БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Украина ТВ+кино

Журналист Мария Старожицкая: "Многие из прошедших войну бойцов остаются жить между двумя мирами"

8:15 31 марта 2017 1392
Війна химер

Состоялась всеукраинская премьера фильма «Война химер», созданного на документальном материале

Картина украинских журналисток, матери и дочери Марии и Анастасии Старожицких, «Война химер» — художественная история на документальном материале, запечатленная ее непосредственными участниками. Фильм про войну, любовь и смерть. Его всеукраинская премьера состоялась на фестивале Dokudays. Посмотреть ее пришли многие из тех, кто стали героями картины, — бойцы добровольческого батальона «Донбасс», выжившие в Иловайском котле и потерявшие своих побратимов. Фильм посвящен одному из них — Вадиму Антонову с позывным «Самолет». «Пока мы придумывали этот фильм, фильм придумывал нас, поэтому в какой-то момент пришлось стать его персонажами и появиться внутри, — рассказала Мария Старожицкая. — „Война химер“ — это опыт нашей с Настей жизни за последние три года».


*Мать и дочь Мария и Анастасия Старожицкие работают вместе — их творческие взгляды очень похожи

— У нас получилась художественная история на документальном материале, снятая самими ее участниками, — рассказывает Мария. — Это личная история моего сорежиссера и дочери Насти Старожицкой и бойца добровольческого батальона «Донбасс» Валерия Лавренова. В ней все реальное: война, любовь и смерть. Мы все были знакомы еще с Майдана. Когда началась война, Валера (его позывной «Лавр»), одним из первых поехал в учебку для добровольцев. Через какое-то время Настя осознала, что ей необходимо тоже понять, что такое война. А его уже отправили туда, где шли боевые действия. Настя купила билет на поезд Киев — Донецк и поехала до конечной станции. Тогда это был Славянск. Из города только что ушла война. Она видела разрушенные дома, неубранную сгоревшую технику. Все, что с ней происходило, снимала на камеру. Потом этот материал стал основой для нашей с ней картины.

— Она так и не встретилась тогда с Валерой?

— Нет, у него тоже своя история. Кстати, Валера все происходящее тоже снимал на мобильный телефон. Его батальон оказался в Иловайске. Тогда он увидел первую смерть. Стало понятно, что ребята попали в окружение. А в это время Настя находилась в праздничном Днепропетровске, где отмечался День независимости Украины. С Валерой не было никакой связи. Стала поступать информация о первых пленных, раненых. Затем прилетела страшная весть об Иловайском котле. Рота разведчиков, с которой Валера находился в учебке в Петровцах, погибла вся. В котле нашел свою смерть и друг Валеры с позывным «Самолет». Собственно, ему, Вадиму Антонову, мы и посвятили фильм. Он погиб от пули снайпера, и тело ребята так и не смогли забрать. Валера потом вспоминал, что жизнь его в тот момент раскололась надвое.

— Параллельно он снимал все, что происходило под Иловайском?!

— Все — до того момента, как начал выходить из котла. Валера рассказал, что вынул карту памяти из своего телефона, где было много информации, и закопал ее, чтобы не попала в чужие руки. Ему чудом на четвертые сутки удалось выйти из котла. Говорит, что его спасли любовь и чудо.

— А что было потом?

— Расскажу по фильму. Настя и Валера вместе вернулись в Киев и попытались вдвоем налаживать жизнь. Даже затеяли ремонт. Периодически ребята ездят на похороны побратимов Валеры, в том числе и «Самолета». Наверное, этот момент стал переломным для «Лавра». Он начал пить. Настя пыталась помешать этому, и он сказал ужасные слова: «Какого черта ты меня оттуда вытянула?» Настя понимает, что чего-то она не узнала о войне, которая затягивает, не отпускает «Лавра2. И решает вместе с ним съездить в Пески, в расположение одного из добровольческих батальонов, весной 2015 года. Тогда было якобы перемирие, хотя на наши позиции постоянно прилетали снаряды. Но «Лавру» кажется, что это уже другая война, все не так, как виделось ему тогда, под Иловайском. И он говорит то, что чувствует: «Настя, я погиб под Красносельским и давно уже со всеми ребятами». Признался, что на войне чувства обостряются и хочется любить. Иначе просто не выжить. Была ли у них настоящая любовь? Это так и остается вопросом.

— Какие-то кадры снимались специально для фильма?

— Ни одного! Все, что видит зритель, блестящая сборка нашего режиссера монтажа Николая Базаркина по нашему плану изо всего, что было отснято буквально случайно. Аналогов такому фильму нет. Мы назвали его сделанным в стиле «печворк» — как одеяла, сшитые из маленьких разноцветных кусочков. Это история о том, как война разрушает абсолютно все, в том числе и отношения молодых людей.

— Был ли у фильма сценарий?

— Он появился гораздо позже того, как начался съемочный процесс. Мы просто проживали свою жизнь, фиксируя ее на камеры телефонов и снимающий видео фотоаппарат. Запечатлели историю с того момента, как проводили ребят с Майдана в учебный центр добровольческого батальона «Донбасс». Это было начало лета 2014 года. Два года время от времени снимали, а третий потратили на монтаж. К тому времени мы уже понимали, что наша история сложилась. С самого начала, оказавшись на Майдане, мы с Настей понимали, что происходящее вокруг надо фиксировать. Хотя тогда даже не думали о том, во что это может вылиться. Просто снимали, говорили с людьми, пытаясь сохранить историю.

Использовали самый обычный фотоаппарат Canon 600 D, в автоматическом режиме, поскольку знаем на нем только одну кнопку, которую и нажимали. Иногда передавали его профессиональному оператору Юрию Беденко. Зато своими кадрами с нами поделились Максим Дондюк и Макс Левин, оказавшиеся в те дни в иловайской школе вместе с бойцами батальона «Донбасс», журналист «Дорожного контроля» Ростислав Шапошников, попавший под жестокий обстрел колонны на выходе по так называемому зеленому коридору.

— Знаю, что «Лавру» вы посвятили свои стихи.

— Он стал достаточно близким нам с Настей человеком. Считаю «Лавра» своим названым сыном. Посвятила ему стихи, история его выхода из котла отражена в моей пьесе. Но на самом деле это все вторичные моменты по сравнению с фильмом, который мы, по сути, проживали последние три года. При полной документальности этой истории она могла произойти в любом другом месте планеты. Это абсолютно универсальный сюжет.

— Что стало самым сложным во время съемок?

— Думаю, это осталось за кадром. Мы почти не касаемся темы восстановления бойцов, прошедших войну. Но, по сути, многие из них так и остаются жить между двумя мирами, считая своей семьей погибших побратимов, а не тех, кто рядом с ними. Мы сами прожили этот момент, который был достаточно тяжелым, обращались за помощью к психологам. «Лавр» прошел в этом смысле достаточно тяжелый путь, но сегодня я уже уверена, что он выберется сам и поможет другим бойцам.

— У фильма есть бюджет?

— Нет, он снят на наши собственные деньги и средства самых близких друзей. Мы не искали спонсоров, хотя, конечно, для постпроизводства это было бы нужно. Оно оказалось достаточно дорогим. Всеукраинская премьера состоялась на фестивале Dokudays. Теперь мы нацелены на международные фестивали.

— В свое время Настя была одной из самых успешных украинских моделей.

— В последний раз она прошлась по подиуму почти десять лет назад. С тех пор вся ее жизнь связана с кино. В 2012 году она сняла свой первый фильм «Дедлайн» — короткометражку, которая была отмечена на нескольких кинофестивалях. Нам комфортно работать вместе не потому, что мы мать и дочь. Оказалось, что наши взгляды на то, что и как хотим снимать, очень похожи. Поэтому наш первый совместный фильм — не случайность, а лишь начало работы творческого объединения под названием «МашКино». И мы готовы предлагать наши новые сценарии.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров