Спорт Наедине со всеми

Ольга Саладуха: "Ни один врач не гарантировал, что я вернусь в спорт"

7:00 13 января 2017   1220
Легкоатлетка Ольга Саладуха
Ольга БЕСПЕРСТОВА, «ФАКТЫ»

После травмы позвоночника прогнозы медиков были неутешительными. Однако бронзовый призер Олимпиады-2012, чемпионка мира, Европы и Украины в тройном прыжке не собирается ставить точку в карьере и готовится к новым победам

Одна из самых красивых спортс­менок Украины, участница трех олимпиад 33-летняя Ольга Саладуха сказала «ФАКТАМ», что сильно скучает по родному Донецку, а также объяснила, почему пропустила финал Рио-2016 в женском тройном прыжке, и как, вопреки настояниям врачей, приняла решение обойтись без операции.

— Читала, что после травмы шансов вернуться в спорт у вас практически не было. А сейчас вижу улыбающуюся, уверенную в себе красавицу, которая только что пришла с тренировки…

— Стараюсь жить полноценно здесь и сейчас, — говорит Ольга Саладуха. — Но, вообще-то, борьба продолжается до сих пор…

Не люблю рассказывать свою историю и возвращаться в этот кошмар. Было ужасно тяжело. Меня часто спрашивают: «Как ты все это выдержала? Мы не смогли бы».

В 2012—2013 годах начала болеть спина, стала «ломаться» техника, пошли на спад результаты. Массажисты давно предупреждали, чтобы обратила внимание на сбои в организме. Но я еще долго продолжала прыгать, превозмогая боль, а состояние, в том числе из-за бесконечных переездов, перелетов и других нагрузок, только обострялось. Да и события в стране не могли не отразиться на здоровье.

В начале 2015 года полностью перестала «включаться» правая нога. Дальше ситуация усугублялась с каждым днем: боли усиливались, стало тяжело ходить, даже встать с кровати было проблематично.

МРТ-исследование показало, что полностью стерт межпозвоночный диск, позвонки разъехались, из-за передавливания нервов нарушена иннервация (связь органов и тканей с центральной нервной системой при помощи нервов. — Авт.) правой ноги, таза, стопы. Медики сказали, что спасет только операция: надо ставить штифты, скобы, которые вернут позвонки на место. Но еще вопрос: выдержат ли «железки» мои нагрузки? Никаких прогнозов.

В Мюнхене и в США обещали, что все сделают быстро и хорошо. Правда, ни один из врачей не гарантировал, что после этого я вернусь в спорт.

Тем не менее в 2014-м в Цюрихе стала чемпионкой Европы. Третий раз подряд. В Украине такое не удавалось никому. В августе 2015-го отправилась на чемпионат мира в Пекин. Не хотела туда ехать, но руководство Федерации легкой атлетики попросило. За неделю до соревнований мне сделали эпидуральное обезболивание, после чего стала неметь правая половина тела. Квалификацию прошла успешно, но во время первой попытки в финале слетел фиксирующий корсет, который удерживал позвонки (просто отклеились липучки). Мог произойти компрессионный перелом позвоночника…

Все говорили: «Хватит, заканчивай, давай на операцию». Однако очень вовремя Бог или судьба послали мне хороших людей, которые сказали, что если буду тренироваться, трудиться, восстанавливаться, то можно обойтись без оперативного вмешательства. Конечно, я согласилась.

— Это украинские специалисты?

— Да. Большая команда экстра-класса, которой буду благодарна всю жизнь. Они меня, можно сказать, собрали по частям. Это реабилитолог Елена Майданюк, доктор Игорь Марунчак, массажисты Евгений Савченко и Андрей Голубничий. Представьте, Андрей тоже дончанин, учился у моего тренера. Но до этого мы никогда не пересекались.

Лечение спины заняло почти два года. Это очень скрупулезная работа. Полностью восстановиться, к сожалению, не удастся никогда: новый межпозвоночный диск уже не вырастет.

Мне ювелирно подобрали индивидуальную программу. Моя же задача — вытерпеть все неприятные процедуры и нагрузки. Многие видели, как я лежала на мате и часами выполняла упражнения. Даже бег трусцой был под запретом. Каждый день приходила в манеж и боролась с собой, со своими травмами и болячками. К моей цели — Олимпийским играм — мы шли вместе постепенно, маленькими шажочками. Команда верила в меня, они все время говорили: «Ты сможешь! У тебя свой путь. И ты все преодолеешь!» Когда рядом много таких людей, это мощный стимул. К тому же в тот период я смотрела много фильмов о сильных личностях, которых не остановили трудности.

Да, результаты в прошлом году были не очень высокими. На Олимпиаде в Рио выступила не так, как хотелось бы. Но считаю победой сам факт участия в ней.

— Вы серьезно рисковали, отказавшись от операции. Кто знает, как все повернулось бы.

— Это был мой выбор. Родные заверили, что примут любое мое решение. За что им спасибо. Знаете, если у спортсмена забрать шанс… Я прошла через многие испытания и использовала его по максимуму. Семья меня полностью поддержала. Даже тренер, когда обсуждали вопрос об операции, сказал: «Ты должна решить все сама. Спорт спортом, а тебе еще жить не один год».

— Он же вас едва ли не с детства знает?

— Я 24 года сотрудничаю с супругами Бойко. В детстве недолго тренировалась у Зои Алексеевны, потом перешла к ее мужу, Анатолию Григорьевичу. У нас тандем спортсмен — тренер, друг друга понимаем с полуслова. Нет ни скандалов, ни выяснений.

Мы вместе пережили этот сложный период. Сейчас постепенно увеличиваем нагрузки. Тренер сказал: «Ты все время прислушивайся, где что не так». Главное — должна прийти уверенность в своих силах, какая была до травмы. Человек очень долго помнит боль. Такие моменты из памяти сразу не сотрешь. Слава Богу, что все уже позади. Но у нас все под контролем (смеется).

— После выступления в Рио вы заявили, что остаетесь в спорте. Тяжело далось решение?

— Мне часто задают этот вопрос. Это была моя третья Олимпиада. Вопрос о завершении карьеры пока не стоит. Хочу выйти на уровень, которого достигла до всей этой эпопеи, и доказать, что человек способен на многое.

В моей коллекции пока нет олимпийского золота, только бронза. Есть золотые, серебряные, бронзовые медали, завоеванные на чемпионатах мира и Европы, но любой амбициозный спортсмен мечтает подняться на первую ступеньку олимпийского пьедестала.

Сейчас готовлюсь к чемпионату мира. Он пройдет летом в Лондоне. Надо много трудиться, в чем-то себе отказывать, верить в свои силы и в свою мечту.

— Вы как-то сказали: «В секторе соревнуюсь исключительно с собой». Для вас нет соперниц и зрителей?

— Есть, конечно. Но каждый спортсмен настраивается на борьбу по-разному: кто-то «включается» на соперников, я же — на себя. Стараюсь концентрироваться, чтобы меня никто не отвлекал от работы. А вот высокие результаты соперниц заводят. Когда смотришь на их удачные попытки, хочется прыгнуть еще дальше.


*Ольга Саладуха: «Спонсорские контракты с известными брендами очень помогают. Ведь те же кроссовки, шиповки стоят 150—200 евро пара. Не каждый спортсмен может себе такое позволить» (Фото Getty Images)

— Почему вы выбрали тройной прыжок?

— В восемь лет выбирала между гимнастикой и фигурным катанием, но сказали, что для этих видов спорта я уже «старовата». Через год школьный учитель физкультуры Леонид Матвеевич Скидин, разглядев у меня способности к легкой атлетике, отвел к Зое Алексеевне, а она потом передала своему мужу. Анатолий Григорьевич Бойко был рекордсменом Украины в тройном прыжке. Я тогда прыгала в длину уже на 5,8 метра.

Все сложилось очень удачно. На первых же соревнованиях выполнила норму первого взрослого разряда. Позже установила мировое достижение среди девушек 13—14 лет — 13,32 метра.

— Ваш личный результат сегодня — 14,99 метра.

— Да. Был и 15,06 метра, но его не засчитали, поскольку рекорды «в сопровождении» попутного ветра выше допустимой нормы не в счет.

— СМИ пишут о «роковом сантиметре», которого вам всегда не хватает.

— Кто-то из журналистов заметил эту тенденцию. Один сантиметр я проиграла на Олимпийских играх в Лондоне и стала бронзовым призером; на чемпионате мира в Сопоте из-за сантиметра оказалась второй, а не первой; один сантиметр отделял мое четвертое место от призового третьего на молодежном чемпионате Европы в Германии. Вот и начали смеяться, дескать, роковой сантиметр. Однако я уверена, что в тот момент кто-то из соперников просто был сильнее и лучше.

Многие думают: «Что там этот тройной прыжок?» На самом деле это сложный вид спорта, требующий хорошей координации. Причем ударный и травмоопасный. Большая нагрузка идет на центр тяжести — 700—750 килограммов. Если прыгнешь и расслабишься, можно и ноги повыворачивать. Колени, связки, позвоночник — все тело должно быть готово к нагрузкам.

— Теперь вопрос о допинге. Очень показательна история с российскими легкоатлетами. Как обстоят дела в Украине?

— Конечно, хочется честной борьбы. Нам повторяют, что каждый в ответе за то, какие препараты принимает. Топовые спортсмены находятся в пуле Всемирного антидопингового агентства. Я с 2006 года числюсь в его списке. Постоянно сообщаю им, где нахожусь: дома, в гостях, на сборах… Комиссар допинг-контроля может приехать в любой момент и взять у меня пробы. Перед Олимпиадой в течение одной недели брали четыре-пять тестов. Так что обмануть очень тяжело. Если меня не застают, отмечают это. Три пропущенных теста и — автоматическая дисквалификация.

Проблема украинского спорта в том, что в стране нет специалистов по этим вопросам, нет хорошего финансирования спортивной медицины. Спортсмены лечатся наобум. Никто не застрахован от того, чтобы закапать нос некачественным препаратом или купить поддельные биодобавки. Тот же протеин, те же креатины. Поскольку зарплаты очень маленькие, мы вынуждены искать через Интернет что-то подешевле, и еще неизвестно, что тебе продадут. Или человека никто не предупредил: вчера это было разрешено, а сегодня уже запрещено. Многие попадают в неприятности именно таким образом.

— Вы спортсмен со стажем. Скажите, ситуация в нашей легкой атлетике улучшается? Если взять, скажем, последнее десятилетие.

— В легкой атлетике дела идут на спад, мы катимся в большую пропасть. Руководство федерации во главе с президентом Игорем Гоцулом должно вкладывать средства в детско-юношеский спорт и поддерживать элиту. Талантливые люди есть, но их порой некому тренировать. Нет и мотивации. Поэтому многие уходят из большого спорта на пике своих возможностей, ведь надо за что-то жить, кормить семью. Просто так, на энтузиазме, очень тяжело достигать цели.

Когда приезжаю в Европу, США, Китай, поражаюсь, насколько там любят «королеву спорта»: стадионы переполнены, отношение к атлетам иное. У нас, к сожалению, едва прошла Олимпиада, обо всех забыли, никто никому не нужен. Не знаю, как в других видах спорта, но в легкой атлетике так. А лично меня выручают рекламные контракты.

— Ваши фотосессии, организованные известными спортивными брендами, очень красивы.

— Фирмы Nike, Adidas, Puma и другие заключают контракты с теми, кто им интересен. Помогают финансово, а также спортивной одеждой и обувью. Ведь те же кроссовки, шиповки стоят 150—200 евро пара. Не каждый спортсмен может себе такое позволить. Поэтому спонсорские контракты очень помогают.

— Вы с мужем растите дочь. Как тренер отнесся к известию, что у вас будет ребенок?

— Нормально. Он же понимает, что я девушка и рано или поздно это должно случиться. На Олимпийских играх 2008 года была девятой, поэтому решила взять паузу и уйти в отпуск. Пропустила один сезон.

В 2009-м ушла в декрет. А ровно через год выиграла чемпионат Европы, в следующем году — чемпионат мира, в 2012-м взяла бронзу на Олимпиаде. Красиво вернулась.

В 2009-м в мировом тройном прыжке были низкие результаты. По-моему, 14,6 метра на чемпионате мира. А у меня на тот момент было 14,84. Коллеги по сборной спрашивали: «Зачем ты рожала? Могла бы стать чемпионкой мира». Ответила, что моя пожизненная олимпийская медаль — это дочка.

Диана — мой талисман. Она поддерживает, очень скучает по нам. Муж тоже спортсмен (Денис Костюк — чемпион Украины в шоссейной групповой дисциплине, участник гранд-туров и Олимпийских игр в Пекине и Рио-де-Жанейро, победитель и призер многих соревнований, мастер спорта международного класса. — Авт.), часто уезжает на соревнования. Нашей девочке очень тяжело.

Она раньше говорила: «Приезжай быстрее. Привези мне красивую медальку». Любила примерять наши награды. Теперь, когда сама стала спортсменкой (занимается фигурным катанием), желает: «Чтоб не болела твоя спинка. Обещай приехать с медалью».

— Вы коренная дончанка. Сейчас — такая же переселенка, как и десятки тысяч земляков..

— Война стала для нас шоком. В Донецке осталось много родственников и друзей. За всех очень переживаю. Это душевная травма для каждого из нас. Поэтому ждем и надеемся на лучшее. Хотим, чтобы все поскорее закончилось и мы вернулись в свои дома. Всем желаю только мира.

Мэр Донецка Лукьянченко в2012 году подарил нашей семье красивую трехкомнатную квартиру. К сожалению, в ней так и не удалось пожить. В нашу многоэтажку на Киевском проспекте (это недалеко от аэропорта. — Авт.) неоднократно попадали снаряды. Теперь дом в аварийном состоянии. Сейчас снимаем жилье в Киеве.

— Чем будете заниматься после завершения карьеры?

— Еще не думала. Пока живу спортом: сборы, соревнования, тренировки. Хочу еще ребенка. Чтоб опять окунуться в теплую семейную атмосферу. Да и Диана давно просит братика или сестричку.

— Надеюсь, что еще не раз в вашу честь будет звучать гимн Украины.

— Спасибо. Я тоже этого хочу.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

— Девушка, а можно с вами познакомиться? — У вас что, мало разочарований в жизни было?