Полугодовая аудитория газеты «ФАКТЫ» является самой массовой в Украине — 1 миллион 716 тысяч человек (данные MMI Украина)
Дмитрий Чекалкин

Наедине со всеми

Дмитрий Чекалкин: "Украинская политика опасна не только для психического, но и для физического здоровья"

Ольга БЕСПЕРСТОВА, «ФАКТЫ»

07.04.2017

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

25 лет назад в Израиле открылось первое в истории независимой Украины дипломатическое представительство. Дмитрий Чекалкин стал первым нашим консулом в этой стране. В интервью «ФАКТАМ» он рассказал о своей недолгой дипломатической карьере, о лучших, по его мнению, способах противодействия российской пропаганде и о том, почему он продолжает верить в Украину

С 1992 по 1996 год Дмитрий Чекалкин работал дипломатом на Ближнем Востоке. Сегодня он — генеральный директор агентства DIVA production, шоумен, актер, теле-, радиоведущий и популярный блогер, разговаривать с которым — редкое удовольствие.

— Израиль без малого 70 лет живет в непростом окружении, но никаких вопросов о целостности государства там априори не может возникнуть…

— Есть выражение: «Что делает человека личностью? Большие трудности и большие примеры». Так вот, у Израиля было в достатке и больших трудностей, и больших примеров. Серьезнейшие беды, выпавшие на долю еврейского народа, сплотили его, дали стимул к выживанию и консолидации абсолютно всего общества и создали Израилю запас прочности. Были и яркие личности, возглавлявшие это государство. Если и существовали какие-то разногласия между политическими силами, то лишь по второстепенным темам, а в вопросах территориальной целостности, единства и безопасности особых расхождений не было никогда. Все как один чувствовали свою обязанность защищать страну. Не служить в израильской армии — позор.

А Украина получила независимость волей исторических обстоятельств. Мы не виборювали цю незалежнiсть, не было испытаний, которые консолидировали бы и сплотили общество. Да и, честно говоря, не так уж много было ярких личностей.

Так получилось, что с 1991 года я в разных ипостасях (сначала как дипломат, потом как президент двух телерадиокомпаний, позже как ведущий и организатор праздников) знаком практически со всей нашей элитой — со всеми президентами, премьер-министрами, спикерами парламента и реальными кандидатами на должности первых лиц страны. Многие из них уже «по ту сторону травы». Это Вячеслав Чорновил (один из основателей Народного руха Украины. — Авт.), Вадим Гетьман (бывший глава Нацбанка Украины. — Авт.), Евгений Щербань (бизнесмен, бывший народный депутат. — Авт.), Георгий Кирпа (экс-глава «Укразалiзницi». — Авт.), Юрий Кравченко (бывший министр внутренних дел. — Авт.), Евгений Кушнарев (экс-губернатор Харьковщины. — Авт.). К сожалению, украинская политика опасна не только для психического, но и для физического здоровья.

Те, кто имел более высокий IQ, такие как Мороз (бывший глава Социалистической партии Украины. — Авт.) и Марчук (бывший премьер-министр Украины. — Авт.), вовремя «спрыгнули» с этой стези.

Так что для меня всегда было до какой-то степени чудом, что Украина сохранилась до сих пор и не распалась, несмотря на усилия, которые и внутренние, и внешние силы предпринимали для того, чтобы она потеряла свою целостность.

— А разве нам и сейчас это не грозит?

— Как ни странно, «благодаря» Януковичу и Путину, произошла мощная консолидация. Такого единения помыслов, наверное, не было за всю историю Украины.

Гибридная война, которую ведет против нас северный сосед, предполагает такие же гибридные инструменты. Поэтому так опасны вбросы и темы, которые активно муссируются сегодня. Они очень болезненны и максимально направлены на раскол общества. Та же, к примеру, языковая проблема.

— Мне кажется, ее у нас нет. Да и не было никогда!

— Но ее искусственно будируют и нагнетают. Я в свое время всегда приводил в качестве примера опыт Израиля и Алжира, где тоже работал. Там практически возрождали национальные языки, но этот процесс был основан на абсолютном консенсусе.

Возьмем события столетней давности. В 1917 году при создании Хайфского техниона (первого израильского технологического университета) больше 90% преподавателей проголосовали за то, чтобы вести обучение студентов на немецком. Но уже через 20 лет вопрос, на каком языке преподавать, отпал сам по себе. Из-за сложившихся исторических обстоятельств немецкий не мог претендовать в Израиле на статус языка науки, искусства и культуры. Альтернатив ивриту уже не было, и общество активно объединяло усилия, чтобы лучшие образцы восстановленного языка получали максимальное распространение. Бен-Йехуда, которого называют отцом современного иврита, начал с того, что разговаривал со своим маленьким сыном и всеми его сверстниками на иврите.

Знаете, что уровень качества детских передач на израильском телевидении — высочайший? Просмотры на YouTubeдетских программ — 10−20 миллионов. Это в шестимиллионной стране. Так что если у нас будут классные образцы песенного искусства, стихотворного и разговорного жанра и т. д., то у юного поколения абсолютно естественно возникнет тяга к языку. А такие персонажи, как Азаров, который его дико коверкал, — это чистая антиреклама. Государство обязано дать людям возможность слушать лучших носителей языка — Славу Вакарчука (лидер группы «Океан Ельзи». — Авт.), Сергея Жадана (украинский писатель и поэт. — Авт.), а не пышащих ненавистью Фарион и Тягнибока (представители партии «Свобода». — Авт.), смотреть хорошие спектакли ихорошие концерты. Но начинать надо именно с детской аудитории Я хочу сегодня своей трехлетней дочери показать качественное смешное детское видео на украинском языке, но не нахожу такового.

— Тут у нас ниша не заполнена.

— Абсолютно. Это, увы, большой пробел. Малыши же должны петь веселые песни, рассказывать смешные стихотворения. В 43-миллионной Украине детям нечего посмотреть на YouTube. Есть какие-то лирическо-минорные колысанки, но по-настоящему детского, чтобы заражало энтузиазмом и весельем, — нет.

Надо взращивать новое поколение. Украинец не тот, у кого предки были украинцами, а тот, у кого дети будут украинцами.

Вот в кинотеатрах сейчас идут фильмы, дублированные на украинский язык. Это отлично. Качество перевода намного лучше, чем у российских студий. У тех даже в интонациях агрессивность, которая навязывается их обществу.

Если в интернете посмотрите, не дай Бог, российские каналы, почувствуете, с какой агрессией ведут телепередачи Соловьев, Толстой, Киселев, остальные пропагандисты, раскручивающие огромный маховик ненависти.

В России за последние годы тысячи граждан осуждены за разжигание ненависти. При этом сегодня в центре Петербурга действует фабрика троллей. Сидят полторы тысячи человек и ежедневно строчат во всех социальных сетях тысячи злобных комментариев, которым россияне верят.

Знаете, иногда чувствуешь себя действительно неловко, наблюдая за ними как за пациентами психиатрической клиники. Пару лет назад меня пригласили вести мероприятие в «Мардан Паласе» (Турция). Собралась международная тусовка. Одним из выступающих был Газманов.

Я рассказал анекдот. «Давно пора менять уже Вову в мавзолее. Срок аренды заканчивается, а арендатор не шевелится». Потом продолжил эту тему. «Вспоминаю, как первый раз приехал в Москву. Иду по улицам и спрашиваю: «Простите, как попасть в мавзолей?» — «Ну как, пацан? Сначала надо революцию сделать, потом чтоб в тебя стреляли. Попасть в мавзолей не так просто». Потом еще добавил: «Фаня Каплан, она не за словом полезла в карман».

Так вот, Газманов, услышав все это, встрепенулся и сразу пошел петь песни о российских десантниках. В пику нам.

— Сейчас в нашем обществе часто раздаются антисемитские реплики. Можете это прокомментировать?

— С одной стороны, к сожалению, есть ксенофобские настроения. У части населения из-за родственников-антисемитов они могут присутствовать до сих пор. Нельзя это отрицать. Но, знаете, они получают достойный отпор и осуждение. Сужу по своей странице в «Фейсбуке». Если появляется что-то подобное, люди абсолютно не поддерживают такие заявления. С другой стороны, вполне возможно, что акты вандализма в отношении еврейских захоронений и памятников срежиссированы агентами влияния, которые в Украине присутствуют в большом количестве.

— Слышала, что в Московском военном институте иностранных языков с 1939 года существует факультет спецпропаганды. К пропаганде там всегда был фундаментальный подход. Не это ли еще одно из объяснений нашего отставания в развязанной Кремлем информационной войне?

— Мы изначально находимся в проигрышной ситуации, поскольку не можем позволить себе откровенные фейки, которыми манипулируют российские пропагандисты. У них все четко по геббельсовской формуле: «Чем чудовищнее ложь, тем скорее в нее поверят». Отсюда истории о распятых мальчиках, изнасилованных эпилептических старушках и прочий бред. К сожалению, здесь нет простого противоядия, эффективного оружия противодействия. Помните фразу Марка Твена: «Ложь обойдет полсвета, прежде чем правда успеет надеть ботинки»?

Мне кажется, что трансляцию российских телеканалов запретили своевременно.

— Вы поддерживаете его?

— Конечно. Но расскажу вот о чем. Мой хороший знакомый, российский поэт Андрей Орлов (Орлуша), приезжая в Киев, изумляется, сколько у нас «ватников» среди таксистов. Это ведь из-за того, что в частных домах в Броварах, Ирпене или Борисполе стоят «тарелки», и люди продолжают смотреть российское зомбовидение.

— И потом, поди, еще говорят, что Путин молодец.

— Ну да, «придет — порядок наведет». К сожалению, российский идеологический аппарат обладает колоссальными финансовыми возможностями. По самым скромных подсчетам, на содержание пропагандистских телеканалов там выделяют где-то около пяти или шести миллиардов долларов в год.

Поэтому простого решения для нас не вижу. На встрече с президентом год назад, когда обсуждали вопросы информационной войны, я говорил, что нужно, к примеру, ребят с сайта «Петр и Мазепа», которые предлагали когда-то свою программу контрпропаганды, привлекать активнее, хотя бы как консультантов.

Считаю, что в какой-то мере противодействию кремлевской пропаганде могли бы сослужить добрую службу юмор и ирония. Надо троллить, высмеивать явные фейки и ляпы, поскольку то, что становится смешным, уже не может быть опасным. Самый безбашенный тиран боится юмора.

— Думаете, хозяин Кремля тоже этого боится?

— Да. Не случайно первые диктаторские меры он применил к сотрудникам телеканала НТВ и программе «Куклы», которая была самой яркой сатирической программой в России. Помню, как в те годы мы завидовали россиянам, что у них есть такие откровенные передачи. А у нас карикатуру на первое лицо государства позволила себе опубликовать одна-единственная газета — «Зеркало недели». Все остальные издания не могли себе это позволить. Помню, как «Киевским ведомостям» угрожали за фельетоны Сергея Рахманина, вызвавшие бурную реакцию со стороны нашего истеблишмента и всяких структур.

Вы часто приводите цитату «Политики думают о следующих выборах, а государственные мужи — о следующих поколениях».

— К сожалению, сегодня горизонт этого планирования ограничен военными действиями. В настоящее время самый опасный фактор для существования страны, самое главное на повестке дня — путинская прикрытая и неприкрытая агрессия.

Недавно я говорил в эфире «Радио «Свобода», что на этом фоне какие-то сатирические сюжеты о внутрипартийных дрязгах выглядят как мелкотемье (было такое советское понятие). Если к тебе ломится пьяный уголовник, который может уничтожить твою семью или отобрать у тебя всю твою собственность (в лучшем случае), то в этот момент твои внутренние семейные разборки отходят на второй план. В первую очередь надо дать отпор агрессору.

Так что говорить о каких-то стратегических планах трудно. Посмотрите, как иногда кардинально меняется политическая и экономическая ситуация. Кто знал, например, в России три года назад, что нефть и газ настолько подешевеют и что упадет покупательная способность населения в два раза?

— На ваш взгляд, Россия просыпается? Имею в виду недавние протестные акции.

— Это настолько малый процент. Есть такое выражение, что в России довольны жизнью те, кто в доле, и те, кто не в курсе. Вот у них критическая масса тех, кто в доле, гораздо больше. Легкие нефтяные деньги позволили раздуть государственный репрессивный аппарат. У каждого человека есть брат-сват-зять в каких-то силовых структурах. А креативный класс настолько узок… По статистике, выпускники российских средних школ мечтают пойти в полицию или в ФСБ, работать в госструктурах. С одной стороны, огромное количество людей трудится в государственном аппарате, с другой — те, кто не имеет абсолютно никакой объективной информации и смотрит зомбовидение. Все как в советские времена. Когда говорят об оболваненных россиянах, парирую, что в СССР нас таких было 250 миллионов человек.

Я сам был бойцом идеологического фронта — настраивал тысячи бедных арабских коллег и знакомых против американцев. Помню вот такие страшные стихотворения (читает по-арабски, а потом переводит; Дмитрий свободно владеет английским, арабским, ивритом, фарси. — Авт.): «О кровавые щупальца капитализма и империализма, которые сжимаются на горле арабских народов и высасывают последнюю кровь. О любители смерти и насилия». Мы же в 70−80-е годы грузовыми самолетами отправляли на Восток идеологические брошюры.

— Куда?

— В страны, с которыми было налажено тесное экономическое и военное сотрудничество. Советский Союз максимально опекал пять государств -- Ирак, Сирию, Йемен, Ливию, Алжир. Туда чаще всего ездили мои коллеги, выпускники военного института, и откуда к нам приезжало очень много студентов.

Везде мы насаждали идеологическое противостояние, воспитывали местных жителей в атмосфере ненависти и сопротивления капитализму и сионизму. Пожалуйста, все эти страны сегодня охвачены гражданской войной.

А в тех государствах, чьи шейхи и короли отправляли своих детей в гарварды, оскфорды, кембриджи и сорбонны, сегодня все более-менее стабильно. Даже в тех странах, где нет нефти и, соответственно, не такой высокий уровень жизни (в Иордании или Марокко), политическая система стабильна. Они нормально существуют, благодаря тому, что воспитывали свою элиту на общечеловеческих принципах, без ненависти и лжи.

Помню, как на меня смотрели алжирские офицеры, окончившие французские вузы, когда я им — в страшных условиях советских военных учебных центров! — рассказывал о загнивающем Западе. Мол, он в конвульсиях доживает свои последние месяцы и годы, а вот Советский Союз — это оплот мира и стабильности. Мы же были отравлены. Сидели в клетках, а кричали «свободу Анжеле Дэвис!».

— Вы как-то сказали, что «дипломат — человек, которого посылают лгать в интересах его Родины». Вам тоже врать приходилось?

— А как же! Расписывал уникальные инвестиционные возможности Украины, четко зная, что ничего этого нет. Помню, как люди возвращались в ужасе: «Что ты нам нарассказывал? У вас же феодализм! Все суды куплены, все государственные органы сидят на подсосе у спонсоров. О чем ты говоришь?» Такие отзывы — одна из причин, почему я ушел из дипломатии.

По статистике, сегодня 85 процентов ведущих польских предприятий -- это международные корпорации и акционерные общества, руководители которых не думают, как купить дорогую виллу в Лондоне или на берегу итальянской Лигурии, а планируют капитализацию компаний, чтобы акции стоили дороже, отчитываются перед своими акционерами, ничего не выводят в офшоры, не воруют, а работают на благо своего предприятия и в конечном счете на благо страны.

Таких объектов, как Mittal Steel, приватизировавший «Криворожсталь», должны быть сотни. А их у нас можно пересчитать по пальцам одной руки. Это главная причина.

Знаете, есть такой персонаж на нашем радио, который говорит: «Уважаемые иностранные инвесторы! Вкладывайте деньги в украинскую экономику. Где ваша не пропадала».

— Да уж…

— Я недавно вел одно мероприятие в Иерусалиме. Там были израильские бизнесмены, которые инвестируют в Украину и вРумынию. Они говорят, что в Румынии сегодня абсолютно другая картина. Там работают антикоррупционные законы и антикорупционные органы, поэтому люди получают отдачу от своих инвестиций через два-три года.

Убежден, что наши новые украинские антикоррупционные структуры очень важны. Наша задача -- максимально открыть рынок для инвестиций и защитить их.

Болезненная для меня тема -- незавершенная земельная реформа. Знакомые израильтяне смеются, что до сих пор возят в Украину самолетами петрушку, щавель, укроп, редиску. В страну, где 75 процентов европейского чернозема! Это ж издевательство! Мы наше стратегическое богатство используем так, словно микроскопом забиваем гвозди.

А ведь могли бы выращивать рентабельные культуры, но для этого нужны вложения в аграрный сектор. А туда приходят временщики: сегодня пшеницу, кукурузу, рапс посеял, через полгода собрал, ни копейки не вложив ни в эту землю, ни в развитие новых сельскохозяйственных технологий, фермерство и прочее.

— Тем не менее я верю в свою страну. А вы?

— Обязательно. Как сказал Черчилль: «Я оптимист, не вижу никакого смысла быть кем-то другим». Ты же сам создаешь свой внутренний настрой. Так что лучший способ поднять настроение себе — поднять его своим близким, друзьям, знакомым. Поэтому мы так активны в «Фейсбуке». Даем какой-то посыл оптимизма, веселим, пытаемся развлечь своих читателей, стараемся нести людям радость. Словом, «немає важливiше iнтересу, нiж вивести країну нам зi стресу». Наш лозунг — «Вперед, к победе оптимизма».

Как у Лины Костенко «I хто б там що кому не говорив, та згине зло i правда переможе». Надо в это верить.

— Ну и напоследок анекдот для читателей, пожалуйста.

— «Почему россиянам не нужны импортные овощи?» — «Потому что у них своих 86 процентов».

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Читайте также
Загрузка...
Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

Исаак Соломонович был в прекрасной спортивной форме. Правда, она... не застегивалась у него на животе.

Версии