Украина Сильные духом

Друзья Владимира Семистяги: "За несколько дней до похищения Володя признался, что ему угрожают"

7:30 5 июля 2014 5840
Владимир Семистяга

Похищенный российскими боевиками историк Владимир Семистяга, о смерти которого на этой неделе сообщили многие СМИ, оказался жив. Террористы удерживают мужчину в подвале захваченного ими здания СБУ. Родные и друзья историка пытаются добиться его освобождения

О похищении известного украинского историка, председателя луганской организации «Просвита» 64-летнего Владимира Семистяги «ФАКТЫ» уже сообщали. Террористы похитили его прямо возле офиса в центре Луганска. Через несколько дней появилась информация о смерти Семистяги — дескать, в плену у российских боевиков у Владимира Федоровича случился сердечный приступ. Представители так называемой Луганской народной республики даже велели родным историка забрать его тело. Владимира Федоровича «похоронили» все центральные СМИ. Как вдруг оказалось, что историк все-таки жив!

— Уже никто на это и не надеялся, — говорит приятель Владимира Семистяги Всеволод Филимоненко. — Ни для кого не секрет, что в подвале захваченного здания СБУ, где боевики удерживают Владимира Федоровича, убивают людей. Там устроили настоящую пыточную. А у Владимира Семистяги действительно серьезные проблемы с сердцем. Они начались еще несколько лет назад, а в прошлом году обострились. Владимиру Федоровичу сделали три операции на сердце. Но он не сдавался — интенсивно лечился, почти сразу вышел на работу. Рассказывал, что каждый день должен принимать лекарства. Поэтому когда его захватили в плен, первое, о чем мы подумали: что он будет делать без таблеток? Пытались передать ему лекарства, но террористы не шли на контакт.

*Несмотря на проблемы с сердцем, Владимир Федорович был очень активным человеком и не прекратил общественной деятельности, даже когда в город вошли террористы

По словам Всеволода Филимоненко, о похищении историка он узнал одним из первых. Это случилось еще 23 июня возле офиса луганской организации «Просвита».

— Как потом рассказывали очевидцы, на Семистягу, входившего в здание, налетели вооруженные террористы, — продолжает Всеволод Филимоненко. — Скорее всего, они его выслеживали. Окружили со всех сторон, нацелив на него автоматы. У Владимира Федоровича не было другого выхода, как идти с ними. Боевики тем временем зашли в офис и устроили там погром, забрали все документы. Владимир Федорович спрашивал, что они от него хотят, но с ним не собирались разговаривать. Вокруг были люди, но никто не помог. Боялись. По улицам Луганска не первый день ходят вооруженные боевики и похищают всех, кого вздумается. Некоторых бьют и отпускают. Но Владимира Федоровича сразу повезли в пыточную.

Мы сначала подумали, что террористы, как обычно, хотят получить выкуп. Если они и выпускают заложников, то только за деньги. Но семья Семистяги живет не богато. Маленькой зарплаты преподавателя Владимиру Федоровичу едва хватало на содержание семьи. Еще толком не зная, где взять деньги, родные историка попытались вступить в переговоры с террористами. Прямо спросили, что нужно сделать для его освобождения. Но боевики наотрез отказались обсуждать этот вопрос.

Тем временем я начал звонить во все правоохранительные инстанции. Несколько раз обращался в милицию, в прокуратуру, в СБУ. У меня вроде бы принимали заявления, но никто ничего не делал. Переговоры с террористами вели только мы. А правоохранители пожимали плечами: «Не его одного похитили. Мы ничего не можем сделать».

Всю следующую неделю мы пребывали в неведении. Сестра Владимира Федоровича каждый день ходила к зданию СБУ, но ее прогоняли: «Идите отсюда! Или тоже хотите в подвал? Сейчас организуем!» Все это сопровождалось матерными тирадами. В некоторых изданиях писали, что Владимир Федорович якобы звонил и просил родных отдать террористам документы на его квартиру. Это неправда. Ни он, ни боевики не выходили на связь.

А в конце прошлой недели мне позвонили с неизвестного номера. «Забирайте труп, — заявил мужчина. — Умер ваш ученый». Я подумал, что ослышался. Как умер? Когда? «Еще два дня назад, — сказал мужчина. — Сердце отказало. Не спасли». Как и следовало ожидать, звонивший мне человек не представился. Сказал только, что он из «Луганской Народной Республики». Утром к ним пришла сестра Семистяги. Боевики, дежурившие на баррикадах, узнав, зачем она пришла, опять нацелили автоматы: «Пошла вон отсюда! О теле можешь забыть».

Террористы как будто играли с нами. Несколько раз говорили сестре Семистяги, что она может прийти за его телом, но, когда она приходила, прогоняли с угрозами. Мы даже готовы были заплатить им, лишь бы по-человечески похоронить Владимира Федоровича. Я уже не сомневался, что его убили — знакомые рассказывали, что те двое террористов, к которым он попал в плен, едва ли не самые жестокие в Луганске. Всех, кто не выполняет их приказы, тут же убивают. Семистяга вряд ли начал бы сопротивляться (думаю, понимал, что ему одному с больным сердцем бесполезно пытаться сбежать), но если бы ему, например, приказали заявить, что он поддерживает российских оккупантов, он ни за что бы этого не сделал. Таких патриотов, как Владимир Федорович, нужно еще поискать. Несмотря на плохое самочувствие, Семистяга одним из первых в Луганске вышел на Майдан. С тех пор каждый день стоял на площади с украинским флагом. Уговаривали его пойти отдохнуть, но Владимир Федорович ни в какую: «Сидеть на диване и возмущаться может каждый. Но только от этого ничего не изменится».

Одновременно продолжал работать. Преподавал, руководил общественной организацией, редактировал журнал. Если в городе проходила какая-то акция — будь то юбилей Тараса Шевченко или День Независимости, Владимир Федорович всегда был в числе организаторов. Старался привлекать к этому делу студентов. Не получал ни копейки за общественную работу, но тратил на нее все свободное время (в частности, Семистяга проводил собственное исследование по событиям, связанным с краснодонским подпольем «Молодая гвардия». Результаты его работы в корне отличались от советской исторической версии. — Авт.).

Семистяга преподает историю Украины в Луганском национальном университете. Чтобы понять, как к нему относятся, достаточно зайти на страничку Владимира Федоровича в «Фейсбуке». Она полна соболезнований, появившихся сразу после того, как в Интернете распространилась информация о его смерти.

«Кажется, еще вчера мы с ним стояли бок о бок на луганском Майдане, — вспоминает студентка Ирина. — Нас, протестующих, было мало — от силы человек триста. Мороз двадцать градусов. Мы согревались горячим чаем, но не уходили. Краем глаза взглянула на Владимира Федоровича. Положив таблетку под язык, он слабо улыбнулся: „Все в порядке. Не сдаемся“. Наши ребята старались брать с него пример».

— Приход вооруженных террористов Владимир Федорович воспринял очень болезненно, — продолжает Всеволод Филимоненко. — «Почему с ними никто не борется? — недоумевал. — Видно же, что дальше будет только хуже!» Как в воду глядел. Ситуация в Луганске накалялась с каждым днем. В апреле, когда террористы принялись похищать людей, а по городу стали ходить вооруженные чеченцы, поддерживающие Евромайдан активисты начали разъезжаться. Боевики их преследовали, угрожали. Те, кто вовремя не уехал, рано или поздно пострадали. В Луганске до сих пор обсуждают случай с известным адвокатом Игорем Чудовским, которого террористы расстреляли в упор. К счастью, он остался жив («ФАКТЫ» писали об этом случае. — Авт.). Владимир Семистяга был таким же активным и прекрасно понимал, чем ему это грозит.

— Но продолжал отстаивать свою позицию, — говорит друг семьи историка Вячеслав (имя изменено. — Авт.). — Нет, он не подходил к террористам с требованиями убираться. Но при этом выпускал проукраинские издания и помогал украинской армии. Лично собирал гуманитарную помощь и отвозил в воинские части. Мы спрашивали, не боится ли он оставаться в Луганске. «Что они мне сделают? — отмахивался Владимир Федорович. — Думаю, я им не нужен». Последний раз мы разговаривали примерно за неделю до похищения. На этот раз его голос звучал не так оптимистично. Оказалось, Семистяга вывез из города свою семью. «Мне угрожали», — признался. Я посоветовал ему тоже уезжать. «Не знаю, — тяжело вздохнул Владимир Федорович. — Здесь дом, издательство… Как я могу все взять и бросить?» Узнав о его гибели, я долго не мог прийти в себя. Начал выяснять, где находится тело. И тут звонят его родные: «Володя жив! Мы говорили с ним по телефону!»

— Все это выяснилось, когда сестра Владимира Федоровича в очередной раз поехала за его телом, — объясняет Всеволод Филимоненко. — На этот раз террористы не стали ее прогонять и сообщили, что ее брат… жив. Более того, дали ей поговорить с ним по телефону. «Он сказал: „Я жив“, — рассказывала его сестра. — И спросил, как дети. На этом разговор прервался». Я сначала не поверил. Решил, что это очередные игры сепаратистов. Потребовал, чтобы террористы показали живого Семистягу хотя бы на видео. Но боевики отказываются.

*В подвале захваченного здания СБУ, где удерживают Семистягу, боевики, по слухам, устроили настоящую пыточную

— Между тем, сразу два надежных источника из так называемой Луганской Народной Республики подтвердили: Владимир Федорович жив, — говорит луганский блогер Сергей Иванов. — Правда, в каком он состоянии, не известно. Позже то, что историк выжил, подтвердила журналистка «Громадського ТV» Настя Станко, которую только что освободили из плена. Находясь в подвале, она видела там Семистягу. Его родные готовы отдать все на свете, лишь бы он вернулся домой целым и невредимым. Но только как? Когда они в очередной раз завели разговор о выкупе, террористы начали ругаться. Сказали, что ничего не получится и «просто так они его не отпустят».

Пытаясь пояснить ситуацию, корреспондент «ФАКТОВ» связалась со «спикером парламента» так называемой Луганской Народной Республики Алексеем Карякиным.

— Это правда, — подтвердил Карякин. — Владимир Семистяга жив, здоров, получает трехразовое питание. Мы даже дали ему возможность поговорить по телефону с родственниками. Все с ним замечательно, не переживайте. Да, родственников мы к нему не пускаем. Просто если мы сюда их заведем, они будут сидеть вместе с ним. Дали поговорить по телефону — пусть скажут спасибо. А они ведут себя по-хамски. Кричат, обзываются. И даже несмотря на такое поведение, к Семистяге отношение нормальное. Мы ко всем людям относимся с пониманием.

— Но почему его не отпускают? И собираются ли?

— Если и решат отпустить, то только после того, как разберутся. Более точную информацию дать не могу, потому что идет следствие. Почему его взяли? У нас по этому человеку прошла определенная информация. Но это… тайна следствия.

— Мы надеемся, что террористы не блефуют, — говорит друг историка Вячеслав. — И будем сутками стоять около здания СБУ — пока Владимира Федоровича не освободят. На нашем месте он поступил бы точно так же. Когда за неделю до его похищения мы созвонились, Семистяга тяжело вздохнул: «Украинцев в Луганске постепенно „сливают“. Мы остались наедине с боевиками. Страшно подумать, что будет дальше». Но тут же добавил: «И все равно нужно держаться. Те, кто держится до последнего, побеждают».

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров