Аудитория одного номера газеты «ФАКТЫ» является самой массовой в Украине — 603 тысячи 730 человек (данные MMI Украина)
анна музычук

Наедине со всеми

Анна Музычук: "В Тегеране настолько тяжелый воздух, что без спрея для носа просто невозможно дышать"

Дария ГОРСКАЯ, «ФАКТЫ» (Львов — Киев)

17.03.2017

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

Сестры Музычук не нуждаются в представлении. Самые титулованные и перспективные современные украинские шахматистки ежегодно добавляют в свою коллекцию очередную медаль или престижную награду. В 2015 году 24-летняя Мария Музычук стала чемпионкой мира по шахматам, правда, защитить титул не смогла — в прошлом году ее обыграла китаянка Хоу Ифань. А в этом году старшая сестра Марии, Анна, действующая чемпионка мира по быстрым шахматам, отправилась бороться за наивысшую для шахматисток награду в Тегеран. Чемпионат длился месяц, в течение которого Ане пришлось преодолеть множество трудностей — от ежедневных шахматных баталий до бытовых неурядиц и проблем со здоровьем. Она дошла до финала, где в напряженной пятидневной борьбе уступила первенство китаянке Тань Чжуньи.

Вернувшись во Львов, Анна Музычук — изможденная, простуженная, охрипшая — согласилась дать интервью «ФАКТАМ».

— Аня, прежде всего позвольте вас поздравить с титулом вице-чемпиона мира!

— Спасибо.

— Расскажите, как вы готовились к турниру. Обычно, я знаю, вы тренируетесь по восемь часов в день.

— Я действительно занимаюсь по шесть — восемь часов в день уже много лет, без выходных и праздников. Но бывают и исключения. Когда проходят сборы, где приходится играть по 12 часов в сутки, когда я уставшая или плохо себя чувствую, тренироваться просто нет сил. Перед поездкой в Иран я побывала на открытом турнире в Гибралтаре. Это ежегодное соревнование, куда съезжаются сильнейшие шахматисты со всего мира. Участие в этом состязании заменили мне привычные тренировки.

— Фавориткой чемпионата мира считалась китаянка Цзюй Вэньцзюнь. Вы были в рейтинге на втором месте. Наверное, вы готовились к встрече с Цзюй в финале, прорабатывали стратегию и тактику игры…

— Мы знакомы много лет, неоднократно встречались за шахматной доской и неплохо знаем стиль игры друг друга. Так что ко встрече с ней я отдельно не готовилась. В Тегеране была не швейцарская и не «круговая» система (где ты можешь проиграть одну или две партии, но выиграть турнир по количеству баллов), а система на выбывание. При ней даже самые сильные шахматистки могли «слететь» уже на первых кругах. Отвлечешься, расстроишься, совершишь одну ошибку — и все. Цзюй Вэньцзюнь, например, вылетела еще в четвертьфинале.

— Вы и сами были на волосок от проигрыша еще в полуфинале. Ваша соперница из России Александра Костенюк имела ощутимое преимущество в игре, но после прохождения контроля времени ни с того ни с сего начала ошибаться. Она фактически подарила вам выход в финал.

— Да, это была очень необычная игра. Такое случается редко. Бывает, конечно, что победа зависит от непредвиденных факторов: самочувствия, настроения. Но в большинстве случаев главным фактором все-таки остается уровень подготовки игрока, его опыт. Чемпионом мира по шахматам случайно не становятся.

— В основное время финального поединка вы с китаянкой Тань Чжуньи сыграли четыре партии с итоговым счетом 2:2. Исход турнира решил тай-брейк, который вы проиграли, хотя быстрые шахматы — ваш конек, ведь вы действующая чемпионка мира именно по этому виду шахмат. Что же все-таки случилось? Переволновались? Или было слишком праздничное настроение — финал ведь совпал с вашим днем рождения.

— Мне и раньше приходилось участвовать в турнирах в свой день рождения, особой роли это не играет. А почему так случилось? Было много причин. Одна из них — усталость, ведь все партии финала игрались в один день, а в тай-брейке перерыв между партиями составлял всего пять минут. Уставшей, конечно, была и моя соперница, но у нее было очень большое преимущество: рядом была группа поддержки и тренер. В минуты перерыва он мог поддержать Тань Чжуньи, указать на ее ошибки, посоветовать, что лучше сделать. Я была одна, мне приходилось самой все анализировать, продумывать стратегию и тактику. Это трудно, особенно после такой напряженной и долгой игры.

В первой партии тай-брейка я играла белыми, имела преимущество в игре, но растерялась, не смогла просчитать всех нюансов и проиграла. Потом так расстроилась, что во второй партии допустила ошибку, ставшую фатальной. Если бы до чемпионата мне сказали, что я стану вице-чемпионкой мира, я была бы очень рада. Ведь это самый высокий результат, которого я добилась за свою карьеру. Но в той ситуации, когда ты находишься в шаге от титула, о котором мечтал всю свою жизнь, проигрывать очень тяжело. Особенно, повторюсь, когда некому тебя поддержать.

— Почему же все-таки вы отправились в Иран одна? Ваша сестра Мария отказалась от участия в чемпионате, потому что не захотела надевать хиджаб — это всем известно. Но почему не поехал тренер?

— Насколько я знаю, китаянке и ее команде участие в турнире полностью оплатило государство. Мне же Украина пообещала компенсировать лишь билет в один конец и суточные за несколько дней. Проживание в тегеранской гостинице стоило двести долларов в сутки, а турнир длился месяц! Добавьте к этому перелет, питание… Сумма вышла просто космическая, тренера мне везти просто было не за что. Такая плачевная ситуация с финансированием, как вы понимаете, не только в шахматах, а вообще во всем украинском спорте.

— После конфликта с Федерацией шахмат Украины вы десять лет играли за Словению и под флагом этого государства становились чемпионкой мира по шахматам в юношеских категориях. Словения оплачивала вам участие в турнирах?

— Да. Все поездки на международные турниры и даже работу тренера мне оплачивали. Но зато в Словении мне не платили стипендию, а в Украине получаю зарплату от Министерства молодежи и спорта. Да и вообще, я рада, что после смены руководства федерации я смогла снова стать украинской шахматисткой. Это ведь моя земля, я здесь выросла.

— Тем более что раньше, пока вы еще выступали за Словению, вам и Маричке случалось играть не только друг против друга, но еще и под флагами разных стран.

— Да, это было не очень приятно. Мы с сестрой ведь очень дружные, живем вместе, везде ходим вместе. А тут нас привозят на турнир и расселяют в разные гостиницы, потому что мы в составе разных сборных. Когда у меня появилась возможность снова выступать за Украину, и я, и Маричка были очень рады. Конечно, жаль, что она не поехала со мной на чемпионат мира.


*Участниц соревнований в Иране обязали постоянно носить длинный рукав и покрывать голову. Свой «хиджаб» Анна Музычук привезла из Украины. Фото EPA/UPG

— Расскажите о своих впечатлениях от Тегерана. Как вас приняли? Действительно ли там такие жесткие нормы поведения, как говорят?

— Вообще-то в Иране мужчины и женщины не имеют права ездить в одном общественном транспорте, сидеть рядом друг с другом. Но к нам отнеслись лояльнее. Мы все вместе — участницы и тренеры — ездили в одном автобусе, спокойно общались друг с другом. Традиционный хиджаб нам позволили заменить легкими платочками и попросили носить блузки с длинным рукавом. В остальном мы могли одеваться по своему усмотрению. Что касается самого Тегерана, то я его практически не видела. Просто не было времени. Днем все время играла, а вечером была такая уставшая, что хотела лишь одного — спать. Да и гулять особого желания не было: в городе настолько грязный воздух, что без назального спрея невозможно дышать.

В самой гостинице тоже были некоторые неудобства. Например, там не открываются окна. Целый месяц жить в замкнутом пространстве, скажу вам, очень непросто. К тому же гостиница новая, она еще достраивается. Визг дрели, шум перфоратора, стук молотков был слышен и ночью и днем, когда мы играли. В результате невозможно было ни выспаться, ни нормально сосредоточиться во время игры. Я считаю, на чемпионате мира такое недопустимо.

— То есть Мария была права, заявив журналистам, что Тегеран, по ее мнению, город не того уровня, в котором можно проводить чемпионат мира по шахматам?

— Конечно, она была права. Но я знала, куда еду, и примерно понимала, чего ждать. Кроме того, сами тегеранцы мне понравились. Они милые, доброжелательные и всегда готовы помочь.

— А как вам иранская кухня?

— Ой, еда — это отдельная история. Наша гостиница стояла на возвышении, на отшибе, вдали от центра города, где можно было бы сходить в кафе или купить какой-то еды по своему вкусу. Мы фактически были отрезаны от мира и вынуждены были питаться в ресторане гостиницы. А меню там очень ограниченное, если не сказать однообразное. Иранцы сами признаются, что не умеют готовить рыбу. Это правда, она у них выходит очень сухая. Они — специалисты по мясу. На третий день риса и кебаба, какие бы вкусные они ни были, мне уже стало невмоготу. (Смеется). А ведь впереди еще был целый месяц…

— Не могу не спросить. Во время чемпионата мира вам довелось встречаться за шахматной доской с российскими спортсменками Алиной Кашлинской и Александрой Костенюк. А два года назад ваша сестра Мария боролась за титул чемпионки мира в Сочи. Насколько остро чувствуется противостояние между украинскими и российскими гроссмейстерами, учитывая, что наши государства воюют друг с другом?

— Давление и противостояние чувствуются только извне, со стороны болельщиков например. Что касается самих спортсменок, то в России действительно очень сильные шахматистки, со многими из них мы знакомы и дружны очень давно, с некоторыми — двадцать лет. Человеческие отношения между нами не поменялись с началом войны. Мы просто не поднимаем этот вопрос. Шахматы — отдельно, политика — отдельно. Тем более что многие из российских шахматисток поддерживают Украину, я это точно знаю.

— Чем вы заняты сейчас? Кроме того что простудились и вынуждены лечиться.

— Моя болезнь закономерна. Я приехала из Ирана очень истощенной и ослабленной. Сейчас занята тем, что отдыхаю, восстанавливаюсь, общаюсь с подружками. В театр на днях ходила. Немного приду в себя — и снова начну тренироваться. Надо ведь готовиться к следующему чемпионату — и победить!

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Загрузка...
Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

Разговор двух девочек в детском саду: — А у меня папа новый! — А как его зовут? — Дядя Миша. — Петренко? — Да. — А-а! Этот хороший! Он у нас в прошлом году папой был.

Версии