БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Житейские истории Анатомия успеха

Дмитрий Шоломко: «Украинцы намного быстрее граждан других государств адаптируются к новым технологиям»

7:45 13 декабря 2013 7615
Дмитрий Шоломко
Инф. «ФАКТОВ»

Директор «Google Украина» утверждает, что наша страна по количеству поисковых запросов входит в мировой топ-25

Сегодня в ответ на любой вопрос часто можно услышать: ищи в «Гугле». И действительно, эта поисковая система стала очень востребованной не только на Западе, но и в Украине. Во многом благодаря тому, что Google учитывает языковые и региональные особенности и позволяет получить информацию, актуальную для вашего города или даже села. «ФАКТЫ» продолжают совместный проект с доктором экономики и успешным предпринимателем Евгением Ленгом. Его передачи, посвященные вопросам развития IT-технологий, звучат на радио «Эра» и пользуются большой популярностью. Гости Евгения Ленга — наиболее известные и влиятельные люди в отечественном информационном бизнесе. Недавно его собеседником был Дмитрий Шоломко — директор компании «Google Украина».

Дмитрий Шоломко окончил Киевский политехнический институт по специальности инженер-программист. Занимал должность директора онлайн-подразделения издательской компании Euromoney в Украине, принимал участие в развитии местных онлайн-проектов. Руководил собственной консалтинговой фирмой UBL, специализирующейся на информационной и консультационной поддержке для крупнейших украинских компаний, работающих в сферах IT и телекоммуникаций. C 2006 года был консультантом Google, затем — менеджером по развитию бизнеса Google в Украине. С 2011 года занимает пост директора «Google Украина» и отвечает за развитие продуктов, маркетинговые инициативы, продажи и планирование бизнеса компании. Увлекается фотографией, футболом, современной историей, играет на бас-гитаре.

— Считаешь себя предпринимателем?

— Да, у меня до Google был такой опыт.

— Как ты заработал свои первые серьезные деньги?

— Делал описание игр под Z. X. Spectrum в девятом классе в школе. У меня папа собирал «спектрумы». Он продавал их на «Космодроме», рынке на площади Космонавтов, радиорынке 1980-х годов. Потом у меня там завелись знакомства — зная английский, я стал делать описание программ игрушек. Вот таким был мой первый доход.

— У тебя в прошлом были собственные проекты. Что с ними случилось после того, как ты принял решение перейти на работу в Google?

— Мой самый большой проект до Google — компания UBL. Она живет и работает. Я, уйдя в Google, отдал бразды правления тем, с кем работал. Они продолжают тот же бизнес, который мы делали вместе. Там просто роста особого нет.

— Легко ли далось решение уйти из собственного бизнеса в глобальную корпорацию?

— Самостоятельный бизнес — это всегда весело. Особенно если этот бизнес живет много лет. Моя компания существовала уже семь лет, когда я стал думать, что делать дальше. В какой-то момент захотелось протестировать себя в других сферах, посмотреть, насколько буду хорош где-то еще. Я понял, что компания работает и без меня, стал искать варианты, тут и нашелся Google. Это не было тяжело. Это, скорее, осознанный эксперимент над собой.

— Какова миссия Google в Украине, не слишком ли много влияния получила в суверенной стране компания со штаб-квартирой в далекой Калифорнии?

— В цифровом бизнесе тяжело рассмотреть физические границы стран. Сложно оценить, насколько мы влиятельны. Наша миссия не в этом. Скорее, так: для нас, людей, которые работают на Google в Украине, главная цель — сделать так, чтобы все продукты компании, которые существуют для пользователей во всем мире, были на тех же условиях доступны для украинских пользователей. Это то, над чем мы работаем, наша главная задача.

— Насколько Украина важна с точки зрения экспансии Google в Восточную Европу?

— Важна. Для Google существуют разные ключевые показатели эффективности: и доход, и объем поисковых запросов, и интенсивность использования сервисов. Украина — одна из топ-стран. Если говорить о Восточной Европе, не включая Россию или Турцию, то Украина, наверное, вторая после Польши по всем показателям. Это хорошие цифры. Изначально, в середине 2000-х годов, когда началась международная экспансия Google, веры в Украину было не много. Моими стараниями в том числе удалось доказать, что здесь есть над чем работать и куда идти. И хорошо получается, я доволен.

— Можешь ли ты рассказать о позициях Google в Украине в цифрах и фактах?

— Абсолютные цифры озвучивать не имею права — мне это запрещено. Но один критерий назову. Украина по количеству поисковых запросов входит в топ-25 стран в мире, это важно.

— А есть ли специфика украинских пользователей Google по сравнению с жителями других стран?

— Есть. Причем хорошая, позитивная. Украинцы намного быстрее адаптируются к новым технологиям. Это общее определение, оно исходит из множества параметров: образование, грамотность… Не секрет, что уровень образования здесь остается достаточно высоким. Наши пользователи сами осваивают те вещи, которые не могут быстро освоить люди в других странах. Количество контента, генерируемого через YouTube в Украине, растет просто гигантскими темпами. Это для меня тоже показатель того, что украинцы более интенсивно используют все новое.

— Google — один из лучших работодателей в мире. Это справедливо для офиса в Киеве?

— В офисе, в котором трудятся 16 человек, достаточно тяжело сохранять корпоративную культуру офиса в Калифорнии, где работают около 10 тысяч сотрудников. Стараемся по мере возможности. Многое зависит от коллектива, а он у нас хороший. Пока еще никто из работников, принятых за последние четыре года, не уходил.

— В Украине такой же свободный график посещения офиса, как и в Калифорнии?

— Да, абсолютно. Впрочем, мы девелоперы, а не программисты, хотя у многих из нас есть такой опыт. Наша команда занимается продажами, маркетингом, поддержкой партнеров. Поэтому свободный график свободным графиком — я никого не заставляю приходить на работу в девять часов, да и сам не прихожу так рано, — но когда есть задачи, которые нужно выполнить обязательно и в срок, например план продаж, тогда приходится принимать определенные меры.

Но в чистом виде мы ничего не продаем, скорее, помогаем тем, кто осваивает технологии. Это поддержка, рассказ о сервисах, решение проблем…

— Есть ли некий главный куратор Украины в штаб-квартире Google?

— Нет. Скорее, для Google — я главный куратор в Украине.

— Сколько лет Google боролся в Украине за свой домен google.ua?

— По-моему, с момента, когда было принято решение о локализации и выходе на другие рынки. В 2003 году, как только появилась возможность, домен сразу же был зарегистрирован, и до 2009 года у нас шел процесс, в том числе судебный.

— Можешь озвучить сумму, которую у вас просили за уступку домена? Я знаю, что Google не идет на такого рода сделки. Просто интересно, сколько хотели денег?

— Честно говоря, не знаю, потому что в прямые переговоры с человеком, который владел этим доменом, не вступал. Я был избавлен от шума на тему этого конфликта. Понятно, что на меня выходили лично, но для сохранения своих нервов я все эти контакты передавал юристам, и дальше разговаривали они.

— Какие интересные технологии лежат сегодня на столе в совете директоров глобального Google? Его учредители любят рассматривать новые и экологичные разработки.

— Рекомендую всем почитать больше в интернете, потому что я об этом особо говорить не могу. Google X — это лаборатория, которая запускает новые технологии. В Google X, которую курирует Сергей Брин, разработаны такие продукты, как автомобиль без водителя или так называемые очки Google Glass. Там делают много веселых проектов, но все они, фактически, секретные. Секретность снимется только после их полноценного выхода на рынок.

— С Сергеем ты разговариваешь по-английски?

— Я с Сергеем вообще никогда не разговаривал. А вот с Ларри Пейджем общался. Сергей мало связан с бизнесом. Он занимается такими вещами, как перспективные разработки. Наука — вот его конек. Но они оба умные молодые люди, способные смотреть в будущее. Когда в Калифорнии я пришел на лекцию Ларри Пейджа, признаться, понял не много из того, о чем он говорил. Ларри настолько глубоко обсуждал технологии, которые были мне не знакомы, что я убедился: в этой компании нужно многому учиться.

— Насколько справедливы утверждения, что в некоторых странах, например в России, Google вынужден предоставлять спецслужбам доступ к электронной почте gmail?

— Я не думаю, что мы это делаем в России или где-либо еще. Технически все устроено так, что локальные офисы физически не имеют доступа к данным в сервисах Google. И все вопросы такого рода должны решаться в офисе в Калифорнии. Всегда. Кстати, вполне логичная ситуация. Так легче живется. Нам приходит много запросов на эту тему, но мы всегда всех направляем в Калифорнию. Есть открытые отчеты, где указано, какое количество запросов официально делалось из каждой страны с просьбой доступа к данным. Рекомендую посмотреть эти отчеты. Знаю цифры по Украине. Какие-то запросы делались официально, но ни на один мы не отреагировали, данные не раскрыли. Россия сделала больше запросов. Что там происходило, как на них реагировали, не знаю. Насколько мне известно, мы жестко и принципиально не сотрудничаем с локальными службами по этим темам.

— Журналист газеты The Wall Street Journal Том Гара поинтересовался, что Google может знать о нем, и был ошеломлен. Все просмотренные сайты, вся переписка, все пароли, все заказы еды, все банковские счета, все контакты, путешествия, история всего поиска и так далее, и так далее — Google знал о нем практически все. Есть ли кто-нибудь, кроме Google, кто обладает таким массивом информации о сотнях миллионов людей?

— Не знаю. Думаю, что у Facebook больше информации о пользователях. Не уверен, что мы специально собираем сведения, чтобы как-то использовать в корыстных целях. Насколько я знаю, пользователь может удалить из нашей сети любую информацию о себе. Наверное, Google — единственная из больших компаний, кто позволяет это делать. Мы полностью предоставляем информацию о том, что знаем о пользователе, и даем возможность полностью эту информацию удалить.

— Том Гара завершает свою статью таким выводом: «Всемирная информационная база, собираемая Google, может быть огромным злом, которое не оставит даже следа от таких понятий, как „приватность“ и „частная жизнь“, так что самые мрачные романы-антиутопии покажутся детскими сказками. Но она же может стать вселенским добрым разумом, ласково опекающим каждого жителя этой планеты… Будущее уже наступило», — заключает журналист. В наступившем будущем Google на стороне света или тьмы?

— Красивая цитата! Правда, звучит немного пафосно и высокопарно. Ответ такой: не знаю. Если Google начнет думать, как использовать массив информации, чтобы совершить что-то масштабное, планетарное, то, наверное, этот вселенский разум может сойти с ума. Я смотрю на Google как на достаточно небольшое сообщество людей, которые просто делают свою работу для того, чтобы принести другим пользу. Понятно, что это не всегда удается, бывают ошибки, к сожалению. Но в целом, исходя из восьмилетнего опыта работы в компании, я вижу, что Google принес в мир больше позитива, чем негатива от совершенных по неведению ошибок. У компании нет глобальных целей изменить мир так, чтобы все контролировать, нет глобальных планов принести в мир всеобщее счастье. Может быть, Ларри Пейдж об этом задумывается, мы пока не знаем. Ларри способен, он умный.

Мы считаем, что улучшаем доступ к технологиям многим людям на Земле. В этом, наверное, и заключается миссия компании. Google — средство, инструмент для того, чтобы жизнь улучшалась. А вот как его использовать — уже дело самих людей. Мы же не собираемся навязывать человечеству свое понимание, свои выводы — это слишком наивно. Мы инструмент, фактически станок.

— Но ведь на станке можно изготовить и пистолет, и детскую игрушку?

— Как человечество захочет использовать наш станок, так это и будет работать. Мы можем только выставлять кое-какие ограничения, которые в наших силах. Но не решать все за самих людей.

Полный текст интервью читайте на сайте prostranstvo. kiev.ua.

Подготовил Сергей КУРГАН, «ФАКТЫ»

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров