БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Житейские истории Как на духу

Бывший ФСБшник и боец АТО Илья Богданов: "Мне не стыдно заниматься любой работой, которая нужна людям"

8:30 31 августа 2016   6800
Илья Богданов
Мария ВАСИЛЬ, «ФАКТЫ»

Бывший сотрудник ФСБ, воевавший в АТО и принявший украинское гражданство, вместе с другими ветеранами трудится на «АТОмойке» — моет автомобили и чистит ковры

О бывшем офицере ФСБ из Владивостока 28-летнем Илье Богданове, в июле 2014 года покинувшем Россию, чтобы участвовать в войне на Донбассе на стороне Украины, «ФАКТЫ» писали не раз. Вначале многие восприняли появление на телеэкранах старшего лейтенанта пограничных войск Федеральной службы безопасности как фейк. Мол, не может быть такого, чтобы российский кадровый разведчик и военный юрист на взлете служебной карьеры расстался с «жирной» должностью инспектора по охране водных ресурсов Приморья, зарплатой в 100 тысяч рублей, собственной квартирой и солидной иномаркой, собрал рюкзак с самыми необходимыми вещами и поехал воевать против своей страны за Украину. Богданов объяснял, что устал от лжи, льющейся с российских телеэкранов: «Бесконечно толкут нам про „киевскую хунту и бандеровцев“, как будто своих проблем нет». Молодой офицер заявил о желании «бороться с тоталитарным режимом Путина».

Приехав на Майдан и поделившись с тогдашними обитателями палаток своими намерениями, Богданов уже через час был задержан сотрудниками СБУ. После тщательной проверки в Службе безопасности («Мы не нашли оснований ему не верить», — заметили наши службисты) российский перебежчик был предоставлен самому себе. И спустя месяц в составе батальона «Донбасс» уже участвовал в боях под Иловайском. Потом с бойцами «Правого сектора» оборонял Пески, сражался за Донецкий аэропорт. На него даже было организовано покушение, за которое пойманный киллер был осужден на восемь с половиной лет. Боевые заслуги Богданова позволили ему получить украинское гражданство по ускоренной процедуре. За два года в Украине бывший российский офицер побывал в разных ролях — командир боевого подразделения, кандидат в депутаты местного райсовета, охранник, курьер, строитель…


*В составе батальона «Донбасс» Илья участвовал в боях под Иловайском, позже в рядах «Правого сектора» защищал Донецкий аэропорт

Теперь основная сфера его деятельности — автомойка в Святошинском районе столицы, где работают ветераны необъявленной войны. Она так и называется — «АТОмийка».

В помещении небольшой мойки — четыре бокса, где несколько парней активно орудуют щетками, оттирая до блеска «металлик» подъезжающих иномарок. На крыше сохнут несколько ковров, ждущих развозки по домам. А мы с Ильей Богдановым сели побеседовать за столиком в соседней кафешке.

— Многие удивляются, когда узнают, что я занялся мойкой машин и ковров: «Мол, что с тобой такое случилось?» — улыбается мой собеседник. Впрочем, в роли автомойщика Илья выглядит солиднее, чем год назад, после демобилизации. Возмужал, бороду отрастил, да и в плечах как будто стал шире.


*"Хочется, чтобы к нам приезжали на мойку не только за услугой, но и просто пообщаться", — говорит Илья Богданов (фото автора)

— Я тоже удивилась. Когда мы разговаривали в прошлый раз, вы так вдохновенно вещали о «креативных людях разных национальностей, которые приехали сюда, чтобы с оружием в руках противостоять орде и именно здесь, в Украине, создать настоящую Киевскую Русь». Вы же были одним из идеологов этого движения. Что случилось?

— Просто из-за моей наивности меня использовали разные политические активисты. Демобилизовавшись в мае 2015 года, я шесть месяцев занимался творческими проектами — вел блог с антипутинской пропагандой, участвовал в выборах в местные депутаты в Святошинском районе. Что касается «Киевской Руси» — не буду называть фамилию человека, который обманул нас с этим проектом, ну приблизительно как свидетели Иеговы разводят доверчивых людей. Но тогда он действительно сумел воодушевить многих — не только россиян, явившихся воевать «за Украину против России». Кончилось «политическое движение» тем, что мы полгода охраняли от рейдерского захвата «Славолию» — завод в Славянске. Воображали, что занимаемся серьезным делом, проводили на базе политические лекции и тренировки. В это время наш «предводитель», бывший «регионал», плавал по морям на собственной яхте. Потом завод все-таки «отжали», у хозяина начались проблемы, и я оттуда ушел. Многие друзья хотели устроиться охранниками. Дело в том, что часто боец, вернувшийся с фронта, видит себя только в определенном качестве: сидеть на стуле этаким серьезным вооруженным парнем и тем самым как бы продолжать «военные действия». Но оказалось, что подаваться в охрану уже поздно: нормальные вакансии разобраны. «Антирейдерство» выражалось в том, что их нанимали за 200—300 гривен в день «постоять за кого-нибудь».

Сначала я тоже хотел найти место охранника, а потом понял, что для меня такой выбор профессии необязателен. Стал размышлять и сделал для себя вывод: главное, что больше ни в каком социально-политическом шоу я участвовать не хочу и не буду. А так — мне не стыдно заниматься любой работой, которая нужна людям и приносит деньги. Я работал и курьером, и строителем. Правда, со строительством не сложилось. Одна моя знакомая волонтерша попросила поработать прорабом на стройке небольшого магазинчика экопродуктов на Липках. Но после неприятного инцидента пришлось уйти оттуда. Дело было так: во время обеденного перерыва я пошел в расположенный рядом со стройкой магазин «Сильпо» купить продуктов для бригады — как был, в рабочем комбинезоне. Со мной был еще один дед-работяга, тоже пришел купить перекус и водички. Охранник не пустил нас в торговый зал, а вызванный по моему настоянию администратор объяснил, что… наш внешний вид «оскорбляет посетителей элитного магазина столицы». Подчеркну, мы были не грязные, не заляпанные краской — в чистых синих комбинезонах. Но администратор стоял на своем: «В таком виде не приходите в наш магазин или одевайтесь так, чтобы не было заметно, что вы работники со стройки». Я написал об этом случае в «Фейсбуке». А у меня 20 тысяч друзей и подписчиков. Люди стали постить, возмущаться. И хозяйка будущего магазинчика, пояснив, что я создаю ей лишние проблемы, попросила удалиться — что я и сделал.

Было тяжело перестроиться и понять, что все теперь нужно решать самостоятельно. Стал смотреть вакансии, ходить в службу занятости. Предлагали поработать таксистом — но я еще плохо знаю город. Смотрел даже вакансии официантов. И пошел бы. Но потом подумал: совсем засмеют бывшие «российские друзья», не дам им такого повода.

— Как там, кстати, ваши бывшие друзья, воевавшие на стороне так называемых «ДНР-ЛНР»?

— Давным-давно вернулись домой, одного даже арестовали в Ростове за незаконный ввоз боевой гранаты. Двое уже успели повоевать в Сирии, тоже в качестве добровольцев. Говорят, «спасали там православных».

— А что скажете насчет вашего бывшего сослуживца по «Правому сектору» россиянина Алексея Филиппова, который воевал с вами на востоке, а потом, вернувшись домой, на всю Россию рассказал, как глубоко раскаивается, что «поддался порыву и поехал воевать за Украину». Он говорил о пьянстве и мародерстве в украинской армии. В интервью упоминал вас как друга, сообщил, что воевал под вашим началом. Тем временем в самопровозглашенных республиках поспешили заявить, что россиянин был якобы их «агентом под прикрытием, который полтора года работал в тылу врага». Как же получилось, что вы выступили в роли друга и даже «начальника» российского шпиона? Нехорошо как-то…

— Не скрою, что Филиппов попал в Украину только благодаря мне. Раньше я с ним знаком не был, он стал выходить на меня в соцсетях, уже когда я был в Украине. Писал: «Хочу к тебе приехать!» Меня тронула схожесть наших биографий. Он мой ровесник, также родом из Владивостока. С детства хотел быть военным летчиком, но поступил в военно-морской институт, где на третьем курсе стал негласным агентом ФСБ России под псевдонимом «Тигр». Позже он рассказывал об агентурной работе в среде молодежных националистов. После морской пехоты некоторое время прослужил в отряде быстрого реагирования, но разочаровался в редких спецоперациях типа «штурм казино». Ему было скучно и хотелось «повоевать».

Однажды, когда я уже находился на фронте, Алексей позвонил на мой мобильный телефон из России. Я упрекнул его: «Что ты делаешь, за мной же следят почти все спецслужбы, твой звонок слушают. Зачем рассказываешь о своем намерении приехать по телефону и в открытых соцсетях? У тебя будут неприятности». Но, как ни странно, этот звонок сошел ему с рук.

— Может, он и правда двойной агент?

— Во всяком случае, в Украину Филиппов приехал без проблем. Сказал, что дал 500 рублей пограничнику на границе — и его пропустили, даже со специфической экипировкой. Правда, с приездом он задержался — якобы оформлял заграндокументы и ветеринарные справки на кота, которого непременно решил взять с собой. Я искренне помогал ему, даже просил в СБУ помочь с устройством проезда животного. Теперь думаю, что «оформление кота» было придумано для легального объяснения задержки совсем по другой причине. Хотя… по приезде в СБУ проверяли его биографию, даже протестировали на детекторе лжи. Потом Алексей приехал ко мне на фронт.

По словам Богданова, новый знакомый показался ему неуверенным в себе и очень внушаемым человеком.

— Он был обыкновенным обывателем, «ватником», не ориентировавшимся ни в идейности, ни в политике. Однако что касается войны, то вопросов к нему не было — действовал профессионально. Алексей был в моем взводе, есть даже видео, где мы вместе обстреливаем «сепарский» блокпост на железнодорожном переезде. Но в то же время он продолжал переписываться со своими кураторами из ФСБ.

— И вы об этом знали?

— Даже помогал ему отвечать — следил, чтобы не болтал лишнего. Правда, всегда удивлялся, зачем он это делает. Ведь Филиппов говорил, что хочет остаться в Украине. После демобилизации он пошел инструктором в «Азов», обижался, что ему не дают украинский паспорт. А месяца два назад исчез. Я был уверен, что он «всплывет» в России. Думаю, ему все здесь просто надоело, и он спросил у своего эфэсбэшного руководства: «Если я вернусь, сумею как-нибудь легализоваться?» Те пообещали покровительство. Меня поразило, насколько уверенно Алексей выступал по российскому телевидению, держался прямо-таки героем. Здесь он был совсем другим человеком… Что касается мародерства — ложь. Единственное, что я «смародерил» в Песках, — это расческу, которой причесываюсь и по сей день. Как трофеем.

В День независимости в селе Петровском под Киевом открыли памятник бойцу АТО. Бронзовый солдат с гранатометом в руках стоит у входа в Центр начальной военно-патриотической подготовки для детей и юношества. Богданов не скрывает, что в этом есть и его заслуга:

— Я участвовал на начальном этапе, раскручивал идею создания памятника. Сначала была мысль просто установить на постаменте какую-нибудь машину из АТО. Но потом решили сделать бронзовую фигуру, взяв за основу известную фотографию 18-летнего «киборга» Сергея Табалы с позывным «Север», погибшего при защите Донецкого аэропорта. С помощью «Фейсбука» собирали бронзу, люди несли проволоку, детали разных агрегатов. Один украинец прислал тяжелый царский колокол с гербом. Когда я написал об этом в сети, мои знакомые российские казаки просто слюной брызгали от злости. Таким образом мы собрали около 400 килограммов бронзы, необходимых для достойной скульптуры.

Посты, которыми ветеран-атошник зазывает посетителей на свою «АТОмийку», тоже показались мне креативными. Например: «Нужно успеть почистить все ковры Киева до наступления холодов! Группы чистого реагирования готовы выдвигаться за вашими коврами!» «Только здесь бывший эфэсбэшник пропылесосит вам салон и почистит ваш любимый Kover». Там же адрес: ул. Жмеринская, 26, тел. 096−8 486 461, доставка бесплатно.

— Я занимаюсь только тем, что мне по душе, поэтому вкладываюсь в дело как для себя, — поясняет Богданов. — Куда бы я ни пришел — всегда отношусь к проекту так, что его обязательно надо «тянуть за уши вверх». Ну вот, например, эту автомойку арендует один из моих знакомых атошников. Мы разработали логотип (он виден на фотографии. — Авт.). Для атошников и волонтеров установлена скидка 30 процентов. Плюс бесплатный холодный квас, без которого в жару никак. Сейчас вот раздобыли баллончики с краской, и на каждой из белых (пока что) стен будет трафаретный рисунок, посвященный Иловайску, Донецкому аэропорту, Пескам. Нашлись художники, патриоты Украины, которые сделают это бесплатно. Хотим разработать «АТОмойную» форму, вроде военной, но какую-нибудь прикольную. Пароль придумаем, как для входа в львовскую «Криївку». Да к нам сейчас уже начали приезжать из других районов Киева, с левого берега, даже из Броваров. Планируем сделать свой сайт.

— Сайт у автомойки?!

— Да ведь 21-й век на дворе! Нужно! Мне хочется, чтобы люди приезжали сюда не только помыть машину или почистить ковер, но как в музей, понимаете? Просто чтобы общались, проводили время.

— Как там ваши родные?

— Мама хотела бы ко мне приехать, но боится, что не выпустят. Мне удалось купить машину, которая просто необходима: целое лето мою ковры, затем развожу их заказчикам. А мама пытается продать мою квартиру во Владивостоке. Ведь там у меня хорошая квартира, с видом на море. Сколько служил в России, столько вкладывал в ее ремонт и дизайн. Но пока она почему-то не продается, как заколдованная. Хотя там не все так просто, ведь в России на мне по-прежнему висят три уголовных дела — за измену Родине, дезертирство, подрыв конституционного строя, участие в боевых действиях в составе «Правого сектора»… Счета арестованы.

А еще я начал писать книгу — свою историю. Спешу. Издам ее осенью, потому что дальше она уже будет никому не интересна. О своем участии в движении скинхедов, службе в Дагестане. Вспоминаю о том времени: случайные, совсем незапланированные столкновения, повальное пьянство на блокпостах. Я был опером, сам вербовал агентов, внедрял их в различные группировки… Надеюсь, людям будет интересно это почитать. А там, глядишь, заработаю денег на дальнейшие проекты.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

— Не знаете, где в этом году можно недорого отдохнуть? — Знаю. На диване...