История современности

В овраге лежали десятки убитых крестьян: как проходила депортация украинцев из Польши

8:04 9 октября 2018   1474
депортация украинцев из Польши
Игорь ОСИПЧУК, «ФАКТЫ»

После окончания Первой мировой войны государства Антанты на правах победителей решили, где должна пройти граница между советской Россией и вернувшей себе государственность Польшей — по линии, предложенной министром иностранных дел Великобритании Джорджем Керзоном. Она была начертана без учета национального состава населения. Тем не менее именно по линии Керзона в конце Второй мировой войны установили границу между СССР и Польшей. В результате около 500 тысяч украинцев оказались польскими подданными. В сентябре 1944 года тоталитарные режимы в Варшаве и Москве договорились провести обмен населением приграничных районов: поляков выселить на историческую родину, а украинцев — в СССР. Поначалу польские власти действовали преимущественно методами убеждения. Но украинцы не хотели покидать родные места, бросать хаты, хозяйства. Соглашались переселиться в основном жители сожженных войной сел. Проведение депортации затягивалось. И тогда правительство польских коммунистов приняло решение о насильственном выдворении. Были задействованы воинские части, которые применяли оружие. Самой кровавой оказалась расправа, устроенная солдатами 34-го пехотного полка польской армии в селе Завадка Мороховская, — 96 жертв! Украинцы подвергались также жесточайшим нападениям подразделений Армии Крайовой — подпольной военной организации. До наших дней дожили лишь немногие жертвы массовой депортации. Один из них — Тарас Михайлович Антохив. Его семью выселили из родных мест, когда ему было семь лет.

— Моего отца убили в марте 1945 года, когда уже шла кампания по высылке украинского населения из приграничных районов Польши, — рассказал «ФАКТАМ» 80-летний Тарас Антохив. — Наша семья тогда жила в селе Сивчина, в котором я родился (находится в пяти километрах от речки Сян в Перемышльском воеводстве). Отец был человеком мирным, в какие-либо вооруженные формирования не входил. В селе его уважали. Он много лет подряд был войтом — это как староста или председатель сельсовета. Занимал эту должность и во время гитлеровской оккупации. Когда в 1944 году пришла Красная армия, советские власти созвали собрание села — решать, как поступить с моим отцом. Односельчане стали за него горой. Папу не тронули, более того, он остался войтом.

Война покатилась на запад, но люди в нашем селе в безопасности себя не чувствовали. Собирались на ночлег по несколько семей в одной хате — так было спокойнее.

В ту страшную ночь, когда убили отца, я проснулся от шума и лая собак. Папы в хате уже не было — как я понимаю, его увели ворвавшиеся в дом вояки Армии Крайовой. У нас в доме тогда ночевали человек десять. Бандиты положили всех на пол. Затем погнали в сарай и заперли там. Мамы и моей старшей сестры Богданы с нами не было — они ночевали в другом месте. Когда шум на улице утих, взрослые стали выбивать дверь сарая. Наконец она поддалась. Тетя Ольга взяла меня за руку, и мы с ней со всех ног побежали в соседнее село Березка, в котором родилась и выросла моя мама. Помню, как под босыми ногами потрескивала ледяная корка, укрывшая тропу.

Утром в Сивчине в парке возле школы нашли зверски замученных моего отца и еще двоих наших односельчан: Владимира Павлыка (ему было 20 лет) и пожилого мужчину Илька Андрусива. Их жестоко пытали. Павлык еще подавал признаки жизни, но вскоре скончался.

— За что с ними расправились?

Скорее всего, это была месть Армии Крайовой за то, что в Сивчине кто-то убил двоих учителей-поляков (мужчину и женщину). Однако мой отец к их смерти отношения не имел.

В нашем и соседних селах украинцы и поляки всегда ладили. А тут вдруг вспыхнула вражда.

После пережитого ужаса мама решила, что мы временно поживем в селе Березка, однако и там оказалось небезопасно.

Читайте также: Леонид Кучма, Александр Квасьневский: «Мы просим наших сограждан сделать все, чтобы почтение памяти жертв прошлых конфликтов не стало поводом для ухудшения отношений между нашими народами»

— На это село тоже напали?

— Да, в конце мая 1945 года. Был теплый воскресный день. Вдруг со стороны речки Сян послышались выстрелы. Люди — кто на лошадях, кто на своих двоих — поспешили к селу Бирча, где находился гарнизон Красной армии. Мой дядя быстро запряг лошадь, посадил меня с сестрой на телегу, стал звать маму, но она его не слышала — как потом оказалось, доила в сарае корову. Был еще мой дедушка. Он сказал, что останется дома. Дядя, не мешкая, повез нас с сестрой прочь из села. Вскоре со стороны Березок послышалась стрельба. У нас в головах была одна мысль: лишь бы не убили маму! Когда выстрелы наконец утихли, дядя повез нас с сестрой обратно. Представляете, как мы обрадовались, когда на дороге встретили маму! Со слезами на глазах она стала рассказывать о том, что творили в Березках бандиты из Армии Крайовой. Говорила и плакала, и мы стали рыдать вместе с ней.


* Тарас Антохив в семилетнем возрасте пережил резню в украинских селах Сивчина и Березка. На снимке: с женой Анной Михайловной и дочерью Светланой

— Что довелось пережить вашей маме?

— Огородами она пробралась к церкви. Увидела, что возле церкви лежат изрубленные тела греко-католического священника и его жены. Недалеко от церкви был овраг. В нем мама увидела десятки убитых крестьян. Видимо, люди там прятались, но убийцы их нашли и учинили расправу. Избежать встречи с бандитами маме не удалось. Они хотели и ее расстрелять. Мама, хорошо знавшая польский язык, стала заверять их, что она полька. Убийцы несколько раз наставляли на нее оружие, но все же поверили ей и не тронули. Мама тогда была беременна.

Читайте также: «Мы не имеем права допустить, чтобы в Западной Украине начали создавать «республики»

— Ваш дедушка избежал гибели?

— Нет, его нашли застреленным во дворе с молитвенником в руках. В Березках погибло тогда около ста человек. Из этого села банда подалась в соседнюю Сивчину. Там после набега насчитали 20 погибших. В Сивчине банда наконец-то получила отпор: возле школы, где за два месяца до этого был убит мой отец, один из крестьян встретил бандитов огнем из автомата. Те не решились вступать в бой, подались прочь.

Видите, как выходит: о Волынской трагедии знает весь мир, а о трагедии села Березки и многих других украинских сел, к сожалению, лишь немногие…

После нападения на Березки мы две недели прожили в лесу — боялись повторения расправы. Потом все же пошли домой в мое родное село Сивчина. Лето прошло более-менее спокойно, родился мой младший брат Михаил. А в конце сентября в село нагрянули польские военные. Людям дали два часа на сборы. Запомнилось, что в тот день на столе в нашей хате стояли вареники и каравай. Мама попросила солдат: «Дайте хоть детей накормить — они еще не ели». Не позволили. Пришлось неотложно бежать в луг за старшей сестрой — она пасла корову. Привели буренку домой, привязали к возу и подались с односельчанами к границе. В Сивчине остались лишь несколько польских семей. Мы пришли на железнодорожную станцию на территории советской Украины — Нижанковичи (это в Старосамборском районе Львовской области). Погода стояла осенняя, лил дождь. Нужно было ждать поезда, ночевать было негде. Представьте: идет мама с трехмесячным Мишей на руках, с одной стороны сестра Богдана, с другой — я. Просимся на ночлег к одним хозяевам, вторым, третьим — никто не пускает. Наконец какая-то женщина сжалилась, но в хату не пригласила — отвела в сарай, где хранились дрова. Прожили мы с односельчанами на станции несколько суток — кто ночевал под возом, а кто и под дождем. Наконец подали товарный состав. Нас привезли в Тернопольскую область, в село Долина Теребовлянского района. Людям сказали: мол, селитесь в любую понравившуюся хату. Пустых домов было немало — их оставили поляки, уехавшие на историческую родину. Один пожилой мужчина предложил нам поселиться в хате, оставшейся от кого-то из его детей.


* Жертвами насильственного выселения стали полмиллиона украинцев

— Как сложилась ваша судьба?

— Прожил в Долине до призыва в армию в 1957 году. После окончания срочной службы 11 лет проработал в Казахстане, в городе Джезказган, где находится одно из крупнейших в мире месторождений медной руды. Там встретил девушку, которая стала моей женой. Сейчас живем с супругой в Кировоградской области.

— Власти Польши расследовали зверское убийство вашего отца, злодеяния бандитов в селе Березка?

— Спустя много лет после этих событий моя сестра ездила в Польшу на могилу отца, беседовала там с прокурором, который хорошо знал нашего папу. Служитель закона сказал, что уголовное дело по факту убийства отца было заведено, но потом закрыто. Я тоже был на отцовской могиле. Знаю, что солдаты из Армии Крайовой попали под амнистию.

P. S. После принудительного выселения украинцев из приграничных районов Ряшевского, Люблинского и Краковского воеводств Польши была проведена еще одна жестокая операция — «Висла». Весной 1947 года украинцев насильно выселили в СССР из северных и западных районов Польши — Лемковщины, Надсянщины, Подляшья и Холмщины. Одна из целей этой акции — лишить бойцов УПА в этих районах поддержки мирного населения.

Как сообщали ранее «ФАКТЫ», летом нынешнего года президент Петр Порошенко открыл памятный знак жертвам Волынской трагедии в Польше, призвав к примирению ради построения общего европейского будущего Украины и Польши.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров
Киев
0

Ветер: 1 м/с  Ю-3
Давление: 740 мм

Выходит утром на крыльцо теща с метлой в руках. Зять ее спрашивает: « Что это вы, мама, подметать собрались или куда-то летите?»