БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Интервью со звездой Только в «ФАКТАХ»

Олег Скрипка: "Первый альбом мы записали на два магнитофона "Маяк" и распространили его на кассетах"

8:15 17 ноября 2015 1254
Олег Скрипка
Инф. «ФАКТОВ»

Лидер легендарной группы «ВВ», отмечающей свое 30-летие, побывал в редакции «ФАКТОВ» и ответил на вопросы читателей

«А я у вас уже бывал, — с порога сказал Олег Скрипка, увидев свои фотографии на стенах редакции. — Как давно это было, а будто вчера». Не верится и в то, что группа «Вопли Видоплясова» имеет уже 30-летнюю историю. Первая песня «Танцi» звучала на всех дискотеках в городах и селах, заставляла буквально каждого плясать под ритмичную мелодию. О том, как все начиналось, чем живет группа сейчас и какие сюрпризы готовит своим поклонникам, а также о семье и детях, Олега Скрипку спрашивали читатели «ФАКТОВ». Первый дозвонившийся пожелал музыканту крепкого здоровья и долгих лет жизни. Недавно певец пережил стресс — во время перелета из Амстердама в самолете загорелся один из двигателей. Пилотам в аварийном режиме удалось посадить лайнер.

…После прямой линии Олег Скрипка продолжил свой гастрольный тур по городам Украины. Узнав о кровавых терактах в Париже, городе, где музыкант прожил несколько лет и где у него осталось много друзей, он сразу вернулся в Киев. Отнес цветы к посольству Франции. А уже на следующий день отправился с концертом в Лондон. Скрипка изменил программу, посвятив песню парижанам. «Искренне соболезную всем французам. Уверен, такие горькие испытания еще больше сплотят общество. Сердцем и душой я с вами», — сказал Олег.


*Олег Скрипка и главный редактор «ФАКТОВ» Александр Швец во время прямой линии. Фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»

* — Добрый день, это Андрей из Киева. Олег, что же случилось во время перелета?

— Я думаю, что это все Хэллоуин. В это время, в конце октября — начале ноября, столько аварий случается. Падают самолеты, происходят разные катаклизмы. Лет 15 назад в России во время концерта в Краснодаре на Хэллоуин меня чуть не убило током. Мы выступали в одном из клубов. Выхожу на сцену с баяном в цветастой сорочке и вижу в зале всякую нечисть — посетителей клуба, переодетых в скелеты, смерти, чертей. Человек семьсот. «Добрый вечер», — говорю в микрофон, и мне 220 вольт как лупанет по губам. Еле на ногах удержался. Но звездочки в глазах, как в мультике, засверкали. От такого удара током не мог петь, меня парализовало, пошел в гримерку отходить. В это время техники проверили аппаратуру — ну все, можно выходить. Снова говорю в микрофон: «Добрый вечер» — и снова меня сильно бьет током. Да что же это такое? Меня и раньше, бывало, током било, но такого еще никогда не происходило. Оказалось, техники перепутали «плюс» и «минус», не разъединили линии для техники и света. Во время выступления зрители в образах чертей и скелетов забирались на железную раму, на которой висит освещение. И как только эта нечисть до меня дотрагивалась — происходило замыкание через мои губы и микрофон, меня лупило током. Весь концерт наблюдалась такая картина: я пою, а эти черти ко мне лезут, тянут руки. Я от них шарахаюсь, но сцена маленькая, деваться некуда, и получаю разряд. Это было реальное пекло в Хэллоуин.

В конце октября я выступал в Дании. Все прошло замечательно, люди пришли на концерт в вышиванках, кричали «Слава Украине!» и Хэллоуин там вовсе не отмечали. Но следующая ночь в отеле, где я остановился, оказалась очень бурной. Там внизу был ночной клуб, и вся эта нечисть праздновала. А на следующий день был тот самый перелет. У меня место было как раз возле крыла. Сначала был несильный толчок, а потом из двигателя вырвалось пламя в несколько метров. Это было почти как в фильме. В тот момент я прощался с жизнью.

Стюардессы рассказали, как нужно себя вести, какие позы принять, и все сразу же перепугались. Командир экипажа объяснил, что происходит: из его английского с чешским акцентом я понял, что нам хана. У одной из пассажирок началась паника. Но стюардесса ее быстро успокоила. В общем, садились мы на одном двигателе. Пилоты сделали это так профессионально, что мы даже не почувствовали. Сколько лет выступаю на сцене, но таких бурных, искренних аплодисментов, как были при посадке, я в жизни не слышал.

— О чем вы думали, когда понимали, что ваша жизнь в опасности?

— Всегда думал о том, насколько ценна жизнь, каждая ее секунда. Особенно после того, как увлекся философией древних индейцев. У них есть такая инициация юноши в мужчину: он проходит ритуал условной смерти. Вот когда видишь эту условную смерть, по-другому все воспринимаешь. Я отнесся к этому по-философски. Тем более что история с самолетами у меня не первая. Однажды во время полета отключились двигатели, и самолет, как мне тогда казалось, секунд сорок просто падал.

Я много общался с нашими военными, раненными в зоне АТО. Эти люди видели реальную смерть и при этом сохраняли спокойствие. Они знают цену жизни, у них правильно расставлены приоритеты. Позапрошлым летом я был у наших ребят в Дебальцево, и нас накрыли минометы. Мы сидели в блиндаже, и ребята спокойно комментировали: «Вот 125-й полетел, а вот наши ответили». Одному бойцу лет сорока не хватило места — он спрятался в воронке рядом, курил и при этом шутил. Потом вдруг сказал: «Там же гитара твоя осталась, жалко инструмент» — и побежал за ней. Принес мне. А бежать нужно метров двести. Посидел, покурил и вдруг опять говорит: «Там дизель-генератор работает, дорогой, горит зря, пойду выключу». И опять побежал. У наших ребят просто нет чувства страха.

* — Здравствуйте, это Анна из Одессы. Вашей группе исполняется 30 лет, как отмечать будете?

— У нас целых полтора года юбилейных! Группа основалась в 1986 году, когда 1 мая состоялась сакраментальная встреча трех музыкантов — я, Юра Здоренко и Саша Пипа — в общежитии номер 15 Политехнического института по улице Металлистов, 5. А первый концерт мы сыграли в 1987 году. До того мы писали песни дома на кухне в Академгородке у Юры Здоренко. Мы записали альбом на два магнитофона «Маяк» в микрофоны «Ломо» и распространили его на кассетах. Люди тогда переписывали друг у друга кассеты. Наши песни знали, любили, но самих артистов никто в глаза не видел.

Когда мы впервые вышли на сцену, то были уже суперпопулярными. Даже рекламу концерта не нужно было делать. За день до концерта на дверях ДК «Авиазавода» вешали объявление формата А3, на котором гуашью писали всего несколько фраз: «ВВ», 20.00, такое-то число". И после этого собиралась тысяча народа. Интересное было тогда время. Было бы вдохновение, можно книгу написать.

— Хотелось бы почитать!

— Это вряд ли. Я ориентируюсь больше на будущее, очень плохо помню прошлое, кроме каких-то знаковых событий. Например, первой поездки за границу — в Варшаву. Современной молодежи тяжело понять, как это выехать из-за «железного занавеса» в Европу. Нужно было получить не только заграничный паспорт, но и разрешение на выезд. В советское время это было то же самое, что для современных людей полететь на Марс.

* — Добрый день. Меня зовут Виталий, я боец 3-го артиллерийского дивизиона, расположенного в Луганской области. Недавно мы побывали на концерте Тины Кароль в Северодонецке. Когда вас ждать с выступлением?

— Спасибо за хорошую идею. Сейчас я в туре по городам Украины. В ближайшее время хочу организовать концерт в Мариуполе, а потом и к вам доберусь. Главное, найти время в моем плотном графике. Но я обязательно приеду, Виталий, обещаю!

Как приятно, когда звонят наши люди оттуда. У меня есть знакомые, которые остались на территории так называемых «ЛНР» и «ДНР», потому что так сложились обстоятельства. Но они остаются патриотами Украины. Летом приезжали на байк-слет в Киев, прорываясь через все блокпосты.

* — Здравствуйте. Это Михаил из Киевской области. Олег, вы родились в Таджикистане. Тоскуете по этой стране? Когда были там в последний раз?

— Я выехал оттуда в семилетнем возрасте, лет десять очень тосковал по Таджикистану. Ведь там остались мои друзья, там пошел в первый класс. Признаюсь, больше не был в этой стране. И родня моя вся выехала. К счастью, еще до тех страшных событий, когда в стране началась гражданская война. Несмотря на то что я родился в Таджикистане, а вырос в России, своей родиной считаю Украину.

* — Добрый день. Я звоню из Киева, Александр. Слышал, ваши сыновья летом подрабатывали на автомойке, как вы относитесь к такой инициативе?

— На самом деле это была их инициатива. Мои сыновья (одному девять лет, а второму — семь) сами захотели поработать. Но это не был такой тяжкий детский труд, который описывает в своем творчестве Эмиль Золя. Это была инициатива одного автоцентра. Дети получили возможность познакомиться с производством. Целый день они провели будто на настоящей работе: надевали форму, выполняли поставленные задачи, мыли машины, питались в общей столовой, а в конце дня получали свою первую зарплату — 300 гривен.

— На что дети потратили эти деньги?

— Они отдали их на покупку тепловизора для своего учителя по боевому гопаку, который служит в АТО. Считаю правильным приучать детей к понимаю того, откуда берутся деньги. Они ведь не падают с неба. Чтобы получить определенную сумму, нужно приложить усилия. Кроме того, деньги должны зарабатываться с удовольствием. В этом году мы снова приняли участие в инициативе автоцентра. Ребята с радостью шли на работу. А когда получили свои деньги, мы отправились в магазин игрушек. Старший сын купил себе «Лего» и подарки младшим сестричкам. Причем никто его об этом не просил. Просто такой взрослый поступок. Я видел: возможность дарить подарки другим радовала его больше, чем возможность купить что-то себе.

— Как вы заработали свои первые деньги?

— Это была стипендия в Политехническом институте. Выбрал этот вуз за его атмосферу, активную студенческую жизнь. Пошел на самый престижный факультет, там и стипендия была самая высокая на потоке — вроде 65 рублей. Я даже мог позволить себе сходить в ресторан. Около КПИ был ресторан «Краков». Там я отмечал свой день рождения на целых 10 рублей. Хорошо посидели — с выпивкой, с икоркой, другими закусками…

После окончания вуза нужно было устраиваться на работу. Иногородним остаться в Киеве было нереально, всех отправляли на работу по месту жительства. А я же приехал из Кировска Мурманской области, и меня хотели распределить в Североморск, это еще севернее Мурманска на километров 300, за Полярным кругом. Уж очень не хотелось туда возвращаться. И я пошел на приборостроительный завод «Квант», который обеспечивал военных приборами навигации, и попросился, чтобы меня взяли на работу. Сначала мне ничего не обещали, но примерно через месяц на деканат пришел запрос на мое имя.

Так я оказался единственным не киевлянином, который получил распределение в столице. Мне дали зарплату 100 рублей, общежитие в самом центре города на улице Предславинской, прямо за костелом. Чувствовал себя мажором! В то время мы уже играли с ребятами в «ВВ». Днем ходил на завод, а вечерами выступал с группой. На работе даже не подозревали, что я тот самый Олег Скрипка. Нас ведь по телевизору не показывали, изредка крутили по радио «Танцi». За один вечер я зарабатывал больше, чем молодой инженер за месяц на заводе. Я все больше погружался в музыку и через три года таки уволился.

— Чем вы занимались на заводе?

— Сидел в зачуханной лаборатории с одним небольшим окном, которое упиралось в кирпичную стену. Сотрудники были в большинстве своем престарелые люди, некоторые из них умирали прямо на рабочих местах. Поскольку я был молодой и довольно крепкий, меня всегда брали нести гроб. Это были времена застоя, застоя в производстве. Спроектировал прибор наподобие того, что был у японцев и американцев, сам собрал его и отправил образец в производство. И когда мне показали готовый вариант, я твердо решил, что надо увольняться. Ведь вместо небольшого прибора в тридцать сантиметров получилась огромная тумба. На вопрос, как так получилось, мне ответили: мол, у нас не было нужных деталей, трансформатор пришлось поставить от другого прибора, а тут мы решили подпаять… И вот получилась тумба, далекая от моего образца. Весь советский и российский военпром и сейчас не более чем легенда. Я это знаю не из книжек.

* — Алло! Можно поговорить с Олегом Скрипкой? Это Наталья из Черниговской области. Я знаю, что вы готовите детский бал. Расскажите, что это за мероприятие и как можно стать его участником?

— Это формат светских мероприятий, который я решил перенести в украинскую культуру, наследуя традиции французских балов и уже существующих шляхетних вечорниць. 22 ноября в отеле «Интерконтиненталь» мы проведем благотворительный бал «Великі дитячі вечорниці». В красивом бальном зале будет играть камерный оркестр, детки будут танцевать в красивых платьях, исполнять на белом рояле мои произведения, переложенные на фортепиано. Эти ноты мы отправим потом в детские музыкальные школы. Пока родители будут смотреть концерт — дети смогут поучиться искусству составления букетов, посетить зону красоты для маленьких леди и джентльменов, побывать на уроке танцев, поучаствовать в производстве сладких десертов в наших кондитерских мастерских. Кстати, родители могут заранее записаться на уроки танцев, чтобы дети пришли на бал уже подготовленными. Собранные денежные средства мы передадим в столичный детский кардиоцентр.

— О чем вы сейчас мечтаете?

— Если говорить о карьере, то Гамлета я играл с Лесем Подервянским. Хотел бы сыграть в добром патриотическом историческом фильме. У нас столько легендарных персонажей! Я вот клип снял «Катерина», но фильм пока не потяну. И главное, о чем мечтаю, — конечно, о мире.

Подготовила Лилия МУЗЫКА, «ФАКТЫ»

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Читайте также
Новости партнеров