ПОИСК
Події

Старший сын бесследно исчезнувшей 19-го декабря прошлого года татьяны харченко повесился в камере на собственных носках

0:00 27 червня 2001

Ранним утром 19-го декабря прошлого года жительница села Старое Бориспольского района Татьяна Харченко разбудила своих старших детей -- 19-летнюю Дашу, 16-летнюю Машу и 10-летнего Якова -- и отправилась с ними в районный центр, оставив на попечение старшего сына Кости пятилетнюю дочь Лиду и четырехлетнюю внучку Олю. Уехали будто бы на визит к стоматологу. Татьяна обещала вернуться к вечеру и даже приготовила дрова, чтобы по приезде затопить печь. Но домой не вернулась и по сей день. Мешок с дровами несколько месяцев так и простоял на пороге. (О таинственном исчезновении четырех человек «ФАКТЫ» писали в номере от 23-го марта: «Женщина из рода ведунов бесследно исчезла вместе с тремя детьми». )

Сразу же по селу поползли слухи, будто бы это исчезновение -- чуть ли не кара Господня за то, что дед и бабушка Татьяны занимались ведовством. А кто-то вспомнил о таинственной машине с тонированными стеклами, которую неоднократно видели возле дома, где жила семья Харченко. «Наверное, впуталась в какую-то нехорошую историю», -- говорили соседи. Как бы там ни было, о Татьяне и уехавших с ней детях вот уже шесть месяцев нет ни слуху ни духу.

«Тут все дело в деньгах»

-- Тут все дело в деньгах, -- судачат соседи. -- Согласитесь, что за короткое время невозможно купить три квартиры для своих детей, стоимостью по две тысячи долларов каждая, и домик за три с половиной тысячи. Да, она скупала товар на секонд-хэндовских рынках столицы и продавала его по селам. Но кто сам торговал, тот знает, что очень больших денег таким образом не заработаешь.

Какой-то свет на то, откуда у Татьяны вдруг появились деньги, могла бы пролить ее самая старшая дочь Аня, которая работает за границей в одном из танцевальных коллективов, но до некоторого времени она находилась за пределами Украины.

-- Пока нам остается только строить различные версии, -- рассказал «ФАКТАМ» сотрудник уголовного розыска Киевской областной милиции, пожелавший остаться неизвестным. -- Из опроса всех, кто хорошо знаком с этой семьей, у нас сложился определенный портрет Татьяны Харченко. Это очень скрытная женщина. Порой даже ее родная мать Мария Константиновна не знает, что задумала дочь.

Свидетели говорят, что в последнее время Татьяна только и говорила о том, где бы можно заработать побольше денег. У нее довольно большой приусадебный участок, она трудолюбива, к этому же приучала своих шестерых детей. Деньги и работа были ее основной темой разговора. Поэтому она и не отпускала детей в школу. Всегда говорила: «Я окончила десять классов, и что из меня вышло?»

Видимо, Ане повезло несколько больше. Девушка всегда стремилась к большему, чем работать по сельскому хозяйству. Она неплохо окончила школу. Говорят, что хорошо знает несколько языков. А после окончания учебного заведения по специальности библиотекарь вдруг заявила, что будет искать себе работу за рубежом. По некоторым данным, она довольно удачно устроилась в один из танцевальных клубов в Швейцарии.

По всей вероятности, Татьяна собиралась уехать вместе со старшими детьми за границу

Некоторое время после исчезновения Татьяны с детьми не было ничего слышно и об Ане. Она должна была позвонить в январе, а вернуться домой в феврале этого года. К счастью, Аня все же вернулась.

Когда весной нынешнего года в Киевской области были обнаружены четыре головы с частями тела, близкие Татьяны приготовились к самому худшему. Черепа, пролежавшие всю зиму под снегом, были неузнаваемы. Правда, на одном, предположительно женском, черепе сохранилась прядь рыжих волос. Точно такие же были у 16-летней Маши. И только генотипоскопическая экспертиза расставила все по своим местам. Двое мужчин и две женщины в возрасте от 18-ти до 30-ти лет оказались жертвами квартирных мошенников (следствие по этому факту уже почти завершено). Погибшие при жизни были людьми не очень высокого роста, поэтому их маленькие черепа были поначалу приняты за детские.

-- На сегодняшний день у нас есть все основания считать, что Татьяна с детьми уехала из села Старое по своей воле, -- сказали мне в Киевской областной милиции. -- Более того, уже после исчезновения ее видели на столичных вещевых рынках в феврале и в марте. Причем Татьяну опознали не просто посторонние люди, прочитавшие статью в газете, но и продавцы, знающие Татьяну и всех ее детей по именам. У нас нет оснований не доверять подобной информации. Дело в том, что, отвечая на вопрос следователя «Вы уверены, что это был именно такой-то месяц, а не, скажем, ноябрь», свидетели отвечали более чем логично: «Мы торгуем одеждой и профессионально замечаем, кто в чем был одет». Одна из продавщиц очень детально описала курточку, которая была на 16-летней Маше, и добавила, что в ноябре (до исчезновения) в такой было бы прохладно. Подтвердилась версия и о том, что пропавшую семью видели в электричке неподалеку от Тернополя.

А в последний раз Татьяну видели в одной из столичных аптек. Вроде бы она разговаривала со своей дочерью (предположительно с Дашей) о возможном выезде за границу.

Версия о том, что Татьяна вместе с детьми готовилась к поездке за рубеж, подкрепляется и другими фактами. Как рассказывают люди, близко знавшие Харченко, эта женщина и ее дочери в последнее время усиленно занимались изучением английского языка и готовили для себя заграничные паспорта.

В подтверждение этой версии говорят и несколько художественных фотографий, обнаруженных в доме Татьяны, на которых были запечатлены Маша и Даша. Эти фото сделаны в виде портфолио. Точно такие же снимки несколько позже были изъяты и у их старшей сестры Ани.

В качестве одного из подозреваемых оказался родной сын Татьяны Харченко

-- Из всего, что нам удалось узнать, складывается такая версия, -- рассказали мне в Бориспольском уголовном розыске. -- Убедившись на примере своей старшей дочери, что за рубежом можно заработать деньги Татьяна решила готовить своих средних дочерей к поездке за «кордон». Как нам рассказывали, эта женщина была очень скупой. Если можно было пройти двадцать километров до районного центра пешком, она не задумываясь делала это. Возможно, именно поэтому границу она решила пересечь нелегально. Скорее всего, она попыталась сделать это 6-го января, когда ее с детьми и каким-то мужчиной видели в электричке, следующей из Тернополя. Но что-то не получилось, и Татьяна вернулась в Киев…

В таком случае возникает вопрос, почему Татьяна не дала о себе знать после того, как ее исчезновение вызвало такой резонанс? К тому же, как мы уже упоминали выше, она исчезла, оставив на попечение сыну Косте свою дочь и внучку -- дочь Ани…

-- Поведение Татьяны адекватным назвать никак нельзя, -- рассказывает сотрудник уголовного розыска Киевской областной милиции. -- Она всегда действовала непредсказуемо. Еще вечером до ее исчезновения никто не знал о предполагаемой поездке в Борисполь, а в пять утра она разбудила старших детей и перенесла еще спящих младших в квартиру, в которой проживал сын. Она обещала вернуться вечером, поэтому мы не можем оставить без внимания и другие версии этого загадочного исчезновения, вплоть до убийства.

В качестве одного из подозреваемых в предполагаемом убийстве оказался… родной сын Татьяны. Причины для этого, как считает следствие, были.

-- Костя успел отсидеть в детской колонии за кражу, но был выпущен по амнистии. Как-то раз он обмолвился, что попал в колонию из-за того, что на него мало обращают внимания. Себя он называл «транзитным пассажиром в этой жизни», -- рассказывает сотрудник уголовного розыска. -- Вся недвижимость, которую приобретала в последнее время Татьяна, была переписана на дочерей. Косте же ничего не досталось. Вполне возможно, он затаил обиду за это на свою мать.

Осенью прошлого года, незадолго до исчезновения матери, сестер и брата, Костя снова пошел на преступление. На этот раз он принял участие в краже ста алюминиевых полочек для кирпича. Как объяснил позже во время одного из допросов, ему нужны были деньги для лечения его жены Иры. Учитывая характер преступления, Костю не стали брать под стражу, а оставили до суда на подписке о невыезде. Но уже в марте с формулировкой «За неуважение к суду» (парень пил пиво на пороге зала заседаний) его арестовали. Некоторое время он был одним из подозреваемых по делу об исчезновении его близких. В записке, переданной на волю, Костя писал, что его «сажали в «пресс-хату» к уголовникам, чтобы он сам сознался, где его мать». Однако после того, как было установлено, что четыре головы, найденные в Киевской области, не принадлежат никому из семьи Харченко, от него отстали. Об этом также сказано в записке, которую Костя написал 28-го мая. А 5-го июня он повесился прямо в камере на собственных носках.

Задержанные, которые в этот момент находились в камере вместе с Костей, спали и ничего не видели. Рядом с покойным была обнаружена еще одна записка, которую он начал писать еще 31-го мая. Любопытно отметить, что в первой, от 28 мая, Костя написал:

«Теперь меня не трогают. Если можешь -- сделай мне передачу. А если не получится, то особо не волнуйся, я думаю, что скоро меня выпустят». Три дня спустя он начинает писать записку, которая начинается словами: «Я, Харченко Константин Сергеевич, заявляю. В моей смерти некого винить, как только одно наше государство, которое довело до такой жизни… »

Эту записку Костя писал пять дней, жалуясь, что контролер каждые пять минут заглядывает в камеру и «не дает по-человечески повеситься». Это было написано на обратной стороне предъявленного ему обвинительного заключения. Как сказали в Бориспольском райотделе милиции, парень вполне мог получить условный срок. Его жена Ира и полуторагодовалая дочь Анжела так и не дождались мужа и отца. На похороны Кости пришла половина села.

-- Мы продолжаем разрабатывать различные версии исчезновения Татьяны вместе с детьми, -- сообщили в Бориспольской милиции. -- Недавно в родное село вернулась Аня. Думаем, что если Татьяну никто не удерживает силой, то она тоже вернется живой и здоровой.

484

Читайте нас у Telegram-каналі, Facebook та Instagram

Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів