Происшествия

«Милиция, как и обещала, завела меня в камеру к „опущенным“. Там меня уже ждали и жестоко избили»

0:00 13 августа 2008   20362
«милиция, как и обещала, завела меня в камеру к «опущенным». Там меня уже ждали и жестоко избили», -
Юрий ГАЕВ, «ФАКТЫ» (Запорожье)

Невинно осужденный за преступления пологовского маньяка Виталий Каира из 15 лет отсидел пять и недавно вышел на свободу

55-летний пологовский маньяк Сергей Ткач, признавшийся в более 80 убийствах, совершал свои злодеяния на протяжении 25 лет на территории Крыма, Днепропетровской, Харьковской, Запорожской областей. Задержали его в собственном доме на окраине райцентра Пологи в августе 2005-го. Последней жертвой маньяка стала девятилетняя Катя.

Из добровольных признаний серийного убийцы выяснилось: по меньшей мере десять человек были осуждены за преступления, совершенные им, Ткачом. Осужденный в 1997 году Игорь Рыжков отсидел 10 лет. Владимир Светличный, отец убитой девятилетней Ольги Светличной, в 2000 году повесился в камере Днепропетровского СИЗО. Первыми, вышедшими на свободу до окончания срока, стали жители Запорожской области Николай Демчук (отсидел пять лет), Николай Марусенко (три года) и Виталий Каира (пять лет). В ближайшие месяцы должны освободиться еще минимум двое ни в чем не повинных людей.

«Следователь прямо сказал: «Я посажу вашего сына»

В ноябре 2003-го Пологовский районный суд осудил жителя села Чапаевка Николая Демчука на девять лет за следующее: проходя в нетрезвом состоянии мимо пустыря, на котором девятилетняя Илона Космина пасла гусей, 21-летний парень применил физическую силу, затащил ребенка в кусты и изнасиловал. Так как Демчук уже имел судимость с испытательным сроком за кражу, его по совокупности преступлений лишили свободы на 10 лет.

 — Коля не коренной житель села, его семья приехала из Херсонской области. Но я его знала, рядом со мной жил его брат с женой, — говорит паспортистка Чапаевского сельсовета Светлана Кисиль.  — Нормальный был хлопец, спокойный, хотя о первой судимости я не слышала. Когда Колю забрали, не поверила, что он виноват. Но ведь шло следствие, как не верить? Когда посадили, то все, с кем общалась, тоже сомневались в его вине. А теперь люди вообще в шоке: может, еще кто-то зря сидит? Мама Демчука говорит, что он пришел больным из тюрьмы.

В феврале 2008-го, расследовав вновь открывшиеся обстоятельства, Апелляционный суд Запорожской области постановил немедленно освободить Демчука из-под стражи. Мать малолетней Илоны во время следствия рассказала, что среди множества фотографий, которые работники милиции предъявили ее дочери, девочка не опознала напавшего на нее мужчину. Допрошенная в январе 2008 года сама девочка этот факт подтвердила, более того, сказала, что знала Демчука раньше. И это был не тот человек, который ее насиловал. Вот только две «мелочи», на которые в свое время не обратили внимания.

По утверждению заместителя председателя Запорожского апелляционного суда Виктора Тютюнника, задним числом видно, сколько в этом деле неувязок. Если бы уголовное дело прислали на пересмотр, не исключено, что таки пересмотрели бы. Но Демчук якобы не требовал этого.

Известно, что насильников в тюрьмах не жалуют. За проведенные в заключении четыре с половиной года сокамерники вволю поиздевались над Николаем, изувечили ногу, проломили грудную клетку. Домой парень вернулся, сломленный физически и морально. Будучи несколько месяцев на свободе, без разрешения своего адвоката и следователя Генеральной прокуратуры (с которым общается по мобильному телефону) он не рискнул побеседовать с корреспондентом «ФАКТОВ». Сейчас Коля живет у старшей сестры в райцентре, устроился до октября на ремонт дорог, «на асфальт». Он был на работе, когда в Пологах я слушал грустный рассказ его мамы Евгении Александровны.

По словам женщины, ее сын работал трактористом, на работу ездил на велосипеде. Когда она узнала, в чем обвиняют Колю, испытала шок: изнасиловать девочку в 10 часов утра по пути в поле? Пыталась объяснить следователю: сын комара не обидит, он слабохарактерный, живет замкнуто, кроме работы и телевизора, ничем не интересуется. Ведущий следствие Александр Петров (фамилия изменена) не захотел слушать женщину и прямо сказал: «Такие нам и нужны. Я посажу вашего сына».

Поговорить с Колей до суда матери не дали. Во время судебного заседания вместе с другими родственниками обвиняемого ее из зала выгнали. Ей, правда, передали записку: «Мамка, я ни в чем не виноват».

«Все экспертизы подтверждали его вину», — говорит судья, пять лет назад осудивший Николая Демчука за чужое преступление

В письмах из колонии Коля без особых подробностей сообщал, что ему очень тяжело. Мать понимала, что письма эти читают и всей правды сын не напишет. От переживаний у женщины началась депрессия, стали мучить сильные головные боли, пропало зрение. Только через два года она нашла в себе силы поехать в колонию на свидание, во время которого сын признался, что его жестоко избивали. И в очередной раз повторил, что не совершал того, в чем его обвиняют.

 — После свидания мне было тяжело, но куда я могла обратиться? — вспоминает Евгения Демчук.  — Пошла к пологовскому прокурору. Он сказал: «Мы пересматриваем ваше дело. Сообщим». Пришла через три месяца, мне сообщили: «Ваше дело в Запорожье, там пересматривают». Ничего нельзя было добиться. Мать Илоны потребовала от меня через суд 20 тысяч гривен. Мне люди передавали ее слова: «Если бы заплатили, мы бы Колю не посадили».

Евгения Александровна говорит, что уже немного отошла от переживаний. Но тут же роняет:

 — Сильно во мне все кипит. Столько лет ждать своего ребенка, зная, что ни в чем он не виноват! А из милиции никто не пришел и не извинился.

По словам мамы Николая и его сестры Вали, после тюрьмы он стал другим. Ни о чем не рассказывает, молчит, но они знают, сколько он пережил. В одном из писем Коля писал, что в самом начале срока кто-то из райцентра Пологи передал в тюрьму требование «убрать» Демчука. Парня закрыли в камере, где было 22 человека. Они избили новичка так, что тот попал в госпиталь.

Дело чапаевского «насильника» рассматривал судья Пологовского суда Виктор Омельчук, ставший не так давно председателем райсуда. На вопрос, чем он руководствовался, вынося приговор, Виктор Ефремович ответил:

 — Только законом и показаниями обвиняемого. Демчук тогда все признавал и ничего не оспаривал. А ведь у него был опытный и принципиальный адвокат Николай Турубаров, который в случае малейшей зацепки не смолчал бы. Мы бы сразу дело застопорили. Сейчас Демчук говорит, что к нему применяли насилие, но во время суда ничего подобного не было. Да и потом, никаких апелляций ни от него, ни от родственников не поступало, пока Ткач не заговорил. За мою 20-летнюю практику такое происходит впервые, я в шоке. Не знаю, как с Демчуком работало следствие, но ведь и все экспертизы подтверждали его вину.

«Менты сказали, что от меня мать отказалась. Захотелось разбить лампочку и вскрыть вены»

24-летнего жителя Полог Виталия Каиру арестовали на основании показаний двух школьниц, видевших, как Виталий шел по дороге, на которой позже нашли тело 13-летней Елены Прищепы. Убийца задушил девочку лямками от ранца и изнасиловал. За преступление, совершенное Сергеем Ткачом, Каире дали 15 лет (отсидел он пять). Два месяца назад парень вернулся в родной дом. Виталий улыбчив, хорошо выглядит, в разговоре не употребляет тюремной лексики:

 — Вечером 28 сентября 2003 года меня привезли в милицию и спросили, где я был накануне вечером. Рассказал. Оказалось, расхождение с тем, когда гулял и когда убили ребенка, всего несколько минут. Мне говорят: «Время подходит, тебя видели. Ты сядешь, но как — зависит от тебя. Или все сам напишешь, или… » Били меня запорожские опера в помещении пологовской прокуратуры. Потом повезли в Запорожье на «детектор лжи». Женщина, которая там работала, сказала, что компьютер показал, что убийца я. «Как это? — удивляюсь.  — Покажите!» А она: «Это ничего не меняет. Пиши на бумаге». Я отказался, тогда меня отвели в другой кабинет и опять избили. Кто бил конкретно, не знаю, все были в гражданской одежде. Пугали зоной, у них, мол, там свои люди: что им скажут, то они со мной и сделают. Психологически я держался, а потом один прокурор в открытую сказал, что посадит в любом случае, так как больше некого. И добавил, что знакомые наркоманы за полкило ширки под видом ограбления прирежут мою жену и дочь. Тогда испугался по-настоящему, я ведь простой колхозник, а угрожает серьезный дядя!

Уже в тюрьме взяли на экспертизу кровь, сперму, волосы, одежду — и ничего не подтвердилось. Только на одних брюках нашли какие-то волокна, совпавшие с теми, что нашли на убитой девочке. Но эти брюки я в день ее убийства не надевал! Единственную улику против меня подделали. Говорил об этом и адвокату, и операм, но меня никто не слушал. Все повторяли: «Давай фамилию убийцы, и ты выходишь». Когда передали, что мать от меня отказалась, хотел разбить лампочку и вскрыть себе вены. Потом оказалось, что менты обманули.

Когда на суде дали 15 лет, испытал ужас! Огромный срок ни за что! Милиция, как и обещала, завела меня в камеру к «опущенным». Там меня уже ждали и жестоко избили. Били чем попало, бутылки с водой на голове разбивали. Держали руки, чтобы не закрывался. Жизнь в зоне для того, кто сидит за изнасилование, очень страшная.

Демчук попал в ту же колонию, что и я. Там мы и познакомились. Он говорил, что сидит ни за что, я ему верил.

Писем я писал много: в Генпрокуратуру, Верховную Раду, Верховный Суд, Ющенко, Тимошенко, Януковичу. Не знаю, отправляли их или нет. Все ждал: наверху прочтут, захотят помочь, разберутся. Единственный ответ был от Карпачевой: «Мы уголовными делами не занимаемся». Даже когда маньяка уже поймали и новый адвокат подала протест в Верховный Суд, оттуда написали, что для пересмотра дела нет оснований. Мама звонила на «горячие линии» каждые выборы. Месяца два пыталась дозвониться по указанным номерам до Тимошенко и Януковича, ни разу не дозвонилась. Вначале я плакал от безысходности. Думал: ну где справедливость, в какой стране мы живем? Потом понял, писать больше некуда, Украина — это…  — Виталий обреченно махнул рукой.  — Хотя, может, и везде так?

Когда мама написала, что маньяка поймали, я так обрадовался. Все, думаю, скоро буду дома. Но ждать пришлось почти три года. Назначенный пересуд перенесли на неопределенное время. Потом приговор отменили, оставив под стражей. Это еще хуже, доследствие может продолжаться годами. Я совсем упал духом. Из зоны меня этапировали в запорожский СИЗО, там нельзя писать письма. Просидел неделю, а адвокат все не приходил. В один из дней после прогулки услышал, что меня из камеры «заказали» с вещами. Настроился на самое худшее — переведут в другую камеру, повесят и скажут, что сам повесился. Это проще, чем вести новое следствие. Собрал вещи в сумку, стал ждать. Когда за мной пришли и увидели сумку, то спросили: «Ты не знаешь, что с собой брать вещи — плохая примета?» Я сразу все понял, открыл сумку, раздал ребятам все что было. Конвой мне: «Ну что, дождался?» Привели в кабинет начальника СИЗО, там люди из Генпрокуратуры показали бумагу об освобождении. Тольконикто не сказал ни слова, типа: «Парень, прости». Вышел на улицу, там люди, зелень, свобода! Сердце колотилось, а мне было страшно: вдруг задержат? Забежал в комнатку, где берут передачи, попросил девушку позвонить маме. Через полтора часа она приехала и забрала. Это была среда, 11 июня.

 — Честно скажи, о чем думаешь, когда видишь милиционера на улице?

 — Дать бы каждому по пятнашке и в зону. Как простить пять вычеркнутых из жизни лет?

 — Ты не выглядишь сломленным, не нахватался жаргона, не изрисован татуировками.

 — Старался не опуститься, из зэков общался только с двумя, наркотиками не баловался. Жил в своем мире. Там морально ломают очень сильно. Если не сломался, то выживешь. Я вроде бы выдержал. Коле Демчуку было похуже, его здорово надломили.

Девушка, с которой до приключившейся с ним беды жил Виталий Каира, в 2004-м вышла замуж, родила сына. Виталий по-житейски понимает Елену, ей нужно было устраивать свою жизнь. Их общей дочке Амине сейчас семь лет. С дочерью папа общается, это для него главное.

Любовь Григорьевна Каира, мама Виталия, глядя на сына, от счастья светится. Но прощать тех, кто посадил его за решетку, не хочет:

 — За что нас наказали? Пусть и они получат свое. Знаете, что в милиции говорят? Мне люди передавали. Что я выкупила ребенка, мол, Ткачу все равно, сколько убийств на него повесят.

И Николая Демчука, и Виталия Каиру вызволила запорожский юрист-адвокат Ирина Деревянко, взявшаяся за защиту обоих еще до поимки маньяка Ткача.

 — Ирина Александровна, почему вы за это взялись? Оба ведь, по версии следствия, признались в содеянном?

 — Родители осужденных принесли материалы, и они показались мне весьма натянутыми с точки зрения обвинения. Попробовала «раскрутить» их, а когда Ткача задержали, меня уже поддержала и Генеральная прокуратура.

 — Будете добиваться денежной компенсации пострадавшим?

 — Безусловно. Ребятам должны выплатить все, что положено за годы лишения свободы. Думаю, моральный ущерб составит два-два с половиной миллиона гривен каждому.

 — Кто должен выплатить такие суммы?

 — По закону компенсирует Госказначейство Украины, поскольку это единый распорядитель бюджетов. А потом в регрессном порядке взыскивают с виновных лиц.

 — По-вашему, нужно искать конкретных следователей, прокурорских работников, которые фальсифицировали уголовные дела?

 — Да, и наказанием виновных будет заниматься Генпрокуратура. По-моему, там пытаются во всем разобраться.

 — Почему Николай Демчук боится со мной общаться?

 — Ему досталось больше других, он надломлен психологически. После освобождения его атаковали журналисты, и кое-что преподнесли не так, как есть на самом деле.

Дело 51-летнего Николая Марусенко из села Балочки Пологовского района тоже пересмотрели (цитирую постановление Запорожского областного апелляционного суда) «в порядке исключительного производства по вновь открывшимся обстоятельствам». В марте 2005-го его, инвалида второй группы с детства, суд направил на принудительное лечение в психиатрическую больницу. За то, что годом раньше в дневное время в селе Чапаевка пытался задушить и изнасиловать несовершеннолетнюю девочку. Во время допросов мужчина убеждал милиционеров, что не причастен к преступлению, но те, применив методы «убеждения», доказали обратное. После того как Сергей Ткач в деталях рассказал и об этом своем «подвиге», стало ясно, что Марусенко не виноват. Сейчас он освобожден из психушки.

Еще двое жителей Пологовского района продолжают сидеть в тюрьме за преступления, совершенные серийным убийцей. Восьмиклассника Яшу Поповича в 2002 году забрали прямо с уроков, обвинив в убийстве двоюродной сестры. Мальчишке дали 15 лет. Максим Дмитренко, тоже признавшийся в изнасиловании и убийстве, осужден на 13 лет. По словам адвоката Ирины Деревянко дело Поповича Верховный cуд должен пересмотреть 23 октября.

Писем я писал много: в Генпрокуратуру, Верховную Раду, Верховный Суд, Ющенко, Тимошенко, Януковичу. Не знаю, отправляли их или нет. Все ждал: наверху прочтут, захотят помочь, разберутся. Единственный ответ был от Карпачевой: «Мы уголовными делами не занимаемся». Даже когда маньяка уже поймали и новый адвокат подала протест в Верховный Суд, оттуда написали, что для пересмотра дела нет оснований. Мама звонила на «горячие линии» каждые выборы. Месяца два пыталась дозвониться по указанным номерам до Тимошенко и Януковича, ни разу не дозвонилась. Вначале я плакал от безысходности. Думал: ну где справедливость, в какой стране мы живем? Потом понял, писать больше некуда, Украина — это…  — Виталий обреченно махнул рукой.  — Хотя, может, и везде так?

Когда мама написала, что маньяка поймали, я так обрадовался. Все, думаю, скоро буду дома. Но ждать пришлось почти три года. Назначенный пересуд перенесли на неопределенное время. Потом приговор отменили, оставив под стражей. Это еще хуже, доследствие может продолжаться годами. Я совсем упал духом. Из зоны меня этапировали в запорожский СИЗО, там нельзя писать письма. Просидел неделю, а адвокат все не приходил. В один из дней после прогулки услышал, что меня из камеры «заказали» с вещами. Настроился на самое худшее — переведут в другую камеру, повесят и скажут, что сам повесился. Это проще, чем вести новое следствие. Собрал вещи в сумку, стал ждать. Когда за мной пришли и увидели сумку, то спросили: «Ты не знаешь, что с собой брать вещи — плохая примета?» Я сразу все понял, открыл сумку, раздал ребятам все что было. Конвой мне: «Ну что, дождался?» Привели в кабинет начальника СИЗО, там люди из Генпрокуратуры показали бумагу об освобождении. Тольконикто не сказал ни слова, типа: «Парень, прости». Вышел на улицу, там люди, зелень, свобода! Сердце колотилось, а мне было страшно: вдруг задержат? Забежал в комнатку, где берут передачи, попросил девушку позвонить маме. Через полтора часа она приехала и забрала. Это была среда, 11 июня.

 — Честно скажи, о чем думаешь, когда видишь милиционера на улице?

 — Дать бы каждому по пятнашке и в зону. Как простить пять вычеркнутых из жизни лет?

 — Ты не выглядишь сломленным, не нахватался жаргона, не изрисован татуировками.

 — Старался не опуститься, из зэков общался только с двумя, наркотиками не баловался. Жил в своем мире. Там морально ломают очень сильно. Если не сломался, то выживешь. Я вроде бы выдержал. Коле Демчуку было похуже, его здорово надломили.

Девушка, с которой до приключившейся с ним беды жил Виталий Каира, в 2004-м вышла замуж, родила сына. Виталий по-житейски понимает Елену, ей нужно было устраивать свою жизнь. Их общей дочке Амине сейчас семь лет. С дочерью папа общается, это для него главное.

Любовь Григорьевна Каира, мама Виталия, глядя на сына, от счастья светится. Но прощать тех, кто посадил его за решетку, не хочет:

 — За что нас наказали? Пусть и они получат свое. Знаете, что в милиции говорят? Мне люди передавали. Что я выкупила ребенка, мол, Ткачу все равно, сколько убийств на него повесят.

И Николая Демчука, и Виталия Каиру вызволила запорожский юрист-адвокат Ирина Деревянко, взявшаяся за защиту обоих еще до поимки маньяка Ткача.

 — Ирина Александровна, почему вы за это взялись? Оба ведь, по версии следствия, признались в содеянном?

 — Родители осужденных принесли материалы, и они показались мне весьма натянутыми с точки зрения обвинения. Попробовала «раскрутить» их, а когда Ткача задержали, меня уже поддержала и Генеральная прокуратура.

 — Будете добиваться денежной компенсации пострадавшим?

 — Безусловно. Ребятам должны выплатить все, что положено за годы лишения свободы. Думаю, моральный ущерб составит два-два с половиной миллиона гривен каждому.

 — Кто должен выплатить такие суммы?

 — По закону компенсирует Госказначейство Украины, поскольку это единый распорядитель бюджетов. А потом в регрессном порядке взыскивают с виновных лиц.

 — По-вашему, нужно искать конкретных следователей, прокурорских работников, которые фальсифицировали уголовные дела?

 — Да, и наказанием виновных будет заниматься Генпрокуратура. По-моему, там пытаются во всем разобраться.

 — Почему Николай Демчук боится со мной общаться?

 — Ему досталось больше других, он надломлен психологически. После освобождения его атаковали журналисты, и кое-что преподнесли не так, как есть на самом деле.

Дело 51-летнего Николая Марусенко из села Балочки Пологовского района тоже пересмотрели (цитирую постановление Запорожского областного апелляционного суда) «в порядке исключительного производства по вновь открывшимся обстоятельствам». В марте 2005-го его, инвалида второй группы с детства, суд направил на принудительное лечение в психиатрическую больницу. За то, что годом раньше в дневное время в селе Чапаевка пытался задушить и изнасиловать несовершеннолетнюю девочку. Во время допросов мужчина убеждал милиционеров, что не причастен к преступлению, но те, применив методы «убеждения», доказали обратное. После того как Сергей Ткач в деталях рассказал и об этом своем «подвиге», стало ясно, что Марусенко не виноват. Сейчас он освобожден из психушки.

Еще двое жителей Пологовского района продолжают сидеть в тюрьме за преступления, совершенные серийным убийцей. Восьмиклассника Яшу Поповича в 2002 году забрали прямо с уроков, обвинив в убийстве двоюродной сестры. Мальчишке дали 15 лет. Максим Дмитренко, тоже признавшийся в изнасиловании и убийстве, осужден на 13 лет. По словам адвоката Ирины Деревянко дело Поповича Верховный cуд должен пересмотреть 23 октября.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров
Киев
+1

Ветер: 2 м/с  С
Давление: 743 мм

С нашей медициной любая мать, вырастившая двоих, а то и троих детей, может автоматически получить диплом педиатра.