Культура

Она была сильным человеком, — сын Шурочки из "Служебного романа" поделился воспоминаниями о матери

17:28 6 августа 2018   1370
Людмила Иванова
Ольга СМЕТАНСКАЯ, «ФАКТЫ»

Созданные Людмилой Ивановой образы в фильмах «Суета сует», «Полеты во сне и наяву», «Приключения Петрова и Васечкина», «Самая обаятельная и привлекательная», «Небеса обетованные» полюбились миллионам зрителей. Однако особую популярность актрисе принесла роль общественницы Шурочки в комедии Эльдара Рязанова «Служебный роман».

Театралы обожали ее на сцене театра «Современник», а также основанного ею детского музыкального театра «Экспромт».

Судьба отмерила всенародно любимой артистке 83 года. Недавно исполнилось 85 лет со дня ее рождения. В жизни Людмилы Ивановой были яркие моменты счастья, но и горя выпало немало. В юности она потеряла родителей. Страшным ударом стала неожиданная смерть младшего сына Александра от сердечного приступа. А вскоре умер и муж.

О том, каким человеком была Людмила Иванова, в эксклюзивном интервью «ФАКТАМ» рассказал ее сын — известный театральный художник, профессор Иван Миляев (на фото в заголовке), недавно издавший в память о своей маме книгу «Не унывай».

— Иван Валерьевич, как ваша мама отмечала день рождения?

— В этот день ей дарили море цветов. Маму все очень любили. Кроме того, ее день рождения совпадал с днем рождения театра «Современник», которому она посвятила многие годы своей жизни. Конечно, ставился спектакль. А потом близкие люди собирались дома за столом. Мама жила рядом с театром. Она хорошо готовила. Очень вкусным у нее получалось мясо с грибами. А коронным блюдом был витаминный борщ из натертых на терке свеклы и моркови, который доводился до готовности в термосе. Им она угощала многих коллег: Евгения Евстигнеева, Андрея Мягкова… Мама любила простую полезную еду. Соленые огурцы, которые обожаем и мы с сыном, квашеную капусту с маслом и луком. Мама же пережила эвакуацию. И всегда помнила то время, когда черный хлеб с вареньем приравнивался к пирожному.

— Подруга вашей мамы, продюсер концертных программ Нелифярь Игнатьева, рассказывала мне, что ваша мама готовила очень вкусные блины по собственным рецептам.

— Это правда. Мама любила угощать. Она все умела делать по хозяйству. До того, как заболела, ходила в магазины.

— Какие подарки любила получать ваша мама?

— Пионы, которые цвели в это время. Мама была человеком очень скромным. Материальным вещам особого значения не придавала.

— Читала, что в молодости цыганка сказала вашей маме, что богатой она не будет, но ей всегда будет хватать. А еще нагадала, что у нее будет двое сыновей.

— Так и было. Мама верила в судьбу.

— К бриллиантам Людмила Ивановна была равнодушна?

— Мама очень любила полудрагоценные камни: яшму, малахит, агат… Ее отец ведь был геологом. В детстве она побывала на Урале, и у нее появился сундучок с красивыми камешками. Маме нравилось их перебирать, любоваться ими…

— Ваша мама следила за модой?

— Слегка. Одевалась элегантно и скромно. Это не было для нее главным.

— Как она ощущала славу?

— Ее всегда и везде узнавали. Фильм «Служебный роман» сделал ее знаменитой.

Служебный роман

*В фильме Эльдара Рязанова «Служебный роман» Людмила Иванова блестяще сыграла роль общественницы Шурочки

— При этом мало кто знает, что Людмила Иванова написала популярную песню «Только мне все кажется, почему-то кажется, что между мною и тобой ниточка завяжется», а папа — кандидат физико-математических наук Валерий Миляев, с которым она прожила почти 50 лет, автор песни «Приходит время, люди головы теряют, и это время называется весна…»

— Родители даже сделали совместный мюзикл. Они с 1962 года вместе выступали. Папа аккомпанировал, мама пела.

— Правда, что бардовская песня соединила их сердца?

— Познакомились они так. Мама, будучи молодой актрисой, вела театральный кружок в Институте физики. Как-то она шла на одно из первых занятий и… заблудилась на огромном проспекте. Была зима, мороз, к тому же началась вьюга. Папа пошел ее встречать, взяв с собой для нее мандарин. Они стали общаться. Катались на лыжах. Как-то возвращались после лыжной прогулки в электричке. Папа пел песни под гитару. Когда исполнил песню «Улица Горького», сказал, что эта песня Якушевой его любимая. И вдруг услышал от мамы: «Так это же моя песня!»

— Не так часто актрисы выходят замуж за ученых…

— В мамином случае ничего удивительного. Ее отец тоже был ученым, геологом, полярником. В его честь назван остров в архипелаге Франца-Иосифа. Мама всегда считала, что мужчина должен быть умным.

— К слову, ведь именно ваш папа убедил ее сняться в «Служебном романе».

— Да, он провидчески сказал: «Эта роль принесет тебе будущее». А Эльдар Рязанов пригласил маму, потому что ему очень нравилось, как она сыграла в фильме «Помни имя свое». Сцену с ее участием в телефонной будке, как он признавался, любил пересматривать. Фильмы «Помни имя свое» и «Служебный роман» были у мамы любимыми.

— Правда, что иногда ваша мама, звоня в какие-то инстанции, представлялась: «Это Шура из «Служебного романа»?

— Фамилия-то распространенная. Но когда представлялась Шурой из «Служебного романа», ее сразу же узнавали.

— Ваша мама часто бывала в Киеве?

— Конечно! В Киеве жили 28 (!) маминых теток, поэтому со своей мамой она не раз ездила к ним в гости. И киевские родственники приезжали к ним. Мама рассказывала, что в детстве она хорошо танцевала украинский гопак. А потом, когда стала актрисой, приезжала в Киев с театром на гастроли. Она очень любила киевских зрителей, а они — ее. Кроме того, мама снималась на Киностудии имени Довженко у Романа Балаяна в фильме «Полеты во сне и наяву». Очень ей нравился Андреевский спуск. Одним из ее любимых писателей был Михаил Булгаков. И я его обожаю. Вспоминается и то, как в начале 1990-х мы ездили в Полтаву. Побывали и в Сорочинцах на ярмарке.

— Что-то памятное купили там?

— Плахту для спектакля. Мама ведь играла в детском музыкальном театре «Экспромт» мать Гоголя. Как красива решетиловская вышивка! А еще вспоминается, как в начале 1980-х я ездил с мамой в Одессу. Мне было тогда 20 лет. В Одессе я ходил на матч «Черноморец» — «Зенит». «Черноморец» тогда выиграл, так что гудели все пароходы. И это было очень интересно.

— Недавно вы издали о вашей знаменитой маме книгу «Не унывай».

— Маминым любимым выражением было «Не унывать! Не сдаваться!» Когда ее отец умер, она училась на первом курсе. Как-то шла на кладбище и, погрузившись в свои мысли, не заметила, как оказалась на мосту с разобранным настилом. Под ногами — лишь узкая балка. Перил нет. А внизу — железнодорожное полотно и по рельсам мчится поезд.

— Кошмар.

— Рассказывала, стало так жутко, что она зажмурилась. Один неверный шаг — и конец. Вернуться назад? Но идти столько же, как и вперед. И собрав всю свою волю, мама пошла дальше. С тех пор всегда говорила себе: «Ты сможешь, Мила, ты все преодолеешь». Сложные ситуации случались потом не раз. Незадолго до моего рождения у нее случился приступ аппендицита, но она сумела удержать меня. Я выжил. Мама была сильным человеком. Ее пример помогал и помогает людям находить силы в самых сложных ситуациях. Она пережила страшные потери. Один за другим умерли мой брат и папа. Но мама держалась и другим не позволяла предаваться унынию. Последние пять лет не ходила. И при этом могла сделать семь передач за неделю! Это были программы памяти Эльдара Рязанова, Олега Ефремова, Евгения Евстигнеева, Анны Герман…


— В своих интервью она сказала о коллегах столько хорошего! Зависть ей, судя по всему, не была свойственна.

— Мама всегда восхищалась талантом других и меня учила: «Если видишь что-то достойное восторга, учись!» Когда наблюдала чью-то блестящую игру на экране и на сцене, непременно звонила и говорила об этом. И коллеги были ей признательны.

— Людмила Иванова ведь была и замечательным педагогом. Молодых коллег в театре «Экспромт» умела вдохновить.

— Да, преподавала практически до последнего дня и играла на сцене, несмотря на то, что была в коляске. Я — главный художник театра «Экспромт». Мы придумывали сцены, где мама сидела в кресле, а сама сцена вращалась. Зрители не замечали, что мама не ходит.

— У Людмилы Ивановой было какое-то хобби?

— Она любила собирать грибы и готовить их. У нас дом в деревне. Когда мама уже не могла ходить, мы ей приносили грибы: лисички, белые… А еще любила смотреть кино, читать. В последние годы у нее была бессонница, и она могла почти всю ночь провести с книгой или у телевизора. Мама была очень образованным человеком, невероятно увлекающейся натурой. Любила открывать для себя новых авторов. Таким был и папа. Любимые мамины писатели Лев Толстой, Николай Гоголь и, как я уже говорил, Михаил Булгаков. К слову, мама не брала в театр актеров, которые не читали «Войну и мир». Считала, что это несерьезные люди.

— Мир вашей маме удалось посмотреть?

— Она была во Франции, Германии, Польше, Румынии, Венгрии, Израиле… А еще побывала на Кубе, там встретила знаменитого писателя Маркеса, они пообщались. Ездила и в Китай, где фильм «Служебный роман» был безумно популярен.

— Какая же страна ее больше всего поразила?

— Очевидно, Франция. Ей нравилось гулять по улицам Парижа. Это было в начале 70-х годов. К тому же мама знала французский язык, так как учила его в школе.

— Какой мамин подарок особен-но дорог вашему сердцу?

— Небольшой бронзовый лев, которого я когда-то попросил ее купить. И еще отовсюду привозила мне фломастеры. А когда они переставали писать, папа оживлял их, заправляя одеколоном. Родители много мною занимались.

— Мама воспитывала вас в строгости?

— В любви. Она была невероятно добрым человеком. Очень меня любила.

— Как вы считаете, ваша мама была счастливым человеком?

— Абсолютно. До последних дней! Несмотря на все испытания, которые выпали на ее долю. Она ценила жизнь.

— Что бы вы сказали вашей маме сегодня, если бы она могла вас услышать?

— Мама всегда со мной. Всегда…

Ранее «ФАКТЫ» рассказывали о выдающемся режиссере Кире Муратовой, которая недавно ушла из жизни. Своими воспоминаниями поделился член правления Национального союза кинематографистов Украины и Международной гильдии кинокритиков Евгений Женин.

Читайте также
Новости партнеров

— Вышла из бани и понеслась: крем для лица, крем для рук, крем для ног, крем для тела... Вопрос сына меня убил наповал: «Мама, а ты вообще зачем мылась?»...