ПОИСК
Інтерв'ю

Александр Ярмола: "Концерты для бойцов важны так же, как письма от родных и детей"

7:45 6 травня 2015
Известная казак-рок-группа «Гайдамаки» презентовала альбом «Укроп» и отправилась в тур по восточным городам страны

Группа «Гайдамаки» была основана в 2001 году. Ее участники отличались тем, что сумели соединить в своем творчестве рок, регги, украинский фольклор и мелодику. Выпустив первый альбом, коллектив стал известным не только в Украине. Музыканты много гастролировали по Европе, принимали участие в международных рок-фестивалях. Выдав шесть альбомов, коллектив разделился на две группы: «Казак систем» и «Гайдамаки», которые возглавил Александр Ярмола. Он набрал новых музыкантов и представил альбом «Укроп», который посвятил украинскому сопротивлению. С композициями, наполненными патриотизмом и любовью к родной земле, группа отправилась в тур по восточным городам Украины.

После возвращения из Мариуполя, где музыканты дали сольный концерт перед местными жителями и нашими защитниками, Александр встретился с журналистом «ФАКТОВ» в одном из кафе на столичных Нивках. Ярмола признался, что чувствует себя уставшим и в другое время, скорее всего, не стал бы давать интервью. Но сейчас, в условиях войны и тотальной российской пропаганды, понимает необходимость быть услышанным. И вне сцены Александр не выходит из образа рокера-казака: бритая голова, потертые джинсы, футболка с черепами.

— Я не особо уделяю внимание своему гардеробу, ношу то, что удобно, — признался Александр Ярмола. — Эту майку мне подарил друг из Измаила. Мы общались за бокалом красного вина, а на прощание обменялись футболками.

— Ожидала вас увидеть с эмблемой укропа.

РЕКЛАМА

— Это название нашего альбома, что означает «український опір». Название, придуманное сепаратистами с целью унизить наших военных, теперь с гордостью носят представители патриотического движения в Украине: военнослужащие, волонтеры, майдановцы и обычные люди. Альбом мы посвящаем всем без исключения патриотам Украины, которые сегодня не словом, а делом доказывают, что они «козацького роду». А слова песни говорят сами за себя:

Укроп — це маленький хлопчик,

РЕКЛАМА

Що носить коротенький чубчик

І мріє про мир у домі.

РЕКЛАМА

А як треба, то стане в окоп в обороні.

Укроп — це школярка юна,

Окутана стягом жовто-блакитним.

Горять у неї очі,

Як плете маскувальну сітку до ночі.

Укроп — то народ єдиний,

Укроп — то народ міцний,

Укроп ніколи не згине,

Укроп вічно живий!

Заглавную песню этого альбома написал военнослужащий Александр Ткачук, находясь в зоне АТО. Осенью под Мариуполем он стоял на позициях и свои настроения и мысли вложил в стихи. Потом связался со мной и предложил написать песню. С тех пор мы дружим. Отслужив некоторое время добровольцем на передовой, Сашко перевелся в Киев, работает журналистом при Министерстве обороны Украины.

— Вы только вернулись из Мариуполя, жители которого находятся практически на линии огня, каждый день пребывают в стрессе из-за обстрелов. Им сейчас до концертов?

— Этим людям в настоящее время действительно очень тяжело. Они устали. Линия фронта проходит в десяти километрах от города. Постоянно слышны взрывы, перестрелки. Атмосферу подогревают слухи о возможном наступлении россиян. Но меня поразило то, что местные жители настроены очень решительно, там нет сепаратистских настроений, которые ранее проявлялись. Вот мы и решили поддержать этих мужественных людей, наших защитников. Был полный зал, после выступления зрители благодарили: «Вы хоть немного отвлекли нас, укрепили дух и вселили веру». Если такое говорят в наш адрес, значит мы на правильном пути. А вот бессмысленные развлекательные мероприятия я бы отменил. Не время сейчас танцевать в клубах, выпивая.

— Вы были и совсем близко к передовой — в Широкино.

— Поехали поддержать наших бойцов. Мы бывали на передовой раньше и знаем как там живут. Во время обстрела солдаты находятся в окопах, по много часов сидят в блиндаже и ждут, когда закончится обстрел. Они переговорили уже обо всем на свете, ведь новых источников информации нет. И когда мы приезжаем, привозим гуманитарную помощь, выступаем, общаемся, бойцы испытывают настоящий эмоциональный всплеск, появляются темы для обсуждения. Это для них так же важно, как и письма от родных, детей, которые трогают до слез. Несмотря на все, ребята не теряют чувство юмора, постоянно шутят.

Сейчас я очень жалею, что раньше мы мало выступали на востоке. Если бы мы и другие украинские патриотические группы ездили туда с концертами, возможно, сейчас была бы иная ситуация. С началом войны я часто бываю на Донбассе и вижу, что у местных жителей сформировался особый менталитет.

— В чем он проявляется?

— Мне кажется, они еще не приспособились к условиям современного капитализма, когда человек может развить свою идею и получить прибыль. Там привыкли тяжело работать, ежедневно спускаться в шахты и ждать зарплату. Все остальное должно решать руководство. И когда этого начальства не стало, люди растерялись, не зная, что им делать. Тут-то и нашлись умники, подсказавшие путь в светлое будущее в «русском мире». Поэтому и стал возможен сепаратизм. Мой товарищ из Луганской области с приходом сепаратистов уехал в Киев, а его родители остались. Теперь он служит медиком-добровольцем практически возле них, но помочь ничем уже не может.

— В связи с нынешней ситуацией в стране некоторые наши сограждане предпочитают жить в Европе. У вас там удачно складывалась карьера, наверняка, были шансы остаться?

— Предложения были, но они оказались не интересными для меня. Там тоже свои правила, ниши, которые заняты местными артистами. Наивно думать, что в Европе правительство инвестирует в культуру. У них свои проблемы.

— Разве у нас их нет?

— У нас, во всяком случае, не мешают. И на том спасибо.


*Группа «Гайдамаки» — современные последователи украинского культа традиций (фото с официального сайта группы)

— Вы начали увлекаться музыкой достаточно поздно.

— В двадцать лет. До этого был только слушателем. С детства меня окружала народная музыка. В моей семье, когда мы жили в Чернобыле, часто звучали украинские песни. Уже в Киеве мой кругозор расширился. Я стал рокером.

— Тем не менее пошли учиться в технический вуз?

— Надо было получить приличную профессию. Но после окончания учебы в Киевском инженерно-строительном институте все равно сделал выбор в пользу музыки. Тогда открывались рок-клубы, появились такие группы, как «Брати Гадюкiни». Захотелось сделать что-то свое, но не хватало специального образования, поэтому пошел сначала в музыкальное училище. Но первыми Украинскими артистами, которые повлияли на меня еще раньше, были группа «Кобза». Их альбом «Лісова пісня», в котором ребята соединили народную песню и рок, меня поразил. Пытался создавать разные группы, но они быстро разваливались. Пока не появился «Актус». С этим коллективом мы впервые поехали с выступлениями за границу. Тогда я познакомился с музыкантом из Германии, который сделал нам приглашение. Денег на перелет не было, поэтому ехали на автобусе. В кармане у меня было всего десять долларов.

— Как выкручивались?

— В Берлине играл на улице на гитаре, которую одолжил у своего немецкого друга. Таким образом зарабатывал себе деньги на питание. Постепенно ко мне стали подходить люди, профессиональные музыканты, завязались знакомства. В результате нам предложили выступать с группой по клубам. Все давалось очень непросто, шаг за шагом, популярность не пришла в один момент. За один концерт в Берлине получали 500 марок. На то время крутые деньги. Затем нам предложили тур в Польше — 14 концертов. Мы, окрыленные успехом, сразу же согласились, даже гонорар не обговаривали. Считали, что примерно столько же получим. Но не тут-то было. В Польше менеджер объявил: денег вам не заплатим, только суточные. Выступали на разогреве у известной рок-группы, собирающей стадионы. Работали за 50 долларов на весь коллектив. На пиво и другие вредные привычки хватало.

— Сейчас у вас какие вредные привычки остались?

— Нет их у меня. Только полезные.

— Как рокер стал студентом по классу классического вокала?

— Придя в группу, я петь толком не умел, лишь громко кричал. Родители говорили: что ты зря глотку рвешь, иди сначала поучись. Меня послушали в музыкальном училище: о, так ты баритон! Берем. Это учебное заведение я закончил экстерном, а потом поступил в Киевскую консерваторию на курс к Константину Огневому (кафедра оперного пения). Сразу предупредил профессора, что увлекаюсь рок-музыкой и не намерен становиться оперным певцом. Он меня понял, поддержал и даже снисходительно относился к моим постоянным пропускам. В общем, консерваторию я еле дотянул и пошел в хор имени Веревки. Чисто из финансовых побуждений, чтобы хоть как-то прокормиться. Это был 1991 год, концертов тогда вообще не было. Поэтому хор дал мне возможность держаться на плаву, еще и подарил бесценный опыт. В хоре в то время пели серьезные дядьки, с поставленными голосами. Они любили хорошо выпить, особенно на гастролях. Тогда, как и сейчас, хором руководил Анатолий Авдиевский, очень суровый начальник.

— Доставалось вам от него?

— В меньшей степени, чем другим. Я часто пропускал репетиции, а у Авдиевского память на лица не очень хорошая. Я уже серьезно занимался своей группой, ездил с концертами, поэтому на хоровые репетиции ходил редко. Естественно, ничего не учил. Становился в ряд, слушал, как поют коллеги, и подпевал. Так и выкручивался на концертах. Однажды ребята решили меня подколоть. Когда я в очередной раз пришел на концерт (выступали на каком-то празднике в Национальном педагогическом университете), хористы вытолкали меня на передний план. Звучит музыка, Авдиевский дирижирует, а я молчу. Он смотрит на меня с недоумением, в глазах молнии сверкают. А я стою, как пень. Еле выкрутился. Тогда он хотел меня выгнать, но забыл. Вскоре я и сам ушел, поскольку начал заниматься группой «Гайдамаки».

— Почему вы сменили название группы «Актус» на «Гайдамаки»?

— После того как мы выпустили два альбома, победили в фестивале «Червона рута-95», пришли к выводу, что достигли определенного уровня и зашли в тупик. Нужно было как-то развиваться дальше. Наступила пауза, а потом появились «Гайдамаки».

— Ваша группа распалась. Что стало причиной?

— У нас возникли разногласия по поводу дальнейшего развития группы, были кардинально разные мнения, начали высказывать претензии друг другу. Долго спорили, поскольку никак не могли определить, у кого же больше прав на название. В итоге другой коллектив сейчас называется «Казак систем». Я очень сожалею о том, что произошло. Конфликты — это такая глупость. К сожалению, сейчас мы не общаемся с бывшими коллегами.

— Известно, что вы мастер спорта по вольной борьбе. Много времени уделяете тренировкам?

— К сожалению, сейчас все меньше. Уже месяц не тренировался. Ощущаю из-за этого физический дискомфорт. Вот сегодня отосплюсь и завтра пойду на тренировку. Для меня это как разгрузка организма, способ отвлечься от тяжелых мыслей. Нынешний год стал серьезным испытанием для всех нас. Сначала Майдан, потом война.

— Что в вашей жизни изменил Майдан?

— Для меня, как и для всего общества, он стал катализатором. Жить дальше с таким уровнем коррупции было невозможно. Думаю, если бы не произошла Революция достоинства, я бы уехал из страны. Ведь мы жили какой-то ненастоящей жизнью, где политики в дурацких ток-шоу манипулировали народом, обещали, но ничего не делали. Кучка людей накапливала миллиарды, а мы еле сводили концы с концами. В такой стране жить вовсе не хотелось.

— Правда, что вас также пытались затянуть в политику?

— Перед выборами в парламент предлагали вступить в одну из партий. Но я отказался, поскольку не могу заниматься делом, в котором не разбираюсь. Хотя, как видим, там половина не разбирается. Считаю, музыка может больше влиять на людей, менять их мировоззрение и заставлять думать. Это сейчас главная мотивация для нас. Как бы тяжело не было, делай свое дело — и все получится.

1479

Читайте нас у Facebook

РЕКЛАМА
Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів