Культура Как это было

Николай Мащенко: «В разгар съемок „Как закалялась сталь“ я заменил уже знаменитого Бурляева на еще никому не известного Конкина»

7:00 29 января 2013   4650
Николай Мащенко

Ровно 40 лет назад на экраны вышел культовый фильм украинского режиссера

Шестисерийный телефильм «Как закалялась сталь», вышедший на экраны ровно сорок лет назад, сразу стал популярным не только в Советском Союзе, но и за рубежом. Картина с Владимиром Конкиным в роли Павки Корчагина получила главную премию Всесоюзного кинофестиваля в Тбилиси, приз телевидения «Золотая лавровая ветвь» в ГДР, а также премию Ленинского комсомола. Лента Николая Мащенко стала третьей экранизацией романа Николая Островского в советском кинематографе. Тогда режиссер и предположить не мог, какой успех его ожидает. И уж тем более не думал, что о его детище будут говорить через 40 лет после премьеры. Вспоминая о работе над картиной, Николай Павлович порой не мог сдержать слез. Так искренне он верил в свое дело и тех людей, с которыми работал. «А иначе нельзя, ведь тогда ничего не получится. Обязательно нужно верить и стремиться к идеалу», — считает 84-летний режиссер.

«Я пережил нищету, голод, болезни, и это помогло достоверно все передать в фильме»

— Если бы в детстве я в свои восемь с половиной лет не читал вслух книгу «Как закалялась сталь» моей неграмотной маме, а она бы не плакала, слушая меня, и я не плакал вместе с ней, если бы во мне не сохранилась частица того детского отношения к книге, то я не отважился бы переносить ее на экран, — признается Николай Мащенко. — Смог достоверно все передать, поскольку и сам пережил те страшные годы. Я ведь родился в тяжелое время — в 1929 году. После гибели отца мать воспитывала семерых детей, четверо из которых были приемными. Я был самым младшим. Помню и голод, и нищету, и болезни.

В 1936 году, когда надо было идти в школу, я заболел туберкулезом, меня повезли в больницу. Проведя осмотр, врачи сказали маме: «Безнадежно. У него поражен участок от четвертого до девятого ребра. Забирайте ребенка домой». Эту фразу я запомнил на всю жизнь. Мама в слезы. Главный врач больницы сжалилась над ней и предложила: «Могу оставить мальчика у себя дома и буду его лечить. Я своего сына (показала фотографию моряка) от такой болезни вылечила. На это уйдет девять месяцев, не меньше». Мама попрощалась со мной, и я попал в семью врача. Часто мне приходилось оставаться дома с прикованным к постели парнем, который тоже был на попечении доктора. Он рассказывал о своих военных похождениях. Для меня этот молодой человек был настоящим героем. Вместе мы пели «Там вдали, за рекой...», «Орленок». Историю парня я использовал в своей картине «Как закалялась сталь».

— Вы ведь не сразу согласились снимать «Как закалялась сталь»?

— Такого я и представить себе не мог, даже мысли не допускал, что буду снимать картину, главную роль в которой до этого играл Василий Лановой. Знаменитый актер снялся в фильме Алова и Наумова «Павка Корчагин» (1956 год). По невероятному стечению обстоятельств, это был первый фильм, на съемках которого мне посчастливилось присутствовать. Кстати, первую рецензию на картину тоже написал я. Поэтому, когда в 1973 году получил предложение снять телефильм по роману Николая Островского, согласился при условии, что авторами сценария будут Александр Алов и Владимир Наумов, а консультантом станет Марк Донской (режиссер первого фильма «Как закалялась сталь», который вышел в 1942 году). Они согласились.

Кое-что в картине я переделал. У Алова и Наумова герой, разозлившийся на трудные условия строительства узкоколейки, бросает свой комсомольский билет. Нужно было это красиво подать: билет должен раскрыться и лететь, как птица. На один только эпизод потратили 19 дублей. Я подумал тогда: так мне никакой пленки хватит. И решил, что герой сожжет комсомольский билет. Позже, когда можно было все говорить, некоторые бывшие партийцы картинно повторяли жест героя из моего фильма — публично выбрасывали свои партбилеты, рвали, сжигали. Да и режиссеры неоднократно использовали столь удачный ход. А мои корчагинцы сделали это искренне, пролив слезу и выстрадав свое участие в этом строительстве. Корчагинцами стали и актеры, и все, кто был причастен к фильму.

«Перед съемками мы поехали к памятнику Островскому, чтобы дать клятву и пообещать, что не соврем ни одним словом»

— Трудно далась эта картина?

— Самым тяжелым было утвердить на роль Корчагина Николая Бурляева. После фильмов «Иваново детство», «Андрей Рублев» он уже был знаменитым и требовал повышенные ставки. Такие были тогда только у Сергея Бондарчука, Михаила Ульянова, Иннокентия Смоктуновского. Всего семь человек в кино могли получать 550 рублей за съемочный день. Полгода я бегал по кабинетам, чтобы решить этот вопрос, и таки добился. Но Николай оказался довольно капризным актером. К тому же во время съемок у него случился бурный роман с дочкой Сергея Бондарчука Натальей, которая играла Тоню Туманову. Как только звучала команда «Стоп», влюбленные сразу же исчезали с площадки. Тогда они жили не работой, а своими чувствами. Вскоре у них родился ребенок.

*Николай Бурляев

— Вам пришлось расстаться с этой парой?

— Из-за характера и поведения Бурляева. Я ему так и сказал: «Коля, ты великий актер, но прости».

— А Владимир Конкин оказался в буквальном смысле рядом...

— Я и раньше к нему присматривался. Он играл в фильме эпизодическую роль, должен был крикнуть: «Комиссара убили! Комиссара убили!» Володя отличался от всех остальных выразительными глазами, а еще у него была очень обаятельная улыбка. Он идеально подходил на роль Корчагина. И я решился заменить известного профессионального актера Бурляева 19-летним пареньком Конкиным. Собрал всю команду, тысячную массовку, конницу. Помню, лил ледяной дождь... И вдруг я объявляю, что теперь в роли Корчагина будет сниматься... Конкин. Никто этого не ожидал. В том числе и Володя. От неожиданности он даже расплакался, как ребенок.

Перед съемками мы поехали в Шепетовку, чтобы у памятника Островскому дать клятву и пообещать, что не соврем ни одним словом, будем так же свято верить в свое дело, как Павка Корчагин. Надо признаться, мы стремились к идеалу. Эту эмоциональную клятву у памятника потом показали по многим телеканалам как пример веры, искренности. Вот и сейчас вспоминаю этот момент, и мурашки по коже бегут, трудно сдержать слезы.

— Конкин после премьеры проснулся звездой?

— Это была его первая киноработа. До этого он играл в театре небольшие роли. Корчагин перевернул его жизнь, открыл перед ним все двери. Вы даже представить себе не можете, каким популярным Володя стал. Возле гостиниц его неизменно ждали толпы поклонниц, приходили сотни писем в день. Высшее руководство страны жало ему руку. Мы с Володей после выхода фильма были во многих странах, и машину, в которой он сидел, молодежь просто носила на руках. У меня просили разрешения, чтобы притронуться к Конкину.

«Пришлось тайно вывозить ленту с Киностудии имени Довженко в Москву, чтобы показать там высокому начальству»

— Успех вскружил ему голову?

— Получив в 19 лет главную роль, Володя начал зазнаваться еще на съемочной площадке. Позволял себе острые высказывания в адрес других актеров и членов съемочной группы. Однажды даже получил за это от коллеги. С заплывшим глазом снимался в сцене, в которой снится, будто его расстреливают из пулемета. Володя боялся и слушал только меня, одного моего взгляда было достаточно, чтобы поставить актера на место. Потом, сыграв роль Шарапова в фильме Говорухина «Место встречи изменить нельзя», Конкин и вовсе потерял голову. Зазнался, стал выпивать. Все усугубилось после смерти его жены. Сейчас Конкин почти не снимается. Былой востребованности нет.

*Павка Корчагин (Владимир Конкин) и Генька (Александр Белина). Кадр из фильма «Как закалялась сталь»

— Начиная съемки, могли предположить такой успех фильма?

— Я был поглощен идеей картины и полностью ею заразился, пребывал на таком эмоциональном подъеме, верил в результат и вселил эту веру в актеров. Нам был дан зеленый свет и выделены средства. Сама Фурцева сказала: «Снимайте, финансирование будет». Кроме того, мне шли навстречу в организационных вопросах съемок. Разрешили девять дней снимать в Оперном театре. В тех эпизодах были задействованы три тысячи человек! Для их доставки выделили 90 автобусов! Каждый день привозили новых участников съемки. И каждый день приходилось объяснять, кто они и зачем их сюда пригласили. Было сложно, но получилось очень эффектно и массово. Причем мы очень спешили, снимали быстро, ведь нужно было шестую серию показать 6 ноября, накануне очередной годовщины Октябрьской революции. При этом я умудрялся экономить дорогую пленку. В итоге получился самый дешевый на то время шестисерийный телефильм.

— Как восприняло руководство вашу картину?

— Сначала работу показали киевским чиновникам от кино. Один из них (не хочу называть фамилию, уж очень известный человек), посмотрев фильм, сделал 59 замечаний. Если бы я учел эти замечания, от картины ничего бы не осталось. Это была бы совершенно другая история. Пришлось тайно, по частям, вывозить ленту с Киностудии имени Довженко в Москву, чтобы там показать высокому начальству. Тогда собралось все руководство от культуры, агитации и прочих ведомств. После просмотра плакали и благодарили, пожимая руку. Ни одного замечания не было. Завотделом агитации даже был удивлен: «Как же вы, такой маленький, щупленький, сделали из такого же Володи Конкина настоящего героя и потрясающее кино сняли?»

— Вот что значит рука мастера.

— Скорее всего, удачное стечение обстоятельств. Судьба. Ну и мое скромное мастерство.

— Верите в судьбу?

— Она предначертана нам свыше. Как говорила моя мама: «Свою долю потрiбно любити i берегти, як своїх дiток, як я бережу вас. Тодi i доля вас полюбить». Мне довелось пройти сложный путь, но судьба была ко мне благосклонна.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

— Роза Львовна, а почему вы отказали прошлому жильцу? — Я, конечно, не любопытна, но, если человек постоянно закрывает замочную скважину, это таки подозрительно!