ПОИСК
Житейские истории

«Мама, а в том мусорном контейнере я сильно плакал?» — невероятное продолжение истории найденыша из Новомосковска (фото)

12:03 9 августа 2020
Иван и Ирина Котубей и четверо детей
Лариса КРУПИНА, специально для «ФАКТОВ»

Через два года «ФАКТЫ» отметят 25-летие газеты. За эти 25 лет на страницах нашего издания публиковалось огромное множество историй — о судьбах людей и о чрезвычайных и даже парадоксальных ситуациях, в которых они оказывались. И вот сейчас в «ФАКТАХ» появилась новая рубрика «25 лет спустя». В ней мы рассказываем читателям, как сложилась жизнь героев запомнившихся им публикаций.

6 октября 2007 года. Половина восьмого утра. Поеживаясь — на улице не больше 12 градусов тепла, жительницы Новомосковска Валентина Владимировна и Кристина Лебеденко бегут из дома на рынок. Выбросив мусор, Валентина Владимировна вдруг слышит слабый писк из контейнера и заглядывает внутрь. «Доця! Тут или котенок, или… ребенок!» — в ужасе шепчет она…

И сегодня, через 13 лет после случившегося, они не могут вспоминать о том дне без эмоций. Как разгребали мусорные пакеты. Как увидели, что в углу бака зашевелился кусок ткани и оттуда вытянулась крошечная ручка. Как кинулись доставать младенца. А потом испугались. Вдруг у него позвоночник сломан от падения? Или там вещественные доказательства?

Температура тела у найденыша упала до 33 градусов

Вызвав скорую, Валентина Владимировна помчалась в медпункт, находившийся неподалеку. Прибежавшая медсестра стала аккуратно вытаскивать ребенка. Личико синее. Возле рта белая пенка… Сколько он здесь пролежал? Пуповина перерезана и перевязана какой-то тряпкой. Тельце ледяное. Крепдешиновое платье, в которое его завернули, мокрое. Господи. Вдруг он умрет у них на глазах? Ножкой пошевелил! Живой!..

В больнице, куда «скорая» доставила малыша, определили: он родился семимесячным, весом 2 килограмма 100 граммов. Температура тела упала до 33 градусов. Реанимировав малыша, который едва дышал, новомосковские врачи передали младенца в область. Там аппаратура лучше.

Когда ребенка, у которого диагностировали пороки сердца и другие болезни, выходили и разрешили посещать, к нему в палату днепропетровской детской городской больницы с памперсами и пеленками примчалась 19-летняя Кристина Лебеденко. «Вы кто, мать?» — строго спросила медсестра. Кристине, пережившей страшные минуты у мусорника, когда было непонятно жив малыш или мертв, очень хотелось закричать: «Да! Я, я его мать!» Ведь она успела прикипеть к ребенку.

Сколько раз потом девушка говорила маме: «Давай его заберем». Та останавливала: «Доця, ты еще молодая, не замужем, а Андрюше (так назвали мальчика. — Авт.) нужны и папа, и мама, уход, лечение! Это ж такая ответственность. Не бойся. Бог его не оставит!»

«Правда, мама?» — переспрашивала Кристина. И задумывалась: «А вдруг его не усыновят? Вдруг он будет по детдомам мыкаться, потом нас найдет и скажет: «Зачем вы меня спасали?»

История о выжившем младенце, обреченном родной матерью на погибель, потрясла многих украинцев. После публикации в «ФАКТАХ» журналистам позвонила Ирена Кильчицкая, в то время замглавы Киевской горадминистрации: «Киев хочет помочь Андрюше. Готовы перевести его из днепропетровского Дома малютки в столицу, прооперировать больное сердце, найти родителей».

О спасении новорожденного в Новомосковске «ФАКТЫ» впервые рассказали 12 декабря 2007 года

Переводить тяжелобольного младенца-сироту из одного города в другой — задачка еще та. Несколько десятков человек — медики, государственные чиновники, работники социальных служб — решали его судьбу. Губернатор Днепропетровщины Виктор Бондарь лично руководил отправкой малыша в Киев. И уже на следующий день после публикации в «ФАКТАХ» поздно вечером в сопровождении врачей и чиновников Андрей отправился на скорой в столицу.

Поистине королевский эскорт. Внимание лучших специалистов и первых лиц. Невероятное продолжение истории найденыша, которого чуть не увез на городскую свалку мусоровоз! Ребенка нашли в 7:30 утра. Мусоровоз приехал за содержимым этого контейнера по графику — в 7:50.

«Ты это серьезно? Ты правда хочешь меня взять?»

Известный кардиохирург Илья Емец успешно прооперировал мальчику аномалию аорты. С усыновлением было сложнее. Хоть сердце малышу и «починили», обнаружились другие пороки развития. Желающих взвалить на себя такую ношу долго не находилось.

…Киевские архитекторы Иван и Ирина Котубей давно «чувствовали Божье побуждение усыновить», хоть и растили уже своих троих детей. Сначала их познакомили со здоровым младенцем. Но «сердце на него не откликнулось». Службы опеки предложили Андрея, предупредив, что у того проблемы со здоровьем. И хоть супруги, как и все, хотели взять в семью здорового ребенка, все же решили посмотреть на сироту.

— Когда ехали в «Охматдет», где тогда лежал ребенок, у меня дрожали коленки, — признается Ирина Котубей. — «Господи! — думала я. — Не хочу выбирать. Не могу выбрать. Я подставляю свои руки. Если Ты нам даешь этого младенца, пусть он нам просто понравится…»

— Как только медсестра вынесла ребенка и я увидел его рыженький затылочек, меня сразу затопило такое чувство… Я понял: это мой сын! — улыбается Иван Котубей.

— Я взяла малыша на руки, — вспоминает мать. — Он посмотрел мне в глаза, будто спрашивая: «Ты это серьезно? Ты и правда хочешь меня взять? Ты не оставишь меня?»

Увидев просветленные лица посетителей, врачи поняли: судьба малыша решена! После усыновления четырехмесячного Андрея привезли в однокомнатную квартиру, где на 14 метрах ютилась многодетная семья Котубеев. Ради нового члена семьи они сняли трехкомнатную квартиру. Свою однушку сдали.

— Андрюша хорошо ел, спокойно спал, был очень подвижным, в 11 месяцев пошел, — рассказывает Ирина. — Сынок родился с синдромом Холта — Орама — это генетическая аномалия, при которой пальчики на ручке ребенка короче и не функционируют, поскольку все время сжаты. Но, несмотря на это, малыш уже в годик был очень цепкий. Ловко взбирался на любую лесенку, любую горку. Разговаривать, правда, начал только в два с половиной года. Медленно, помалу ребенок выкарабкивался, развивался…

«Каждый может сделать этот шаг — спасти сироте жизнь. Не надо только бояться»

Недавно Котубеи выкупили в Киеве трехкомнатную квартиру, которую арендовали много лет. Продали свою однушку, залезли в долги. Во время карантина, когда с работой проблемы, долги тяжеловато отдавать. Но они не жалуются.

Старшие дети, хоть и выросли (Лесе 23 года, Назару — 20, уже получают высшее образование), живут с ними. Для Андрюши, которому скоро исполнится 13, сейчас лучшая подруга 16-летняя сестричка Полина. Она очень о нем заботится.

Одни дружной семьей восхищаются: «Какие молодцы!» Другие осторожно спрашивают, не жалеют ли, что усыновили Андрея, ведь четверо детей — не шутка. Родители отвечают: «Жалеем. Жалеем, что… люди так мало усыновляют!»

— Каждый может сделать этот шаг — спасти сироте жизнь, — говорит Ирина. — Не надо только бояться. Многие ищут смыслы жизни. Но они ведь не в очередной поездке в Париж, не в очередной новой сумочке… Не в материальном. А показать ребенку-сироте путь надежды — это и есть настоящее, это по-божески, это правильно…

Хотя может быть нелегко, да. Например, наш сынок немного замедленно воспринимал учебный материал, поэтому в школу пошел в восемь лет. На первом же родительском собрании я рассказала его историю. Сказала, что сынок инвалид и некоторые вещи ему делать трудно. «Объясните, пожалуйста, своим детям, что Андрюшу нельзя хватать за больную ручку, что к таким, как он, нужно относиться с терпением и сочувствием».

Родители детей меня поддержали. Я очень благодарна им за это. Мой сын ни разу не пришел из школы в слезах, его не обижали. Дети его полюбили и всегда бросались помогать. (Улыбается.) С Андреем очень много занималась его первая учительница, много времени уделяла обучению и я. Однако со временем стало понятно: сына все-таки лучше перевести в школу, где есть корректирующие классы. Мы так и сделали.

— У него есть перспективы?

— Конечно! Если верить, заниматься с ним. Не опускать руки. Андрей живет жизнью обычного ребенка: друзья, велосипед, компьютерные игры, дача… Очень добрый, коммуникабельный и обаятельный. С любым договорится! Мне в нем это очень нравится. Значит, найдет место в этом мире. Сестры и брат его обожают. Дочка Леся как-то сказала: «Мама, и как только раньше мы жили без Андрюхи?»

Сын часто спрашивает, кем он будет работать, будут ли у него жена и дети. Сможет ли водить машину. И… вырастет ли у него ручка.

— Он знает о своем прошлом?

— Это невозможно скрыть: слишком громкая была история. Ее обсуждала тогда вся Украина. Мы решили, что научим сына жить с этой правдой, чтобы сделать его сильнее. Когда сын повзрослел и стал спрашивать, как он появился на свет, мы все ему рассказали. Он не расстроился. А даже полюбил эту историю, потому что все закончилось хорошо и он имеет сейчас то, что у него есть. (Улыбается.)

Часто просит: «Мама, расскажи, как меня спасали. Как ты меня нашла. А в том страшном мусорном контейнере я сильно плакал? Я тебя звал? А как ты услышала? Ведь ты была так далеко!»

Я объясняла, что у тех родителей была сложная ситуация в жизни и они его держали-держали в руках и не смогли удержать. Уронили… А мы подхватили. «А там меня спасали еще две добрые тети», — подсказывает сын, который знает уже эту историю наизусть.

Он не держит зла на своих биологических родителей. И очень гордится тем, сколько людей его спасали, что все так переживали за него. «Это что, так много людей меня любит, мама?» Это его очень воодушевляет.

«Увидев ребенка в студии, подумала: я, кажется, знаю его мать»

Спасительницы Андрюши Валентина и Кристина Лебеденко по-прежнему живут в Новомосковске. Кристина окончила авиационный институт. Правда, по профессии не работает. Ее маме Валентине Владимировне в феврале 2020 года удалили опухоль почки.

— Перед операцией боялась, конечно, — говорит Валентина Лебеденко. — Начала думать: Валя, а что ты хорошего сделала за всю свою жизнь? Вспомнила и об Андрюшке. Одно это вспомнить — значит, жила не зря! И на душе так тепло, так легко стало… Операция прошла успешно. Недавно, 16 июня, сделали повторное КТ почек: метастазов нет. Наверное, там, наверху, зная об Андрюше, решили: «Пусть эта женщина еще поживет! Она ребенка спасла!» (Смеется.)

И сегодня, 13 лет спустя, спасительницы Андрюши Валентина и Кристина Лебеденко не могут вспоминать о том дне без эмоций

— Давно вы видели мальчика? — спрашиваю Кристину.

— В 2011 году на телеканале «Интер», куда нас с мамой пригласили на телепередачу. Увидев в студии ребенка, ему было уже четыре года, вдруг поняла, на кого он похож, подумала: «Я, кажется, знаю его мать».

В 2007-м, когда было возбуждено уголовное дело, я спрашивала у следователя, нашли ли ту женщину. Хотя улик практически не было. Одно лишь желтое крепдешиновое платье в полоску, в которое был завернут малыш, предположительно принадлежавшее его матери. Мне ответили, что нашли, это была женщина без определенного места жительства, но через неделю она умерла…

Семья, в которой на свою беду родился Андрюша, у нас в Новомосковске считается неблагополучной. Там есть еще один ребенок. Однажды эта женщина шла с ним по рынку. А в «ФАКТАХ» и в местной прессе печатали мое фото с Андрюшкой. О нас с мамой много писали, нас все знали в лицо. Увидев меня, та женщина замешкалась… Мы посмотрели друг другу в глаза.

На секунду Кристине показалось, что та подойдет к ней и начнет спрашивать: «Как мой ребенок, как там сынок?» Но женщина повернулась — и бросилась бежать.

Ранее «ФАКТЫ» сообщали, что в Ровно спасли больного новорожденного ребенка, которого 19-летняя мать бросила в общежитии.

На фото в заголовке: киевские архитекторы Иван и Ирина Котубей, которые растили своих троих детей, усыновили Андрюшу, когда ему было четыре месяца

5484

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Читайте также
Новости партнеров

© 1997—2020 «Факты и комментарии®»

Все права на материалы сайта охраняются в соответствии с законодательством Украины

Материалы под рубриками "Официально", "Новости компаний", "На заметку потребителю", "Инициатива", "Реклама", "Пресс-релиз", "Новости отрасли" а также помеченные значком публикуются на правах рекламы и носят информационно-коммерческий характер