1941 году, выпускной бал у него был 21 июня. Утром папа вернулся домой, включил собранный с отцом радиоприемник и из программы немецкой радиостанции узнал, что фашистская Германия напала на СССР. Вместе с друзьями пошел в военкомат, просил направить его в артиллерийское училище. У отца было плохое зрение, без очков он почти не видел, поэтому его признали непригодным к воинской службе даже в военное время. Так что на фронт папа не попал. Глушкова-старшего отправили в эвакуацию с техникумом, преподавателем которого он был. Виктор с матерью Верой Львовной ушли из города, когда летом 1942 года во время наступления на Сталинград гитлеровцы подходили к Шахтам. Бабушка с папой добрались до переправы через реку Дон и наткнулись там на прорвавшиеся немецкие танки. Пришлось поворачивать домой. Моя бабушка стала участницей подполья, а папа собрал для подпольщиков несколько приемников.

Во время оккупации произошла страшная трагедия в жизни моего отца: фашисты расстреляли его маму. Кто-то выдал врагу, что она была депутатом городского совета. О том, что гитлеровцы арестовали Веру Львовну, Виктор узнал от соседей. Они встретили его на улице, сообщили эту новость и сказали, что домой идти опасно. Папа прятался в одном из заброшенных строений, по ночам ходил на поля добывать мерзлую картошку. Подкрадывался к зданию гестапо, надеясь, что повезет увидеть маму. Только когда город был освобожден, узнал, что ее расстреляли. Меня назвали в ее честь.


*Глушков с женой Валентиной

— Где познакомились ваши родители?

— Они вместе учились в Новочеркасском индустриальном институте. Это было в первые послевоенные годы. Знаете, отец обладал даром общения — был блестящим рассказчиком и собеседником. Тем и завоевал сердце моей мамы Валентины. Так случилось, что они расстались на длительный период. После четвертого курса Виктор захотел перевестись в Ростовский университет. Для этого ему следовало сдать там 25 экзаменов и зачетов. Сделать это за один день не успел. Преподаватели разошлись по домам, и отец разыскивал их по городу. Профессора астрономии нашел, когда тот стоял в очереди, чтобы отоварить хлебные карточки, и прямо там сдал ему экзамен. Места в общежитии Ростовского университета не оказалось, поэтому Виктору разрешили готовить дипломную работу дома в Шахтах. Он уехал туда, и связь с Валентиной прервалась. Через год она сама написала ему письмо. Папа приехал к ней и четко расставил акценты: «Знаю, что все время буду посвящать науке. Следовательно, мне нужна жена, которая возьмет на себя заботы о доме. Если ты, Валя, на это согласна, выходи за меня замуж». У них родились двое детей — я и моя сестра Ольга.

— Как получилось, что семья переехала в Киев?

— Эта история непосредственно связана с тем, что в 32 года моему отцу удалось найти решение одной из фундаментальных проблем математики. Произошло это во время отпуска на Кавказе летом 1955 года. Мои родители шли по Военно-Грузинской дороге, и папе пришло решение. Объясню, о чем идет речь. В начале ХХ века выдающийся немецкий ученый Давид Гильберт сформулировал 23 глобальные проблемы математики. Самые светлые головы человечества справились с шестнадцатью. Одна из них, пятая, на счету Виктора Глушкова. По этой теме он защитил докторскую диссертацию. Столь весомое достижение принесло ему мировое признание. До этого отец преподавал на Урале в Лесотехническом институте города Свердловска, куда его с женой отправили работать по распределению. Когда отец нашел решение одной из проблем Гильберта, ему предложили на выбор работу в Москве, Ленинграде или Киеве. Мама сказала: «Хочу на юг». Поэтому решили ехать в Украину.


*Виктор Глушков с женой и дочерью Верой

Однажды папу пригласили в Париж, вероятно, на форум математиков. Одним из пунктов программы был обед у президента Франции генерала Шарля де Голля. Так что отец побывал в Елисейском дворце, во время обеда сидел возле Валери Жискар д’Эстена — будущего президента Франции.

В ходе той первой в жизни отца поездки за границу произошел инцидент, который мог ему серьезно навредить. Советская делегация ехала колонной, машина, в которой находился Глушков, была замыкающей. По какой-то причине она отстала, а водитель плохо знал Париж и растерялся. Мой отец показал дорогу. Узнав об этом, французские контрразведчики насторожились: почему этот ученый так хорошо знает парижские улицы? Может, он иностранный шпион? Разгадка крылась в том, что папа, читая литературные произведения, прослеживал маршруты перемещения героев книг в городах, в которых происходили описываемые события. Поэтому неплохо знал не только Париж, но и столицы других стран. К счастью, спецслужба во всем разобралась. Отец затем полмира объездил. Работая в Институте кибернетики АН Украинской ССР, был также советником Генерального секретаря ООН.

— В Киеве Глушков впервые получил высокую должность. Кто учил его работе руководителя?

— Он рассказывал, что ему очень помогла в практических вопросах книга выдающегося ученого и организатора науки, основателя Института электросварки в Киеве Евгения Оскаровича Патона (отец нынешнего президента Национальной академии наук Украины Бориса Патона). Вначале папа стал сотрудником вошедшей в историю науки лаборатории вычислительной техники. Напомню, там под руководством академика Сергея Лебедева была создана первая в континентальной Европе ЭВМ — малая электронно-счетная машина (МЭСМ). Лебедева затем направили на работу в Москву, а моего отца назначили на его место. Он лично подбирал себе новых сотрудников среди выпускников вузов: присутствовал на экзаменах, читал дипломные работы. С этими молодыми ребятами отец создал Институт кибернетики, получивший признание в мире благодаря своим разработкам. Звездный состав сотрудников института, подобранный Глушковым, продуцировал много блестящих идей в математике. Эти записи сохранились в архиве, и за ними охотятся зарубежные коллеги. Дело в том, что математические идеи, в отличие от технических, не устаревают. Поэтому то, что придумали киевские математики в 1960-х, не потеряло актуальности. Коллеги из Китая, приезжая в Киев, открытым текстом просят: «Разрешите поработать в архиве Института кибернетики».

— Где ваша семья поселилась после переезда в столицу Украины?

— Вначале жили в маленьком домике в Феофании (тогда это был пригород). Но я тот дом не помню — была еще очень маленькой. А вот квартиру в «хрущевке» на проспекте Науки помню хорошо. Одну из трех комнат отвели под кабинет отца. Возвращаясь вечером из института, он продолжал работать. Даже когда усаживался на кухне перекусить, неизменно просматривал какие-то записи. Тут нужно сказать, что папа очень много времени проводил в командировках. Ему даже выделили служебную квартиру в Москве, поскольку каждую неделю ездил туда. Шутил по этому поводу: «Еду в Москву разгонять тоску».

Затем с проспекта Науки мы переехали в самый центр Киева, на улицу Банковую, где сейчас находится администрация президента Украины. Дом, в котором мы там жили, выходит фасадом на улицу. Перпендикулярно ему во дворе стояла многоэтажка дореволюционной постройки, несколько лет назад ее снесли. Когда здание разрушали, тот дом одновременно приснился мне и моей родной сестре Ольге, живущей в Москве.

Институт кибернетики, который возглавлял мой отец, тесно сотрудничал с военными: создавал компьютерные системы для подводных лодок, противовоздушных комплексов, авиации… Поэтому после Банковой отцу дали квартиру в «генеральском» доме на улице Ярославов Вал. Одним из наших соседей там был генерал Борис Громов, руководивший затем выводом советских войск из Афганистана.


*Виктор Глушков (на фото крайний слева) обсуждает со своими сотрудниками конструкцию новой ЭВМ. Снимок 1978 года

— У вашего отца были увлечения помимо работы?

— Он был заядлым футбольным болельщиком. Когда создавал компьютерный комплекс для тренировочной базы киевского «Динамо», подружился с его легендарным тренером Валерием Лобановским. В октябре 1975 года папа сказал нам с Олей: «Идете со мной на футбол, эту игру запомните на всю жизнь». Это был действительно незабываемый матч за Суперкубок между обладателем Кубка кубков киевским «Динамо» и выигравшей в тот год Кубок европейских чемпионов мюнхенской «Баварией». Когда наши забили первый мяч в ворота соперника, я, конечно, вскочила и закричала: «Го-о-ол!» Затем хотела сесть, но оказалось некуда: людей в рядах было так много, что мое место заняли.

Зимой мы с отцом смотрели по телевизору все важнейшие хоккейные игры. Благодаря своей общительности папа познакомился в Москве с игроками сильнейшей в бывшем Советском Союзе командой по хоккею ЦСКА и получил в подарок вратарскую клюшку с их автографами.

Еще одно увлечение отца — рыбалка. Вскоре после переезда в Киев он подружился с ученым Виталием Деркачом. На моторной лодке, которую купил папа, они выезжали рыбачить, причем порой поднимались далеко вверх по течению, где Припять впадает в Днепр. Вскоре к этой компании присоединились другие ученые. Как правило, мужчины ездили на рыбалку без жен. Но иногда все же брали с собой семьи, поэтому я тоже немного поездила с ними.

Самым лучшим отдыхом от напряженной работы папа считал именно жизнь на реке, предпочитал проводить там весь отпуск. С друзьями забирались подальше от Киева, ставили на берегу палатки и жили там несколько недель, питаясь в основном рыбой. Виталий Деркач вспоминал, как однажды он один пошел рыбачить, а все остальные остались в лагере. «Вы еще будете целовать мне ноги за то, что наловлю окуней на уху», — заявил он. Когда вернулся, возле палаток стояло чучело, под которым красовалась на песке надпись «Место для целования ног». Папа и зимой рыбачил, даже пристрастился к купанию в проруби.

Несколько раз всей семьей мы ездили на море в Болгарию по приглашению лидера этой страны Тодора Живкова. Но там папа почти не отдыхал — брал с собой много рукописей.

— Ваш отец рассказывал, как пришла идея создать первый в мире персональный компьютер?

— На лебедевской малой электронно-счетной машине могли работать только те, кто ее создавал: она была очень сложной в использовании. Имела внушительные размеры — занимала целый зал в здании монастыря в Феофании. Там размещалась лаборатория пионеров отечественной кибернетики. Сотрудники Лебедева управляли машиной с помощью штекеров, вставляя их в ячейки в различных комбинациях.

Жизнь требовала создать ЭВМ, на которой мог работать обычный пользователь. Под руководством отца разработали машины «Промiнь» и три модификации «МИР» («Машина инженерных расчетов»). Они были размером с письменный стол. Информация вводилась с помощью электронного пера, которым писали по экрану. К сожалению, в начале 1970-х правительство СССР приняло решение сделать ставку на копии машины американской компании IBM, у которой была гораздо более совершенная машина четвертого поколения. Отец писал правительству: «Если уж так хочется копировать разработки этой компании, следует купить самую новую машину американцев через Индию». Советский Союз не мог сделать такую покупку напрямую, поскольку против него действовали санкции. Но к папе, к сожалению, не прислушались.

Также не удалось воплотить опередившую свое время на несколько десятилетий революционную идею Общегосударственной автоматизированной системы (ОГАС), включавшую, кроме прочего, внедрение электронных денег. Суть ОГАС — широчайшее использование компьютеров в управлении всеми предприятиями и государственными структурами. ОГАС давала возможность оперативно реагировать на любые ситуации, просчитывать события на несколько шагов вперед. Ведущие страны мира только сейчас начинают осознавать необходимость такого рода системы. А у нас она могла быть внедрена еще 50 лет назад, если бы руководство СССР пошло навстречу предложениям Глушкова.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Читайте также
Загрузка...
Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

Разговор двух девочек в детском саду: — А у меня папа новый! — А как его зовут? — Дядя Миша. — Петренко? — Да. — А-а! Этот хороший! Он у нас в прошлом году папой был.

Версии